Фальшивое свидание со школьным принцем страдающим амнезией

Голос Ши Буфаня не был ни громким, ни тихим, он был полон воли и духа. Цзи Яньпин вздохнула в своем сердце, думая о том, как хорошо было бы снова стать молодой. Затем она приказала ему пробежать десять кругов по полю. К этому, у Ши Буфаня не было никаких возражений. Но вдруг он услышал голос сзади. «Его голова разбита… так что, он не может принимать участие в интенсивной деятельности.» Цзи Яньпин обернулась и увидела робкое выражение лица Чжэнь Юаньбая. Он никогда не возражал против учителя и обычно уклонялся, насколько мог, когда дело касалось Ши Буфаня. Сегодня он фактически говорил ради Ши Буфаня, что повергло Цзи Яньпин в шок. Однако он говорил правду, и Цзи Яньпин просто хотела преподать Ши Буфаню урок. Она не собиралась сурово наказывать его, поэтому сказала: «Тогда покинь класс. На два дня.» «Занятия вот-вот начнутся, так что быстро возвращайся в класс.» Как только она закончила свои слова, она уже собиралась уйти, когда Чжэнь Юаньбай осторожно подошел к Ши Буфаню, колеблясь. «Я тоже ел…еду, которую он купил.» Глаза Ши Буфаня вспыхнули, и он не смог удержаться, чтобы не скривить губы, не в силах сдержать свою радость. У Цзи Яньпина задрожали веки, прежде чем она сказала: «Ты тоже участвовал?» Хотя он и не перелезал через стену, как Ши Буфань, он уже съел все, так что в некотором роде участвовал. Чжэнь Юаньбай нервно кивнул и сказал: «Я…в течение последних нескольких дней не ел в кафетерии…потому что я ел еду, которую он покупал.» Хорошо. Цзи Яньпин поняла. Она не смогла удержаться и сердито посмотрела на Ши Буфаня. Прежде чем она приняла решение, что ей делать с этим лучшим учеником, Лян Ту, который закончил пить воду, вернулся. «Чжэнь Юаньбай, почему ты здесь? Почему ты не вернулся в класс?» После кратковременного счастья Ши Буфань тихо сказал: «Тебе не нужно оставаться со мной. Я в порядке.» Когда Чжэнь Юаньбай ел, он даже не думал об этом, и теперь он чувствовал сожаление. Но он не мог допустить, чтобы Ши Буфань был наказан по вине двух человек. Хотя они стояли на поле, ему казалось, что он стоит на кипящем котле. Его лицо пылало, и он не мог сдержать чувство стыда в своем сердце. Лян Ту был смущен и так зол, что жир под его подбородком начал дрожать. Он недоверчиво посмотрел на него и закричал: «Как ты смеешь и Ши Буфань…» Цзи Яньпин вовремя оттащила его назад и посмотрела на пристыженного Чжэнь Юаньбая. «Штраф. Поскольку Чжэнь Юаньбай хочет разделить с тобой наказание, вам, ребята, просто нужно постоять за один урок.» Сейчас была осень, и воздух был прохладным. Хотя солнце и не палит, но и не греет. Чжэнь Юаньбай спокойно посмотрел вниз и встал рядом с Ши Буфанем, пряча свои молочно-белые пальцы под рукавами и не говоря ни слова вообще. Прозвенел звонок на урок, и все ученики, занимавшиеся спортом на поле, быстро побежали к своим классам. Были некоторые люди, которые проходили мимо них и с любопытством обсуждали: «Почему Чжэнь Юаньбай тоже наказан?» «Черт возьми, неужели он действительно в одной лодке с Ши Буфанем?» «Хех. Ши Буфань чертовски крут. Он притащил ангела в ад…помнишь, каким хорошим был этот ребенок?» «Черт. На следующей неделе школьный журнал наверняка будет озаглавлен «Почему элитный студент попал в трясину». Он попадет в заголовки газет.» Они хихикали и уходили, но бесчисленные люди продолжали проходить мимо них. Они все посмотрели на Чжэнь Юаньбая с удивлением и недоверием. Что ж, Ши Буфану было легче. В конце концов, он не боялся потерять лицо, несмотря на потерю памяти. Он засунул руки в карманы и презрительно посмотрел на людей, как будто стоял здесь не для наказания, а сидел на троне. Поле быстро опустело. Хотя Ши Буфань сказал, что Чжэнь Юаньбай должен пойти в класс и учиться, он все еще был очень счастлив, что тот решил разделить с ним наказание. Когда поле постепенно опустело, он повернулся и посмотрел на Чжэнь Юаньбая. Он был потрясен этим зрелищем. Чжэнь Юаньбай опустил голову, и кончик его носа слегка покраснел. Челка перед его лбом упала на ресницы, и капля воды упала с его глаз, капая на красную дорожку на поле. … На мгновение воцарилась тишина, и даже ветер не шелохнулся. Ши Буфань мягко толкнул его и сказал: «…Юань, Юаньюань?» Чжэнь Юаньбай никогда раньше не испытывал такого внимания и поначалу хранил молчание. После того, как Ши Буфань позвал его, он внезапно не смог больше сдерживаться и поджал губы, слезы быстро потекли по его щекам. Ши Буфань почесал уши и нахмурил брови. Он беспокойно облизнул губы и потянул Чжэнь Юаньбая за рукав. «Действительно. Почему ты плачешь?.. Что в этом плохого? Все, что мы делаем, это просто стоим здесь. Кроме того, разве у тебя нет здесь твоего брата Ши, чтобы сопровождать тебя? Хм?» Чжэнь Юаньбай поджал губы, как старик, повернулся и проигнорировал Ши Буфаня. Тот обошел вокруг и, порывшись в кармане, волшебным образом достал клубничную конфету. «Не плачь. Вот, съешь это.» «Ты постоянно ешь!» Чжэнь Юаньбай сердито поперхнулся и сказал: «Мы стоим здесь, потому что не можем контролировать свои рты…но ты, ты все еще…» Он не мог продолжить фразу. Это было слишком неловко. Он прожил более десяти лет, но никогда не испытывал такого наказания. Даже больше, из-за его ненасытной потребности поесть. Наконец, он должен был стоять снаружи в течение всего класса с «Неугомонным .» Чем больше он думал об этом, тем более постыдно ему становилось. Вместе с тем он не мог не думать о том, как этот инцидент распространится на всех и даже может дойти до ушей его родителей. Это привело его в беспокойное и нервное состояние, он не мог сдержать слез. В это время они услышали громкие голоса. Это был определенный класс, направлявшийся в спортзал, и ноги Чжэнь Юаньбая ослабли при виде этого. Он поспешно вытер слезы, и его тело напряглось, оставаясь нервным и напряженным. Ши Буфань обернулся и посмотрел на группу людей. Недовольное выражение его лица заставило учителя физкультуры не подходить к нему и постараться ничем его не обидеть. Вместо этого учитель отвел учеников на другую сторону поля для упражнений. Ши Буфань снова взглянул на Чжэнь Юаньбая и вдруг потянулся к подолу своей формы. Он приподнял одежду Чжэнь Юаньбая, но его спортивная рубашка случайно тоже задралась, обнажив крепкие мышцы на талии. Он был немедленно заблокирован в следующую секунду. Чжэнь Юаньбай почувствовал тень, нависшую над ним, и поднял глаза, чтобы увидеть, что форма все еще на нем. Она была просто немного приподнята, с внутренней стороны, обращенной наружу. Ши Буфань держал для него форму, как зонтик, закрывая их от солнечного света, а также от подглядывающих взглядов. Молодой человек подошел к нему и тихо сказал: «Не бойся. Этот брат заблокирует тебя от них и сделает так, чтобы они ничего не увидели.» Влажные ресницы Чжэнь Юаньбая дрогнули, прежде чем он быстро опустил глаза. «Даже если ты отгораживаешь меня от них, они все равно знают, что я стою здесь в наказание.» Ши Буфань поднял руки, чтобы удержать форму, и снова нахмурил брови. «Тогда что же мне следует делать? Ты все еще хочешь поесть завтра?» «Мы все еще будем есть?!» Чжэнь Юаньбай на секунду забыл о стыде и бесконечно восхищался им. Он слегка расширил глаза, говоря: «Если ты хочешь есть, ты можешь есть сам. Я слишком напуган, чтобы есть дальше.» Ши Буфань усмехнулся и сказал: «Наш Конгминг действительно трус.» «Не называй меня так,» Тут же запротестовал Чжэнь Юаньбай и заявил: «Меня зовут Чжэнь Юаньбай, а не Чжэнь Цунмин.» «Хорошо, Юаньбай. Чжэнь Юаньбай…» Когда Ши Буфань закончил говорить это, он продолжил: «Я все еще думаю, что другое имя лучше, Твое имя Конгминг, а мое имя Буфань. Мы — пара с небес.» Чжэнь Юаньбай нахмурил брови и потер нос, с несчастным видом говоря: «Кто хочет быть с тобой парой с небес?» Он снова впал в расстроенное настроение, и Ши Буфань внезапно положил подбородок на голову Чжэнь Юаньбая. Тот растерянно поднял голову и услышал, как он сказал: «Я уже открыл обвертку конфеты так что она скоро растает, если ты ее не съешь.» Чжэнь Юаньбай был принципиален и сказал: «Нет.» «Тогда достань ее для меня, чтобы я мог ее съесть.» «Разве у тебя нет рук?» «Но разве я не держу для тебя " зонтик»?» Чжэнь Юаньбаю ничего не оставалось, как взять у него конфету и нерешительно поднести ее ко рту Ши Буфаня. «Мы наказаны прямо сейчас. Ты уверен, что хочешь поесть прямо сейчас?» «Мне нужно немного сахара.» Ши Буфань надкусил конфету. Леденец «Альпы», смешанный с запахом молока, наполнил воздух между ними. Чжэнь Юаньбай не поднимал головы, но слышал, как леденец хрустит у него на зубах. Он пошевелил пальцами, и Ши Буфань неожиданно рассмеялся. «Лян Ту поймал нас слишком внезапно, так что ты, наверное, еще не доел, верно?» Чжэнь Юаньбай молчал. Ши Буфань сказал: «У меня в кармане есть еще один леденец, с оригинальным вкусом. Ты хочешь?» «Нет.» «Тебя никто не заметит.» Ши Буфань пососал конфету и придвинулся ближе, намеренно заставляя его понюхать ее. «Просто откуси леденец от леденцовой палочки и спрячь его в карман.» Чжэнь Юаньбай испытывал искушение съесть запретный плод и действовал с сомнением. Ши Буфань продолжил: «Нам все еще нужно постоять еще полчаса, и какой смысл просто стоять здесь и ничего не делать?» Чжэнь Юаньбай решительно поджал губы. «Нет.» Он повернулся и хотел выйти из-под «зонтика " Ши Буфаня. Но он должен был признать, что из-за того, что Ши Буфань делал это, тусклый солнечный свет немного успокоил его нервозность, поэтому он медленно двинулся назад. В это время Ши Буфань начал вызывать беспокойство, говоря: «О нет, у меня немного кружится голова.» Чжэнь Юаньбай немедленно поднял голову, и прежде чем он успел что-то сказать, Ши Буфань упал перед ним. Чжэнь Юаньбай: !!! Первоначально учитель не планировала наказывать Чжэнь Юаньбая в любом случае. Теперь, когда Ши Буфань потерял сознание, это уберегло его от неприятностей. В этот момент Лян Ту отпустил Чжэнь Юаньбая, и тот вернулся в класс. Чжэнь Юаньбай даже не заботился о том, насколько он нервничал, поскольку его мысли были заняты Ши Буфанем, задаваясь вопросом, есть ли какие-либо последствия от этого. Все время, пока он был в классе, он был рассеян. К счастью, это урок рисования… хм? С каких пор это был урок рисования? Когда урок закончился, Сон Мо сказал: «Это все потому, что тебя не было в классе, а учительница Цзи боялась, что ты можешь отстать, поэтому она поменялась классами с учителем английского и искусства…почему ты так поступаешь с собой, решив выделиться в классе вместе с Ши Буфанем?» Чжэнь Юаньбай не мог ответить. Пока класс был на перемене, он хотел посмотреть, как там Ши Буфань в лазарете. Прежде чем он встал, Ши Буфань вернулся, и Цю Цзинь улыбнулся, увидев его. «Видишь? Я знал, что это просто твой трюк. Ты явно притворился, что упал в обморок, потому что не хотел оставаться снаружи.» Чжэнь Юаньбай уставился на Ши Буфаня, который лениво прогуливался вокруг, снова не находя слов. Сначала он думал, что Цзи Яньпин заговорит с ним из-за этого инцидента. Неожиданно она ничего не сказала, и его родители, похоже, тоже ничего не знали. Чжэнь Юаньбай вздохнул с облегчением, но почувствовал себя виноватым перед учителем и родителями. Поэтому он стал усерднее заниматься и в тот же вечер наказал себя и выполнил пять страниц практического экзамена. Он не отдыхал до самого утра. На следующий день были подведены итоги месячного экзамена. Цзи Яньпин передал табели успеваемости каждому человеку и сказал: «Каждый должен знать, что представляют собой рейтинги. Вот именно. Места в классе снова поменяют. Начиная с первого места, Чжэнь Юаньбай, где ты хочешь сидеть?» Чжэнь Юаньбай также не был властным человеком. В этом месяце он выбрал лучшее место в середине класса, поэтому на этот раз он выбрал место в углу. «Я посижу у окна.» Это был третий ряд. Он начал собирать свои книги и приготовился отодвинуть стул, в то время как Цзи Яньпин продолжал читать:"Второе место…» Сон Мо глубоко вздохнул и встревоженно посмотрел на него. Наверное, у всех учеников в школе такие же мысли. После того, как они были первыми, они больше не хотели быть вторыми. Как только кто-то получает второе место, он не хочет быть третьим. Сон Мо обычно выбирал свое место после Чжэнь Юаньбая, и пока условия позволяют ему, он определенно будет сидеть рядом с первым местом. Однако, хотя Чжэнь Юаньбай неизменно занимал первое место каждый раз, это было не то же самое для Сон Мо. «Второе место, Сон Мо, где ты хочешь сесть?» Сон Мо тяжело вздохнул и радостно понес свои книги, сказав: «Я все еще сижу рядом с Чжэнь Юаньбаем.» Он просто последовал за Чжэнь Юаньбаем, когда вдруг заметил убийственный взгляд на нем. Он резко поднял голову и увидел, что парень странно хихикает. Сон Мо потерял дар речи. Он молча сидел рядом с Чжэнь Юаньбаем и чувствовал, как пот покрывает его спину. Он порылся в своей памяти, гадая, когда же он обидел Ши Буфаня, пока Цзи Яньпин не назвала последнего человека. «Ши Буфань, твоя…неважно, тебе не нужно выбирать. Последнее место — твое.» Она бросила пустой тест на стол Ши Буфана. В классе было несколько одноклассников, которые тайком смеялись. Пока другие студенты выбирали себе места, они убедились, что не будут сидеть там, где сидел Ши Буфань. С тех пор как он пришел в этот класс, он почти никогда не менял своего места. После того, как Цзи Яньпин закончила раздавать их тесты, она уже собиралась выйти из класса, когда Ши Буфань сказал: «Я сижу здесь уже два семестра. Учитель, пожалуйста, сделайте исключение и позвольте мне передвинуть свое место.» Цзи Яньпин посчитала это редким случаем, поэтому она повернулась и спросила: «А где же ты хочешь сесть?» Весь класс внезапно замолчал. У всех было одно желание: пожалуйста, не садись рядом со мной.