liujiu collection

      Шэнь Цзю проклинал тот день, когда решился попросить несколько советов интимного характера у Шан Цинхуа.       Сейчас, глядя на подозрительную коробку, которую прислал ему некудышный советчик в делах любовных – в самом деле, что Цзю ожидал от автора дерьмовых романов про порнушные гаремы – ему хотелось облиться холодной водой и желательно распасться на молекулы, чтобы никогда в жизни его язык больше не повернулся назвать Цинхуа другом без ощущения стыда в своем теле.       Вышеупомянутый всегда довольно щедр в извращённости своей фантазии, даже к своим друзьям не испытывает снисхождения! Особенно к лучшему другу, черт бы его драл двести лет! Несложно догадаться, насколько вложился Цинхуа в такой... совет. Стоит ли Шэнь Цзю ждать появления седых волос в свои двадцать семь? Рановато всё-таки!!       В самой обычной и самой неприметной комнате Шэня слишком выделялась яркое, до боли в глазах, красное пятно. Мужчина смотрел на себя в зеркало с таким же красным лицом, как шёлковое красное платье на нем. То мягко струилось, и особенно выделяло тазовые косточки Цзю. Держалось платье на не вызывающих доверия паре тонких бретелек. Резкого движения хватит, чтобы те порвались и платье мягко упало на пол.       Судя по записке, подложенной хомяком Шаном, теперь Шэнь Цзю просто должен ждать прибытия своего мужа, желательно в какой-нибудь раскованной позе. Записка тут же улетела в мусорное ведро, но мужчина не рискнул ослушаться этого наставления, больше похожего на способ отомстить за все прошлые обиды.       И в самом деле, Шэнь лег на кровать, опираясь на локти и стал выжидательно всматриваться в дверной проем. Цингэ все не было, а уверенность в своей задумке угасала.       Цзю прикрыл глаза, представляя реакцию своего дорогого мужа. Определенно, она будет очень бурной, ярче бесполезной тряпки, которая соблазнительно открывает часть шэневского бедра своим боковым вырезом. Это смущает, но фантазии не заканчиваются.       Мужчина медленно оглаживает живот рукой, чувствуя насколько приятна эта ткань. Так поглаживания затягиваются, вызывая теплое давление где-то внизу. Ресницы дрожат и от влажного взгляда не ускользает собственное возбуждение.       Поздравляю, Шэнь Цзю, ты дофантазировался!       В первую минуту осознания, мужчина не спешит себе помогать, но член начинает настойчивее требовать к себе внимания, поэтому ему приходится просунуть руку под платье и обхватить его руками. Липкая смазка сразу же испачкала ладонь и Цзю со вздохом отметил, что темное пятно на платье слишком очевидное.       Движение руки было размеренное, больше дразнящее самого себя, но перед глазами рокового соблазнителя мелькали самые пошлые фрагменты их с мужем сексуальной жизни, заставляя Шэня действовать резче. Задыхаться в смущении от собственных действий. Даже спустя годы совместной жизни, стыдливость не покидала его.       Волосы в некоторых местах сплелись в маленький клок от постоянных поворотов, платье задралось как бывает в самых настоящих порно роликах, а ноги с поджимающимися пальцами разъехались в разные стороны, откровенно раскрывая стыдливую хризантему. Не удержавшись, Шэнь Цзю мазнул пальцы свободной руки языком, поспешив провести ими по своему нераскрытому цветочку.       Подготовить себя перед возвращением мужа не звучит как плохая идея.       От своих ласк Шэнь жмурился, выгибался в спине, рвано хватал губами воздух, словно это не он сам, а именно А-Цин заставляет его забыться. Настолько, что мужчина не успел прикусить губу, чтобы остановиться, как уже кончил себе в руку с протяжным стоном. Удивляясь своему нетерпению, Цзю откинулся на подушки и посмотрел на дверной проем.       Лю Цингэ, некоторое время наблюдавший за весенними играми своего мужа, стоял широко раскрыв глаза, словно громом поражённый.

***

      – Сиди смирно.       Властный голос бьёт по ушам Цингэ, заставляя того замереть, затаив дыхание. Его не должны удивлять подобные перемены поведения, всё-таки с Шэнь Цзю они вместе не первый год, особенно после того, как Цингэ застал своему любимого в весьма многообещающем положении, но от тихого, вкрадчивого голоса поджилки трясутся в предвкушении.       Не ёрзать не получается – звук шлепка, и кожу на обнажённом бедре начинает жечь. Цингэ пытается не двигаться, отворачиваясь от лица Шэнь Цзю. Перед Лю Цингэ полная темнота, так как его глаза завязаны плотной тканью, а сам он сидит в домашней футболке и боксерах, на коленях своего парня прямо перед включенной камерой. Расплата за то, что заставил любимого испытать жгучий стыд.       Цингэ больше, чем просто уверен в том, что на лице Шэнь Цзю сейчас находится неизменная маска, которую он использует каждый раз, когда они собираются делать новое видео. И каждый раз часть лица Лю скрывает полоска темной ткани. Это их неизменное условия для столь специфического хобби.       Руки Цзю по-хозяйски задирают футболку вверх, чтобы заснять почти чистую кожу на груди Цингэ, где остались едва различимые отметки их прошлой игры. Одной рукой Шэнь обводит чужой сосок, а вторая изучает возбуждение его мужа. Едва касаясь, тот обводит контур вовсю сочившейся смазкой головки сквозь ткань боксеров, поднимаясь выше к самому основанию члена, вызывая в теле любовника неконтролируемую дрожь.       Ещё одно условие их увлечения – Цингэ должен быть как можно тише. Как бы сильно Шэнь Цзю его не трахал, пока включена камера он обязан пытаться быть тихим. Это их обоюдное решение. Шэню не хотелось, чтобы другие слышали, как А-Цин стонет (и плевать, что все видят, как он его трахает), а Лю Цингэ всегда соглашается сделать так, как хочет его любимый.       Именно поэтому, до крови закусывая нижнюю губу, Цингэ сдерживается, пока рука его возлюбленного слегка похлопывает по его вставшему члену. Живот скручивает от желания, заставляя мужчину шире раздвигать ноги, поддаваясь вперёд бедрами за очередным касанием, практически умоляя своего Цзю-Цзю шлёпнуть ещё раз его член.       Цзю на такое отвечает по настроению: сейчас его ладонь сжимает чувствительный орган и специально давит на нежную головку, выбивая из любимого короткие всхлипы. Так младший понимает, что сегодня никаких просьб, иначе его накажут.       За прозорливость Шэнь Цзю одаривает шею мужа поцелуями. Мысленно Цингэ бурчит на то, что поцелуи через маску ощущаются не так, как хочется, но лучше так, чем вообще ничего. Лю принимает все, что дает ему возлюбленный.       Пробираясь рукой под боксеры, Шэнь достает требующий внимание член, лениво водя по нему движениями вверх-вниз. Цингэ выгибается в спине и довольно быстро кончает в руку своего партнёра. Цзю всегда поражается его чувствительности и вытирает руку об обнаженную грудь.       Их съемка только началась, поэтому хитрый лис Шэнь обязательно заставит мужа посчитать в конце: сколько же раз кончил А-Цин за эту ночь.