Часы до рассвета

Золотая медь струится меж пальцев, и кажется, будто пахнет хвоей и далекими летними днями, а не червями, разложением и размокшей от постоянных ливней землей. У Лили по-прежнему огненно-рыжие волосы, хоть и потускневшие за тот год, что она провела в могиле; по-прежнему мягкие губы, синюшные и до неправильности податливые, когда Северус раскрывает их и скользит языком в рот. На кладбище темно и безлюдно, а в разрытой могиле обитает стойкий запах гниющих досок гроба. Северус отстраняется от холодных безучастных губ и, с силой сдавливая ладонями серый овал лица, вжимается в него лбом. — Здравствуй, любимая. Я скучал по тебе. Лили ожидаемо молчит, и Северус проникает в нее, до боли закусывая губу. Трупные газы с шипением выходят из мертвого тела, в холодном влагалище копошатся опарыши — Северус чувствует их шевеление на своем члене, но продолжает отчаянные движения, невзирая на неудобную позу, на запах, на штаны, которые болтаются на уровне колен, и тяжелую пряжку ремня, ритмично стучащую Лили по бедру. Северус лихорадочно отбрасывает ее в сторону, только потом вспоминая, что мертвые не чувствуют боли. Мертвые ко всему безразличны — к поцелуям, к ласкам, к судорожным призывам, и, как бы он себя ни обманывал, как бы ни вбивался в гнилостную, дурно пахнущую плоть Лили Поттер, она не будет по-настоящему с ним и никогда, никогда не вернется к жизни. Выступившие от усердия капельки пота падают со взмокшего лба и смешиваются с тусклой медью рассыпавшихся по гробу волос. Северус наращивает темп, и обнаженное тело, безучастное, покрытое бесформенными трупными пятнами, колышется в такт его движениям. Северус вздрагивает и изливает свое семя в червивое лоно. Лили почти вздрагивает следом, и Северус почти верит, что она его чувствует. Небо над головой по-прежнему синее, усыпанное мириадами далеких сверкающих звезд, и Северус, переводя дыхание, прислоняется спиной к сырой земляной стене. Завтра он снова будет сходить с ума. Завтра он снова напьется, пытаясь забыть, а после вновь станет притворяться, будто в его жизни все хорошо. Но это завтра. Сегодня у него есть еще несколько часов до рассвета, чтобы побыть с любимой.