На грани раскола

      События той ночи могли быть просто порывом эгоистичности Оливии: желанием возыметь себе все внимание любимого человека, прежнее его бережное внимание, особенную чуткость к ней, переживания. Да, сейчас они были полноценной семьёй: с квартирой, детьми, законным браком, общим ребёнком, который носит в себе их кровь. Это плод их общей любви. Но беспокойство с достатком не уходили.       Кто бы мог подумать, что проблемы в отношениях даже у них могут начаться из-за нехватки внимания друг другу? Волк не мог уделять ей достаточно времени, это было видно и без слов. Уходил рано утром, возвращался и сразу ложился спать. А все короткие разговоры были такими сухими из-за усталости. Оливия тоже сильно уставала: Оливер не хотел контактировать, Лео не слушался, Мари занимала все свободное время матери, когда та пыталась отдохнуть. Помой, постирай, погладь, приготовь. Волк был прав только в этом: Пытаться угодить всем было бессмысленно. Парню, как будто, самому не нужна была забота. Оливия уже перестала его ждать до поздней ночи, засыпала, чтобы высыпаться и не все успевала. Только Шери это, как будто, совсем не задевало, даже радовало.       Спустя два месяца девушка начала просыпаться из-за колик дочери. Девочка сильно кричала и капризничала, а волк собирался на работу и оставлял это под ответственность матери. Так и сегодня. Оливия была готова уже убежать на другой конец света, чтобы немного расслабиться, но куда ты убежишь от своего ребенка? Куда убежишь от семьи, которая высасывает все жизненные соки? Ты ведь все равно их любишь.       Девушка приоткрыла глаза. Темно. Конец ноября. Ещё и снег. Хлопьями осыпал всю землю и собирался в непроходимые сугробы. Солнце сдерживали облака на горизонте. Морозный воздух наполнил помещение. Постель холодная, в ней было так пусто и одиноко.       Оливия перевернулась на другой бок и немного приподнялась. У люльки стоял волк и ворковал малышку. Парень взболтнул бутылочку с молоком и осторожно дал её Марианне. Дочка с большим удовольствием вцепилась в нее и начала лакать содержимое с рук отца. Шери тепло улыбался волчонку. Впервые за все время Оливия могла наблюдать, как он настолько тепло относился к собственному ребенку, как будто вокруг него одного крутился весь его мир. Как самый драгоценный в его мире дар. Разве может быть большим доказательством, чем это, что для волка было дело до его семьи? Он был к ней привязан и любил так же, как любит она. Кошка не смогла сдержать с уст теплой улыбки. Мари успокоилась и что-то мямлила своим ещё несформированным языком с таким упоением, как будто делилась эмоциями за последние пару дней.       В голову Оливии блеснула дурацкая, но очень хорошая идея. Чтобы запечатлеть момент, кошка осторожно взяла телефон с тумбочки и включила камеру. В будущем эта запись будет у них у всех вызывать только улыбку на лицах. Как заботливо Шери нянчит свою маленькую дочку, как сильно он её любит. Сверху вдруг всплыло сообщение: "Комментарии под видео". Оливия все еще не привыкла к тому, что они снова появляются. Девушка их не читала, однако нечаянно в глаза ударилось слово "позор", и прежде чем удалить из оповещений, Оливия прочитала комментарий полностью:"Встречается с богатеем только ради денег. Об этом уже несколько лет все говорят. Позор среди всех женщин." Это она-то позор? Какие придурки! Нашли с чем сравнить! Она по любви вышла замуж. Негодование будет еще мягким словом, что к таким комментаторам она чувствовала. Жаль, что таких сразу в ЧС нельзя отправить, чтобы никогда больше не писали свои ужасные сообщения. Анонимность всем так развязывает языки.       — Не хочу идти в школу! В школе скучно! — закричал Лео в комнате по соседству.       — Тогда сам иди! Достал меня! —       — Что...? — Оливия подняла голову, протирая глаза. Почему мальчики ругаются? Шери тоже переместил внимание на дверь. Если старшие будут так кричать, то разбудят Мари.       — Вот же... Негодники, — тихо выругался волк. Девушка и парень переглянулись. Шери уложил малышку спать и первым направился в соседнюю комнату, а Оливия осторожно слезла с кровати, надела тапочки и поправила пижаму.       — Что вы тут устроили? — строго спросил отец семейства.       Мальчишки вцепились друг другу в одежду. Первым, конечно, более настойчивым в драке оказался именно младший, а Оливер на эмоциях старался от себя брата отцепить, ещё и приложить посильнее, чтобы не смел более так себя вести.       — Он меня достал! — крикнул Оливер:       — Я его обязан ещё после этого в школу водить?! А он только и делает, что паясничает и ленится! Нельзя у нас так! —       — Да что ты мелешь?! Ты все врешь! И кому вообще нужна эта школа?! Ты сам прогуливаешь! Обманщик! — заверещал Лео.       — А ну замолчали! — крикнула Оливия, пересекая порог:       — В соседней комнате малышка спит, а вы тут устраиваете! Быстро собрали свои манатки и марш в школу! —       — Чтооо?! Ещё целый час до нее! — воскликнул Лео.       — Слушайся мать, Леон. Повторять не буду. Вещи собрали и проваливайте. Ещё раз такое устроите, будете на улице ночевать, — строго сказал волк, скрестив руки на груди.       Малыш со злостью пнул рюкзак, за что получил от отца, и поплелся в сторону гостиной.       — И ты тоже, — добавила Оливия.       — А я тут при чем? — обидчиво спросил Оливер, встав напротив родителей:       — Это он начал! —       — Да плевать, кто начал, — вздохнул волк, переминая переносицу:       — Вы должны жить дружно. Да хоть ты. Учись находить с братом общий язык, а не подначивай ваши ссоры. —       — Это нечестно! — выругался ворон, схватил свои вещи и направился в сторону выхода. В семь утра отправлять детей в школу может быть жестоко, но если они и дальше будут так ругаться... А правильно ли...? Прекратятся ли драки тупо из-за этого?       — Шери? — девушка в ожидании какого-то ответа посмотрела на мужа.       Волк устало прикрыл глаза. Он слишком устал, чтобы беспокоиться об этом. Парень просто хотел тишины и покоя.       — Ложись спать... Тебе нужно отдыхать, а то устаешь сильно, — мужчина погладил девушку по голове и так же начал собираться на работу. В который раз вопрос остался без ответа. Шери как будто намеренно избегал этой беседы. А когда нужно было поговорить по душам, он отделывался одноразовой заботой.

***

      Обида насыщала и пронизывала ворона с головы до пяток. Он не был виноват в том, что младший брат так себя вел. Нет, он совсем распоясался! Почему только Оливер это видел?       Схватившись за сердце, ноги на лестнице сами собой подкосились. Парень чуть не свалился прямо на ступенях. Перестав ощущать ноги, он будто бы прошелся по воздуху. Оливер схватился за перила и прокатился по ступеням. Что же это? Как это с ним могло случиться?       — Да уж, папаша ничего не понимает... — прошептала Дазай на ухо человеку.       — Ч-что... Со мной...? — перед глазами все расплывалось, а голова неприятно гудела. Парень постарался очнуться, моргал изо всех сил, но это не помогало. Демонесса обвила его шею, продолжая улыбаться.       — Это жажда. Ранее она не проявлялась. Но когда ты открыл в себе способность, она обнаружилась. Лекарство её притупляло, вот и не говорила. Теперь, видимо, тебе придется её удовлетворять, если не хочешь умереть. —       Оливер попытался подняться. Последнее время его мучает странное состояние. Учиться было невозможно, а в поликлинике дать причину этому не могут. Если парень пойдет к их участковому, то все доложат отцу, а его беспокоить сейчас... Нужно было как-то разобраться с этим самому.       — Кхх?...! Если... Я это сделаю, то такого не будет? —       — Не будет, милый, — сладко ответила Дазай, пролетая мимо лица парня.       — Тогда... Что я должен сделать. —       — Для начала. Наш маршрут меняется. Сегодня никакой учёбы. —       Совсем плохо ворон себя начал ощущать в конечной точке их пути. Громкая музыка, темно. Цвет прямых лучей быстро менялся и бил по глазам, ослепляя на несколько минут. Оливер схватился за голову. Душно, нечем было дышать. Много людей, они так громко разговаривают, смеются и энергично танцуют. Голова трещит.       — Так... — только голос Дазай отчётливо раздавался в ушах, приглушая какую-то типичную поп-музыку:       — Нам нужен хотя бы кто-то. —       Оливер поднял взгляд. Это какой-то молодёжный клуб? Конечно, у самого входа стояли громилы. Ворон ещё смог немного себя проконтролировать, будучи на свежем воздухе, однако внутри ему заметно стало хуже.       Парень огляделся. Стояли столы по бокам, где сидели группами ребята его возраста и гораздо старше. Посередине танцпол, а недалеко от него стол диджея. Ещё здесь был бар.       — Там... Безалкогольное дают, что ли? — мутно произнёс Оливер, пытаясь приглядеться.       — Пф! Только алкогольное! — вдруг сказал какой-то парень, который явно отделился от друзей на несколько минут по важным делам: — Но тебе, кажется, уже не надо... —       — Алкоголь! — вдруг воскликнула Дазай, появившись перед лицом Оли, дабы немного вразумить мальчишку:       — Он нам поможет! —       — Алкоголь? — не понял Оливер.       — Серпент говорил, — насмешливо улыбнулась демонесса, убирая прозрачными неосязаемыми руками с лица прилипшие волосы своего носителя:       — Что алкоголь притупляет желание. Сейчас это нам необходимо, иначе мы оба потеряем над ситуацией контроль. —       Оливер понимал, что это неправильно. Нельзя пить алкоголь. Но ему ведь уже было шестнадцать. Чего бояться? Он был в возрасте согласия, более того, мог работать. Дядя Милтон чуть ли не с этого возраста бизнес начал. Парень поплелся в сторону бара.       Оливер уселся поудобнее за барный стул, и сразу же потерялся. Он не знал, какие есть напитки. Тут ведь ещё в основном коктейли.       — Мне... Что-то сильное... —       — Вау, парень, тебе, кажется, это будет лишним, — отшутился бармен, явно лет так двадцати. Но тем не менее отказывался делать напиток? Кажется, не на нём ответственность за жизнь Оливера лежала.       — Достань деньги, — сказала девушка. Они заплатили за вход, так что и тут все решают они. Ворон взял сумку и вывалил все банкноты, которые у него были при себе.       У бармена от удивления чуть глаза на лоб не полезли. Парнишка быстро сгряб к себе все бумажки в кучу и с хитрой улыбкой поспешил делать напиток.       В прозрачном бокале оказался Айс Лог-Айленд с кока-колой. Некий напиток имел и вправду цвет колы с большим количеством льда и апельсиновыми дольками. Ворон покрутил бокал в руке, наблюдая, как ледяные кубики исчезают в газированном напитке. Парень взял соломинку и сделал неторопливый первый глоток. Какая же горечь! Оливера тут же скрутило. Неужели это и должно ему помочь? За что он вообще заплатил?       — Лучше выпить до конца. Иначе тут кто-то пострадает, — предупредил сладкий голос, как будто получал от этого удовольствие.       Оливер выпил много невкусной дряни. Он справится. Зажмуривался и делал, не думая. За барной стойкой сидели ещё ребята и наблюдали с неподдельным интересом за Оли. Как будто парень устроил какое-то шоу. Бармен постарался этого не замечать.       Когда бокал опустел, Оливер чуть откинулся на маленькую спинку стула и тяжело выдохнул. Это было... Странно. Но... Это работало! Дазай стала бледнее, как будто исчезала. И вместе с ней исчезала и жажда.       — Ещё одну! — уже уверенно сказал парень.       Другим оставалось только удивляться, как алкоголь его только отрезвляет.       Таким образом уже после второй порции Оливер ощутил, что ничто на него не давит. Эта жажда... Прошла. Однако теперь все перед глазами как будто расплывалось, как по волнам. Все проблемы отошли на второй план. Оливеру стало необычно весело с этого. Оперев голову на руку, парень тихо посмеивался и пил уже третью порцию. Язык и горло сами собой онемели от жгучести напитка. Или же Оливер просто не обращал на это внимания. Дазай не появлялась. Куда она могла испариться? Алкоголь оказался отличной штукой, когда надо демона заткнуть. Почему только отец скрывал этот секрет? Такая отличная же вещь.       Глаза парня упали на танцпол. Ребята там танцевали, касались друг друга, улыбались и что-то шептали. Если бы Рия хотя бы немного была человечнее, смогла бы его понять. Может быть хотя бы раз она бы посмотрела на ворона как на парня, а не на друга? И почему он только столько лет был безответно влюблен в такого элегантного и в то же время недоступного человека? Зачем? Почему именно она? Рия даже не могла его понять!       — Тебе надо бы заканчивать, — женская рука осторожно забрала из рук парня третий стакан коктейля.       Оливер повернулся к говорящей. Это была... Девушка, и вправду. С безобразной карэшкой, короткой улыбкой, аккуратными глазами и усеянным по всему лицу веснушками. Блондинка села рядом и заказала что-то. Оливер заметил, что она была одета достаточно открыто. Топик, который перекрещивался и образовывал у шеи подобие чокера. Цветастая переливчатая юбка и легкая темная куртка.       Взяв напиток, незнакомка осторожно схватила парня за подмышки и довела до свободного столика, где они были только вдвоем. Оливер недоверчиво прищурился.       — Вот, держи. Тебе должно стать легче, — незнакомка подвинула к ворону воду и таблетки:       — Тяжело для нас напиться, но легко протрезветь. Забавно даже. —       — Нам...? — Оливер недоверчиво выпил то, что она дала, даже как-то не подумав узнать имя.       — Наймо, — пожала плечами барышня:       — Я нередко здесь их вижу. Работаю тут, знаешь. —       — Работаешь...? —       — Отрезвляю, — рассмеялась незнакомка:       — Ты же Оливер, да? Сын Шери. —       — А ты..? — нахмурился парень.       — Меня зовут Лорра. Благодаря тебе я и все остальные выжившие наймо можем жить как обычные дети. Ну, почти. Не все же стереть получается. —       — Она тоже принимает лекарство очеловечивания... — подсказала появившаяся Дазай:       — Бр... Алкоголь сильно действует. —       Оливер протер глаза. Кажется, сейчас он способен мыслить лучше всего за этот день. Значит... Лорра является тоже наймо? Как он?       — Мой монстр был очень бесполезным для доктора. Стриж. Думала, что скоро умру. В целом так и должно было случиться. Так что... Я вернула тебе должок, — Лорра ободряюще ударила парня в плечо:       — Но погоди... Что ты тут делаешь? —       — Я... — Оливер постыдно опустил взгляд:       — Дазай... Требует удовлетворить желание... —       — Желание? — удивилась девушка, а после её глаза округлились, как два яблока:       — Ааа... Она же... Демон вожделения, да? —       — Ты слышала обо мне?! — сильно покраснел Оли, пытаясь спрятать лицо от девушки. Стыдно-то как!       — Кто не слышал? — усмехнулась Лорра и вновь села рядом:       — Запомнила, потому что мой демон тоже... Из круга вожделения. Восьмого, если быть точнее. —       — Пф! Слабак! — прыснула Дазай.       Оливер косо глянул на демонессу. Конечно, будучи демоном первого ранга, она иначе не могла о других отзываться.       — Но... Раз твой демон тоже из круга вожделения, значит, у тебя тоже есть жажда. Как ты с ней справляешься? —       — Ну... — Лорра замялась и стыдливо улыбнулась:       — Не просто же так... Тут работаю. —       Оливер был просто в шоке от этого! Если верить словам Дазай, только одним способом можно избавиться от жажды. Это не кровопролитие, как у Шери, и не что-либо другое. Можно сказать, что даже самый безопасный грех среди всех.       — У тебя есть кто-то на постоянной основе? — вдруг поинтересовался Оливер. Если будет один и тот же партнер, то, наверное, это в разы проще. Просто, так сказать, личная жизнь никогда не будет скучной.       Но Лорра на удивление отрицательно помотала головой.       — Любовь — сложная штука. Ты же сам помнишь, что к восемнадцати мы должны влюбиться, верно? Из-за того, что я была к тому моменту самой слабой, то от меня планировали избавиться. Поэтому до раймо дело не дошло. По сути я должна была стать тренировочной игрушкой. —       — Это верно, — вздохнул Оливер, вспоминая снова Рию, и ошарашенно уставился на собеседницу:       — Погоди, сколько тебе? Что? Как игрушкой? —       Лорра казалась такой грустной, отстраненной. Знакомая меланхоличность в ней виделась Оливеру особенно родной, теплой. Ведь это единственное, что его радовало, когда он и Бетти ещё были друзьями... Когда они могли стараться радовать и подбадривать друг друга, хотя ничего радостного в их судьбе не было.       Девушка была бледной, хоть и немного смуглой. Её черты лица такие мягкие. Будто бы художник рисовал Лорру только в теплых красках. Вблизи парень мог себе позволить изучить чужое лицо лучше.       — Мне восемнадцать. Исполнилось на днях. В детском доме делать нечего, так что лечусь, работаю и оплачиваю комнату. А ты... На самом деле очень высокий, Оливер, — Лорра вдруг подалась вперед и коснулась плеча парня, прощупывая мышцы:       — И сильный. Не щуплый совсем. —       — Ч-что? Почему я должен быть щуплым? — Оливер сильно покраснел. Такой сильный прилив, что даже ощущалось, как щеки горят. Странное ощущение.       Лорра была практически на голову ниже ворона, хотя и была старше. Девушка для удобства чуть не села на парня, продолжая этот телесный контакт, уже только живота.       — Говорили, что ты очень щуплый. Неужели такое влияние Сайтана? Жаль, что не я его дочь, — в голосе стрижа не было ничего негативного. Как будто девушка уже переросла весь негатив. Это сильно удивляло Оли, однако куда больше сейчас парня волновало, что эта дама сейчас делала! Да она сошла с ума! Разве можно так своевольничать?!       — Ч-что ты делаешь! Так же нельзя! —       — Да? — искренне удивилась Лорра и осмотрелась.       — Конечно! Неужели тебя не учили?! —       Оливер зажмурился и отвернулся от наймо. Он должен держать себя в руках.       — А... Прости! — Лорра тут же освободила бедного ворона из заточения и стыдливо затеребила пальцами:       — Ты же знаешь. Я росла.... В лаборатории. Нашим воспитанием там никто не занимался. Это ты уже восемь лет растешь здесь... —       Оливер приоткрыл глаза и постарался посмотреть на соблазнительницу. Кажется, это была главная причина её грусти. Среди обычных людей стриж ощущал себя чужим. Оливер знал это ощущение. Когда никто тебя не способен понять.       Дазай уселась на плече парня и подталкивала на взаимодействие.       — Мы так или иначе останемся тут чужими... — Рия тоже его была старше. Ну куда ворона только тянуло! Почему он не может увлечься девушкой его возраста?       — Но я мог бы тебе помочь освоиться. —       Лорра взглянула на ворона, и её глаза заблестели:       — Что? Правда? Ну это же так здорово! —       Парень тоже улыбнулся и замер. В воздухе повис ещё один незнакомый, еле заметный запах. Наймо поднялся и начал осматриваться. Нет, он шёл откуда-то с другой стороны.       — Оливер? — Лорра поднялась и взяла ворона за руку. Девушка выглядела обеспокоенной, но не давила, ждала от него ответа.       Оливер закрыл глаза и сосредоточился. Это его город, его территория. Он долгое время учился работать с запахами, изучать ближайшие районы. Более того, научился концентрироваться на запахах вокруг себя. Пусть лекарство притупляло эту способность, убрать её совсем не выйдет. Так хотелось бы верить, Оли.       — Дазай? — парень обратился к демону.       — Дазай? — удивилась Лорра:       — С кем ты говоришь? —       — Они тут! — крикнула демонесса:       — Выбегай на улицу! —       Но было уже поздно. На танцполе кто-то истерично закричал, люди подняли шум, и часть из них прямо с танцпола кинулись бежать, в то время как остальные суматошно пытались разобраться, что происходит, или найти своих друзей. Увидев, как лужа крови растекалась у мертвого тела, они обо всем забыли и тоже бросились на выход, где уже из-за толкучки началась давка.       Огромная чёрная пума разрывала гостей налево и направо, медленно пробираясь к Оливеру и Лорре. Тела, то ли живые, то ли уже мертвые, падали как куклы от него. Этот кот мгновенно исчезал и так же быстро появлялся в другом месте, вокруг был только звук. Музыка более не навевала тусовочное настроение, а как будто была из самого ада. Темнота сгущалась, сверкающий цвет лишь иногда попадал на эту зверюгу. Это был наймо!       — Тойн... — с ужасом прошептала Лорра, попятившись назад.       — Тойн...? — Оливер перевёл взгляд на новую знакомую, а та в ответ посмотрела на него.       — Из первого отряда.... Второй. Тойн... Говорят, что его монстр из чревоугодия... —       Оливер схватил Лорру за руку и посмотрел на выход. Клуб был закрытым помещением, тут не было окон. Значит на крышу. Они оба были птицами, справятся.       — За мной! — Оливер бросился в сторону второго этажа. Пума тут же бросилась за ними, разрушая все на своем пути.       Лорра пыталась успеть за парнем, но страх так сильно обхватил её сердце, что она была не уверена в своих силах. Отец охотится на наймо из первого отряда, а вот один из них так и желал их убить. Ворон давно защищает свою семью, был в самых разных неприятных ситуациях. И сейчас должен был взять себя в руки. Пробираясь дальше и дальше, Оливер никак не мог найти выход на крышу, что сильно его тормозило. Пума наступала им на ноги, рычала и шипела. То и дело парень что-то в неё кидал: будь то бутылка с алкоголем, то стул, то еще что-то, что под рукой оказывалось. Увидев служебную дверь, парень выбил и её. А там, среди всех швабр, тряпок, вёдер и так далее, был выход на крышу. Мгновенно перевоплотившись, ворон схватил подругу и выбил ещё и люк. Голова закружилась от удара, и Оливер упал на бетон.       — Оливер! Оливер! О нет... — Лорра оглянулась назад. Пума вот-вот их настигнет:       — Что делать?... —       — Перевоплощайся... — прошептал ворон, стряхнув с себя эффект после такой встряски, и снова взмыл в воздух:       — Я тебя так не унесу. —       — Я не могу! — крикнула девушка:       — Я убью тебя! —       — Все будет хорошо, давай! —       — Да не могу! — крикнула Лорра, чуть не плача. К ним выскочил Тойн и полоснул девушку по плечу. Лорра закричала, ощутив ужасную жгучую боль.       — Лорра! — испугался Оливер, паря над крышей. Из-за лекарства он летал все хуже и хуже, так что на себе, как раньше, не смог бы вынести кого-то настолько крупного.       Монстр девушки проснулся, и из небольшого тела распахнулась большая птица с острыми крыльями. Однако она явно была меньше Пумы, и меньше самого Оливера в его облики демона. Пума набросилась на Лорру и попыталась разодрать ее крылья.       — Лорра! — Оливер не мог позволить этому случиться. Парень обратился полностью и бросился к девушке. Спикировав, он вонзил когти в голову кошки и освободил стрижа.       — Беги, Лорри! —       Девушка болезненно прострекотала что-то, попыталась взлететь, и это вышло, пусть и не очень хорошо. Оливер сражался с Тони. Не хотел, но пришлось. В любом случае, парень не сможет его одолеть. Нужно каким-то образом обездвижить и как можно быстрее улететь. Пума делала сильные, размашистые удары когтями, оглушая и травмируя. Исчезала, нападала со стороны. Дазай пришлось значительно так приложить усилий, чтобы закрыть спину своему товарищу по одному телу.       — Мы не умрем. Это уж точно, — сквозь зубы сказала демонесса. И Оливер её в этом убеждении поддерживал.       Со стороны на ворона кто-то напал. Тысячи маленьких иголок вонзились в спину. Оливер закричал, надрывая горло. Боль разлилась по всему телу. Громкий птичий и угрожающий крик нападавшего принадлежал Лорре. Девушка прижала его как добычу к земле. Парень почти вырвался, но тут на горло наступил пума и улыбнулся. Оливер это видел — эту настоящую демоническую улыбку. Как же так.... Неужели Лорра как Бетти? Об этом стоило подумать... Стоило подумать в самом начале...       — Оливер! Отдай мне тело! — отдала команду Дазай. Оливер ей доверял и сразу же подчинился.       Дазай, охватив полное влияние над оболочкой, постаралась перевернуться. Когтистая лапа вороны вцепилась в стрижа, пока глаза демонессы в облике чёрного вестника смерти ознаменовали смерть в виде фиолетового свечения. Наполнив легкие воздухом, она издала яростный, громкий крик, который мог бы услышать любой чуть ли не за пределами столицы. Оглушая сразу двух наймо низким ультразвуком, Дазай вложила в этот звук не только эффект помутнения, но и высасывала силы, тем самым сделав хватку нападавших слабее. Демонесса откинула от себя стрижа и укусила пуму за воротник, вырвав клочок шерсти и оставив сильное кровоточащее ранение. Животное заверещало, а ворон тут же поднялся в воздух, усилив крик. Дазай облачила свой истинный облик — высокой и грудастой девушки с вороньими крыльями и сильным голосом, способным пробраться до кого угодно и пронизывать землю вдоль и поперек.       Пума заревела сильнее и бросилась прочь. Девушка осторожно села на крышу дома, взяла и подошла к стрижу. Восьмиранговой демон. Ха! Когда она вот так боролась с Серпентом, тот ей не оставил и шанса на спасение. Однако сейчас... Шери точно должен получить от неё весточку. Помогать ему она не могла, будучи демоном. Лишь Оливер был исключением благодаря договору.       — Пытался меня подставить перед сатаной... Но я не подчиняюсь жалким людишкам, как ты. Это слишком позорно. —       — Ты как и он... — Дазай схватила стрижа за горло и сжала глотку. Птица как будто была парализованная, не могла двигаться:       — Полюбили... Людей! Кха! —       — О нет... — улыбнулась демонесса:       — Я ещё хуже. Я полюбила демона. А ты отныне под моей властью. Еще одно слово — и предстанешь перед Сатаной как проигравший. —       И девушка вновь запела. Её сладкий голос коснулся стрижа и мгновенно отразился на нем, вытаскивая наружу все его страхи, заставляя беднягу проживать худший и самый страшный свой кошмар снова и снова. Способность Дазай — не просто оглушать врагов, а влиять на их разум через её голос. Оливеру только не обязательно было об этом знать.       Тело Лорры вновь вернулось в прежнее состояние. Теперь её демон не будет ей мешать. Он запечатан в своих страхах. А когда лекарство полностью сработает, он совсем покинет её тело. Так же, как и она от... Оливера. Остается надеяться, что к тому моменту рядом будет Серпент.       Поднявшись с корточек, Дазай чуть ли сразу не упала. Если их найдут тут, то будет плохо. Демонесса постаралась собраться с силами. Эта девка должна теперь им обоим. Силы демонессы на исходе, жажда будет невероятно сильной. Дазай подошла к Лорре и взяла её на руки. Нужно было переместиться на другую крышу, что ворон и сделал. Только далеко уйти не вышло. Дазай заснула, покинула тело, а Оливер вернулся в сознание с истраченными силами. Он упал на какую-то крышу, недалеко от крыши клуба, где уже собралась полиция, скорая помощь и пожарные машины.       Парень ничего не понимал, что вокруг него происходит. Но его тут же как будто током ударили. И утренняя боль в несколько раз стала сильнее. Ещё и тело все болело. Лорра проснулась и прошипела от боли в спине.       — О-Оливер! — девушка подбежала к парню и стала его рассматривать:       — Я все помню... Оливер...! Оливер! —       Но ворон не отзывался. Его тело становилось всё горячее и горячее. Он за что-то всё время пытался ухватиться, жмурился и крутился.       — Оливер... — Лорра не слышала более своего монстра. Она знала благодаря кому это.       И она точно знала, что для всего этого пришлось потратить очень много сил. Раз уж теория с демонами, судя по всему, подтвердилась, значит...       Стриж приблизилась к парню и подложила руку под его голову:       — Ты не переживай, скоро тебе полегчает. Хорошо? —       Смущенно девушка коснулась другой рукой щеки парня, а губами девушка прильнула к его губам.

***

      Шери оказался на заводе, как и предполагал. Записи в лаборатории вели на склад препаратов, а там отходили на завод, где их и производили. Волк осматривался, ловя себя на мысли, что впервые находится в таком месте. Все эти конвейеры, большие и мощные машины. Они все производили наймо и раймо. А возможно, ещё средство против наймо, которое только ослабляло монстров. Так же...       Волк осмотрел некоторые документы и подошёл ближе к рабочей ленте. Тут какое-то новое средство. Не похоже на другие. Шери взял и осмотрел одну из таких колбочек. Синее содержимое. Ранее было золотое или красное. А тут — синее.       В ту же секунду где-то с улицы послышался ужасный, сильный звук. Мужчина болезненно закрыл уши и закричал. Никогда ранее он не ощущал такого, как будто тебя с ног до головы выворачивают, однако кто-то как будто кричал: "Второй из первого отряда! Пума пришла нас убить!"       Пума? Второй? Вспоминая документы о первом отряде, который Шери видел ещё давно... Кажется, Тойн. Или кратко Тони, как его звали друзья. Пума-невидимка. Оливер? Ох, если так подумать. Лео говорил, что старший тоже прогуливает... Оливер!       — Далеко собрался? — в ту же секунду в волка пролетела чья-то сильная лапа, и парень кое-как успел её заблокировать, обнажая свои собственные чёрные когти. Однако от силы этого самого удара его ничего не уберегло, и волк перелетел конвейер, рухнув в коробки с такими же синими колбочками.       — Что для тебя важнее... — к мужчине важным шагом подходила девушка с мёртвым выражением демонического лица. Совсем не похоже на то, что было у Энсе:       — Спасти своего сына... Или остановить демона со способностью к скорости? —       — Сына? — прорычал волк, постаравшись встать:       — Что здесь, черт возьми, происходит?! —       — Ох, так ты до сих пор не понял, — кровожадно, с особенными нотками ненависти, сказала девушка:       — Твой сын сейчас столкнулся с Тони. Он значительно сильнее твоего детеныша, который под лекарствами и без сил страдает от жажды. А это, — девушка указала на синее вещество:       — Твоя кровь. Остановишь меня, потеряешь сына. А спасешь сына — эти экземпляры попадут к Валендолу. —       Шери оскалился. Парень напал на девушку и схватил ту за шиворот. Кажется, она и не сопротивлялась, лишь смотрела с усмешкой, как будто знала ответ на вопрос. Как именно поступит парень. Волк боялся, что может случиться так, что она нападет со спины, так что бросил Кузю в коробки и перевоплотился в большего волка, состоящего из чёрного плотного дыма, и почти вонзил клыки, как перед ним Кузя превратилась в крупную ласку. Её суперспособность — скорость. Парень не собирался её убивать сейчас, не смог бы, так что, поставив лапу на горло, волк постарался схватить зубами за небольшую лапу зверя. Ласки были очень эластичными, и просто так их ухватить бы не вышло. Между зубов наконец оказалась мягкая плоть. Парень сомкнул клыки с такой силой, с которой сейчас мог, Кузя закричала. Напоследок он выпустил золотую жидкость. Наймо заверещала ещё громче, вырвалась и вонзила клыки в шею парня, а после бросилась бежать. Парень заскулил. Хоть челюсть была и не очень сильная, но кусала болезненно. Тем не менее теперь она явно передвигалась медленнее, и волк мог бы её почуять, если что. А что? Метод был очень действенен. Да, теперь, когда наймо был чуть замедлен благодаря своей самоуверенности, волк мог её догнать, положившись, что Оливер справится. А с другой стороны, сын мог быть и вправду в опасности.