You will never see me cry

– Мы на позиции. Мари?,– звучит голос Прайса по рации. – На позиции, капитан,– отвечаю я с улыбкой на губах.       Я не то, чтобы очень сильно рада, что торчу сейчас на какой-то горе, лёжа на снегу, но я довольна тем, что у меня есть, чем заняться. Наёмницы не сидят без дела, а для меня отсутствие работы и подавно смерти подобно. Слишком скучно. А скуку я не люблю. – А она нам пулю в голову не пустит, капитан?,– с полуулыбкой спрашивает Газ, поворачивая голову к Прайсу. Тот лишь тихо вздыхая, мотая головой. Пускай у него, да и у всего ОТГ-141 есть разрешение пристрелить меня при малейшем намёке на предательство, но они-то тут, а я более, чем в трёхстах метрах от них. Даже при всём желании не пристрелят. – У нас нет выбора, по крайней мере, сейчас,– отвечает через пару минут Гоуст.       Эх, если бы я слышала этот разговор, то вставила бы пару комментариев, но мужчины переговаривались между собой, лишая меня соблазнительной возможности ответить на их подозрения колкостями. – Начинаем,– командует Прайс по рации так, чтобы и я слышала это.       Миссия проста. До смехотворного проста.       Наша цель – обезвредить главу подпольной террористической организации, которая называла себя «Возрождённой Аль-Каталой». Таких была не одна и не две, а насчитывалось уже около десятка по всей Европе и ещё пара – в Северной и Южной Америке. Уничтожить всех разом не представлялось возможным – пусть, это были и не самые опытные террористы, но они весьма неплохо заметали следы, и службам требовалось не мало времени, чтобы найти их. Вот, одну нашли.       Я здесь выступала в качестве прикрытия, чего вообще не любила. Меня б туда, в самую гущу событий, а не торчать на горе в ожидании чуда – момента, когда потребуется моя помощь. Ждать я не любила точно также сильно, как и скучать.       В прицел своей винтовки я видела, как Прайс и Газ – с одной стороны – и Соуп с Гоустом – с другой – обходили небольшое ограждение. Наша «цель» находилась, считайте, в открытом поле. Я бы хоть сейчас могла пустить ей пулю в голову, но приказ был ясен, как и небо над головой, – брать живым. Живым, но про простреленные колени… Эх, ладно.       Несколько мгновений члены оперативной группы выжидают подходящего момента для нападения. Нужно дождаться, когда большая часть противников будет в поле их зрения – конечно, у них есть поддержка в виде снайпера, но они не доверяют мне ни на йоту.       Завязывается перестрелка, за которой я внимательно слежу в прицел, слегка переводя его с одного противника на другого. Не на любого, разумеется, я нацеливаюсь, а лишь на тех, кто, по моему мнению, может помешать моим «напарникам» выполнить задачу. Я прекрасно вижу, что в здании, перед которым Прайс с отрядом совершил своё внезапное нападение, начинается какое-то копошение и движение. – Кэп, здание. В окнах движение, но ничерта не вижу,– проговариваю я в рацию,– ждите гостей с главного входа.       Сиди, да давай им информацию. Вот, ведь прекрасно занятие. Не было работы поинтереснее для меня? Чувствую себя каким-то наводчиком: иди туда, убей того. Как в компьютерную игру села поиграть.       Через пару секунд из здания и в правду начинают выбегать люди – очередные террористы. Правда, первый из них падает также быстро, как и появляется в поле моего зрения. Остальные тут же бросаются в рассыпную, пытаясь найти укрытие. – А мама вам не говорила, что не надо бежать от снайпера?,– бормочу я себе под нос, прицельным выстрелом отправляя на вечный покой ещё одного террориста,– умрёте уставшими.       И попытки террористов спрятаться за укрытиями были столь же тщетными. Я не была единственной, кто собирался лишить их жизни. Сконцентрировавшись на снайпере, они совсем позабыли о своих противниках, которые находились в нескольких метрах от них. Ошибочка.       Положив ещё два хороших выстрела, я с удовлетворённым выражением лица осмотрела поле боя. – Цель у нас. Отходим к точке эвакуации,– звучит голос Прайса в рации.       Даже покрасоваться не дал. Хотя…       Когда я уже была готова подняться со своего места, я замечаю блик в окне. Можно было бы списать на упавший на стекло луч солнца, но слишком он показался мне подозрительным. Я присмотрелась, наводясь на это самое окно. Не зря присмотрелась.       Выстрел. Вернее, их было два, но один из них до моего слуха не донёсся, так как был сделан террористом ровно в тот момент, когда моя пуля попала в него. Не самый меткий мой выстрел, но я толком и не видела его – окно бликовало, а внутри было темно, так что целилась я по очертанию силуэта и по наитию. – Нихрена себе!,– вскрикнул Соуп. Пуля противника прошла в каких-то сантиметрах от него левого плеча. Он взглядом проследил от места попадания пули до того окна, из которого она была выпущена. – Джонни, в порядке?,– тут же спросил Гоуст, оборачиваясь на товарища. – В порядке, лейтенант,– ответил МакТавиш спустя пару мгновений. Он перевел взгляд на гору, где сидела я, а следом включил рацию,– похоже, мне придётся поблагодарить тебя, Мари, за спасение моей задницы.       Я усмехнулась, на всякий случай ещё раз осматривая окна здания. Пусто. Бликов нет. – Просто купишь мне выпивки, и мы в расчёте,– отвечаю я по рации, поднимаясь со своего места.       Что ж, первая миссия в составе ОТГ-141 была успешно выполнена. Я даже заслужила благодарность сержанта МакТавиша, какая честь. Хотя, справедливости ради, я не то, чтобы гналась за их признанием или дружбой с доверием. Оно мне не было нужно. Единственное, чего я хотела – не отсиживаться в душных кабинетах или на военных базах в тоскливом ожидании какого-нибудь нового задания. Или же, что ещё было бы хуже, попасть в отряд снобов и ворчунов, которые действуют только по протоколу, общаются по протоколу, срут…наверное, тоже по протоколу.       Когда мы встретились на точке эвакуации, взгляды у мужчин, которыми они смотрели на меня, несколько изменились. Теперь в них читалось чуть меньше недоверия и подозрительности. Особенно у Соупа. Тот почти сразу подошёл ко мне, похлопывая по предплечью, да ещё и совершенно не сдерживая силы, из-за чего я едва в сторону не полетела. Спасибо, что вовремя встала в более устойчивую позу. – Хорошо поработала, Мари,– проговорил капитан Прайс, смотря на меня абсолютно ничем не выражающим взглядом.       Я лишь развела руками. – Приказ есть приказ. Мне сказали прикрывать ваши задницы, я прикрывала,– с улыбкой ответила я,– Chose promise, chose due . – Это был французский?,– спросил Гэррик, смотря на меня тем же удивленным взглядом, который устремили на меня и Соуп, и Прайс, и, наверное, Гоуст, вот, только его взгляд из-за маски было вообще не разобрать. – Угадал. Я француженка,– я растянула на лице милую улыбку. Одну из многих, которую я использовала для создания приятного впечатления. Едва ли она помогала мне в этой ситуации. – Пора загружаться,– проговорил капитан, заводя нашу «цель», которая всё это время молча стояла и дрожала от ужаса, периодически что-то бормоча на арабском. Возможно. Я не понимала этот язык, так что даже не пыталась предположить.       Мы все залезли в вертолёт, который должен был доставить нас обратно, на базу. И, по идее, по договорённости Джона Прайса с Ласвэлл, на этом наши пути с ОТГ-141 должны были разойтись, но…