Дорога до жизни

      Серая стена медленно плыла перед глазами. Голова гудела как электричка в ночь у станции — машинисты почему-то особенно не любили ее район. Слава постаралась аккуратно потянуться. Спину и ребра прострелило болью. Дыхание давалось с трудом, то ли от ушибов, то ли от грязного-холодного воздуха.       Она зажмурилась, а под веками ярко-ярко, словно ядерный гриб отпечатался на сетчатке. Слава неловко встала, щурясь и осматриваясь. А потом от шока чуть не свалилась обратно — из разлома в стене виднелся Чернобыль. Не узнать ЧАЭС она не могла. Но не тот ангар, что построили спустя тридцать лет после взрыва. Нет. Перед ней вдалеке стоял Саркофаг.       Где-то рядом пиликнул наладонник. Стараясь отстраниться от паники, Слава вытащила укрепленный планшет из разгрузки. Дата на экране окончательно добила морально и по этажу разнеслось протяжное «блять» тихим воем.

***

      — Итак, я жива, но есть нюанс…       Привычка проговаривать мысли вслух была с ней с первых классов, если не раньше. В одиночестве это помогало банально не сойти с ума, хоть и приносило потом немало проблем, когда ей пришлось адаптироваться в обществе. Сейчас же казалось, что даже это уже не спасет. Так четко на краю сознания скреблась чья-то боль и отчаянье, отдаваясь на языке горьким привкусом.       — Впрочем, горечь может быть от лучевой…       Покопавшись в разгрузке она достала дозиметр и не глядя закинулась таблетками, которые были удивительно похожи внешне на свой игровой прототип. Тут почти все было похоже, разве что кроме брони. Как будто кто-то запустил Зов Припяти с модом на модельки и графику. Жаль только, что личность той, в чьем теле она оказалась, ни о чем ей не говорила.       В юности Слава потратила сотни часов на трилогию и немеряно дней в модах, но нигде не слышала и не видела ничего про Елань. А ведь женских персонажей было не так чтобы много. Была, конечно, вероятность, что девушка та из книг, а то и с чьих-то фанатских работ, но толку от этого мало. Единственное, что Слава знала о Елани точно — она была одиночкой.       Даже КПК явно новый — переписок в нем не было, только пара уведомлений из общей сети. Из последнего — о смерти Семецкого. Знакомая с легендами Слава даже находила это ироничным, ведь в сталкерской сети она все еще числилась как живая.       Осмотр вещей дал немного. Старый укороченный калаш с пятком магазинов в сбросе разгрузки, фляжка с водой и банка со шпротами. Кошелек же не дал вообще ничего. Зато с поясом было лучше — на нем висели Грави и Пузырь. Дозиметр трещал не сильно, а в условиях Припяти и вовсе не критично. Жить можно.       — А с учетом второго шанса — нужно.       С тихим стоном Слава поднялась и, собрав свой скромный хабар, осторожно выглянула в коридор квартиры. Чисто. Стараясь не шуметь и не ступать на мусор, она подошла к проему входной двери. На слух — никого. На вид — трупы, от запаха и ошметков которых она чуть не проблевалась на месте. У двух из трех тел не хватало конечностей, а черный под ними пол намекал на взрыв.       Гранат в разгрузке у нее не было, но все до ее пробуждения было тайной, покрытой мраком. Ни единого воспоминания, кроме собственной жизни. Да и та словно в тумане, не считая последнего дня.       Глотнув воды из фляжки, Слава вышла в коридор, чтобы обыскать тела, но быстро вернулась обратно. От запаха гнили тошнило и хотелось от души обматерить ту дуру, что не взяла с собой в Припять противогаз. Зато была арафатка. Тщательно завернувшись в нее, Слава вышла в коридор вновь. Замерла, вглядываясь в тела и пытаясь смириться с мыслью, что ей нужно обыскать их.       Выбраться из Припяти без оружия — нереально. К счастью, у одного из монохромных был более-менее живой, — по крайней мере визуально, — петух с патронами к нему. Радости Славы не было предела. Со своим страйкбольным P90 она откатала не один бой, так что приноровиться к реальной пушке было не так уж и сложно.       В догонку к оружию, в рюкзаке одного из трупов оказался контейнер с Лунным светом. На пояс он отправился сразу. Найденные деньги тоже себе — мертвецам они ни к чему. Остальной весь хабар в рюкзак, а почти целенький бинокль — на шею.       Теперь предстояло подняться повыше, чтобы осмотреться. Возможно, логичнее было бы сделать наоборот и пойти севернее, на Затон или станцию Янов, но до прачки было банально ближе. К тому же она не знала, насколько там безопасно в этом времени - до событий канона было еще далеко. Да и свое-не-свое тело просило отдыха. Спать рядом с трупами не хотелось совершенно. Мало ли кто может сюда подняться.       Выйти на крышу оказалось не сложно. Закатное небо уже окрасило облака в алые тона — времени оставалось немного. Прачка оказалась не далеко. Лежа на крыше Слава разглядела двух одиночек в бинокль, курящих возле входа. Прикинув маршрут, она осторожно подползла к краю — козырек подъезда оказался с нужной стороны. Оставалось лишь молиться о том, чтобы не встретить никого теперь по пути.