Раскол трех

      Энни мирно спала в своих покоях. Птички пели за окном, солнышко светило. Приятное летнее утро, не правда ли? Особенно после серости и туманности.       Если не учитывать тот факт, что ею ужинал вампир. Шептал разные похабные вещи. Колготки единственные подрал. Настоящий извращенец. Вот только всего этого она не помнила. Или все это приснилось. Легко можно все списать на плохой сон.       Глазки начали открываться, приходя в сознание. Голова гудела, по телу проходила неприятная слабость. В целом, состояние паршивенькое. Энни перевернулась на бок, укутываясь в одеяло. Она смотрела на стенку комнаты, наблюдая за лучиками теплого солнышка.       «Вчерашний ужин… А я косметику-то стерла?! »       Девчушка подпрыгнула и легонько потрогала веки. Свои маленькие губки. Щеки. Все чисто. Чтоб убедиться точно, Энни посмотрела в сторону туалетного столика, в зеркало. Лишь только в отражении она увидела, что на ней пижамный халатик.       «Странно, я вся бледная какая-то… Что, на мне ночнушка? Не помню, что ее надевала»       От резкого подъема у Энни тело начало болеть. Особенно жгло ключицу, будто в него копье вонзили. Стопы ныли как вчера после каблуков. Это тоже странно, потому что за ночь обычно проходило. И в балеточках было на ужине довольно-таки удобно, ничего не беспокоило. Она точно зарубила себе на носу — не надевать красивую обувку, даже если она тебе мала на парочку размеров!       Энни медленно встала ближе к столику, чтоб рассмотреть ключицу. Не было никаких повреждений на мягкой коже. Девчушка совсем не помнила вчерашние события. Сюдя по всему, мазь Микки помогла, а бинт чудом исчез. Этого же Энни знать не могла и мучилась от странных ощущений.       «Вроде матрас мягкий, почему я спала словно на детдомовском?»       Она пыталась внушить себе, что просто устала. Как никак, переезд и знакомство с хозяевами особняка. Так волнительно было перед сыновьями Сакамаки. Стоп, мальчики! Энни вспомнила рыжеволосика. И как он внимание обращал. И как они напрямую кокетничали и шутили. Личико светлорусенькой смущённо порозовело.       «Буду надеяться, что я в хмелю вела себя как подобает. Ой стыд то какой будет, если я что-то не то вчера сказала или сделала!»       Она мотала головой, выкидывая смущающие мысли и пытаясь справится с этим чувством. С мальчиками у нее никогда не получалось дружить. Из-за недостатка заботы девчушка часто влюблялась и в большинстве безответно. Потому что любое внимание от противоположного пола, в ее понимании, всегда расценивалось как флирт. Даже банальная дружелюбная вежливость. А если чувства взаимны, то такие «интрижки» (именно они, потому что отношениями назвать сложно) были недолги — 1-2 месяца. Узнав получше миленькую Энни, никто не справлялся с её капризами.       Вот поэтому светлорусенькая и любит читать различную романтику, паря в воздухе своих мечтаний. Грезы о бесконечной любви трогали сердечко. Может она завидовала этим придуманным книжкам, приводя в пример искренней и чистой любви несчастных «Ромео и Джульетту». Святая наивность.       Энни привела себя в порядок. Голова продолжала гудеть фоном. Она надела новое платьице желтого цвета с пуговками, чтоб чутка повысить настроение. Затем заметила нехилые такие стрелки на колготках и озадаченно смотрела на них.       «Где же я умудрилась?.. Вроде аккуратно их ношу, и как будто они специально рвутся!»       Плюнув на это, она покрутилась возле туалетного столика, стараясь не расстраиваться из-за мелочи. Богатики явно купят новую пару. А лучше две. Нет, целую полку в ее комодике!       На столике была косметика и всякие уходовые штучки. Когда светлорусенькая протирала личико мицелярной жидкостью, то заметила, что на крае зеркала висит головной убор.       «Стоп, что это?.. Шляпа?»       Она с удивлением смотрела на находку, не решаясь брать ее в руки. Шляпы не было тогда, когда она осматривала ключицу. Или попросту не заметила? Тем не менее, Энни не задавалась вопросом как это оказалось здесь. Внимательно изучала ее. В голове щелкнуло — это вещь Райто.       На щечках опять появился румянец. Вновь этот обольститель в головушке. Она все же взяла головной убор и крутила в руках. Затем порешила примерить. Чисто ради своего детского любопытства. Шляпка подходила к образу и это ей нравилось.       — О, ты проснулась все-таки, — послышался голос в районе двери. Тембр был мягким, немного заигрывающим.       Энни подпрыгнула от неожиданности. Она так испугалась, как будто совершила преступление. Девчушка резко стянула шляпку и спрятала за спину. В дверях стоял Райто. Он сложил руки и облокотился об косяк. Парень своими зелеными хитрыми глазами смотрел на смущенную хрупкую девицу. Ему нравилось это поведение провинившейся школьницы.       — Ты чего пугаешь! Стучаться не учили?! — начала кричать Энни, краснея ещё больше.       — Вообще-то я стучал. И дверь у тебя нараспашку, красавица.       На деле он соврал. Стоял там еще задолго до того, как девушка переодевалась. А значит, что видел нагишом Энни, которая ничего не подозревала. Естественно, она не заметила его. Вампир ловко использовал свои чары, становясь невидимым в нужный момент. А может он всю ночь простоял у нее над душой?.. Этого никто не знает.       — Красавица? — Энни засмущалась, отводя свой взгляд.       — Ой, ну хочешь, будешь развратницей, — Райто хитро подмигнул, улыбаясь.       — Это ты кого назвал? Меня? — девчушка была в ступоре от такого обращения.              Воспользовавшись этим, он начал медленно к ней подходить. Райто оказался по сравнению с ней высоким, и Энни смотрела на него снизу. Когда расстояние между ними было критически мало, она пятилась назад, бегая глазками по комнате. Упершись в столик, светлорусенькая замерла. Лицо парня было слишком близко.       — Не будешь брать чужие вещи, — в его руках возникла шляпа и он надел ее, — будешь красавицей и умничкой.              Затем обольститель взял за щеку и нежно погладил девчушку. Испуганные светло-голубые глазки смотрели на него. Тело парализовало. Неведомая сила не давала сдвинуться ей, хотя очень хотелось оттолкнуть его.       — Стоп… Как?.. — удивилась она, поняв, что руки пусты.       — А будешь брать без спросу, — хитрюга звякнул рубиновым кулоном, которое возникло непонятно как в его руках, — будешь развратницей.       — Да как ты смеешь вообще меня называть тем или иным прозвищем! — Энни отошла от ступора и волна возмущения захлестнула, — У меня имя есть!       Тело начало слушаться. Девчушка отошла от парня, сложила руки и надула губки. Она не смотрела в сторону Райто.       — Ой, — рыжеволосый задумался, — Да, ты ведь Аннушка.       — Какая еще Аннушка? — с тем же чувством возмущения пробубнила она.       — Монашка Аннушка. Ха, смотри как звучит. Развратница монашка Аннушка.       — Вообще-то я Энни. Издевается тут еще… А ну пшел отсюда! И… и вещи свои не разбрасывай!       Девчушка выперла его из своей комнаты, громко хлопнув за ним дверью. Затем села на кровать, сгорая то ли от гнева, то ли от замешательства. Щеки были пунцовые. Ну и дурак! Такие слова говорить нашей паеньке. Она легла лицом вниз на подушку, мысленно ругая Райто и его выходки.       «А может я успела ему приглянуться, вот и ведет себя так? Дурак-дурак-дурак!»       Ну, а рыжеволосый хитрюга не стал как-то противится тому, что его выгоняют. Он хотел дать ей чувство того, что она контролирует ситуацию. Что может пока вести себя с ним вот так. А только потом как-то морально наседать и причинять ей страдания. Вампир стоял перед дверью, наклонив свою голову.       — Какая наивная душонка. Сейчас вся такая с характером и недотрога, — тихо сказал в пустоту, идя по коридору, — А вчера кокетничала. Ну ничего, мы это исправим. Из монашки в шлюшки.

***

      Криста очнулась примерно в 8 утра. Порешив для себя, что это рановато, девушка еще провалялась в полудреме и в ленивых мыслях. Несмотря на то, что вчера мало выпила «вина», она все равно не помнила момент с укусом. Утренние подъемы всегда давались трудно.       Однако в этот раз было слишком тяжело. Руку ломило и зудило, и на ней так же чудом не было бинта. Криста ощупывала и чесала. Не похоже на то, что она отлежала. А другого объяснения у нее не было.       Окончательно девушка открыла глаза от стука в дверь примерно в 9 утра. Это был Микки. Он ходил и будил всех обитателей дома. Криста разрешила войти. Блондин лучезарно улыбался. В нем опять чувствовалась та задорность, а в синих глазках полыхали огоньки веселья. Микки принес на подносе стакан. Криста внимательно наблюдала за его действиями.       — Сок? — удивилась кареглазая, принюхиваясь.       — Да, леди Кристал. Это наша традиция — выпивать стакан гранатового сока с утра. Богат калием и магнием. В вашем подростковом возрасте особенно будет полезен.              — О, хорошо. Спасибо, Микки, — сказала она, выпивая содержимое стакана полностью. Руку перестало зудить и ломить, — Так тяжко ощущаю себя. И вино на вкус было странным.       — Это был особенный сорт. Кому как нравится, не всем он по вкусу, — Микки продолжал улыбаться.       Он хотел было уже уйти из комнаты, разнося остальным по стакану, как Криста неожиданно его спросила:       — Микки, вчера… Мне показалось, что ты выглядел каким-то слишком уставшим. Все ли хорошо у тебя?       — О, леди Кристал, — он стоял спиной в дверях, не поворачиваясь к ней, — не берите в голову. Просто навалилось много обязанностей. Все нормально.       Микки обернул голову и доброжелательно улыбнулся, покинув комнату. Выйдя в коридор, он стоял пару минут и смотрел в пол. Потом немного ссутулился и облокотил спину об дверь. Что-то екнуло у него в груди. Это было первый раз, когда кто-то из господ, да и в целом, спросил «хорошо ли все». Ему хотелось всплакнуть, но нужно держаться. Он не может в этом проклятом особняке выражать истинные чувства. Не при Сакамаки точно.       После блондин заметил, как из комнаты Энни вышел, да практически вылетел, один из братьев. Дверь хлопнула. Микки выпрямился и зашагал в покои Тори. Райто бубнил что-то себе под нос, проходя мимо прислуги. Блондин пожелал «доброго утра!», но как и всегда, его проигнорировали. Ничего удивительного.       Микки стоял перед комнатой Тори. Как-то неспокойно ему было. Вчера, когда он бинтовал, на бедной девушке был очень глубокий укус. Микки всегда про себя ругал господина «Великого Я». За его нетерпеливость, чрезмерную настырность и такое обращение. Хотя, что ждать от вампира. Особенно, когда строятся отношения на таких моделях как «охотник-жертва»…       Постучав, не последовало разрешения войти. Затем грохот, будто что-то упало. Паренёк слегка напрягся. Громко предупредив, что он заходит, перед Микки была не особо приятная картина. Тори лежала лицом вниз на полу. Тельце было очень бледным. Он быстро поставил поднос на стол и устремился к ней.       Пульс есть. Еще дышит. Это радует. Медленно обернул на бок и визуально осмотрел. Пару синячков на руках и ногах, скорее покалечилась при падении.       Он подумал, что возможно Аято приходил к ней ночью, ненасытно напиваясь кровью молодой девы. А такой грешок у него имеется. Однако, к счастью, новых укусов не найдено. Вероятно всего, от большой потери крови и обезвоживания с утра, девушка упала в обморок. Глубокие две дырочки от укуса зажили. И на ней тоже уже не было бинта.       Микки открыл окно и махал ей в лицо. Она пришла в себя, щечки начали розоветь. Хотя тело было ослабленно, но она могла тихонько двигаться. Прислуга помог ей встать и повел к кровати.       — Ох, леди Виктория, ну и умеете вы пугать, — он облегченно вздохнул, слегка дрожа. У него получалось унять волнение и даже этого не было заметно.       — Спасибо, что помог, — Тори еще больше покраснела, — У меня стали частенько такие приступы происходить. А тут видимо резко встала и душно было…       — Тогда для поддержания вашего здоровья помогут витамины, — Микки протянул ей подносик с соком, — Ждем вас к 10 на завтрак, леди Виктория.       Тори кивнула. Выпив, она задумалась. Голова немного начала проясняться от обморочной пороки. Она посмотрела на стакан. Ей не давала покоя одна мысль.       — Слушай, а ты не помнишь случаем, я вчера тоже падала? А то ничего не помню, даже как ужин закончился.       Ее рука потянулась к шее, где был укус. Девушка легонько ощупывала кожу, подсознательно думая, что там рана. Но все чисто, а сомнения никуда не делись.       Микки обернулся к ней лицом, сложил одну руку за спину. Щелк. Тори слегка дернулась, распахнув широко глаза. Блондин установил зрительный контакт и холодным тоном сказал:       — Вчера в помещении к концу ужина оказалось душно и вам стало дурно. Чтобы избежать обморока, я сопроводил вас в покои. Ну и немного помог вам улечься.       Щелк. Она захлопала зелеными глазками. Странная сила больше не сковывала ее. Блондин через силу фирменно улыбнулся. Затем взял стакан и молча удалился из комнаты, направляясь в комнату Энни.       Собственно, врать приходилось всегда. Каждый раз прибегать к своим магическим способностям, дабы запутать. Дар, который, лично для него, оборачивался проклятьем. Это коробило, но деваться было некуда. Окутывать обманом несчастных жертв было необходимостью. Микки вздохнул. Тяжело ему было прикидываться. Юные леди этого не заслужили.

***

      Позже, все обитатели особняка собрались на завтраке в назначенное время. Тори пришла немножко позже, так как приходилось медленно и аккуратно двигаться. Криста испереживалась за подругу, видя ее состояние. Зеленоглазка убеждала тревожника, что все с ней окей. Энни не особо отреагировала на Тори, так как сама чувствовала себя не очень. Но с аппетитом уплетала с роскошной тарелки вкусную яичницу, попеременно кидая взгляд на Райто.       С одной стороны, она злилась на него. Ворвался, говорил всякую чушь, шляпу свою словно специально подкинул, чтоб в случае чего спихнуть вину на нее. И побрякушкой упрекнул. Будто не знает, что девушкам, а Энни особенно, нравятся украшения. Мог и не жадничать. Вот гад!       А с другой — щечки Энни вспыхивали легким румянцем. Вспоминалось, как он очень близко подходил и каким тоном он назвал красавица и умничка. И кокетливость вчерашнего дня. Вот гад!       И сейчас сидит этот рыжий хитрюга за столом как ни в чем не бывало. И даже в ее сторону не посмотрит. А она в нем дырку уже просверлила. Энни не могла никак понять, что он хочет от нее. Поиграться вздумал? Ну вот гад же!       Братья Сакамаки наблюдали за юными девами, изображая, что они едят настоящую человеческую еду. Как же им хотелось плеваться с безвкусной и противной яичницы, но обстоятельства вынуждали.       Субару сидел опять отстранено, но с интересом смотрел на Кристу. Наверно, он впервые видел трепетное заботливое отношение людей друг к другу. Хотя, живет достаточно много на этой грешной земле и немало видел всякого. Субару задумался. Что-то такого и не хватает их семье. Вампирская равнодушная натура жестока для таких человеческих искренних нежностей. Он не особо верил в то, что их природу можно изменить. Обделенные сочувствием, эмпатией, взаимопониманием. По мнению розоволосика, этого им не достичь.       Поэтому в этой семье ему легче всего было держаться одиночкой. Какой-то момент он пытался испытывать каплю каких-то положительных чувств к людям, отдавая предпочтение в еде крыскам. Однако, вампир будет сыт только человеком и никуда от этого не деться.       Аято не отводил взгляда от зеленоглазки. «Великий Я» смотрел на шею, где еще вчера красовался укус. Он нахмурился, не видя оставленный подарочек на своей жертве. Опять Микки подсуетился.       Господину не нравилась идея того, чтоб эти трое привыкали к здешней жизни и были с ними наравне. Сколько ссор было на эту тему. Но приходилось идти на компромисс. Ему больше по нраву приступать сразу к запугиванию. Смотреть на страдания. Страх. Боль. Где тело украшают раны и шрамы, оставленные в знак милости хозяина.       Увы, по завету Субару, не нужно палиться раньше времени. Но это забавляло и заводило Аято. Нетерпеливость в характере еще больше бушевала под этим временным «нельзя». Ведь после можно ее хорошенько помучать. И самое главное, ни с кем не делить свою игрушку. Как это было с прошлыми молодыми девами.       Ну, а Райто специально вел себя так. Как будто с утра ничего не было. Он чувствовал как Энни внутренне негодует от противоречивых чувств. Это хорошенько его самого дразнило. Рыжеволосый чаще обращался либо к Тори, либо к Кристе. Но не к светлорусенькой, которая старалась обращать его внимание на себя. Обольститель играл в игру, чтобы бедняжка уже на начальных этапах их взаимоотношений мучилась морально. Рано еще что-то говорить, но между Райто и Энни что-то образовывалось. Так казалось ей, потому что сердце наивной девчушки слишком влюбчиво. С первого взгляда.       Вся компания за едой общалась и шутила. Девчонки хохотали, парни поддерживали приколами. Субару просто сидел и слушал их, наслаждаясь атмосферой неспешного позднего завтрака. Одиночка все еще привыкал к большому народу в особняке.       — Так, девчоночки, — Райто привстал, — Держите. Он достал из своего кармана 3 запечатанных конверта. Печатка напоминала на эмблему академии Ретэй.       — Это что, мы будем учится в школе знаменитостей?! — удивленно вскликнула Энни. Ее светло-голубые глазки засверкали, как только она увидела приказ о зачислении, а настрой значительно улучшился.       — Когда вы успели подсуетиться?.. — Криста нахмурилась.       — Они ждали лишь только ваши доки, а все остальное — отец постарался. Учиться будете на курс младше нас. А учеба вся начнется в сентябре, — Аято лыбился, откинув руку на спину стула.       — Ну, хотя бы не придется мучаться с выбором дальнейшего образования. А тут перспективы имеются. Даже есть кружки рисования, гляди, — Тори указывала подруге-тревожнику на колонку с доступными секциями.       Но это не особо успокаивало. Странно, они ведь только вчера приехали и уже их зачислили в непонятную академию. Тем более Ретэй. Где нужно учиться поздним вечером и ночью. А днем чем заниматься?       Только вчера они увидели братьев и с ними вот-вот познакомились. Это посеяло еще одно зерно сомнения в Кристе. Навело еще больше тайн этих богатиков Сакамаки. Несмотря на всю мутность, она пыталась унять тревогу. Но держалась настороже.