Фальшивое свидание со школьным принцем страдающим амнезией

Автобус прибыл в пункт назначения, но Чжэнь Юаньбай не смел двинуться с места, пока автобус не тронулся снова. Ши Буфань сказал ему: «Все, кто должен был выйти на этой остановке, уже вышли.» Чжэнь Юаньбай внезапно высунул голову из школьной формы. Его первоначально слегка вьющиеся волосы растрепались, а глаза увлажнились. Его бледное лицо теперь раскраснелось, и он был похож на…спелое яблоко. Ши Буфань прищурился. Он обнаружил, что Чжэнь Юаньбай пришелся ему по вкусу, независимо от его личности или внешности. Чжэнь Юаньбай вернул школьную форму обратно Ши Буфаню и схватил свой рюкзак, неся его в руках. «Я выхожу на следующей остановке и иду домой пешком. Тебе не нужно продолжать проважать меня.» «Я могу пойти с тобой. К своему» хорошему другу». Ши Буфань был чрезвычайно заботлив. «В конце концов, у меня нет никаких дел дома.» Чжэнь Юаньбай серьезно покачал головой и сказал: «Я могу пойти домой один.» Прямо сейчас его сердце бешено колотилось. Почему он позволил ему продолжать следовать за собой? Он отказался от этого предложения и чувствовал, что в любой момент может умереть от сердечного приступа. Увидев его решительный взгляд, Ши Буфань с сожалением сказал: «Хорошо.» Чжэнь Юаньбай вышел из автобуса и помчался домой. Он даже не отдохнул две минуты возле дороги, прежде чем снова бросился бежать, спасая свою жизнь. Он бежал всю дорогу домой, в свой район. Затем он положил руки на талию, согнулся в коленях и тяжело дышал. Через некоторое время он наконец вошел в лифт. Он поправил свои растрепанные волосы с помощью зеркала в лифте и поправил слегка вьющуюся челку. Он не ожидал, что она распрямится. Это было просто, чтобы облегчить его беспокойство. Цинь Инь готовила еду, когда услышала какое-то движение у двери. Чжэнь Пинцзинь поднял голову и спросил: «Почему ты сегодня так поздно?» «Я, я делала домашнее задание в школе.» Брови Чжэнь Пинцзиня дернулись. На самом деле, Цзи Яньпин уже рассказал им, что произошло сегодня. Она даже подчеркнула, что этот вопрос не имеет никакого отношения к Чжэнь Юаньбаю. Это был просто Ши Буфань, вступившийся за него, и, как и ожидалось, Чжэнь Юаньбай не сказал им правды. Пока Чжэнь Пинцзинь смотрел, как он переобувается, в его сердце закипал гнев, готовый вот-вот взорваться. Но, встретив пристальный взгляд Цинь Инь, он сделал вид, что ничего не произошло. Новость о том, что Ши Буфань защищает своего благодетеля, распространилась по всей школе. Даже негодяи, которые обычно издевались над Чжэнь Юаньбаем, начали обходить его. Это был первый раз, когда он испытал счастье быть королевским крабом. Были даже люди, которые предлагали ему встать в очередь на обед, но он был очень смущен, чтобы действительно сделать это. Единственным человеком, который заставлял Чжэнь Юаньбая чувствовать себя так, будто он попал в трудную ситуацию, был Ши Буфань, который передавал ему записки каждый день, как только они были в классе. Каждый раз ему приходилось передавать несколько записок Чжэнь Юаньбаю, чтобы тот ответил на одну, дрожа от страха. Это очень огорчало Ши Буфаня. Цю Цзин тоже заметил их взаимодействие. Он не мог не спросить Ши Буфаня: «Почему ты часто общаешься с Чжэнь Юаньбаем? Ты даже больше не играешь с нами в мяч.» «Моя голова все еще травмирована, поэтому я не могу заниматься интенсивными видами спорта.» «Тогда почему ты всегда рядом с «дураком»?»…Эй, какого черта!» Цю Цзин получил удар книгой по голове. «Я сказал, чтобы люди перестали называть его «дураком». Печально произнес Ши Буфань.» У тебя что, уши глухие?» Мин Май был потрясен. «Даже мы не можем его так называть?» «Даже я не могу.» Ши Буфань холодно сказал: «Если вы, ребята, услышите, что кто-то называет его этим прозвищем в будущем, идите и избейте их. Если они станут инвалидами, я буду отвечать за их медицинские расходы.» Е Лянь играл в карты, когда он взглянул на Ши Буфаня, как будто уже видел все насквозь. Чжэнь Юаньбай не замечал происходящих за его спиной движений. Примерно через два дня предстоял ежемесячный экзамен. Он разумно тратил свое время на практические экзамены. Чжэнь Юаньбай не возлагал на себя больших надежд, пока у него были хорошие оценки по математике. После вступительных экзаменов в колледж он сдаст экзамен на физический факультет, а затем в аспирантуру, чтобы потом поступить в научно-исследовательский институт. Это была его мечта с самого детства. «Классный руководитель, учитель Ли ищет тебя.» Внезапно позвал кто-то. Чжэнь Юаньбаю это показалось странным, но он собрал свои вещи и вышел. Когда он пришел, Цзи Яньпин позволила ему сесть и налила стакан сока, который она только что достала. Она обеспокоенно спросила: «Это почти ежемесячный экзамен. Ты чувствуешь, что недостаточно подготовлен по каким-либо предметам?» Ежемесячные экзамены не были чем-то необычным для Чжэнь Юаньбая. На самом деле он не понимал учителя, но покачал головой. Он сказал: «Я думаю, что это довольно легко.» Цзи Яньпин жестом предложила ему выпить сок. Чжэнь Юаньбай задавался вопросом, не было ли это из-за записки. Прошла уже неделя, и учитель даже не упомянул об этом. Он почти забыл об этом. Он поблагодарил ее и поджал губы. Сок был кисло-сладкий. «Я слышала, эта новость распространилась по всей школе. Вы недавно возвращались домой с Ши Буфанем?» Чжэнь Юаньбай поспешно возразил: «Нет, я просто вышел с ним из школы. Мы идем разными путями.» Цзи Яньпин кивнула и сказала: «Я помню, что твоя мать-врач амбулаторной службы, а твой отец-из игровой компании?» «Да.» «Для этих двух профессий трудно работать. Это утомительно и выматывает, но люди даже не зарабатывают много денег. Вашим родителям пришлось изрядно потрудиться, чтобы вы, мальчики, ходили в школу. Они даже переехали в новый дом, а это довольно далеко от их рабочих мест, верно?» Чжэнь Юаньбай что-то понял и тихо кивнул. «Ты хороший парень и учишься на втором курсе. Время не слишком поджимает тебя, но и полностью расслабиться тоже нельзя. Твои оценки могут легко упасть, но было бы трудно повысить твои оценки.» Цзи Яньпин отхлебнула сок и мягко сказала: «Есть некоторые студенты, которые происходят из богатых семей, и им не нужно беспокоиться о своих оценках, так как им ничего не нужно делать. Но обычные люди все равно должны жить своей обычной жизнью. Хотя этот Учитель надеется, что Ши Буфань научится у тебя чего-то и перестанет ввязываться в драки, это было просто вторично. Твое будущее-самое важное, понимаешь?» Чжэнь Юаньбай ничего не мог сделать, кроме как кивнуть в знак согласия. На самом деле, когда она увидела обяснительную записку, то поняла, что это определенно почерк Ши Буфаня. В конце концов, она и не ожидала, что он усвоит этот урок. Хотя школа распространяла новость о том, что Чжэнь Юаньбай дружит с Ши Буфанем, у нее не было намерения дискриминировать бедных учеников, но некоторые учителя говорили ей, что Чжэнь Юаньбай и Ши Буфань передают записки в классе. Она была очень обеспокоена. По правде говоря, с оценками Чжэнь Юаньбая, пока он хорошо сдавал вступительные экзамены в колледж, он мог занять первое место. Она должна уделять этому больше внимания и не позволять Ши Буфаню влиять на Чжэнь Юаньбая. Во время обеда все ученики побежали в столовую, как будто не ели целую вечность. Сон Мо знал, что Ши Буфань всегда медлителен. На бегу он сказал: «Старые правила. Я пойду и зарезервирую для нас несколько мест!» Чжэнь Юаньбай опустил глаза и навел порядок на своем столе. Он разложил все книги на столе в хронологическом порядке, и тихий смешок зазвенел у него в ушах. Чья-то рука легла на его стол, и он поднял глаза, чтобы увидеть красивое лицо Ши Буфаня. «Ты такой дотошный каждый день. Ты еще не устал этим заниматься?» Чжэнь Юаньбай молчал, а Ши Буфань продолжал: «Все уже обедают. Ты не хочешь ничего есть?» Чжэнь Юаньбай встал и вышел, целеустремленно сказав: «Я хочу острый хот-пот.» Другими словами, эта еда была не в кафетерии, так что не имело значения, рано он пришел или поздно. Ши Буфань усмехнулся и положил руку ему на плечо, сказав: «Ты любишь есть свежую пищу.» Чжэнь Юаньбай вспомнил слова учителя и медленно опустил руку Ши Буфаня вниз. «Я хочу поговорить с тобой кое о чем.» «Что?» «Больше не передавай мне записки в классе,» с несчастным видом сказал Чжэнь Юаньбай. «Это создаст у учителей плохое впечатление. Кроме того, это помешает мне учиться.» Ши Буфань тут же согласился. «Ты сказал, что сделаешь это и в прошлый раз.» Чжэнь Юаньбай поднял голову и сердито сказал, «Но ты намеренно бросал в меня бумажными шариками в классе.» «В музыкальном классе это не важно.» «Пока мы в классе, ты не можешь этого делать. Это очень утомительно для учителей, чтобы учить нас. Мы должны научиться уважать их.» Ши Буфань посмотрел на его серьезное лицо и сказал: «Хорошо.» Он ответил быстро и прямо. Поэтому Чжэнь Юаньбаю было трудно сказать что-нибудь еще. У него не хватило духу сказать Ши Буфаню, что они больше не будут хорошими друзьями. Он предпочел бы, чтобы они были вот такими, а не врагами. Когда Чжэнь Юаньбай и остальные пришли в кафетерий, большинство людей уже покинули очередь за обедом. Но, там почти не осталось еды. К счастью, Сон Мо принес ему еду, а Цю Цзин сделал то же самое для Ши Буфаня. Они сели за длинный стол, и Цю Цзин начал бормотать: «Еда на вкус похожа на ту, которой кормят свиней. Было бы странно, если бы у нашей Родины распустились бутоны цветов!» «Что это за поговорка?» Спросила Мин Май. «Если вы цветете, бабочки будут естественно летать вокруг вас. Пока вы учитесь, даже Университет Цинхуа будет искать вас.» «Тогда когда же я смогу расцвести?» «А ты? Ты просто дыня.» Сказала Мин Май. «Как только ты созреешь, тебе конец.» Сон Мо чуть не выплюнул рис изо рта, слушая, как они подшучивают друг над другом. Е Лянь еще не притронулся к еде. Он безумно стучал по экрану своего телефона, говоря в плохом настроении: «Глупые товарищи по команде. Вы, дураки, даже не приводите свои армии, и вы, ребята, только знаете, как окружить врагов. Если этот отец не попадет на турнир по продвижению, я найду их через интернет и избью до полусмерти.» Мин Май тут же обернулся: «Ты можешь найти их IP-адрес через игру?» «Проваливай.» Чжэнь Юаньбай пододвинул свою тарелку, чтобы их слюна не попала на еду. Но Цю Цзин тоже не лгал. Еда была действительно отвратительной. Чжэнь Юаньбай обычно не ел много во второй половине дня. Он съел свои любимые овощи, а потом принялся за рис. Он встал и выкинул остатки еды в специально отведенное место. Ши Буфань последовал за ним вплотную и сказал: «Ты, наверное, еще не наелся, верно?» «Все в порядке,» сказал Чжэнь Юаньбай. «Я возвращаюсь в общежитие, чтобы вздремнуть.» Хотя Чжэнь Юаньбай был обычным студентом, у него было собственное место в общежитии. Раз в неделю он приносил домой одеяло, чтобы его постирали. Ши Буфань тоже не настаивал на том, чтобы делать все вместе с ним, поэтому, когда он проводил Чжэнь Юаньбая обратно в спальню, он ушел. Общежитие Чжэнь Юаньбая было заполнено студентами изо дня в день, но только он обычно приходил вздремнуть. Все остальные были ленивы и обычно спали в классах. У Чжэнь Юаньбая был физический сигнал будильника. Во второй половине дня ему всегда нужно было поспать, когда наступало время. Он надел затычки для ушей и маску для глаз, а затем некоторое время спал на похожей на палатку кровати. Он вдруг почувствовал какой-то приятный запах, пока еще спал. Еда в кафетерии была невкусной, поэтому он обычно никогда не был сыт. Он вернется домой и съест еще немного. На мгновение ему показалось, что пора ужинать. Он стянул с глаз маску и, вылез с кровати-палатки, увидел Ши Буфаня, стоящего на коленях рядом с ним. Увидев, что он проснулся, он поднял подбородок и сказал: «Пряный хот-пот, быстро ешь.» Чжэнь Юаньбай тут же сел и удивленно спросил: «Откуда ты это взял?» «Очевидно, что я купил его.» Ши Буфань придвинул стул и сел. Он взял себе миску риса, а затем бросил креветки и мясо в горшок к миске Чжэнь Юаньбая. «Давай быстро поедим.» — сказал он. «Сейчас начнется урок.» Чжэнь Юаньбай последовал его примеру и с жадностью набросился на еду. Его щеки были полными от запихивания риса, и он очень удивленно смотрел на острый горячий котел. Он пробормотал: «Это первый раз, когда я ем еду с улице в школе.» Ши Буфань скривил губы и сказал: «Я куплю его для тебя и в следующий раз.» Чжэнь Юаньбай чувствовал себя очень счастливым. Это было редкостью для него, чтобы быть сытым в школу. В конечном счете, еда в кафетерии была слишком невкусной. Мальчики их возраста обычно отличались большим аппетитом, но также были разборчивы в еде. Он не мог не думать, что это был отличный выбор-быть другом Ши Буфаня. До тех пор, пока он не помешает ему учиться, нет… до тех пор, пока он не избьет его после восстановления памяти. Чжэнь Юаньбай рыгнул, явно наевшись. На следующий день Ши Буфань пришел в его спальню с остро-кислой рисовой лапшой. На следующий день он принес ему курицу с рисом. В следующие несколько дней Чжэнь Юаньбай стал разборчив в еде. Так как он знал, что Ши Буфань принесет ему еду, он был слишком ленив, чтобы даже пойти в кафетерий больше. Как только наступало время обеда, он шел в свою спальню и ждал, когда Ши Буфань принесет ему еду. Школа разрешала им приносить свой собственный обед, но не вредную пищу, такую как острый хот-пот и еда, связанная с этим. Курьеры даже близко не могут подойти к школьным дверям. К тому же, как только начнется урок, двери будут насильно закрыты. Даже если это было обеденное время, ученикам не разрешается выходить из школы случайно. Им пришлось ждать окончания школы. Для Чжэнь Юаньбая Ши Буфань был как божество, которое приносило ему вкусные блюда каждый день! В этот день ши Буфань принес ему горячий острый суп. Кормя Чжэнь Юаньбая этим, он тоже не обращался плохо с собой. Он взял себе суп с говяжьей лапшой. Когда они с жадностью набросились на еду, из громкоговорителей снаружи раздался голос: «Ши Буфань? Ши Буфань, где ты находишься?» Это был учитель, отвечающий за дисциплину учеников и поддержание школьного духа. Чжэнь Юаньбай смутился и облизнул губы. «Почему, почему они снова вызывают тебя?» «Не обращай на него внимания.» Ши Буфань повернулся и запер дверь. Чжэнь Юаньбай услышал шаги снаружи и последовательный стук в двери. «В какой он комнате? Я хочу посмотреть, кто посмеет прикрывать Ши Буфаня!» Чжэнь Юаньбай дрожал от страха, и его руки дрожали, когда он закончил есть. Ши Буфань положил палочки и поднес палец к губам. «Тсс.» Он подошел к двери и навострил уши, прислушиваясь. Шаги главного учителя медленно приближались к ним. В промежутках он слышал, как мальчики жалуются из своих комнат. Он открыл уголок двери и выскочил наружу. Он большими шагами подошел к комнате, которую обыскивал учитель, и стал насвистывать. «Лысый Лян, зачем ты меня ищешь?» Фамилия главного учителя была Лян, и он получил прозвище «Лысый Лян» из-за своей прически. Он сердито обернулся и сказал: «Что я тебе вчера говорил? Сегодня к нам приедут инспекторы, чтобы проверить, как у нас дела. Ты не можешь перелезать через стену, ты не можешь перелезать через стену…» Он вдруг понял, что все еще держит в руках громкоговоритель. Поэтому он быстро положил его и в два шага подошел к нему. «И все же ты сделал это!» Закричал он. «На что ты смотришь? Пойдем со мной. Ты раз за разом нарушаешь школьные правила! ВТебе не кажется, что это довольно постыдно?» Чжэнь Юаньбай прятался внутри и слушал это, озадаченный. Когда шум стих, он осмелился выглянуть наружу. Мальчик рядом с его комнатой выругался и сказал: «я знал, что школа открыла черный ход для Ши Буфаня. Учитель всегда знал, когда он перелезал через стену. Если бы инспектор не увидел его сегодня, они, вероятно, снова закрыли бы на это глаза.» Чжэнь Юаньбай вернулся и нашел пластиковый черный пакет, чтобы положить туда остатки еды. Ши Буфань нашел этот мешок, сказав, что им будет удобно разобраться с мусором, на случай, если учитель узнает. Он бросился вниз по лестнице, как будто за ним кто-то гнался, и бросил пакет в мусорное ведро общежития. Он чувствовал себя немного виноватым. Неподалеку от него Лян Тужэн шел к спортивной площадке вместе с Ши Буфанем. Видя, что он время от времени оглядывается на Ши Буфаня, Чжэнь Юаньбай знал, что его проклятия никак не прекращаются. Учителя, ответственного за первый класс, учителя Цзи, снова вызвали на спортивную площадку. Лян Тужэн сердито швырнул в нее громкоговоритель и сказал: «берегите своих учеников!» Цзи Яньпин почувствовала горечь в своем сердце. Ши Буфань даже не был частью элитного класса вначале, после того как классы были распределены, она не знала, что с ним было не так, но он каждый день приходил в элитный класс и просто занимал место ученика, притворяясь, что слушает в классе. Директор школы, видя, что Ши Буфань «горит желанием учиться», сделал исключение и разрешил ему учиться в первом классе. Она выключила громкоговоритель и слабым голосом спросила: «Зачем ты перелез через стену на этот раз?» «Я пошел купить еды.» «Каждый день?» Цзи Яньпин сказал: «Ты не можешь поесть в кафетерии? Тебе нужно перелезать через стену всю неделю?» Ши Буфань скрестил руки и положил его на затылок. Под солнечным светом молодой человек был высок и строен, подняв подбородок и глядя на Чжэнь Юаньбая, который стоял рядом и смотрел на него. Он вдруг подмигнул левым глазом и скривил губы. «Я…благородный и высокородный. Еда в кафетерии не соответствует моему темпераменту.»