You will never see me cry

      Я перевожу взгляд на Гоуста. Его очередь. И чутьё мне подсказывает, что он относится к этой игре чуть серьёзнее, чем его более молодые коллеги или капитан. Может, мне так кажется из-за его пронзительного и холодного взгляда. А может это разыгралось воображение из-за алкоголя? – Я никогда не служил по Французском Иностранном легиона,– произносит Райли, глядя мне прямо в глаза. – Стреляешь вслепую?,– спрашиваю я у мужчины, но он молчит. Улыбка слегка сползает с моего лица, ведь он угадал. Не знаю как, но угадал.       Я делаю глоток.       До слуха доносится тихий присвист Джонни. – Это нифиговый такой послужной список у тебя должен быть, Мари,– говорит мужчина, и в его голосе даже слышится нотка уважения.       Я несколько мгновений ещё смотрю на Райли, пока он оценивает мою реакцию на тот факт, что он угадал деталь моего прошлого. Было и без того понятно, что рано или поздно вскроется какой-то менее безобидный факт, чем моё посещение России, но я не думала, что так быстро. – Мари, твоя очередь,– проговаривает Прайс, и я согласно киваю.       Надо бы что-то такое тоже выдать, чтобы копнуть в их пришлое. Не мне ж одной страдать.       Я задумываюсь, обводя взглядом мужчин. Вот, только это сложно. Я ничего о них толком не знаю, а палить вслепую, как Саймон, я не хочу. Как минимум потому, что я недостаточно везучая в подобных азартных мероприятиях. И ошибаться мне не особо нравится. – Я никогда не подвергалась пыткам,– произношу я серьёзным тоном и обвожу взглядом мужчин.       В первую секунду кажется, что я ошиблась, но затем…       Гоуст делает глоток виски.       Соуп и Газ, да и я тоже смотрим на него с неподдельным удивлением. А я, до кучи, ещё удивляюсь и тому, что его товарищи по команде не знали этого. – Лейтенант?,– спрашивает Джонни, не сводя взгляда с Райли. Тот поворачивает голову к другу, но ничего не говорит. Зато следом он смотрит на меня таким взглядом, о которого мне даже становится не по себе, но лишь на пару мгновений.       Гоуст не особо доволен, что я углубилась в его прошлое, да ещё и такое неприятное. Но и я тоже не особо была рада раскрытию части своей истории. Так что будем считать, что 1:1. – Что ж,– произносит Прайс, потирая ладони о колени,– я никогда не убегал с миссии, не выполнив её.       И вот наступает первый раз, когда не пьёт никто. Что-то вроде передышки в этой игре.       Я перевожу взгляд на капитана и закуриваю. – Вы думали, раз я наёмница, то поджимаю хвостик и валю на все четыре стороны?,– усмехаюсь я и цокаю языком,- я всегда довожу дело до конца.       Я нарочно делаю ударение на последних словах и приподнимаю указательный палец.       Капитан слегка кивает мне, вроде бы даже выказывая своеобразное уважение. Не могу сказать, на сколько оно правдивое, но это не так уж и важно в данный момент – Придумал!,– громко произносит Соуп,– я никогда не спал с мужчиной!       Я смотрю на Джонни с минуту, наверное. То ли парень уже выпил достаточно, то ли он продолжает прикалываться, но вопрос на столько нелепый, что представить себе более тупой вопрос сложно. Впрочем, я уже готова, что кто-то ещё вместе со мной выпьет.       Но нет, слава богу, что пью я только одна. – Это лучшее, что ты мог придумать?,– спрашиваю я, отставляя стакан в сторону,– может тебе уже хватит? Виски в голову ударил, извилины перестали шевелиться? – Я в полном порядке,– протягивает МакТавиш, и я замечаю на его губах характерную пьяную улыбку и покачиваю головой. Он уже точно выпил…А сколько он выпил? Я в какой-то момент напрочь перестала следить за количеством выпитого алкоголя. – Соуп, ты уже четвертый стакан прикончил, дружище. Я не буду тащить тебя через полгорода до дома,– произносит Гэррик, похлопывая товарища по плечу.       Четыре стакана?       Я чуть приподнимаю бровь, едва заметно. Видимо, Джонни не привык к крепким напиткам, раз его уже так хорошо накрыло. Он, конечно, не в стельку пьяный, но, если продолжит так и дальше, то через минут 40 точно будет пускать слюни. – Так, я… Чтобы такого сказать,– задумчиво говорит Кайл и смотрит на друзей, а затем и на меня,– я никогда не управлял вертолётом.       И снова «огонь по своим». Пью я, Прайс и Гоуст. И если на своих товарищей Гэррик никак особо не реагирует, то на меня смотрит с удивлённым выражением лица. – Один вопрос – как?,– спрашивает он. Этот вопрос, как я вижу, волнует не его одного. – Celui qui sait beaucoup dort peu ,– отвечаю я, но затем быстро добавляю,– но там ничего такого не было. Во время работы в Легионе пришлось поуправлять разочек. Чуть не угробила и себя, и вертолёт, и команду. Так что за руль меня лучше не сажайте.       Мужчины посмеиваются, а Соуп громче всех. От него явно надо отставить подальше бутылку с МОИМ, кстати, виски. А то он так в одно лицо всё выпьет. – Надеюсь, тебе не придётся быть нашим водителем,– добавляет Газ, а следом за его словами звучит фраза Райли. – Я никогда не убивал своих товарищей,– его фраза буквально звучит как обвинение.       Мне даже немного обидно, что меня считают какой-то мерзкой наёмницей с манией предавать и убивать своих. Ладно, шучу, не обидно. Но осадочек остаётся. – Я – наёмница, а не дьявольское отродье. Хорош меня демонизировать,– проговариваю я с лёгкой улыбкой, но голос всё равно выражает недовольство,– вы ровняете меня с другими наёмниками, которых знаете, но, как говорят у меня на родине: comparaison n’est pas raison. Что означает: сравнение – это не доказательство или ещё можно сказать «всякое сравнение хромает». Я могу быть похожей, но я не такая. Плохая? Возможно. Но не зло во плоти.       Я замолкаю, понимая, что уже сказала куда больше, чем планировала. Грёбанный алкоголь и грёбанные вопросы, которые вывели меня из равновесия. Знала же, что надо следить за этим. – Ладно, ладно, Мари, мы поняли,– примирительно произносит Прайс,– но ты тоже должна понимать, почему мы так относимся. – Понимаю. Но доверяете вы мне или нет – это не столь важный вопрос для меня. Для вас – да, но мне нет разницы, с кем работать,– проговариваю я с нарочитым безразличием.       Краем глаза я вижу, как что-то буквально на мгновение меняется во взгляде Саймона. Но слишком быстро – я не успеваю понять, что именно.       Райли, видимо, уже догадался, что мои слова не совсем совпадают с тем, что я на самом деле чувствую. Он всё больше убеждается в том, что я не просто шутливая особа, по «приколу» ставшая наёмницей. И сегодняшняя игра дала ему ещё больше поводов быть уверенным в своём мнении.       Впрочем, больше ничего особо важного в этот вечер не произошло.       Не прошло и получаса, как было решено заканчивать: Соуп уже налакался МОЕГО вискаря и едва ли мог связно говорить, Газ вызвался его довезти до дома, у Прайса был тяжёлый день, да и у нас с Гоустом он был не то, чтобы простым. Так что все разошлись, а я прихватила с собой свою бутылочку виски. Правда, жидкости там осталось довольно мало, но это не страшно.       По прибытию домой я не стала откладывать в долгий ящик этот подарочный напиток, решив допить его. Всё равно на следующий день мне никуда не надо было. Можно было хорошенько обдумать всё произошедшее и отдохнуть.