Немного уюта

Вокруг один лишь утренний туман, он прохладной дымкой стелился по територии Цисин и насыщал воздух ярким сосновым ароматом. Свежо. Рассветная роса впитывала пастельные оттенки небосвода, на котором великие адепты грядками выращивали белоснежные облака для нового дня. Пушистые как барашки, которых считают перед сном. Ещё слишком рано для пробуждения суетливой гавани контрактов, поэтому слышно было лишь постукивание дятлов об кору и, время от времени, тихое пении малюток-зябликов. Умиротворяюще. В одинокой беседке, среди бамбуковой рощи, медленно и с наслаждением вздыхала окружающие ароматы немного усталая полуадепт. Чай, сделанный из полезных лепестков цин синя, уже остыл, а секретарь гладила усыпанную узорами синеву глазурной лилии. Почти бархатная на ощупь. Цветы любят когда им поют. Мелодия тихими нотами зазвучала в беседке, теряясь в тишине, будто птица, что только обрела свободу. Голос девушки, был подобен солнечным лучам, что оставляют поцелуи на макушке Юй. Он нёс тепло. Лилии будто отвечали улыбкой. Девушка закрыла глаза. Вместо темноты под ее векам скрывались прекрасные пейзажи Ли Юэ: высокие скалы, скрывающие свои подножья в гущах туманов, янтарные ловушки, манящие к себе и очаровующие взор, крыши гавани, в самый полдень, и вечно прозрачная поверхность озера. Все это - ее дом. Песня продолжала литься. Ли Юэ называют процветающим город из-за количества моры, но настоящее сокровище страны - люди, неугомонные и двигающиеся к своим мечтам. Это то, что Гань Юй хочет защитить. Лепестки раскрываются ещё шире, излучая прелестный аромат. Горы бумаг в тихом кабинете со скромной табличкой "секретарь" на двери давно стали не просто работой, а стилем жизни. Уже не первый век всё так. Полуадепт одна из немногих кто получает лишь удовлетворение от недели без единой минутки сна и до мелочей продуманного плана финансирования на новое предприятие Цисин. Насколько глубоко проникла мысль, что она должна доказать свою значимость и заслужить свое место в этом мире жертвуя своим здоровьем? От линий на лепестках исходит мягкое и приятное свечение. Всегда вдалеке от шумных скоплений людей. Ей не даётся общение со смертными, хотя Гань Юй все продолжает корить себя, что это от недостатка стараний. Выступы перед публикой вызывают у нее панику. Сердце стучит все громче, в перемешку с тревожными мыслями и чёртовым "а если".. Пение птиц словно подхватывает чувственную мелодию Гань Юй. "Тебе не место среди людей" - слова, кои касались ее ушей больше сотни раз. Но полукровка осознавала, что и среди адептов дома для нее нет. Мягкая улыбка с каплей обречённости в уголке губ. Песнь подходит к концу. Выпустив в прохладу рощи последнюю ноту и завершив этим своё ма́лое выступление, Гань Юй наконец сделала глоток чая. Пока разные мысли томили здравый разум, а вкусная жидкость грела горло, кусты сзади необычно зашуршали. Секретарь была слишком сосредоточена на напитке, что бы заметить подобное. Гань Юй частенько бывала здесь после утренней медитации и перед началом рабочего дня (у нее он, конечно же, начинался в разы раньше чем у обычных служащих), и никто ещё ни разу ее тут не обнаруживал. Сегодняшний день же положил начало новой традиции. Теперь песнь, сопровождаемая тихим ветром, туманом, зябликами и чаем, удостоилась первого слушателя - смущённую работницу Цисин, которая прячется за деревом. С того дня Нефритовое Равновесие не могла перестать приходить сюда что бы услышать этот голос хотя бы ещё разок. Так и проходило каждое раннее утро: секретарь Лунного Павильона пела цветам и наслаждалась травяным чаем, а Кэ Цин скрывалась от ее взора. Оказалось, Кэ Цин нуждалась в целебной песне не меньше цветов. Теперь к ее коллекции статуэток Рекса Ляписа присоединились несколько фигурок прекрасной цилин..