Чужая.

Чуть больше месяца прошло с тех самых пор, как Пугачева поселилась в его доме. И, увы, не всем это нравилось – контакт с Аллой-Викторией в виде нормального человеческого общения так и не был налажен. И, хотя Алла переживала по этому поводу, старалась идти на компромисс, все равно прекрасно понимала, что девочке нелегко принять эту данность, даже несмотря на крайне трепетное отношение ее отца к Пугачевой. Когда Филипп уезжал, Алла чувствовала себя чужой в его доме. И, если задуматься глубже, чувствовала чужой везде – в городе, стране и априори в этом мире. Она почти не общалась с друзьями, те даже не знали, где она находится. Изредка звонила Кристина. И, если бы не Филипп, не его любовь, она бы совсем завяла. Ей казалось, что она как-то задержалась в этой жизни, где все меняется с космической скоростью, и что ей давно пора туда, где "только ни и только не". Беседа с батюшкой, которую организовал Фил по ее просьбе, конечно, выбила испытываемое чувство вины по отношению к Филиппу и дурь могильной тематики из ее головы, но все же Алла чувствовала себя не в своей тарелке и почти весь день, когда Фил был в отъезде, буквально молилась, чтобы он приехал быстрее… Как когда-то лет двадцать назад… Возможно, наладься у нее отношения с его дочерью, все было бы гораздо проще. Но как это сделать, когда девочка не идет на контакт и даже первое время специально обедала в своей комнате, не желая пересекаться с гостьей за столом? Характер, что поделаешь. Мартин был более радушен – причин обижаться на Аллу у него изначально не было, и он быстро к ней проникся. Заметив в нем интерес к музыке, Пугачева стала учить его музыкальной грамоте и игре на рояле, что у парня, кстати, отлично получалось. По вечерам они музицировали, и иногда Алла-Виктория, обладающая певческим талантом, присоединялась к ним. В такие минуты казалось, не все потеряно… Курс реабилитации, который прошла Алла под строгим наблюдением ее лечащего врача, наконец, был завершен. Пугачева себя чувствовала хорошо, даже лучше, чем было до приступа. Филипп, хотя и работал много, но очень четко и грамотно распределял свое время так, чтобы каждый вечер быть дома и ночевать в постели с любимой женщиной. Делал все, чтобы она не чувствовала себя одинокой, брошенной, покинутой… Аллу грела и удерживала в этом мире только его любовь. Но такой период – неопределенности с некой помесью легкого отчаяния - все же продлился недолго. Жирную точку, точнее сказать, восклицательный знак в этом периоде поставила Алла-Виктория. И сделала это скорее ненарочно – ведь она тогда и представить не могла, чем обернется одна неосторожная брошенная в сердцах фраза…