Его место

— Ты же не откажешь мне? — Чтобы ты меня потом за отказ салфетками накормил? Пошли… — скрывая смущение в бурчании, отозвался Сынмин. Минхо взял пакет у младшего и отправился в путь. После многих споров в их общаге решили, что если уж и таскать сумки, то поровну. Каждый должен что-то нести, а если поделить не получается, кто-то несёт в следующий раз. Глупо, но только такой метод избавил их от споров. Они шли размеренным шагом, изредка попивая кофе. Вечер был прохладным, поэтому с губ периодически слетал пар. Уже порядком стемнело, но свет уличных фонарей создавал тепло и уют. Их обволакивала тишина. Сынмину этого было достаточно. Просто идти рядом с хёном, наслаждаясь кофе, который старший ему купил. Сынмину этого было мало. Просто идти рядом с Минхо и молчать. Хотелось тихо шагать рядом. И хотелось поговорить. Попытаться стать ближе. — Тебе не холодно? — прервал тишину Ли Ноу. Его голос такой мягкий… даже в него можно просто укутаться. Мурашками по коже, словно бархатом, пролетел вопрос. — Так себе… кофе согревает, спасибо, что купил не айс. — Ещё не хватало, чтобы ты заболел. Возьмёшь куртку? — остановился старший и расстегнул кожанку. — Хён, до общаги недалеко, я так дойду. А внутри уже загорелся огонь. Да, как тут не согреться, блин? Это не пожар, что обжигал тело в душе или недавно в коридоре. Это другое. Это пламя было похоже на огонь в камине. Такой нежный и уютный. Тепло от слов Минхо растекалось внутри повсюду, заглядывая в какие-то даже самые потаённые уголки души. — Ладно, — старший сделал глоток. — Как там песня, над которой вы работаете с Чаном? Я заскакивал к нему, и он что-то говорил про это. — Пожалуйста, только не о работе, — проскулил Сынмин. — Как скажешь, щеночек, — усмехнулся Минхо и устремил взгляд куда-то в даль. Как же он прекрасен… когда даже просто вот так тихо идёт рядом и смотрит куда-то, словно пытается увидеть что-то за что можно ухватиться. Его черты лица невероятны. Хёнджин прав, говоря, что хён — настоящее искусство. Да, здесь Сынмин полностью согласен с Хваном. Через мгновенье Ли Ноу мягко улыбнулся: — Я рад за вас с Феликсом. Что? Нет, погодите! ЧТО?!? Что за «вас с Феликсом»???? Что он там себе надумал? Или его Хёнджин надоумил? — Ты о чём? — Мне нравится, что вы нашли друг друга. Каждому из нас нужен тот, с кем хорошо, — он сделал ещё один глоток. — Я переживал за тебя… Тудум. Что? — Раньше мы часто вот так ходили вечерами, ночами возвращались домой и много общались, но сейчас… не думал, что скажу это тебе… ладно, если б сонбэ… но тебе, — старший выдохнул, — я скучаю по нашей Декире. — Ты… что? — Придём, и я тебе уши ёршиком прочищу, глухомань, — фыркнул кот. Сынмин стушевался. Он безумно скучал по их совместным эфирам. Ким говорил это Ёнкею, произносил на радио, когда они туда заскакивали… да и хён тоже так делал… но друг другу они в этом не признавались. Это было слишком… слишком лично? Слишком интимно? Щеночек остановился и опустил голову: — Хён… Ли Ноу обернулся со взглядом «ну, что ещё?», но смягчил его, посмотрев на младшего. Минхо подошёл к Сынмину. Почему-то пакет встретился с землёй. Ким аж вздрогнул. От неожиданности? Дуновения ветра? Страха? Или предвкушения? Что происходит? Тишина. Младший поднял взгляд на Минхо, а встретила его тёплая, еле заметная улыбка. Ли Ноу накинул капюшон на голову Сынмина. Что это? Зачем? Почему? Он что сейчас сделает сердечко из шнурков? Пожалуйста, сделай это. Пожалуйста, не надо!! Это же будет просто невыносимо!! Сердце в груди по скорости обогнало бы всех спортсменов мира. А воздух… где воздух?? Ещё и эта улыбка. Боже. — Чего ты? — неряшливо погладив по голове, спросил Минхо. — Я тоже скучаю, — прошептал еле слышно Ким. — М? — САМ СЕБЕ УШИ ПРОЧИСТЬ СНАЧАЛА, ДЕД! Минхо лишь рассмеялся и вновь двинулся в сторону общаги. — Хён, а ты тоже… нашёл человека, с которым тебе хорошо? — догоняя Ли Ноу, спросил Сынмин. — Мне с каждым из вас хорошо, — улыбнулся старший. — Это не ответ. Но кот лишь молча допил свой кофе. Сынмина не устраивал такой исход диалога. Если уж разговор по душам, если становиться ближе, то нужно отвечать! — Мне казалось, что тебе хорошо с Хёнджином, — начал Ким. — Когда он появляется на горизонте, ты расцветаешь… — Возможно, ты прав. Всё рухнуло. Камнем вниз. И застряло огромным комом в горле. Ну, а чего ты ожидал, Сынмин? Что Минхо скажет, что Хёнджин его заставляет таскаться с ним? Господи, какой ты дурак. И пламя внутри превратилось в глыбу льда, что вонзается прямо в сердце. Так больно. — Кажется, и Хёнджину, и Феликсу нужны такие, как мы. На них слишком много навалилось, и они ещё морально не готовы. Погодите, что? — М? — Мы с тобой даже и представить не можем, как они выдерживают всё это давление со стороны модных домов. Это большая ответственность и огромная нервотрёпка… — последние слова он сказал с какой-то горечью. Точно! Минхо же приглашали на показ! Но он не полетел из-за аварии. Ему не влетело от агентства за сорванные планы на новый контракт, но… кажется, старший всё равно винил себя. — Хён… — В такие моменты тяжело, когда никого нет. Необязательно говорить, можно просто находиться рядом. Сынмин тогда не смог найти никаких слов поддержки, а эти двое поняли друг друга. Вот оно что… значит в их близости виноват Сынмин… — Хён! — М? — Прости меня… — произнёс младший, прикусив губу. Было уже поздно извиняться, но это единственное, что мог сказать сейчас Сынмин. В душе всё сжималось и рвалось на части одновременно. Он не заметил тогда как было плохо тому, о ком так грезит уже давно. Только злился. Злился, что хён выбрал танцора, а не Кима. Как больно… — Щеночек, — тихо позвал младшего Ли Ноу, — посмотри на меня. А Сынмину не хотелось. Он сам отдал это место Хёнджину. Сам подтолкнул Минхо. Сам… но главное, он не заметил, как тяжело было старшему. Так больно… Ли подошёл к Киму и на кошачий манер заглянул тому в глаза, немного наклонив голову: — Мне не за что тебя прощать, Сынмин. Всё в порядке. И я рад сейчас быть здесь с тобой. А впереди нас ещё ждёт готовка. Сегодня классный вечер. И ты одна из причин, почему он такой. Старший вновь потрепал по голове Сынмина: — Если бы ты меня чем-то обидел, я бы сразу сказал. Мне важно, чтобы у тебя всё было хорошо, так что говори, если что-то будет не так. Я тебя люблю. Вот, что не так. Оставшийся путь до общаги они прошли в тишине. Ли Ноу периодически поглядывал на младшего, а тот, кажется, ушёл куда-то в себя. А Сынмин думал. Много думал. Все мысли были о его чувствах к старшему, о том, как стать ближе, как заштопать эту дыру между ними, как всё исправить. Хотелось тепла. И даже эта чёртова толстовка уже не грела. Ким и не заметил, как они дошли, как зашли в общагу, как Минхо забрал пакеты и как они уже пришли на кухню: — Так, — начал старший, — я займусь мясом, а ты можешь нарезать салат, как тебе? — Хорошо. — Только без лука в этот раз, окей? — послышалась усмешка. — Ты мне это до конца жизни припоминать будешь? Но в ответ послышался только смех. Минхо включил какой-то рандомный плейлист на телефоне и принялся нарезать мясо. Он пытался напевать английские песни, то это больше походило на мяуканье. Сынмин периодически поглядывал на этого кота и улыбался. — Щеночек, а ты чего не… — оборачиваясь начал Ли Ноу, но, заметив лыбу Кима, резко изменил вопрос. — Чего? — Твой английский такой... хах… забавный… Уши Минхо предательски окрашивались в красный. У него всё ещё были проблемы с английским, но он очень старался, правда. — Он забавный и… милый. — Да иди ты! — брызнув водой на Сынмина, отвернулся старший. — ХЭЙ!!! — в ответку в голову Ли Ноу был запущен лист салата. — Слышь, мелкий! Минхо запульнул в Кима укропом, а вот в другую сторону полетел кусочек огурца. Они оба заливались смехом и бросали друг в друга всякие мелкие продукты. В лицо старшего смачно прилетел лист салата, который звонко присобачился к его коже, а потом медленно-медленно сполз вниз. На Сынмина смотрели злые глаза хищника. Младший попятился назад… вот только этого сейчас не хватало: — Хён, я… я не хотел… — запинался щеночек. Но кот уже приступил к охоте. Он медленно ступал в сторону Сынмина и не сводил взгляд с добычи. — Хён? Кот против щеночка. Победа была очевидна. Но Сынмин рванул из кухни в гостиную, надеясь скрыться от настоящего хищника. Зря… Ли Ноу, словно кот кинулся за младшим. Они снесли по пути какой-то стул, Ким, вроде бы, зацепил тумбочку, а Минхо грациозно споткнулся о ковёр. Парни наворачивали круги друг за другом по всей комнате. Старший сделал большой прыжок и схватил за талию Сынмина: — Попался!!! Он повалил младшего на пол и начал щекотать. Ким катался от смеха и умолял прекратить: — Хватит!!! АХАхах!!! Я же это…. Боги… апхаха… для твоего же… аааа…. БЛАГА!!!! — Для моего блага, да? — садясь на Сынмина, чтобы тот не укатился далеко, смеялся Минхо. — Конечно!!!! БОЖЕ!! ХВАТИТ!!! Я УМРУ!!!! — Ну и что это значит? — Ли Ноу сделал передышку в своих «издевательствах». — Это маска для лица, а то вон… морщинки старческие… — пытаясь вырваться из-под бёдер старшего, смеялся Сынмин. — ЧЕГО? — грозно наклоняясь, возмутился кот. ГОСПОДИ! Я ЩАС УМРУ! НАДО ЧТО-ТО ДЕЛАТЬ!!! Сынмин резко подался вперёд и крепко обнял старшего. — Минни? — недоумённо спросил Ли Ноу. — Не пущу! — прижимаясь ещё сильнее, пробурчал Ким. — Ты меня так задушишь, — пытаясь щекоткой отцепить мелкого, пропыхтел старший. — Значит умрём вместе.