Чертовски хорош

Выходя из комнаты, Стил прошел к скамьям, присоединяясь к слушанию. Комната услышанных представляло собой место, где люди могли переждать ночь, когда у них не было крова над головой. Стил, по выдуманной наспех истории младшего Фишера, был сиротой из другой деревни, который нуждался в таком месте. Умиротворяющая мелодия органа проносилась в воздухе и, как глава храма, Ганс проводил священное чтение. Люди в зале стояли, опустив головы и сложив руки в молитве. Проникаясь молитвой, даже демон чувствовал спокойствие, не смея прерывать чтение. Так или иначе, Ките было важно это. Возможно он и подчинялся, скорее, заветам отца с этой духовностью и правилами, но тем ни менее… Душа демона, конечно, испытывала определенный трепет при звуках священного пения и молитв, но это было так незначительно, и компенсировалось спокойствием от того, что в поле зрения попадал светловолосый юный священник, который стоял вместе со своими братьями и сестрами по вере. Когда чтение закончилось, люди начали расходиться, и Стил проводил их взглядом до дверей храма. — Выспался? Кита подошел, когда народ начинал покидать церковь, а у него самого появилась свободная минутка. — Да, спал, как убитый. У демонов крепкий сон. — Знаешь, тебе… правда необязательно спать… ну… здесь. Разве возвращаться «домой» не будет легче, чем тратить силы… на сохранении человеческой формы? Уверенный в том, что они не будут кем-либо услышаны, спросил блондин. В случае чего, демон бы предупредил его при чьем-либо приближении. — Нет, мне не легче. Хочу находиться рядом с тобой… Стил аккуратно взял парня за руку, чтоб это выглядело незаметно. Не побоявшись, тот не отдернул руку, улыбнувшись. — Выспался? Теперь уже спросил, подойдя, Ганс. — Да, спасибо за беспокойство. Розововласый улыбнулся, разворачиваясь к мужчине лицом. Парень убрал руку в карман, стараясь не привлекать внимание этим движением. Внимание было привлечено, но брюнет этого не прокомментировал. — Рад за твое благосостояние… Может личность Стила и его нахождение здесь и волновали мужчину, препятствовать этому он не мог. — Раз ты проснулся, не мог бы сходить в город за Амокой. Утром она отправилась за покупками, и мне некого было послать с ней. Это было поручено, скорее, чтоб чертенок поменьше времени проводил с Китой, не отвлекая его… от служения… — Пап… Отец, но Стил неместный… — Спокойно, разберусь где тут у вас рынок. Розововласый развернулся, отправившись к двери. — Вы довольно сильно подружились с этим… парнем… — Ну, всякое бывает. Голубоглазый пожал плечами, боясь признаваться в чем-либо. Не то что бы он боялся, что отец выступил бы против счастья сына и его желаний. Но сама ситуация была неоднозначной. — Верно. Никогда не знаешь, что уготовано судьбой. Ганс явно не говорил всего, что понимал. — Заслушаешь исповеди, Кита? Мужчина отправился за стойку, собирать письмена. — Да, отец. Блондин отправился к исповедальне.

***

Стил довольно быстро добрался до главной улицы, пройдя рынок. Ауру девчушки он уже запомнил, с легкостью почувствовав ту чуть поодаль. — Я не просила, чтоб за мной посылали няньку. Амока хмыкнула, скрестив руки на груди. Она даже не посмотрела в сторону демоненка, тоже уже запомнив его ауру. — Если б это зависело от меня, я бы не приходил. Но, знаешь, лучше не спорить с нашим мистером главным священником. Он только и ждет того, чтоб я накосячил, чтоб погнать меня с церкви. Усмехнувшись, розововласый спрыгнул с забора, на котором сидел, ожидая, когда девочка обратится к нему. — Навещала кого? Демон спросил это более серьезно, глянув в сторону ворот кладбища, из которых выходила девчушка. — У мамы сегодня день рождения. Блондинка вздохнула, сжав крепче корзинку с цветами и продуктами, потопав в сторону храма. Стил не был особо удивлен прямолинейностью девчушки, в очередной раз отметив ее откровенность. — Мне жаль. — Ты это уже говорил. — Правда? Не помню такого… Демон усмехнулся, прекрасно помня о том, как выражал свои соболезнования при первом «официальном» знакомстве. — У вас прекрасная память, не надо меня дурить… демон… Даже если Стил и был поражен, показывать свою обеспокоенность было не в его характере. Он спокойно отправился вслед за девчушкой, давая заявлению повиснуть в воздухе прежде, чем ответить: — Проницательно, хвалю. — Ваша человеческая форма предназначена, чтоб одурачить простой люд. Но религиозные служители могут отличить демоническую ауру от человеческой. — Ну да… Честно, чертенок не думал о том, сможет ли вообще надурить кого-либо. Просто обычно он применял человеческую форму без проблем и расслабился от того, что вопросов ни у кого не возникало. — Ты не кажешься особо пораженной. Трудно принимать такое спокойствие, знаешь ли… — Ну, Кита же доверяет тебе и подпускает тебя… Значит, ты не плохой. — Ты очень… уверена в нем. — Он фигни не натворит. Чертенок снова усмехнулся. Он и сам хотел быть так уверен в словах и решениях Киты. — Это, в любом случае, странно. Вряд ли ты вдруг заинтересовался религией. Да и Ганса сложновато понимать в некоторых отношениях… Ты что, терпишь все это только ради Киты? — Да. Я терплю все это ради мальчишьки, который до сих пор теряется в том, что хочет. Я почти достиг своей цели, я уверен. Амока сузила глаза, чуть задумавшись. — В любом случае, я тоже хочу счастья для Киты. Если ты обеспечишь… Буду благодарна. — Да, конечно. Если, счастье Киты зависит от его же уверенности в том, что он хочет, Стил этого понимания добьется. — Спасибо, малая.