liujiu collection

      Все началось с того, что брат мужа Лю Цингэ, Шэнь Юань, гостил у них и перед уходом оставил для своего Цзю-гэ томик новой маньхуа, чей автор был непосредственно их общий знакомый Цинхуа. Этот хомяк решил попробовать себя в новом амплуа: ему показалось, что нужно разнообразить свое творчество. Теперь помимо третьесортных книжонок Шан принялся за маньхуа.       Вы не можете обвинять Лю Цингэ в излишнем любопытстве. Чтение в принципе не вписывается в список увлечений сурового пожарника, но когда ему пришлось в десятый раз кивать на очередной едкий комментарий Шэнь Цзю в адрес несчастной маньхуа, тот невольно заинтересовался. Неужели все настолько плохо?       Цингэ, в прочем как и всем остальным, хорошо известен ядовитый язык его возлюбленного и, возможно, тот судит немного предвзято из-за того, что автор маньхуа Шан Цинхуа, которого Шэнь игнорирует последние несколько месяцев из-за небольшого казуса. Эти двое устроили грандиозную ссору прямо на глазах Лю Цингэ и с тех пор не разговаривали. Обычное дело, они знакомы более десятка лет и такие скандалы не удивляют, особенно если знать характер Цзю, но в этот раз даже Цинхуа не спешил идти на примирение.       В прочем, сейчас Цингэ не до склок этих двух взрослых людей, ведущих себя как дети малые.        К томику маньхуа рука Лю потянулась самостоятельно. Так он и провел весь вечер.       Лю Цингэ проснулся и не узнал себя.       Его о тело было... совсем не его телом. Что было более возмутительным: тело Цингэ женское?!       Когда он увидел себя в зеркале, то это зеркало полетело в окно! Да помолимся мы за его сохранность!!       Нынешнее тело не сильно отличалось от его настоящего, но всё-таки, наличие груди и отсутствие члена немножечко смущало Цингэ. В общем, полное изменение тела было первым шоком, вторым ударом послужило то, что к «ней» постучались, заставив сурового пожарника пищать от паники в глубине души. Его-не-его лицо, в свою очередь, оставалось безучастным.       Вошедший человек довел Цингэ, плавающего на грани адекватности, свихнуться окончательно и подорваться с кровати настоящей катапультой.       «Какого хрена?!»       Ничего не понимающий пожарник налетел на вошедшего с вопросами, но на него (нее) посмотрели так, словно на Шэня выпрыгнул пациент психиатрического отделения.       Это был Шэнь Цзю. Его (ее) личный дворецкий Шэнь Цзю, если верить его словам. Шэнь Цзю, который совершенно не знает его, но знает ее. Цингэ ничего не оставалось, кроме как взмолиться.       Верните меня назад к его ядовитой гадине! Любимой гадине!!!       Время шло, но он не возвращался в свое тело и приходилось привыкать к особенностям его нынешней жизни. Цингэ понял, что он никогда в жизни добровольно не захочет быть девушкой, потому что одни корсеты его буквально убивают. Помимо них, оказывается, в девчачьей жизни куча сложностей, которые теперь дева Лю познавала на собственной шкуре. Самое время, чтобы пожалеть о том, что он в свое время игнорировал причитания своей младшей сестры. Кажется, когда-то она пыталась объяснить Лю Цингэ прелести использования лёгкого макияжа в повседневной жизни?       Общение с новым Шэнь Цзю не складывалось. Хотелось выть и рыдать.       Если его настоящий шисюн мог быть с ним холодным, то нынешний – самая настоящая глыба льда. Да, он заботился о ней (нем), но не более. Цингэ даже пытался воспользоваться своим телом, чтобы очаровать дворецкого, но тот был непреклонен! С какого-то там раза дева Лю бросила попытки.       В один из почти мирных дней перед Лю Цингэ появилась старуха. Она сказала, что есть два способа вернутся в свой мир: убить нынешнего Шэнь Цзю или себя. Это было возмутительно!       Цингэ хотел подраться с этой старухой, но от той и след простыл. Убить своего шисюна, пусть и не совсем того, не сможет, что означает – остаётся один выход.       Уже бывший пожарник решил спрыгнуть из окна высокой башни, чтобы умереть наверняка. Должно быть, это будет очень больно, но он готов пойти на такое. Умереть любимой гадюке, пусть и не совсем той, мужчина не позволит.       И Цингэ прыгнул, вот только...       В полете чужие руки схватили и прижали к себе. Шэнь Цзю!       Он подхватил Цингэ под коленами и плавно опустился на землю. Чудеса! Хотелось воскликнуть, но как же быть с возвращением?! От вкуса собственной неудачи Цингэ очень сильно расстроился и разрыдался.       – Шиди, это я!       Шэнь улыбался. Этот ядовитый змей улыбался так, как улыбается его возлюбленный. Это действительно был его колючий Цзю!       Примерно в тот промежуток времени, когда Цингэ попал в тело девушки, душу Шэня также перенесло и он оказался в этом же мире.       Какой позор для него то, что он не узнал своего шиди в девушке! Хотя, честно говоря, это было так неожиданно. Это явно не то, о чем можно догадаться по щелчку в голове.       Какая-то старуха появилась перед ним и поведала Шэню: тот, кого он ищет, куда ближе, чем ему кажется и если он не поспешит, то его шиди совершит что-то ужасное.       Сильное чувство тревоги повело его в ту башню. Увидев прыгающую девушку, перед глазами Шэнь Цзю встал образ несносного младшего и тот, не задумываясь ни на секунду, прыгнул следом. Неужели его шиди все это время и правда был так рядом?       Оба были счастливы, что нашли друг друга настоящих. Пусть и немного не в своих телах.       А потом они вместе проснулись. Узнают ли они, что им снился один и тот же сон?