То, что хочет Ванцзи

Ванцзи впервые оказался за пределами Облачных глубин. Дядя взял и его, и брата с собой, чтобы они увидели, как живут простые люди, а ещё — научились распоряжаться деньгами. Точнее, Сичэню такая наука уже была не нужна, как старший он уже вник в подобные тонкости, но дядя учил его каким-то ещё премудростям, в которые Ванцзи в свои неполные девять не вникал. Так или иначе, но дядя и брат велели ему в одиночку пройти между торговыми рядами и подобрать какую-то вещь, которую бы захотелось купить. Спросить цену, заплатить торговцу, а потом уже показать дяде, что задание выполнено. Единственное, чего на самом деле Ванцзи желал, невозможно было получить за кусочки серебра. Несмотря на то, что он перестал приходить к удалённому от прочих Тихому дому, несмотря на то, что он перестал опускаться на колени и терпеливо ждать, когда откроется дверь, единственное его желание было всё то же — снова увидеть улыбку матери. Ванцзи никому не говорил о нём. Растерянно оглядывая лотки и торговцев, что, приметив малыша в белых одеждах великого клана, радостно зазывали к себе, Ванцзи шёл не спеша, совершенно не понимая, чего же ему здесь может хотеться. Засахаренных фруктов, нанизанных на палочки? Но он не любил сладкое. Ярких игрушек? Но ему некогда было с ними играть. Новую подвеску на пояс? Но у него была старая, из нефрита, тяжёлая и красивая. Может, кисточку? Но ему пока не полагался личный меч, так куда же он мог её повесить?.. Ванцзи озадаченно замер, осознав, что не способен выполнить поручение. Внезапно из-за лотков с маньтоу выскочил мальчишка в оборванной одежде. Чумазое личико сияло искренней улыбкой, а в руке он сжимал яркое алое яблоко. Он едва не споткнулся и замер в полушаге от Ванцзи, широко раскрыв необычно серые — точно как грозовое небо — глаза. — Эй, а ну стой! — тут же показался и торговец. Ванцзи, стоявший на пути, должен был бы отступить в сторону, но вместо того он почему-то шагнул вперёд, как будто действительно мог спрятать оборванца за собой. Да только они были почти одного роста, и вряд ли он сумел бы скрыть его от настороженного взгляда рассерженного мужчины. И всё же торговец притормозил. Одежды Ванцзи, а главное — его белая лента с облачным знаком ясно показывали, что он — маленький господин из знаменитого клана. С ним приходилось считаться, пусть он едва доставал до лотка ростом. — Молодой господин, — поклонился торговец, не скрывая, впрочем, раздражения. — Этот оборванец — воришка. Я должен его проучить. Не защищайте его. Ванцзи бросил короткий взгляд на мальчишку, замершего прямо у него за плечом. Тот выглядел очень голодным и так вцепился в яблоко, будто от того зависела его жизнь. Но, заметив, что Ванцзи чуть повернул голову в его сторону, мальчишка снова улыбнулся — лучезарно и тепло. Как будто был уверен — Ванцзи не даст его в обиду, разрешит спор по справедливости. — Сколько стоит это яблоко? — спросил Ванцзи, едва задумавшись о том, что делает, и вытащил из рукава кошель, расшитый облаками. Дядя говорил, что простые люди живут бедно, что они могут быть злы и расстроены потому, что им приходится тяжело трудиться, чтобы заработать на пропитание. И потому Ванцзи рассудил — если он заплатит за незнакомого мальчика, то торговец перестанет сердиться. Это доброе дело, а правила клана поощряли добрые дела. Мужчина перед ним тут же стушевался и нахмурился, ничего не ответив. — Сколько? — повторил Ванцзи чуть громче, решив, что тот не услышал его в первый раз. — Что вы, молодой господин, пусть это яблоко будет подарком, — отступил торговец и скоро скрылся среди толпы. Ванцзи не совсем понял, почему он так поступил, но раз уж это случилось, спорить не стал. Спорить запрещалось правилами. Он обернулся к спасённому мальчишке, и тот немедленно затараторил: — Как тебя зовут? Я — Усянь! Мы теперь друзья? — и тут же вгрызся в яблоко, но не успел дожевать, как продолжил болтать: — Дядюшка Ши на шамом деле добряк, но не любит, когда я ташкаю яблоки шприлавка. Прошто я не ел шо вшчерашнего дня… — За едой не разговаривают, — прервал его Ванцзи, решив, что напоминание об этом правиле всё же важнее, чем соблюдать правило «Никогда не перебивать других». Он взял мальчишку за свободную руку и повёл за собой по торговым рядам, надеясь найти место потише, где тот сможет дожевать яблоко. Что делать теперь, Ванцзи не совсем понимал, но почему-то чувствовал, что не может так просто отпустить этого Усяня. Он забыл о том, что следовало представиться, раз уж его собеседник назвал своё имя. Стоило им пройти пару шагов, как Усянь замер и не согласился двинуться с места, даже когда Ванцзи настойчиво потянул его за руку. Перед ними был лоток с игрушками. Расписные барабанчики, вертушки, замысловатые бабочки… Ванцзи скользнул по всему этому незаинтересованным взглядом, а вот его новый знакомый прикусил губу. — Тебе хочется что-то из этого? — почти удивился Ванцзи. Может, этот мальчишка поможет ему справиться с заданием от дяди? — М… — Усянь, похоже, съел яблоко с огрызком вместе. Смущённо взглянув на Ванцзи, он показал на чёрно-красный барабанчик. — Такой красивый. Ванцзи решительно шагнул вперёд и, указав на игрушку, спросил строгим голосом: — Сколько это стоит? Торговец наклонился к нему, перегибаясь через лоток, и, разулыбавшись, назвал цену. Ванцзи тут же полез в кошель, но внезапно Усянь опустил руку ему на плечо. Он сощурил глаза, а голос его внезапно стал ужасно холодным: — Дядюшка Ли, что же вы обманываете покупателей? Если видите, что молодой господин один и ещё не понимает в ценах, можно назвать и побольше? Разве это по совести? — Ах ты, мелкий!.. — но названный дядюшкой Ли торговец быстро оборвал себя, осознав, что молодой господин всё ещё не отступил. Никому здесь не хотелось ссориться с великим кланом. — Должно быть, я запамятовал, — и он тут же снизил цену. Ванцзи рассчитался и взял красно-чёрный барабанчик с лотка, тут же протянув его Усяню. — Вот, раз ты хочешь. Пальцы Усяня слегка дрожали, когда он принимал игрушку из его рук. — Благодарю, — прошептал он неожиданно тихо. Ванцзи смутился, отвернулся — и тут же вспомнил, что пора отыскать дядю и брата. Те, должно быть, давно уже решили дела на почтовой станции, где он их оставил. И он снова взял Усяня за руку и повёл за собой. …Дядя появился рядом бесшумно как белое облако. За ним стоял Сичэнь, удерживая в руках какие-то письма и бумаги. Посмотрев на мальчишку, ладонь которого Ванцзи так и не отпустил, дядя, чуть нахмурив брови, спросил: — А-Чжань, что велел тебе дядя? — Найти что-то, что А-Чжань захотел бы, — послушно перечислил Ванцзи, — спросить цену, расплатиться и получить эту вещь. — И как ты с этим справился? — дядя сощурился. Ванцзи опустил голову, Усянь рядом с ним неожиданно ступил вперёд, плечом отодвинув его себе за спину. — А-Чжань сделал, как ему велели, — и показал барабанчик. — Он хотел сделать подарок. Сичэнь, кажется, хмыкнул. Бросив в его сторону короткий взгляд, Ванцзи осознал, что брат едва сдерживает смех. Между тем лицо дяди приобрело озадаченное выражение, и всё же не было похоже, что он сердится. — А тебя как зовут? — спросил он довольно спокойно. — И откуда ты? — Я — Усянь, — ударил себя кулачком с зажатым в нём барабанчиком в грудь новый друг Ванцзи. — Мои родители — заклинатели, но они не вернулись с Ночной охоты. Я живу здесь… где придётся, — он пожал плечами. — Как звали твоих родителей? — теперь голос дяди стал другим, но что за эмоции в нём были, Ванцзи не понял. — Цансэ и Чанцзэ, — Усянь помялся. — Мама была очень красивая… — Цансэ Санжэнь? — вот теперь дядя был потрясён. — Ты — сын Вэй Чанцзэ и Цансэ Санжэнь?.. — Да, вы знаете маму? — удивился в свою очередь Усянь. — Дядя, А-Чжань хочет, чтобы Усянь отправился с ним в Облачные глубины, — решил, что момент подходящий, Ванцзи. — Ты прав, — почти сразу согласился дядя. — Сын знаменитых заклинателей не должен скитаться по улицам. Даже если это сын Цансэ… — он вздохнул. — Нам пора. Заклинание перемещения сработало в тот же момент.