Фальшивое свидание со школьным принцем страдающим амнезией

Это был первый раз, когда Чжэнь Юаньбай должен был остаться после школы, чтобы написать обяснительную записку. Он растянулся на столе напротив Ши Буфаня. Последний уже начал писать строго. Он уже успел написать полстраницы, а Чжэнь Юаньбай даже не пошевелился. Чем больше он думал об этом, тем больше ему казалось недостойным лгать Ши Буфану. Если бы он знал, что быть его хорошим другом означает участвовать в драке и писать обяснительную записку, он бы никогда не солгал ему. Ши Буфань заметил, что он пристально смотрит на него, и поднял глаза. «Как ты думаешь, брат Ши очень красив?» Как он мог быть таким самовлюбленным? Чжэнь Юаньбай был смущен на секунду, прежде чем он сказал: «Да, ты довольно красив.» Ши Буфань прищурился. «Слишком очарован моей внешностью? Почему ты ничего не пишешь?» Чжэнь Юаньбэй опустил голову, но чувствовал себя странно в своем сердце. Почему Ши Буфань говорит в такой… дрянной манере? Некоторое время он держал карандаш в руке, но в конце концов написал только «Обяснительная записка». Ши Буфань быстро дописал целую большую страницу. Он лениво посмотрел на Чжэнь Юаньбая и сказал: «Что? ты не знаешь, как это написать?» «Ммг…» Расстроенно протянул Чжэнь Юаньбай. «Я не знаю, что я сделал не так.» Что он сделал не так? Он вообще ничего не понимал. Лин Кун был тем, кто начал драку, и Ши Буфань избил его. Это над ним издевались. Он не парировал и не сопротивлялся…зачем ему понадобилось писать письмо с обяснением? Ши Буфань подпер подбородок руками и согнул пальцы, жестом приглашая Чжэнь Юаньбая подойти. «Дай мне его. Я напишу для тебя.» «У нас разные почерки.» «Как насчет того, чтобы скопировать это после того, как я напишу для тебя?» Ши Буфань схватил листок бумаги, и Чжэнь Юаньбай тут же уставился на кончик карандаша. Кончик карандаша скользнул по бумаге, и на ней быстро появилась строчка слов.: Я пишу обяснительную записку. Я недолжен быть таким умным и иметь хорошие оценки. Я должен был остановить учителей в разных классах от использования меня в качестве образца для подражания. Я не должен позволять учителю хвастаться тем, насколько хороши мои оценки или насколько я умен. Но самое главное, что я сделал неправильно, это подал заявление и был принят в эту школу. Я не должен был позволять школе использовать мое имя как средство привлечения студентов для подачи заявки. Если бы дело было не в том, что я был слишком выдающимся и имел отличные оценки, как бы я был намеренно выбран мишенью для других? Почему они намеренно дали мне оскорбительное прозвище? Или как бы я оказался вовлеченным в эту случайную неразбериху? … Пока он писал это, Чжэнь Юаньбай протянул руку, чтобы посмотреть на письмо. Он не смог удержаться от смешка. Ши Буфань поднял глаза и поднял брови. Он сказал: «Как это? А теперь ты знаешь, как его написать?» Лицо Чжэнь Юаньбая слегка покраснело, и он сказал: «Ты слишком дерзок. Если я буду писать в таком стиле…учительница подумает, что я ее провоцирую.» Ши Буфань подумал об этом и спросил: «Тогда, кроме этого, ты сделал еще какие-нибудь ошибки?» Чжэнь Юаньбай посмотрел ему в глаза и прикусил губу. Он медленно покачал головой. Ши Буфань передал написанную им обяснительную записку и сказал: «Перепиши ее.» Чжэнь Юаньбай нерешительно взял карандаш и увидел, что Ши Буфань роется в каких-то вещах. Он спросил: «Что ты делаешь?» «Ищу стакан. Я хочу пить» Он рылся в офисе, как будто это был его дом. Чжэнь Юаньбай подсознательно выглянул в окно и встал на страже. Цзи Яньпин не заставляла их писать письмо, пока она смотрела на них. Однако, уходя, она закрыла за собой дверь. В это время Ши Буфань наконец нашел одноразовый стаканчик. Он подошел к автомату с водой и наполнил две чашки теплой водой. Он поставил одну чашку перед собой и сказал: «Почему ты так долго копируешь письмо?» Чжэнь Юаньбай почувствовал себя совершенно пристыженным. «Я думаю…это не хорошо, чтобы написать так.» Ши Буфань вздернул подбородок и нахмурил брови. «Если ты не хочешь писать, я ухожу. Ты можешь оставаться здесь и думать столько, сколько захочешь.» Чжэнь Юаньбай испугался. Он бы потерял лицо, если бы его застали в учительской за написанием обяснительной записки! Он уставился на черновик, который написал для него Ши Буфань, а затем уткнулся в него головой и принялся тщательно переписывать. Переписав несколько слов, он снова не смог удержаться от смеха. Было чувство счастья от озорства, которое поднялось в его сердце. Он украдкой взглянул на Ши Буфаня, и тот скривил губы, поднял подбородок и жестом велел ему быстро писать. Он сдерживал желание рассмеяться, пока дописывал письмо. Ши Буфань протянул руку и положил обяснительные записки под стекло на рабочий стол Цзи Яньпин. Затем он сказал: «Пойдем.» «Учитель еще не вернулася…» «Тогда ты можешь остаться и подождать. А теперь я ухожу.» Ши Буфань открыл дверь и вышел. Чжэнь Юаньбай сел и немного подождал. Видя, что он был единственным присутствующим человеком, после внутреннего конфликта по этому поводу в своем сердце, он поспешно встал и тоже вышел. «Ши, Ши Буфань?» Его нигде не было видно. Чжэнь Юаньбай немного испугался. Он никогда раньше не делал ничего подобного. Он боялся остаться один и уже подумывал о том, чтобы вернуться в кабинет учителя, как вдруг из-за угла появился Ши Буфань. «Я здесь.» Чжэнь Юаньбай вздохнул и спросил: «Значит, мы идем домой?» «Ты хочешь домой?» Получив положительный ответ, Ши Буфань сказал: «Хорошо, я отвезу тебя домой.» «Разве это нормально, если мы просто уйдем вот так?» Он продолжал задавать один и тот же вопрос, и Ши Буфань редко проявлял к нему терпение. «Никаких проблем не будет.» Чжэнь Юаньбай вернулся в класс, чтобы забрать свой рюкзак. Затем он последовал за Ши Буфанем вниз, чувствуя себя немного виноватым. Когда они завернули за угол, то вдруг увидели идущею навстречу Цзи Яньпин. Ши Буфань оставался спокойным, в то время как Чжэнь Юаньбай дрожал. Его руки были покрыты холодным потом. Цзи Яньпин тоже увидела их и спросила: «Вы, ребята, закончили писать обяснительные записки?» «Ммм.» Ответил Ши Буфань и сказал. «Я положил их под чашки.» Чжэнь Юаньбай спрятался за его спиной. Цзи Яньпин хотела спросить его о чем-то, но у нее не хватило духу. Первоначально Чжэнь Юаньбай был невиновен в этом деле. Однако это была просьба ответственного учителя Лин Куна написать обяснительную записку. Цзи Яньпин решила закрыть на это глаза и сказала: «Хорошо, ребята, вы можете вернуться. Будьте осторожны на своем пути.» «Досвидания, учитель.» Очевидно, Чжэнь Юаньбай ответил вежливо. Цзи Яньпин последовала за ними и нахмурила брови. Хотя она считала, что это хорошо для Ши Буфаня-вступиться за Чжэнь Юаньбая, она также немного волновалась. Что, если на Чжэнь Юаньбая повлияло поведение Ши Буфаня? Многие старшеклассники ездили в школу на электрических велосипедах. Ши Буфань спустился вниз и спросил его: «Где твой велосипед?» Чжэнь Юаньбай все еще задавался вопросом, что подумает учительница, когда увидит записку, поэтому он небрежно сказал: «Я сегодня не ехал на нем.» Ши Буфань поднял брови. «Почему же ты этого не сделал?» «Кто-то собирается его испортить.» Чжэнь Юаньбай не осмеливался ездить на велосипеде в школу, потому что его велосипед был поврежден несколько раз, когда он учился в средней школе. Было ясно, что Чжэнь Юаньбай никогда не сообщал об этом учителю. Большую часть времени он даже тайком тратил свои карманные деньги на ремонт велосипеда. Позже он решил просто бросить ездить на велосипеде в школу. В конце концов, дом, который только что купили его родители, находился недалеко от школы. До школы можно было доехать на автобусе самое большее за полчаса. Ши Буфань был расстроен. «Кто повредил твой велосипед? Это был Лин Кун с сегодняшнего утра?» «Нет.» Чжэнь Юаньбай боялся, что он снова начнет избивать людей. Он поспешно замахал руками и объяснил: «Я тоже не знаю, кто это был. Это было в прошлом, и я уже давно не езжу на велосипеде.» Ши Буфань расстраивался все больше и больше. Они пошли к автобусной остановке, и Ши Буфань сказал: «В будущем ты можешь делать все, что захочешь. Тебе не нужно никого бояться, хорошо?» Чжэнь Юаньбай никогда и никем не был защищен. Его сердце бешено колотилось. Он был немного тронут этими украденными отношениями. Когда они вышли из школы, мимо них проехал автобус. Поскольку в любом случае им пришлось ждать, он сказал Ши Буфаню: «Я пойду куплю тебе чай с молоком.» Ши Буфань взглянул на него и спросил: «Хочешь пить?» «Да.» Они подошли к магазину чая с молоком, расположенному напротив школы. Чжэнь Юаньбай сказал: «Чай с молоком и с небольшим количеством сахара. Что ты хочешь?» «То же, что и ты.» Чжэнь Юаньбай достал свой телефон и уже собирался заплатить за него, когда услышал сигнал. Ши Буфань взял меню и просмотрел код, чтобы заплатить. Здешние работники знали их и посмеивались. «У Юаньюаня здесь членство. Вы только что понесли потерю.» У Чжэнь Юаньбая были хорошие оценки и отличная репутация. Торговцы поблизости были более чем готовы зарабатывать на нем меньше денег. Те, у кого были членские карточки, дарили ему их, а те, у кого их не было, давали ему что-нибудь бесплатно. Они хотели принести удачу своим детям, установив тесную связь с гением. Ши Буфань удивленно посмотрел на него. Он никогда об этом не говорил. Кто знал, что он был важной фигурой среди этих людей? Чжэнь Юаньбай был немного смущен. Он опустил голову и пошел с ним на автобусную станцию. Ши Буфань спросил: «В прошлом тебя звали Мудрый Чжэнь?» Когда это имя было упомянуто, выражение лица Чжэнь Юаньбая стало нездоровым. «Да, в прошлом ты даже называл меня «настоящим дураком».» Ши Буфань не ожидал, что Чжэнь Юаньбай вдруг начнет его ругать. Он был ошеломлен, и Чжэнь Юаньбай повернулся в другую сторону, потягивая чай с молоком. Он нахмурил брови. Почему они вдруг начали вспоминать старые ссоры? Ши Буфань вообще ничего об этом не помнил. Несмотря на внезапный выговор, на его лице не было особого выражения. «После того как мы подтвердили наши отношения, я никогда не обещал, что не буду называть тебя по прозвищу раньше?» «Конечно, нет.» Чжэнь Юаньбай нашел глупую причину. «Но ты же ничего не помнишь.» «Тогда как насчет того, чтобы я просто пообещал тебе сейчас?» Ши Буфань, как это ни удивительно, очень серьезно относился к этому вопросу. «Не сердись на меня в будущем, ладно?» Поскольку он уже сказал это, было бы нехорошо, если бы Чжэнь Юаньбай продолжал жаловаться. Он сказал: «Хорошо.» Он заметил, что Ши Буфань был достоин быть старшим братом в средней школе Шэньи. Он хорошо относился к своим «друзьям» и знал о «правилах Цзянху».» Он пожертвует собой ради своих друзей. Теперь, когда он думал об этом, у Ши Буфаня все же были некоторые сильные стороны. Когда автобус прибыл, Чжэнь Юаньбай попрощался и сел в него. Однако, Ши Буфань внезапно тоже вошел. Из-за напора, который он почувствовал сзади, Чжэнь Юаньбай сразу же обернулся. «Почему, почему ты тоже пришел?» Чжэнь Юаньбай не помнил, чтобы он жил в том же направлении, что и он сам. «Я свободен, так что я мог бы также проводить тебя домой.» Они пропустили час пик, так как писали обяснительные записки. В автобусе почти никого не было, и Ши Буфань потянул его за запястье, увлекая к окну на заднем сиденье. Сердце Чжэнь Юаньбая бешено колотилось. Цинь Инь была бережлива и обычно ездила на работу и домой на автобусе. Она часто садилась в один автобус с Чжэнь Юаньбаем. Он достал телефон, чтобы посмотреть на часы. Было уже почти семь вечера. Если только Цинь Инь не решит отправиться в супермаркет, они, скорее всего, увидятся. Ши Буфань приподнял уголок своего рта и сказал: «Что? Тебе не нравится, что я провожу тебя домой?» «Конечно, мне это не нравится!» Закричал Чжэнь Юаньбай в своем сердце. Но он сказал: «Я не возражаю.» Автобус начал объявлять следующую остановку: XX Супермаркет. Чжэнь Юаньбай тут же вцепился в переднее сиденье и огляделся. В тот момент, когда он вздохнул с облегчением, он услышал знакомый голос. «Мясо становится все дороже и дороже.» «Так ведь? Всего несколько дней назад это было чуть больше 10 юаней. Сегодня это уже 22 юаня.» Чжэнь Юаньбай внезапно схватил свой рюкзак и закрыл лицо, соскользнув вниз по сиденью. Ши Буфань поднял глаза и увидел впереди двух женщин, несущих свои продукты. «Похоже, что впереди нет свободных мест, — сказал он, — а сейчас они направляются к задней двери.» Цинь Инь вопросительно посмотрела в ту сторону и спросила: «Почему мне показалось, что я только что видела Конгминга?» «Наверное, он уже дома.» «Он прислал мне сообщение, что вернется сегодня поздно.» Сказав это, Цинь Инь направилась к задней двери. Чжэнь Юаньбай съежился в своем кресле, и холодный пот покрыл его тело. Его сердце готово было выскочить из груди. В это время школьная форма закрывала его лицо вместе с рюкзаком. Ши Буфань держал голову Чжэнь Юаньбая в своих руках и делал вид, что он притворяется спящим, обнимая огромное мягкое животное. Дети этого возраста обычно носили школьную форму, и было трудно узнать, кто это был после того, как они закрывали лица и спали на своих рюкзаках. Цинь Инь окинула взглядом спокойное лицо Ши Буфаня, а затем села на места впереди них вместе со своими друзьями. Затем они начали говорить о пустяках. «Это будет ежемесячный экзамен, верно? Как там оценки Шаньшана?» «Очевидно, это не так хорошо, как у Конгминга. Он всегда первый в классе.» Родители начали хвастаться детьми друг друга. Лицо Чжэнь Юаньбая было закрыто, и на мгновение он почувствовал только запах Ши Буфаня. Он был слишком напуган. Если его мать узнает, что он был с Ши Буфань, кто знает, как она накажет его. Ши Буфань открыл один глаз и уставился на затылок Цинь Инь, затем на парня, чью голову он накрыл школьной формой. Чжэнь Юаньбай действительно нервничал, поэтому он глубоко выдохнул, подув на школьную форму. Ши Буфань некоторое время смотрел на него, а потом вдруг наклонил голову и чмокнул его. Через секунду он отодвинулся от него и облизнул губы. Он подумал: так чертовски интересно. Чжэнь Юаньбай, чьи глаза могли видеть только черное, был смущен.