Вкус жизни

Филипп все никак не мог прекратить коситься в сторону окна, наблюдая за мелькающими кустами. Вновь оказаться в машине, в действительно работающей машине, везущей его куда-то, было подобно глотку свежего воздуха во время пожара. Только если пожар прекращался, то они последние месяцы горели как водохранилище керосина. Его взгляд мечется между Джоном, не следить за которым он не может, и окном, в которое не может не смотреть. Джон кладет ладонь поверх его, чуть сжимая, чтобы привлечь внимание. — Ты уверен, что хочешь туда ехать? — это уже не меньше, чем десятый раз за последние сутки, когда он слышит этот вопрос. — Конечно, это же важно, — отвечает он улыбаясь. Он знает, что это успокоит Джона, а сейчас ему определенно необходима помощь. — Важно мне. Ты мог бы остаться на стене или помочь с переездом. — Если это важно для тебя, значит важно и для меня. Прекрати, я буду с тобой, даже если ты вытолкнешь меня из машины. Джон чуть улыбнулся одними уголками губ и покачал головой, вновь вернулся к рассматриванию своего окна. Андерсон прекрасно знает, что именно он увидит и, будь его воля, он сделал бы так, что Джон не сидел бы сейчас здесь, а отдыхал где-нибудь в тепле и комфорте. Если бы он был там тогда, когда Майкрофт предложил эту гениальную идею. Андерсон глубоко вздохнул и вновь уставился в окно. Все равно рано или поздно, но это должно произойти. Джону придется жить дальше, и чем раньше это произойдет, тем лучше. Но легко так думать, сидя в машине, вдалеке от проблем и ходячих. Джон то ли знал куда идти, то ли чувствовал, но стоило им выбраться из машины, как тот, на ходу заряжая пистолет, уверенно двинулся в сторону ближайшего леса. Филипп шел следом, не разговаривая и не сводя взгляда. Сейчас будет самое сложное. Все эти месяцы просто чушь. Даже с ходячими проще разобраться. Но как поддержать человека, потерявшего любимого? Есть ли вообще какой-то ответ? Нужен ли он? Джон выглядит уверенным и целеустремлённым, но словно точно знает, что хочет или должен увидеть. Будто бы это самое важное сейчас. Филипп замирает. Совсем рядом в тени первых деревьев стоит оно. Черное, красивое, гладкое надгробие. Наверняка на нем высечены имя и какая-нибудь важная фраза. Но ему с такого расстояния этого не видно. Джон стоит ближе, всего на несколько шагов, но его взгляд прикован к могиле так, словно нечего больше рядом нет. В какой-то момент из леса выходит ходячий. Точно такой же, как и в городе, разве что на нём видны четкие следы зубов. Звери? Филипп поднимает пистолет, намереваясь убрать его, но рука Джона вскидывается раньше. Ватсон даже не поворачивает головы. Он просто стреляет, и голова ходока разлетается, пачкая ствол рядом растущего дерева. Андерсон шагает ближе, замирая совсем рядом. Джон выглядит пустым, но в тоже время невероятно живым. В его застывшем выражении лица столько боли и скорби. Но глаза выдают сухое принятие. Он смирился, может ещё не принял, но понял. Может быть, даже ещё в тот самый день — в день, когда Майкрофт показал ему их новую составляющую жизни. Филипп осторожно, боясь спугнуть, сжал в руке чужую ладонь, легонько сжимая. Джон соединил их пальцы, не сводя взгляда с могилы. — Кажется, это правда, — произносит он спустя очень долгое время. Где-то вдалеке бродят мертвяки, стоит машина, где-то там может наступить завтра, новый мир. И они будут там вместе. Джон поднимает взгляд, устремляя его куда-то вглубь темного леса. — Джон, если ты хочешь, я могу оставить тебя, — предложил Филипп, глядя только на Джона. К черту лес, к черту ходаков. Джон, только Джон. — Нет, я просто хотел убедиться, — Джон повернулся не разжимая рук. — Все это время он был мертв. — Он был жив в наших воспоминаниях. — И будет жить там и дальше, — Ватсон криво улыбнулся, опуская взгляд. — Уведи меня отсюда, пожалуйста. Андерсон кивнул, и, мельтеша, двинулся прочь утягивая за собой Джона. Но напоследок все же обернулся. Могила, все так же поблескивая отражающимися от солнца боками, стояла на своем месте. Только за деревом на миг вроде как мелькнул темный силуэт очередного мертвяка. Никуда он не денется. Если Джону будет нужно, он всегда сможет вернутся сюда. Шерлок всегда будет здесь, это они уйдут прочь. Филипп отвернулся, переводя взгляд на Джона. Теперь у него есть, ради кого жить. И ради чего.