Поля Шуры двух гордых бессмертных драконов

Маленький мальчик отрабатывал приемы меча под платаном во дворе, одно движение за раз, и Юэ Сючжи хвалил его за хорошую практику. Если практика отсутствует, а ошибки исправляет Юэ Ючжи, маленький мальчик будет долго стонать, бросаться в объятия этого человека и вести себя как ребенок, умоляя этого человека научить его. Босс Пей усмехнулся в сторону, этот ребенок, очевидно, знает все, но он просто притворяется, что не знает. Была уже зима, платаны были покрыты слоем белого снега, а земля покрыта равнинами. На маленьком мальчике был толстый слой снежного меха, отчего он становился все ниже и ниже. Его изначально тонкие черты лица в тот момент были полны глупых улыбок, и ему не терпелось повернуть голову после исполнения серии движений мечом. Глядя на юношу в лисьем меху, юноша нежно погладил его пушистые волосы, как ему хотелось, и сказал ему слова одобрения. На снегу полно глубоких и неглубоких следов, одна пара поменьше, а другая покрупнее, накладываясь друг на друга, показывая близость. Возможно, свет, отраженный от снега, был слишком ослепителен. Пей Мин отвернулся и посмотрел на слегка покачивающиеся ветки платана, выражение его лица было трудно различить. Когда заходящее солнце приближалось к западу, в теплом желтом свете послесвечения, Юэ Сючжи держал детеныша за руку и учил его писать штрих за штрихом. Черноволосый юноша наклонился и нежно обнял маленького детеныша, и его голос был для него мягким. Объясните начало, поворот и сокращение каждого гребка. Пей Дамин (*Босс Пей), опиравшийся сбоку на книжный шкаф, посмотрел на картину перед собой и почему-то каким-то образом прошел перед ними и овладел детенышем. В это время он не может контролировать это тело, но может чувствовать все ощущения, которые испытывает это тело. Он услышал, как Юэ Сючжи медленно и тихо сказал ему на ухо: «Для этого символа лучше всего использовать Нифэн (*круглая головка) в качестве начала пера. Иероглифы, написанные таким образом, содержат мускулы и кости, квадратные и красивые, и если их объединить с поворотом перо, их можно писать круглой головкой. Подобно штрихам печатного письма, они кажутся твердыми, энергичными, сдержанными и достойными...» Когда Юэ Сючжи говорил, его дыхание слегка касалось щеки, и он отчетливо чувствовал легкий зуд на лице. Юэ Сючжи держал детеныша за руку, заставляя его писать слово штрих за штрихом. Очевидно, восприятие детеныша было мягким и теплым, но Пэй Дамин чувствовал, что кожа, к которой прикасался Юэ Сючжи, постоянно горела. «Написанные таким образом персонажи (*символы) обладают сильным характером и выполняются за один раз. Давай, напиши один сам и покажи учителю». Волчонок переписал слово послушно и серьезно. Юэ Сючжи взглянул на почерк, написанный детенышем, и прокомментировал: «Основные моменты усвоены, но письмо все еще нестабильно, и это также связано с твоим юным возрастом. Начиная с завтрашнего дня, я буду вешать на запястье тебе мешок с песком, чтобы каждый день заниматься каллиграфией. Понимаешь?» Если бы это рассказал остальным детям учитель, дети бы жаловались, но Пэй Сяомин просто послушно кивнул. Юэ Сючжи немного подумал, но все же спросил немного беспокойно: «Ты от этого почувствуешь себя слишком уставшим?» Детеныш покачал головой и сказал: «Я не устал. Я знаю, что Учитель делает это для моего же блага». Юэ Сючжи с облегчением похлопал Зай Цзая (*детеныша) по голове, чувствуя, что детеныш его семьи действительно разумен. Однако г-н Пей тоже усмехнулся в глубине души: в пятилетнем возрасте он не знал, сколько страданий ему пришлось пережить. Как он мог взять такое пустяковое дело как бремя, и радоваться уже поздно. Практикующие, которые претерпели трудности, чтобы стать мастерами, если бы они больше совершенствовались в то время и учили бы его вот так, как бы он был счастлив... Такая мысль мелькнула в голове г-на Пэя, но он ее не уловил. … Два месяца пролетели как одно мгновение, Пэй Сяомин усердно тренировался каждый день, он не только тренировался больше и каждый день ему преподавали новые уроки, но ему также приходилось рубить мечом три тысячи раз в день, не останавливаясь. Мешки с песком на руках все больше и больше запутываются. Поскольку практикующие чрезвычайно сильны, нет необходимости беспокоиться о том, что вы не сможете это вынести. Несколько дней назад песок в мешках с песком заменили железным песком. Юэ Сючжи однажды очень лестно похвалил мастера каллиграфии, который писал тонким пером по дереву. Если его ученик сможет проявлять настойчивость каждый день, он боится, что проникновение пера в дерево будет не за горами. Еще шесть дней назад база совершенствования Пэй Сяомина достигла духовного учителя седьмого уровня, и сегодня также тот день, когда Юэ Сючжи договорился о встрече с Пэй Сяомином, чтобы пойти к Ци Фэну для испытания. Этот вопрос уже был рассмотрен Ци Фэном и учителем Ци Фэна Фу Юанем. Ци Фэн сказал, что он совсем не боится, Фу Юань тоже не возражал. Ученики Цзюхуасяо очень часто встречаются для участия в соревнованиях. В конце концов, это мир боевых искусств. Это также может побудить учеников практиковаться. Пока они не серьезно ранены или убиты, Цзюхуасяо это не волнует. Конечно, упомянутое здесь «неважно» относится к согласованному соревнованию, заключающемуся в выходе на ринг. Если это частная драка, то она будет строго наказана. Юэ Сючжи и Пэй Сяомин вместе отправились на назначенную арену, а Ци Фэн уже ждал их наверху. За два месяца Пэй Сяомин прошел путь от отсутствия совершенствования до духовного учителя седьмого уровня, а Ци Фэн не стоял на месте и был повышен с духовного учителя седьмого уровня до духовного учителя восьмого уровня. В конце концов, он также является учеником Фу Юаня, учеником с редкими талантами, и Фу Юань тоже учил его очень тщательно. Ученики Фу Юаня, как мастера секты Цзюхуасяо, не похожи на Пика Люя, только Пэй Мин — единственный. Напротив, у него восемь учеников. Среди них самым выдающимся является его старший ученик Фу Юньсюй, который является потомком Фу Юаня, самого талантливого ученика этого поколения семьи Фу, который присоединился к секте Фу Юаня с детства, а сейчас ему пятнадцать лет, он уже на поздней стадии состояния Линюнь.(*Слухового развития/уровня) Фу Юньсюй также сыграл много ролей в оригинальном романе, он полная противоположность Пей Мина. Пей Мин хладнокровен и безжалостен. Хотя детский опыт не сделал его циничным, он также сделал его лишенным привязанности ко всему, и он был еще более жестоким и бессовестным по отношению к врагам. Но Фу Юньсюй другой, он типичный порядочный господин, трех взглядов чрезвычайно прямолинейный, добросердечный, но не слепой, у него свой способ обращения с вещами, он не попирает ни свою совесть, ни девственность.(*не идет против совести и святости/чистоты) Также из-за его личности, хотя Пей Мин не любил его и ненавидел его статус старшего ученика Цзюхуасяо, в конце концов он ничего ему не сделал. В оригинальной книге после того, как Пей Мин уничтожил Цзюхуасяо, именно Фу Юньсюй защитил оставшихся учеников Цзюхуасяо и основал другую секту, которая смогла сохранить последнее продолжение Цзюхуасяо. Причина, по которой так много сказано, заключается главным образом в том, что Фу Юньсюй, хороший мальчик с чрезвычайно честными взглядами, на самом деле является конечной целью Юэ Сючжи в воспитании учеников! Стоя на ринге, Ци Фэн, очевидно, был всего лишь десятилетним ребенком, но он важничал, как мальчишка, и кричал только что прибывшему Пей Мину: «Пей Мин, поторопись и брось мне вызов! Я позволю тебе узнать сегодня, что ты недостоин быть учеником Досточтимого Ватана!» Когда Пэй Мин услышал это, его лицо надулось от гнева. Юэ Сючжи почувствовал себя немного потерявшим дар речи, что, черт возьми, это за чувство, когда за него сражаются две маленькие бобышки. Фактически, это также причина, по которой Юэ Сючжи пригласил Пэй Мина для участия в этом соревновании. Юэ Сючжи едва заметно заметил, что Пэй Сяомин всегда чувствовал себя неполноценным. На самом деле он тоже думал, что недостоин быть его учеником, или, другими словами, ему всегда не хватало чувства реальности по поводу того, что он вдруг стал его учеником. Такая неуверенность в себе не способствует росту детеныша, поэтому Юэ Сючжи назначил встречу для участия в этом соревновании. Он наклонился и тихим голосом утешил Сяо Дудина: «А-Мин, не бойся, просто докажи им, что А-Мин — самый гордый ученик Шицзуня». Маленького мальчика похвалили, выражение его лица внезапно стало радостным, глаза заблестели, а затем он не мог не жаловаться высокомерно: «Какой самый гордый ученик? Мастер, у тебя вообще только один ученик». Хоть он и сказал это, улыбку в уголке его рта невозможно было сдержать. Юэ Сючжи улыбнулся и сказал: «Это потому, что А-Мин лучший, поэтому у меня может быть только один ученик». Маленький паршивец был так счастлив, что едва мог найти место где спрятаться. Он легко поднялся по ступенькам ринга, и когда он встал перед Ци Фэном и столкнулся с агрессивным противником, он почувствовал ощущение реальности. В это время Юэ Сючжи тоже вышел на смотровую площадку. Смотровая площадка уже была заполнена людьми. Ведь это было соревнование между сюзереном и учениками преподобного Ватана, и один был давно известным гением, а другой, по слухам, девятижильным злодеем. (*удачливый, что аж завидно, тоже гений) Хотя они оба были молоды, но за десять лет аскетизма обычных учеников они наверстали упущенное, поэтому места для просмотра соревнований по-прежнему пользуются большой популярностью. Юэ Сючжи даже слышал, как некоторые ученики делали ставку на то, кто победит. Толстый улыбающийся ученик лет пятнадцати кричал: «Рынок открыт, рынок открыт, шансы Ци Фэна — один к двум, шансы Пэй Мина — один к трем, купи и уходи!» Ученик рядом с ним странно спросил: «Хотя Пэй Мин еще молод, он гений с девятью венами. Почему шансы в два раза выше, чем у Ци Фэна?» Другой ученик ответил: «Вы также сказали, что он еще молод. Ему сейчас всего лишь пять, и он пробыл в Цзюхуасяо всего пять месяцев. До этого у него не было совершенствования. Как его можно сравнивать с Ци Фэном, который практиковал семь лет?» «Да, да». Пухлый ученик согласился: «Не говоря уже о том, что Ци Фэн теперь является духовным учителем восьмого уровня, а Пэй Мин — духовным учителем только седьмого уровня. Эта база совершенствования внезапно улучшилась за несколько месяцев, и его не легко сравнить со стабильными людьми того же уровня, не говоря уже о том, чтобы подняться на борьбу с врагом? Вы должны знать, что после шестого уровня разрыв между каждым уровнем подобен естественному барьеру». Ученики рядом с ним кивнули в знак согласия. Хотя шансы Пей Мина были высокими, мало кто купил Пей Мина, но большинство из них купили Ци Фэна. В результате пухлый ученик боялся потерять деньги, поэтому ему пришлось изменить коэффициент Ци Фэна на 1:15, а коэффициент Пэй Мина на 1:4. Юэ Сючжи рассмеялся про себя. Конечно же, в Дяньцзявэнь главный герой должен участвовать в азартной игре, и шансы главного героя в этой игре должны быть высокими, и никто не купится на нее. Если да... главный герой обязательно купит долю и заработает много денег. Юэ Сючжи взглянул на Сяо Дудина на ринге, думая, что этому маленькому паршивцу сейчас совсем немного лет, поэтому он, вероятно, не сможет найти эту возможность для бизнеса, так почему бы не стать мастером и не помочь ему заработать карманные деньги. Хотя Юэ Сючжи не воспринимает эти небольшие деньги всерьез, весело провести время — это хорошо. Подумав таким образом, Юэ Сючжи достал несколько высококачественных духовных камней и передал их Лю Фэну, попросив купить Пэй Мина. Увидев это, Лу Фань удивленно рассмеялся: «Юэ Сючжи, когда ты играл в детскую семейную игру? Тебе должно быть стыдно зарабатывать деньги на группе молодых людей». Юэ Сючжи равнодушно ответил: «Эти кусочки духовных камней изначально были частью счастливых денег,(*также известны как деньги на Новый Год) которые я приготовил для своего ученика, теперь я использую их, чтобы купить победу и дать ему еще немного счастливых денег, что случилось?»