Часть 20
8 марта 2024 г., 14:20
Четверо мужчин сидели в ангаре за столом.
Соуп, тяжело дышал, старался прийти в себя после полученных ранений. Его взгляд был устремлён в потолок, но едва ли он там что-то пытался разглядеть. Несмотря на обезболивающие, которые ему дали в лазарете, всё тело невыносимо ныло.
Газ сидел на стуле напротив него, нервно потирая руки, смотря то на своего раненного товарища, то на капитана Прайса. Было видно, что Гэррик пытается подобрать слова, чтобы нарушить тишину, но они так и не шли из его рта. Не получалось.
Гоуст стоял немного поодаль, опираясь плечом о дверь ангара и устремив взгляд на редеющий закат. Лицо его, как и всегда, было скрыто маской, так что нельзя было наверняка сказать, какие эмоции он испытывает в данный момент. Но, скорее всего, примерно те же, что и другие члены ОТГ.
Прайс же сидел за столом, покуривая сигару и смотря прямо перед собой. Время от времени он проводил рукой по своему лицу, негромко вздыхая. Его мучили собственные мысли, и капитан старательно продумывал свой план, который намеревался озвучить теперь подчинённым.
– Что будем делать, капитан?,– наконец заговорил Кайл, смотря на командира. Тот слегка закивал, выходя из задумчивости.
– Мы остановим её,– произнёс он, поднимая взгляд на команду,– остановим и поговорим.
– Поговорим?,– Газ приподнимает брови, возмущаясь,– да, она нас всех прикончить хочет.
– Ага, меня, вот, попыталась,– со слабым смешком проговаривает Соуп, приподнимая раненную руку, но следом недовольно шикает и опускает её обратно на диван.
– Сидел бы уж,– бурчит Гэррик и снова обращается к Прайсу,– капитан, я не особо понимаю, как мы собираемся с ней говорить. Она не сильно-то настроена на разговоры, если помните.
– Да, я помню,– кивает Джон,– в первый раз её появление для нас было неожиданностью. И, если бы мы с Гоустом не подоспели бы вовремя, то…всё бы закончилось трагично. Во второй раз мы почти загнали её в угол, но ей удалось сбежать, подстроив тот взрыв. Третий раз будет последним.
– Бог любит троицу,– доносится из ангара хриплый мужской голос с сильным русским акцентом, а следом слышится смешок,– простите, капитан, не хотел вам мешать.
– Ничего, Ник,– Прайс натянуто улыбается, а затем продолжает,– ей откуда-то известно, на какие миссии мы отправляемся, и она выбирает те, в которых нам совсем не с руки её присутствие. Опасные, где нас проще поставить в трудное положение.
– Да, но и на такой территории, с которой легко сбежать. Неподалёку от города или на окраине,– добавляет Газ.
– У неё либо есть связи, либо доступ к данным,– доносится голос Гоуста,- мы можем сфальсифицировать их и послать её по ложному следу.
– По ложному – туда, где нам будет выгодно и удобно,– Джон подаётся вперёд, упираясь локтям в стол,– мы заманим её в выгодное для нас место, не позволим ей сбежать. Если надо будет, притащим сюда и поговорим.
– Думаете, она нас будет слушать?,– тихо спрашивает Соуп ослабленным голосом, поворачивая голову к капитану.
– У неё не будет выбора,– отвечает за Прайса Саймон, бросая взгляд на друга,- она убеждена, что её предали.
– Да, она это говорила в первый раз, но не то, чтобы мои с Соупом объяснения её убедили,– проговаривает Гэррик, морща нос.
– Значит будем убеждать, пока не поймёт,– говорит Джон чуть громче, затем вздыхает и откидывается на стуле назад,– опустим тот факт, что она стала частью отряда… У неё сделка с ЦРУ. Она не может просто так разгуливать и делать то, что хочется.
Газ слегка поджимает губы и усмехается. Несколько секунд в ангаре царит молчание – только и слышно, как Николай что-то там перебирает в своих инструментах.
– Мы все к ней привязались,– наконец совсем тихо произносит Кайл,– с учётом того, что она нам рассказывала о своём прошлом…
– Она чувствует себя, как потерянный ребёнок. Вот и верните блудную дочь домой,– внезапно громко проговаривает Ник, подходя ближе.
ОТГ с нескрываемым удивлением смотрят на него – кто б подумал, что он присоединиться к диалогу.
– Что?,– мужчина пожимает плечами, вытирая ладони от машинного масла,– видел я пару раз таких, так что могу догадаться, что в голове у вашей девчушки творится. Бардак там, Джон, натуральный бардак.
– Ты в психологи заделался, Ник?,– усмехается Гэррик.
– Нет, сержант. Люблю вслух на досуге со стопкой водки порассуждать о тщетности бытия,– со смешком произносит Николай,– нет, я серьёзно. Она сама запуталась, что происходит. Её, что называется, спасать надо, а не топить в речке.
– Откуда ты вообще про реку взял?,– с непониманием спрашивает Кайл, и его собеседник снова издаёт негромкий смешок.
– У нас, в России, сержант, в речке котят топят, когда они не нужны,– с ухмылкой объясняет русский, прекрасно зная, какую реакцию получит.
Газ и Соуп с отвращением морщатся.
– Зачем я вообще спросил,– бормочет Гэррик, пока Николай с нескрываемым удовольствием смеётся. Его низкий и слегка хриплый смех слышен далеко за пределами ангара.
– Подключим Ласвэлл. Пусть создаст нам фиктивную миссию. Укажет время и место,– произносит Гоуст, подходя к своим товарищам,- если Мари в курсе всего, значит, и об этом узнает.
– Да,– согласно кивает Прайс,– надо всё подготовить.
***
Члены ОТГ были правы. Я действительно «клюнула» на полученную информацию о предстоящей миссии. Никаких подозрений у меня не возникло: она должна была проходить через полторы недели после нашей «последней» встречи, связана была с той самой группировкой «Возрождённой Аль-Каталы» и в файлах была описана ровно также, как и любая другая их миссия. Подозревать было нечего и незачем. Хотя, возможно, стоило. Пока мужчины готовились к своей «предстоящей миссии», я готовилась к своей охоте на них. Точно так же, как и они, я собиралась покончить с ними раз и навсегда в эту самую встречу. Я уже дважды допустила осечку и не хотела повторить её и в третий раз. Подогреваемая желанием мести я тщательно обдумывала своё «внезапное» появление, порядок убийства, обстоятельства смерти каждого из членов отряда. Каждого моего бывшего «товарища». Я не задумывалась о том, что меня будет ждать потом, после отмщения. Конечно, скорее всего, рано или поздно ЦРУ снова смогут найти меня, и я вряд ли смогу отделаться также легко, как и в прошлый раз. Скорее всего – меня убьют. Но это будет потом, а пока… Пока я чётко распределила, в какой последовательности начну мстить. Сначала капитан Прайс. И не только потому, что он командир, а потому, что именно он руководил той операцией, на которой меня предали. Именно он отдавал приказ об эвакуации. Именно он принял решение оставить меня. Поэтому пусть страдает первым. Потом Газ. Образец добродетели, справедливости. Человек, с которым я говорила по душам несчётное количество раз. Добрый и отзывчивый. Спокойный, как море в штиль. Но и он, когда дело дошло до какой-то там наёмницы, забыл о своих положительных качества. Предал меня. Следующим будет Соуп. Мой дорогой, хороший друг. Да, именно. Мы сдружились, сблизились с ним. Наши шутки, подколы в адрес друг друга скрашивали досуг, смешили и нас с ним, и всех остальных. А от того его предательство было ещё более болезненным. Я подпустила его близко, очень близко к своему сердцу, но и он… Предал меня. И последний. Гоуст. Нет. Саймон. Тот, кому я хотела доверить своё сердце. Тот, кто своим шёпотом заставлял мурашки волнами пробегать по спине. Тот, чей взгляд я старалась ловить. Тот, в кого я почти… Нет, всё же, наверное, я влюбилась в него. Но и он растоптал моё доверие, разбил сердце. Предал меня. И он будет последним. Он будет страдать от боли из-за потери товарищей и друзей точно также, как страдала я.Я обещаю.
