SILK AND CHAINS

Уён делает глоток мартини, спуская пальцы на стеклянную ножку бокала, чтобы оливки покачнулись в сладковатом напитке. Вкус алкоголя не спасает и не радует, как ему хотелось. Это уже вторая бутылка мартини за неделю. Время без Сана тянется медленно, словно оно истязает Уёна. Он вспоминает, как в начале их отношений выдержал без Сана несколько недель. Как ему вообще удалось тогда?.. Плюс, время их расставания. Тогда Уёну помогала концентрация на обретении личной значимости и собственного достоинства, гордость и жалость к себе заставляли делать хоть что-то, чтобы отвлечься от фиксации на Сане. А теперь… теперь всё вернулось к тому, с чего началось. Многое, конечно изменилось, но Сан по-прежнему не посвящал Уёна во многие детали своей жизни. Уён просто приезжал к нему чаще, пользуясь всеми возможностями, которые дает Сан. А Сан продолжал пользоваться его телом, хотя стал куда нежнее с ним, но не то чтобы желания Уёна стали волновать его больше. Прошло уже почти три месяца – лето осталось позади, сентябрь подходил к концу. Уён возвращается к занятиям, стараясь в этот раз не забивать на лекции с самого начала семестра. О возвращении к Сану летом он не жалел, потому что это лето было лучшим в его жизни. Сан дважды возил его на отдых – на неделю на Чеджу и на две в Таиланд. У них было много хорошего секса, а ссор почти не возникало, потому что Сан старался во всем ему угождать после расставания. К тому же, он был к нему довольно терпеливым. Он тратил на подарки очень много денег, оплачивал все расходы, развлечения и любые пожелания. Уён и мечтать не мог о таком отношении к себе. Но если раньше это его удовлетворяло, то теперь он с каждым разом, когда Сан тратил на него деньги, он осознавал, что другого способа у старшего показать его заинтересованность просто нет. Сан не умеет говорить о своих чувствах. Он вообще не любит диалоги, из которых нельзя извлечь практической пользы. Перед началом нового учебного семестра он подарил Уёну новый айфон, но сказать ничего нежного в этот момент не смог. Просто вручил Уёну коробку за ужином со словами, что это инвестиция в его творческое развитие. Уёну было приятно, но хотелось услышать от Сана на словах, как он важен для него. На отдыхе между ними было много физического контакта – они провели вместе всё время, и Сан ни разу не сказал, что присутствие Уёна его как-то напрягает. Уёну было странно не расставаться с ним две недели, засыпать каждый день рядом и планировать развлечения на день вместе. В этом была легкость, которая совершенно не ассоциировалась с Саном, который в обычной жизни редко позволял себе расслабиться. Но отпуск Сан явно ценил за возможность наполниться новыми впечатлениями, так что он с охотой показывал Уёну местные достопримечательности и хорошие заведения. Уёну понравилось изучать Таиланд вместе с ним, хотя Сан там был уже не раз. Больше всего Уёну понравились местные храмы, а пляжи покорили своей уникальной красотой. Сан говорил ему, что он слишком впечатлительный, но у них был разный опыт посещения других стран, так что Уёна удивляли десятки мелочей и мест. Ну и, конечно же, кроме изучение города и достопримечательностей, они несколько раз сходили посмотреть тайские шоу. Для Уёна увидеть эту визитную карточку Пхукета было таким же запоминающимся из поездки, как посещение тигриного зоопарка, где он впервые видел тигров очень близко и гладил их. Идти на тайские шоу Уёну было интересно из-за зрелищности и красивых образов, в которые переодевались там ледибои, но всё время там он думал о том, что Сану захочется поразвлечься с кем-то ещё. И Сан как-то это и предложил, но с формулировкой, если Уёну интересно попробовать секс втроем. Уён сказал, что не хочет, так что к этому разговору они больше не возвращались. Расстроенным или задетым Сан не выглядел, когда Уён отказал, подбирая самые нейтральные формулировки. Но на танцоров на шоу Уён все равно заглядывался, хотя сексуального интереса в этом не было. Ему просто нравилось изучать новые стили и подачу на сцене, перенимая некоторые детали для себя и интересных номеров в будущем. Из Пхукета они приехали утомленные перелетом, но полные эмоций. Сан даже озвучил, что это была его лучшая поездка в Таиланд, потому что рядом с ним был Уён. Это было приятно слышать. Окончание лета они провели тоже вместе – Уён так привык быть с Саном 24/7, что остался жить у него ещё на три недели. А когда начались занятия, он снова стал уезжать в общежитие. Всё время летом Сан оплачивал ему дополнительные занятия по танцам – Уён занимался сразу у трех преподавателей, так что не сидел без дела. Так же он занимался английским, чтобы подтянуть свой разговорный – Сан обещал ему, что осенью они поедут в Европу, и не исключено, что этих поездок будет несколько. На этой неделе Сан уехал сам, потому что виза Уёна ещё не была готова, и Сан просто не мог взять его с собой. Уёна это с каждым днем расстраивало всё сильнее. Если бы он поехал с Саном, он бы нашел чем себя занять в Париже. А здесь приходится лишь сидеть за учебниками и отвлекаться на просмотр бесполезных видео и кино. Иногда он развлекал себя готовкой, но делать это для себя было не так интересно. Для Сана готовить ему нравилось куда больше. Летом Уён ходил на всякие мастер-классы по кулинарии - ему нравилось, когда Сан водил его по ресторанам, но готовить для него самому позволяло чувствовать себя его парнем, словно они в серьезных отношениях. Уёну хотел пробовать сложные рецепты, каждый раз удивляя своими навыками. Если когда-то Сан сказал, после не самой удачной попытки Уёна приготовить омлет, что готовка – не его, то теперь он не бросался такими словами. Теперь он каждый раз он говорил Уёну, что он очень старается. Сану нравились даже его попытки приготовить десерты, хотя сладкое он не особо любил. Уён часто ловил на себе взгляды Сана по выходным на кухне – вместо чтения журналов или книг Сан отвлекался понаблюдать, как он возится на кухне с новыми блюдами. Сегодня – шестой день отсутствия Сана из-за поездки в Париж. И всю эту неделю Уён провел в его доме. Сан всё ещё не предложил ему переехать к нему, несмотря на то, сколько времени Уён проводил у него, так что Уён злился и из-за этого тоже. Дом Сана не был чужим, но и комфортно Уён не всегда себя здесь чувствовал, так как он не мог перевезти сюда свои вещи. А Уёну хотелось, чтобы Сан сделал хоть какой-то важный шаг навстречу – предложил бы съехаться или стать его своим парнем. Потому что по ощущению Уёна он всё ещё не значил для Сана ничего. Сейчас учебник по английскому перед Уёном не помогает отвлечься от всех этих мыслей и обид. Он всю неделю пытался нагонять программу, но едва ли смог вникнуть в новый материал. Ему никогда не нравилось слушать лекции и читать учебники. Вот занятия в танцевальном классе – совсем другое. Тут он всегда получает высшие баллы. Теория же кажется слишком сложной, особенно те предметы, где нужно много чего учить. Он нервно расчесывает свое колено. На нём лишь белье и широкая футболка. Уёну нравится утопать в больших размерах одежды Сана, особенно, когда они не виделись неделю. Сан разрешил жить у него все это время, но запретил приводить гостей. Денег он тоже оставил Уёну предостаточно. Но всё это не могло покрыть его тоски по нему. Сан ему почти ничего не писал, ссылаясь на занятость. На этот раз его компания вела переговоры с французами, и вероятность успешного партнерства была крайне высока. Сан даже обещал ему, что если его рабочие визиты во Францию станут постоянные в следующие полгода, то он будет брать Уёна с собой, чтобы показать ему Париж и Лазурный берег. Уёну грело сердце это обещание, но холодность Сана, когда он погружался в работу с головой и уезжал, забывая о нём, ужасно бесила. Ему хотелось быть с ним рядом в поездке, хотя это эгоистично, да и пропускать учебу плохо. Но расставание так тяжело дается, что Уён снова начинает много курить, а сегодняшнее утро начинается с очередной бутылки алкоголя. Не лучший выбор, но в этот раз другие способы отвлечься не помогают. Когда Уён слышит, как хлопает входная дверь, то сразу же напрягается. Ему нужна секунда, чтобы осознать, что это приехал Сан. Раньше, чем он обещал. А Уён сидит в кухне, не приняв с утра душ, не надев красивую одежду, не побрив ноги, и глушит свою тоску мартини. В груди тотчас пожаром расцветает паника. Он не успевает даже подняться с места, когда в гостиную заходит Сан. На нём светлая рубашка и джинсы, выглядит он привычно хорошо, даже после перелета. Уёну становится ужасно стыдно, что он сидит в сановой домашней футболке и одном белье. Сан окидывает его пристальным взглядом, подходя ближе. Приветствие застывает на его губах. Уён закрывает учебник с английским перед собой. Сан придирчиво смотрит на бутылку мартини и бокал на столе. - Детка, ты в курсе, что сейчас всего одиннадцать утра? Сан сверяется со временем на часах на своей руке. Его вопрос звучит спокойно, но Уён знает, что кроется за этим обманчивым тоном. Сана ужасно бесит, что он пьёт в такое время, позволяя себе убиваться из-за собственной сентиментальности. - Какая разница? Я скучал по тебе, - голос Уёна сразу же выдает обиду и злость. Сан придирчиво оглядывает бутылку вермута. - И ты пьешь дешманский мартини, хотя у меня целый шкаф элитного вина? Уён фыркает. - Мне нравится мартини, поэтому я его и пью. - Сейчас утро, Уён, - с нажимом говорит Сан. Тот вскидывает голову: - Ну и что? Ты приехал, только чтобы читать мне нотации? Уён злится от этих вопросов, а состояние опьянения не позволяет ему держать себя в руках. Он повышает голос, когда отвечает Сану. Сан собирается ответить, но вдруг хмурится сильнее, замечая вдруг одну деталь. На левой руке на безымянном пальце Уёна выбита буква S. На том месте, где обычно носят обручальное кольцо. Сан неверяще шагает вперед наклоняется, сжав его запястье. Потом он поднимает взгляд на Уёна, замечая, как тот неровно сглатывает. - Это что?.. Уён сделал это три дня назад, напившись вина и не особо раздумывая над тем, как отреагирует Сан. Он предполагал, что старший не оценит. Но сейчас, глядя в его глаза, Уён понимает, что эта выходка может вывести Сана из себя куда сильнее, чем Уён думал. Он не торопится с тем резким ответом, который сразу пришел в голову. Стоит правильно подобрать слова. Поэтому Уён аккуратно накрывает ладонь Сана своей и тихо выдыхает: - Только не злись. Сан делает шумный вдох, и Уён чувствует, как его рука напрягается, словно ему хочется сбросить ладонь Уёна со своей. - Только не говори мне, что это настоящая. Если бы Сан прикоснулся к месту, где теперь красуются чернила, то понял бы, что это действительно татуировка. Кожа все ещё шершавая от краски. Уён раскрывает губы, которые пересохли от волнения, и говорит: - Я просто хочу быть твоим, Сан. И я ужасно скучал по тебе. Сан неверяще трогает чернила на его руке и качает головой после. Потом Уён встречает его взгляд. Усталый и разочарованный. Уён так ждал его возвращения, но теперь жалеет, что произошло всё так. Лучше бы Сан приехал завтра, как и обещал. - Сан? – тихо зовёт его Уён, накрыв пальцами его запястье. Сан отстраняется, отходя в сторону, чтобы открыть свой чемодан, оставленный перед лестницей. Он что-то достает, и Уён хмурится, когда минуту спустя чёрная массивная коробка с шелковой лентой опускается на стол. Сан не дает ему подарок, а почти швыряет. Уён даже тормозит рукой коробку, чтобы не соскользнула со столешницы. - Это тебе, - раздраженно говорит Сан. – Я хотел подарить тебе вечером, но… не вижу смысла ждать. В голосе Сана звучит усталость и нервозность. Уён кусает губы, собираясь ответить что-то резкое, но в итоге интерес к содержимому коробки пересиливает. Он быстро тянет за ленту, а потом раскрывает верхнюю часть. Там – чёрная бумага, которую Уён быстро разворачивает. Под ней – бархатный черный мешочек. Упаковка – дорогая и роскошная. Уён аккуратно берет его в бархатную ткань, понимая, что подарок внутри довольно тяжелый. И он уже знает, что там. Новая цепь. На бархатной ткани есть вышивка – брендированный логотип YSL. Уён достает подарок, не сразу осознавая, что он из себя представляет. Но про более внимательном изучении он понимает, что это целое сплетение тонких цепочек с мелкими бриллиантами. Похоже на майку из цепочек и камней. Страшно представить, сколько это стоит. Но цена Уёна сейчас мало волнует. Он поднимает взгляд на Сана и говорит: - Я просто хотел, чтобы ты писал мне каждый день, Сан. Чтобы я чувствовал, что тебе не плевать на меня. Сан устало выдыхает. - То есть дизайнерские украшения тебя больше не впечатляют? Уён отправляет вещь из цепочек обратно в коробку. Небрежно, чтобы показать, что он действительно не впечатлен. Сан тут же подходит к нему, дергая за руку. - Нельзя аккуратнее? Я потратил на это кучу денег. Уён чувствует жгучую обиду. Сан делает очередной подарок, который сделает их секс интереснее. Уёну же хочется другого. - Мог бы так не стараться. Уён его отталкивает, и Сану приходится развернуть его к себе, крепко взяв пальцами за подбородок. Уён пытается освободиться, напоминая: - Лицо, Сан. Я же просил. - Ты просил не бить тебя, - говорит тогда старший. – И я этого не делаю. Уён тогда хмурится, но прекращает дергаться. И Сан спрашивает, отпуская его подбородок и касаясь его щеки достаточно нежно: - Чего ты от меня хочешь, Уён? - Тебе просто нужно было каждый день писать мне, - повторяет Уён с упреком. – Сейчас твои подарки не покроют того, как мне было плохо без тебя. - Ты ведь знаешь, что я был занят, - говорит ему Сан. - Даже по вечерам? – упрямится Уён. - В том числе. Я написал тебе, когда был свободен. - Один раз, - вспоминает Уён. – И даже не сказал, что скучаешь. Сан устало вздыхает. Он не знает, что сказать Уёну, когда он такой нервный и требовательный. И Сан говорит, оглядывая бокал с мартини на столе и все еще не отпуская младшего: - Я хочу в душ. И ты пойдешь со мной, тебе надо протрезветь. Уён не сопротивляется, но выглядит недовольным. Они поднимаются в ванную на втором этаже, и Уён нехотя раздевается, шагнув в душевую кабинку следом за Саном. Тот позволяет теплой воде стекать по его телу, закрыв глаза и пытаясь расслабиться. Уён медленно шагает к нему, прижимаясь со спины. Он целует его мокрое плечо, осознавая, как сильно скучал. Сан тут же разворачивается, притянув его к себе за талию. Уён выдыхает ему в губы томный стон. Сан заставляет его прижаться бедрами теснее, целуя мокро и уверенно. Уён привык, что секс в их отношениях – лучший способ примирения. Но сейчас это вряд ли его утешит. Сан ласково убирает намокающие под душем волосы с его лица и говорит: - Не нужно было бить татуировку, Уён. Это ничего не изменит. - Мне хотелось, - только и говорит Уён в свое оправдание. - Я разве мало делаю для тебя? – тут же спрашивает Сан. Уён качает головой. - Нет. Ты делаешь достаточно. Но ты никогда не говоришь мне то, что я хочу услышать. Сан кусает губы. - Да, и ты знаешь почему. Уён тогда берет его за подбородок – уверенно и чуть грубо. Так, как обычно это делает с ним Сан. И он вкладывает в свои слова всё своё отчаяние и желание быть искренним: - Я хочу услышать, что ты любишь меня. Вот и всё, Сан. Слова Уёна – манипуляция. Он прекрасно знает, что Сан этого не скажет. Но сейчас Уён пьян, зол и расстроен, так что решает, что потребовать эти слова очень даже в праве. Лицо Сана становится серьезнее и сосредоточеннее. Он хмурится, напрягая лоб и сжимая губы. Уён ждёт, с вызовом глядя ему в глаза. Сан устало выдыхает и отстраняется. Он берет с полки шампунь вместо того, чтобы ответить Уёну. Тот разочарованно опускает взгляд. Их отношения – совсем не то, на что Уён надеялся. Уёну хотелось занимать в жизни Сана куда больше места, но по факту они так и остались просто любовниками. Только теперь Уён без понятия, как от него уйти. Сан действительно стал считаться со многими его желаниями и упрекнуть его не в чем, за исключением того, что искренних слов он никогда ему не говорит. Они тратят в душе минут пять, и когда Уён стирает с лица капли воды, как только Сан выключает воду, старший берет полотенце и накидывает ему на плечи, помогая вытереть волосы. Уён смотрит ему в глаза. Сан ведет себя заботливо. В такие моменты Уёну кажется, что он может надеяться услышать от него что-то сентиментальное. Но Сан встречает его взгляд и говорит: - Я презираю любовь, Уён. Я считаю это слабостью, и не хочу позволять чувствам брать надо мной верх. Я хочу, чтобы ты это понимал. Тот опускает глаза, но Сан берет его за подбородок и заставляет снова посмотреть на него. Без боли, но весьма настойчиво. - Ты заставляешь меня чувствовать больше, чем я хотел бы, Уён. Я не буду говорить тебе это так часто, как тебе хочется, но… Ты – единственный, кому я позволяю быть рядом так долго. Разве ты не видишь этого? Для Сана такие слова – преодоление себя. Но он все равно их говорит. Только Уёну этого мало. Будь он трезвее, его устроило бы и это. Но Уён кладет ладонь ему на шею, с силой сдавливая. - Я хотел услышать другое, Сан. Тот заметно хмурится, потому что с тех пор, как Уён вернулся к нему, он был доволен их отношениями и не вел себя так, как в ту ночь, когда приехал к нему после расставания. Но сейчас Уён напоминает ему о том, что он тоже умеет быть требовательным и грубым, если захочет. И тогда Сан делает то, что может лучше всего – целует его, взяв сильнее за подбородок, так чтобы Уён больше ничего не говорил. Полотенце Сан сбрасывает с его плеч на пол, а потом толкает к стеклянной стенке душевой кабинки. Уён хватается за его шею, чувствуя руку Сана на своем члене – прикосновение требовательное и грубое, но возбуждение накатывает сразу же. Уёну так хотелось его уверенных ласк. Сан заглядывает ему в глаза, пока трогает его рукой, прижимаясь после своими бедрами к его. Уён выдыхает ему в губы томно и примирительно: - Я так скучал по тебе. Сан кусает его шею и тянет тогда за собой в спальню. Там он ставит Уёна на колени на постели, заставляя вжаться лицом в подушку. Уён знает, что секс будет в этот раз быстрым и болезненным. Сан не будет растягивать его долго, он сразу начнет вбиваться в него, вырывая из его горла хриплые стоны. И Уён позволяет делать это. Каждый раз чувствовать Сана в себе ужасно хорошо, но после того как они не виделись неделю, Уёну больно. Ещё летом Сан по просьбе Уёна сдал все анализы, чтобы они снова могли не предохраняться и чтобы Уён был спокоен. Конечно, ему хотелось заставить Сана почувствовать себя виноватым за секс с другими во время их расставания, но Сан сказал, что со всеми использовал презерватив и никто не вызывал у него желания повторить. Это был просто секс ради удовлетворения. И только с ним, с Уёном, ему нравилось нарушать все границы. - Тебе не понравился мой подарок? – спрашивает Сан, когда они лежат, тесно прижавшись друг к другу после секса. Сан перебирает волосы Уёна. Тот касается его плеч. Влажная кожа липнет, но Уёну хочется быть как можно ближе. - Он красивый, - признаёт Уён, но без должного восторга в голосе. – Завтра могу надеть это. Сан какое-то время молчит, прикрыв глаза. Потом он поворачивает голову и говорит: - А какой подарок ты бы хотел? Его рука снова убирает с лица Уёна взмокшие волосы. А Уён тогда говорит, прекрасно зная, какую реакцию это вызовет: - Кольцо. И добавляет, потому что уже и так сказал то, чего не планировал сегодня: - Чтобы носить его здесь, - он показывает ему свой безымянный палец, где красуется татуировка с изящной «S». Сан выдыхает устало и отводит взгляд. Ответ его разочаровывает. Потом он все же уточняет: - Ты же не всерьез это говоришь? Уён тогда нервно подрывается с постели, грубо откидывая одеяло на Сана. Злость снова заполняет все внутри. Примирение стирается. - Я говорю это только потому, что устал страдать, Сан, - голос – едкий и режущий. А потом Уён уверенно добавляет: - Я ухожу. Он прекрасно понимает, что ведет себя не лучше, чем когда-то вел себя Сан. Сплошные манипуляции. Но что ему остается, если по-другому до Сана не донести суть его претензий. Сан тут же хватает его за руку, возвращая на постель. Уён садится на край и говорит раздраженно: - Отпусти. Сан аккуратно отпускает. Уён тут же отворачивается от него, начиная одеваться, и Сан тогда накидывает на себя халат, подходя к нему. - Детка, прекрати себя так вести. - Как? – Уён вскидывает голову. – Не нравится, когда я начинаю требовать нормальных отношений? - У нас не будет нормальных отношений, Уён, - безжалостно и спокойно говорит Сан. – Я предупреждал тебя с самого начала. Уён отталкивает его от себя. - Но ты говорил, что всё изменится, Сан. Тот ловит руки Уёна, поглаживая его запястья – нежно и успокаивающе. Такие прикосновения Сан теперь часто дарит ему, но Уён быстро к ним привык, и хочется большего. - Уён, давай ты снова сходишь в душ и успокоишься, ладно? Я не хочу никуда тебя сегодня отпускать. Ты ведь ждал меня. И я скучал по тебе, правда. Уён лишь недовольно кривит губы. Сан тогда гладит его щеке и просит: - Детка, давай поговорим обо всем завтра? Уёну хотелось сегодня. Сан же продолжает вкрадчиво и тихо: - Иди сюда и обними меня. Мягкий, но приказной тон. Уён нехотя поднимается и становится к нему совсем близко. Сан притягивает его к себе, обнимая и поглаживая по волосам. Его губы оставляют на макушке Уёна теплый поцелуй. - Ты мне дорог, Уён. Хватит уже этих претензий, пожалуйста. Уёну хочется сделать ему больно. Но вместо этого он слегка царапает Сану плечи короткими ногтями и грубо целует его сам, прильнув ближе. Сан удерживает его за щеку очень нежно и ласково. И Уён оттаивает от этого прикосновения. Он мирится с характером Сана в который раз.