Чужая.

Проснувшись рано утром, Киркоров решил сделать Алле сюрприз. Быстренько одевшись, спустился на кухню и сварил в турке кофе, какой она любила, а затем, поставив чашечку на поднос, принес ей. Алла все еще спала - так и оставшись с ночи в лепестках роз - и сон ее был так крепок, что даже запах свежесваренного напитка не разбудил. Филипп улыбнулся, залез осторожно на кровать, наклонился над ней. И нежными, едва касаемыми, поцелуями задаривал ее лицо - спускаясь с век до губ и покрасневших от внезапной ласки щечек. - Мышонок мой... - шептал он, стараясь деликатно ее разбудить. Алла открыла глаза и, увидев нависшего над ней супруга, подарила ему продолжительный поцелуй, обвивая его шею руками. - Доброе утро, - улыбнулась она, а затем, притянув его руку, поцеловала ее. Филиппа немного смутила такая ласка, и он застенчиво улыбнулся, провел этой рукой по ее щеке. - Я тебе вкусный кофе сварил. Будешь? - поднеся ей чашечку, Фил предложил горячий напиток, аромат которого успел распространиться на всю их спальню. - Я точно не умерла? Может, я вчера скончалась на твоих руках и попала в рай? - смеясь, ответила Пугачева, выделяя голосом конкретное слово, а затем взяла чашечку и пригубила кофе, - Довел-таки старушку! - захохотала она. - Я тебе не позволю, - ответил Филипп, - будешь только кончать. Часто и бурно. - Пожалей мое сердечко, Филечка. Оно, остановившись, тебе спасибо не скажет. Только краткое и внезапное "упс"... - Ну ладно тебе! - театрально обиделся Киркоров, - Я тут стараюсь, а меня еще и поучают... - он действительно напрягся, снова услышав от нее могильную тематику, и знал, что ее можно перекрыть только юмором. - Кстати, об обучении... - Пугачева к тому моменту уже почти допила кофе и, поставив чашку на прикроватную тумбочку, привстала с кровати, - ты знаешь, что вредным училкам никогда не бывает хорошо после секса? - глаза ее искрились от нарастающего, еле сдерживаемого хохота, и Филипп уже приготовился слушать от нее очередную шутку, - Им бывает удовлетворительно! - рассмеялась-таки Пугачева. Фил тоже посмеялся. Алла крепко его обняла, поглаживая по спине, но вдруг глубоко вздохнула, будто выдыхая остатки посетившего ее юмора, - Ты знаешь, на самом деле ты - настоящий мужчина, - сказала она ему, посмотрев прямо в глаза, - ты сделал невозможное. - Что именно?.. - с интересом спросил Фил. - Ты сделал меня счастливой. Очень счастливой, Филь, - улыбнулась примадонна. Но затем в глазах ее появилась какая-то тень печали, и она отвела свой взгляд от него. Филипп, удивленный столь быстрой сменой настроения, напряженно нахмурился: - Аллунь... - произнес он, скрепляя их руки в замочек, ладонь в ладонь, - что с тобой? - Скажи мне, любовь моя, - в ее голосе проскочила ирония, - а давно ли у тебя работает эта Лариса? - Ты что, ревнуешь? - широко улыбнулся Фил, наблюдая ее реакцию. И, вопреки его ожиданиям, услышал четкое: - Да. - но все же Пугачева старалась не столь явно показывать свою ревность и снова прибегла к мощнейшему оружию - юмору, - Меня раздражает ее розовая кофточка и сиськи! - она буквально процитировала слова мужа, в гневе произнесенные им на той злополучной пресс-конференции, - И еще бесит, - добавила от себя, - что она такая молодая и что мой муж бегает вокруг кровати, напевая песенку про ее имя. Киркоров громко засмеялся. Алла тоже улыбнулась, понимая всю иронию и некую нелепость ситуации. - Она у меня работает с тех пор, как ушла Люся. Довольно давно. Да и не такая уж она молодая, - поспешил он ее успокоить, - ей давно за пятьдесят. - Ниче не знаю! - иронично скрестив руки, Алла демонстративно отвернулась, - Верни мне Люсю! На нее же у тебя нет никакой реакции? И песен с ее именем, вроде бы, тоже. - Да мне-то что до них до всех, - Филипп ласково поцеловал ее в губы, - у меня на тебя на одну реакция. И больше ни на кого. Никто мне в этом мире не нужен, кроме тебя. Любовь ты моя, - он поцеловал ее в щеку, а затем прильнул к губам, - единственная... - а затем отстранился, - Если говорить серьезно, то Люся вряд ли согласится. Насколько я знаю, у нее не очень хорошо со здоровьем. Зачем ее мучить? - Ладно. Пусть твоя Лариса остается. Но смотри мне! - игриво она погрозила ему кулаком, но все же не сдержалась и засмеялась.