Ирония Судьбы

      В городе царил беспорядок. Казалось, что произошла катастрофа, но это было не так, катастрофы не планируются. Город был в смятении, и казалось, что вскоре за ним последует и весь мир. Согита тяжело дышал, пробираясь сквозь обломки. Его тело было избито и окровавлено, а одежда превратилась в лохмотья. Он боролся, сражался с большим мужеством, чем сам думал. Он не мог сдаться, слишком много людей погибло бы, если бы он это сделал. Он прошел вперед и среди обломков заметил рухнувшие остатки здания без окон. Он бы не удивился, если бы в результате битвы был разрушен весь город. Нет, называть это битвой было бы неправильно. Это была настоящая бойня, даже другие пятиуровневые эсперы терпели поражение с невероятной легкостью. Его взгляд был прикован к небу, окрашенному в красный цвет, и к раскатам грома. Нет, это был не гром, а что-то другое. Это был рев.       Согита очнулся ото сна. Он лежал на койке, которую предоставили в больнице. Он выглянул в окно и увидел, как раннее утреннее солнце опускается за здания Академгорода. Он попытался стряхнуть с себя этот сон, но что-то в нем казалось таким реальным.       Внутри Здания без окон Алистер Кроули плавал вниз головой в трубе. Он уставился на экраны перед собой, пытаясь понять, что пошло не так. Его система наноботов по всему городу подвела его. Казалось, что битва между Томой и Согитой повредила систему, скорее всего, из-за странной силы Согиты и появления Невидимого Существа. Ущерб должен был быть минимальным, по крайней мере, так ему показалось сначала, он решил, что это какая-то ошибка в системе и больше ничего не произойдет. Он ошибался. После боя количество ошибок продолжало незаметно распространяться. Прямо перед тем, как Тома был схвачен, вся система вышла из строя. Он задался вопросом, не Сатоми ли каким-то образом вызвала сбой в тот момент, или ей просто повезло, что это произошло именно в тот момент. Он хотел разобраться, но, похоже, с ней что-то случилось, и она потеряла рассудок. Она была почти трупом, который все еще дышал.       Семья Кихара уже отправилась осматривать Сатоми, но обнаружила, что от нее осталась лишь оболочка. Не было никаких признаков повреждения ее мозга или какого-либо вмешательства эспера, но она потеряла рассудок. Ее мозг продолжал функционировать, но вся высшая мозговая активность просто не работала. Казалось, что каждая клеточка ее памяти была очищена. Мысль о том, что кто-то или что-то может стереть их разум, нервировала каждого Кихару. Они уже устали от Томы, но теперь у них появилась реальная причина бояться его. Кроули хотел, чтобы они так думали, чтобы никогда даже не осмеливались преследовать того, кто мог бы ему понадобиться. Сатоми поместили в камеру, где за ней должны были наблюдать и поддерживать ее жизнь. Тем не менее, Кроули беспокоился о происходящем и не мог избавиться от ощущения, что в его городе происходит что-то неподвластное его контролю. Поэтому в тот момент он начал исправлять систему.       Камидзе Тома открыл глаза и обнаружил, что смотрит в потолок.       — Знакомый потолок. О, я снова в больнице. — Он моргнул, просыпаясь. — Моя рука! — Он быстро опустил взгляд на свою руку и обнаружил, что она все еще прикреплена. — Хм?       Он обнаружил, что Химегами спит рядом с ним, и, что более важно, увидел, что ее голова в данный момент покоится у него на ноге.       — О, ты проснулся. — Тихо произнес другой голос.       — Проснулся?       Красноволосая эспер, сидевшая у окна, одарила его ухмылкой.       — Она попросила меня тайком провести ее к тебе.       Именно тогда он заметил, что ее рука на перевязи.       — Ты ранена. Это из-за меня?       — Не беспокойся об этом. — Аваки отмахнулась от него здоровой рукой. — Ты спас меня от лазера. Самое меньшее, что я могла сделать, это попытаться спасти тебя. Но силовой костюм просто вывел меня из себя.       — Мне жаль.       — Не стоит. Я знала, что делала. Благодаря здешним медицинским технологиям рука почти восстановлена, нужен всего один день, и гипс снимут.       Тома почувствовал некоторое облегчение, услышав это.       — Что ж, я рад, что с тобой все в порядке.       Аваки вздохнула.       — Она хорошая девочка. Она проделала со мной весь путь сюда, и когда услышала, что ты здесь, все, что она хотела сделать, это проведать тебя. — Эспер зевнула. — Мне лучше вернуться в свою комнату. Этот доктор с лягушачьим лицом хочет осмотреть мою руку, прежде чем меня отпустят. Тогда мне лучше вернуться в свою комнату.       Она подошла к Химегами и подтолкнула ее, чтобы разбудить. Девушка в костюме мико резко проснулась, когда поняла, что отдыхает.       — А! — сказала Химегами. — Камидзе? Ты проснулся. Приятно видеть, что с тобой все в порядке.       Тома улыбнулся ей, когда Аваки увела покрасневшую девушку. Тома удивился, почему она покраснела, и предположил, что она плохо спала. На самом деле, девушки в этой комнате спали самым спокойным сном из всех, кого он знал. Девушки вышли из комнаты.       Некоторое время спустя в дверь ворвалась Согита с колючими волосами.       — Как у тебя дела? — Тома спросил его.       — У меня все отлично. Этот доктор с лягушачьим лицом сказал, что я могу идти. Мне просто нужно успокоиться, и через несколько дней я буду на сто процентов здоров. Я очень быстро поправлюсь благодаря своему мужеству! — Они уже дали ему кое-какие лекарства, так что это тоже помогло.       — Приятно слышать. — Тома устало улыбнулся ему. — Спасибо за всю ту помощь, которую вы мне оказали.       — Нет проблем, если бы у этого робота не хватило мужества лишить меня сил, я бы его уничтожил. И все же я собираюсь тренироваться и набираться мужества, чтобы он больше не смог этого сделать. Когда роботы восстанут, я их побью. — Согита сжал кулак, и Тома промолчал, чтобы не подбадривать его. — А теперь наберись мужества и поправляйся.       Тома пообещал, что так и сделает, продолжая отдыхать после ухода эспера. Немного погодя к нему пришли еще гости, на самом деле их было двое, и оба блондины.       — Привет. — Фремия улыбнулась, подходя к его кровати. — Ты в порядке? На самом деле, все выглядит плохо.       — Фремия, будь милой. — Хамазура отругал девушку, его рука была забинтована, и он снова надел свитер.       — Все в порядке. — Тома улыбнулся ей. — Я слышал, вы, ребята, спасли меня, спасибо вам за это.       — Да, по сути, я спасла тебя, Хамазура и остальные помогли.       — Что ж, ты хорошо поработала. — Тома нежно погладил ее по голове. Он помнил, как она была напугана во время их последней встречи, и был рад видеть, насколько храбрее она стала сейчас.       — Ты в порядке, босс? — Обратился к нему Хамазура. — Тебя накачала наркотиками эта странная исследовательница. Должно быть, в ее лаборатории что-то сработало, это повергло ее в плачевное состояние, возможно, это подействовало и на тебе.       — Нет, я в порядке. — Тома заверил его. Он слышал, в каком состоянии была найдена женщина. Он мало что помнил, но как в тумане, он помнил рев. — Как ты? — Тома ненавидел то, что так много людей пострадало, пытаясь спасти его, он ненавидел причинять людям боль. Именно по этой причине он не любил вовлекать в это дело людей.       — Вот и вы! — Кинухата ворвалась в комнату вместе с Такицубо. — Мугино ждет на улице с машиной. Она супер нетерпелива.       — Да, этот доктор сказал, что я могу уйти, когда он закончит меня латать. Я собираюсь уходить. — Хамазура почесал затылок.       — Да, он супер готов отправиться домой. — Кинухата протянула ему большой бумажный пакет. — О, я принесла тебе кое-что, чтобы ты почувствовал себя лучше. — Она достала пару костюмированных кроличьих ушек и надела их на Такицубо. — Та-да! — Кинухата радостно воскликнула. — У меня в пакете есть оставшийся костюм девочки-зайчика, и он идеально подходит Такицубо.       Хамазура на мгновение уставился на нее, словно застыв в этом состоянии. Он схватился за нос, чтобы остановить внезапно хлынувшую кровь.       — Боже мой! — Закричал он, заставляя себя отвести взгляд.       — По сути, Хамазура истекает кровью до смерти! — запаниковала Фремия, отчаянно размахивая руками.       Сам Тома не смог удержаться от смеха при виде этого зрелища. В конце концов, небольшая группа ушла, опасаясь разозлить ожидающего пятого уровня. Тома вернулся к отдыху, который длился недолго, так как Индекс пришла проведать своего соседа по комнате вместе с Ицувой.       — Тома! — Прорычала маленькая монахиня.       Тома приготовился к тому, что его непременно съедят.       — Пожалуйста, Индекс! Это была не моя вина. Я просто стоял перед баней, когда кто-то напал на меня в одном из этих высокотехнологичных костюмов. Я ничего не сделал.       Индекс мгновение смотрела на парня холодным осуждающим взглядом, а затем ее взгляд смягчился.       — Тома, тебе было больно. Тебе всегда причиняют боль за то, что ты что-то делаешь. Теперь ты страдаешь, ничего не делая.       Ицува ничего не сказала, но почувствовала себя виноватой, она была его охранницей, но ее не было рядом, чтобы защитить его. И все же ей пришлось скрыть печаль, которую она испытывала, и продолжить.       — Я кое-что принесла тебе. — Ицува оживилась и достала что-то из своей сумки, это было похоже на пластиковый контейнер, и это было потому, что так оно и было. Внутри было блюдо, которое приготовила Ицува. — Это блюдо, оно приготовлено по старинному рецепту Амакуса, говорят, что оно помогает организму выздоравливать.       Я избавлю вас от подробностей обсуждения, которое они вели по поводу того, как это блюдо подействовало на Тому из-за его правой руки. Они решили, что он может его съесть, так как в нем все еще были овощи и витамины, и даже если ингредиенты не подействовали, витамины должны были помочь. Тома принялся за свое блюдо, и Индекс была вынуждена не доедать его за него. Дверь снова распахнулась. Серьезно, никто не стучит.       Вскоре они столкнулись с Микото, Куроко, Сатен, Уихару и Конори.       — Что вы, глупые девчонки, здесь делаете? — Индекс сердито посмотрела на Микото и Куроко.       Микото быстро ответила ей таким же взглядом.       Пытаясь разрядить обстановку, Конори заговорила.       — Мы пришли навестить То… — Она быстро поправилась. — Камидзе. Мы пришли посмотреть, все ли с ним в порядке. — Она с улыбкой подошла к Индекс. — Я Мии Конори, а ты кто?       Индекс вспомнила, что Тома говорил ей раньше, но, похоже, было уже слишком поздно, девушка перед ней казалась достаточно милой.       — Я Индекс, Индекс Либрорум Прохибиторум.       Конори моргнула в ответ, но, тем не менее, улыбнулась.       — Очень приятно познакомиться с тобой, Индекс.       — А почему ты одета как монахиня? — Сатен не удержалась и спросила.       — Это потому, что я монахиня английской англиканской церкви.       — Действительно? — Сатен продолжала допытываться. — Я думала, одежда монахинь должна быть черной, а не белой.       Видя, что маленькая монахиня вот-вот разозлится по-настоящему, Уихару вмешалась.       — Извини за это. Мы не часто видим религиозных деятелей в этом городе. Хотя я уверена, что на днях видела служительницу храма.       Несмотря на этот разговор, Конори и Ицува представили друг друга, а затем повернулись к Томе.       — Итак, мы принесли тебе кое-что. — Заговорила Микото.       — Какое-то еще печенье? — Спросил Тома.       — Печенье? — Сатен ухватилась за это слово. — Подожди, это для тебя Мисака испекла то печенье?       Тома только посмотрел на нее в замешательстве.       — Нет, я никогда не получал от нее такого печенья. — Это было правдой. — Однажды я получил от нее магазинное печенье.       У Куроко отвисла челюсть.       — Ты угостила печеньем эту нежную обезьянку?! — Она не знала, злилась ли она из-за того, что ее любимая сестренка угостила его печеньем, или из-за того, что она стала ему ближе, чем была на самом деле. В целом, она все еще была в замешательстве из-за всего, что касалось его.       — Но тебе не обязательно было мне что-то дарить. — Настаивал парень с колючими волосами.       — Нет, мы настояли. — Сказала ему Конори. — Ты через многое прошел. На следующий день после того, как ты сразился с Согитой, на тебя напали в ресторане, а затем похитили.       — Напали! — Вокруг маленькой монахини образовалась темная аура, когда она стиснула зубы, готовая укусить.       Они бы занялись этим, но появился еще один посетитель, у которого было лягушачье личико.       — О, Камидзе, кажется, у тебя сегодня много симпатичных гостей. — Доктор, известный как Небесный Хирург, усмехнулся. — Нам просто нужно кое-что сделать. — Вслед за этим вошли несколько сотрудников больницы, и все они подошли к его кровати, один из них вручил Конори фотоаппарат.       — Поздравляю, Камидзе, ты побил городской рекорд по количеству посещений больницы за один год. — С этими словами он вручил ему табличку со своим именем. После этого сотрудники улыбнулись и подали знак Конори сделать снимок. Это была странная фотография.       Высокая женщина с длинными темными волосами улыбнулась.       — Будь осторожен, Тома. — Она была хирургом, работавшим в той больнице. — Позже мы устроим вечеринку в твою честь. Я знаю, у нас есть твой любимый пирог, но я не смогу прийти.       — Реко? — Тома посмотрел на нее.       — Я уезжаю в круиз на неделю. Я уезжаю в конце своей смены. Я сделал Юки предложение, и мы собираемся это отпраздновать.       — О, он сказал «да»? Поздравляю, я думаю, вы двое — хорошая пара.       — Отложите свидание, ты получишь приглашение. — Хирург одарила его лучезарной улыбкой, прежде чем покинуть палату.       Когда другие сотрудники начали удивляться, его физиотерапевт, осмотрев его руку, сказал.       — Ну, твоя рука выглядит хорошо. — Она вздохнула. — С тех пор, как ты пришел с отрезанной рукой, я беспокоюсь, что она перестанет работать.       — Ну, я не хочу этого, Сена. — Тома улыбнулся ей, когда она уходила.       Как только она ушла, он повернулся к медбрату.       — Кодака, ты уже пригласил ее на свидание?       — Нет, просто нет. — Просто сказал мужчина-медбрат.       — Она тебе нравится, и я знаю, что ты нравишься ей. Спроси, это лучше, чем не знать.       — Хорошо, Тома. — Он выпятил грудь. — Я спрошу на вечеринке, в приятной обстановке.       — Сделай это.       Когда остальные сотрудники ушли, доктор сказал.       — Если он не начнет действовать, то потеряет эту девушку.       — Да, она устала ждать, когда он сделает первый шаг. — Согласился Тома.       Врач посмотрел поверх своего планшета.       — Все твои анализы прошли нормально. Признаков инфекции нет, кожный трансплантат прижился хорошо. Я хочу провести еще одну магнитно-резонансную томографию, чтобы убедиться в этом, и хочу, чтобы ты отдохнул три дня. И не выписывайся раньше времени, город оплачивает твое пребывание в больнице. Поскольку тебя сюда доставил один из городских исследователей, они сказали, что это справедливо, если они заплатят. — Скорее, Кроули хотел, чтобы ты был в безопасном месте, пока он будет чинить свою сеть. — Так что отдохни, а через два часа сможешь съесть пирожное, — сказал он, собираясь уходить. — О, я возьму это. — Он взял табличку. — Мы повесим это на дверь в комнату.       Он ушел, и Тома переключил свое внимание на других гостей, которых он застал с отвисшими челюстями. Они все были в шоке от того, что Тома так часто приходил в больницу, что был на «ты» с персоналом, и что они подарили ему табличку с названием палаты.       В следующие несколько дней к нему приходили еще посетители, но ничего особенного, о чем можно было бы сообщить. Мисаки и Серия зашли и принесли свежеиспеченное печенье, которое они испекли. Он получил красивую открытку от своего класса с корзиной фруктов и домашним заданием, которое он собирался пропустить. Его одноклассники были очень добры к нему, они не шутили по этому поводу, поскольку ходили слухи, что исследователь сошел с ума и застрелил его. Никто не нашел это забавным.       В конце концов Тома вернулся в школу, и вскоре его настигли неприятности.       Все происходило в то время, когда клика Мисаки собиралась тайно, и под «тайно» я подразумевал без Мисаки.       — Я уверена, вы все заметили, как Королева ведет себя в последнее время. В последнее время она часто путешествует одна. А сегодня она заснула на уроке и пробормотала имя Тома. — Сказала одна девушка.       — Тот самый парень, которого похитили несколько дней назад? — Спросила другая.       — Думаю, да. Я увидела, как она играет со своим телефоном, и на экране появилась его фотография. Я думаю, что этот парень каким-то образом завоевал сердце нашей Королевы.       — Кажется, я видела, как он собирался на свидание с Рейлган в конце лета. — Заметила другая девушка.       — Именно так. — Продолжила первая девушка. — Мы должны разобраться с этим человеком. Мы должны убедиться, что он не надеется на девственное сердце Королевы. И мы должны убедиться, что он достоин ее привязанности.       Все девушки быстро согласились.       В другом месте, в кафе, Куроко выпила чашечку кофе, пытаясь восстановить силы. Еще одна ночь была наполнена снами о Томе, которые сбили ее с толку.       — С тобой все в порядке? — Раздался голос, принадлежавший Конго Мицуко. — Ты ужасно выглядишь.       — Это из-за того мужчины. Он не дает мне спать каждую ночь. Всю ночь.       Конго покраснела.       — Ты хочешь сказать, что у тебя было… — Она даже не смогла произнести это вслух. — С мужчиной? По тому, как ты ведешь себя с Мисакой, я решила, что мужчины не в твоем вкусе.       — Хм? — Заговорила Телепортер. — Я больше не знаю. Это только началось, каждую ночь он приходит ко мне во сне и делает со мной непристойные вещи. — На ее лице появилась извращенная ухмылка. — Всю ночь, пока я не смогу больше двигаться, пока не закричу от удовольствия. — Она покачала головой. — Нет! Раньше мои сны были уделом моей сестренки, почему же он сейчас там? Почему мое сердце так сильно бьется из-за него?       Конго считала девушку, стоявшую перед ней, соперницей, но поняла, что у нее проблемы с сердцем.       — Куроко, если хочешь, я помогу тебе.       — Что ты можешь сделать?       — Ничего, кроме того, что я знаю человека, который может помочь. Некоторое время назад одна из членов Совета директоров, которая всю свою жизнь была одинока, пригласила кого-то в город, чтобы тот помог ей. Эта женщина — настоящий чудотворец в сердечных делах. Она нашла родственную душу директору.       — Родственную душу?       — Ну, ходят слухи, что на самом деле она была влюблена в парня, когда они оба были маленькими. Со временем они забыли друг друга, но эта женщина свела их вместе, и они полюбили друг друга с первого взгляда. С тех пор ее просили сделать то же самое для многих других людей, и каждый раз ей это удавалось. Говорят, что, если возникает проблема, связанная с любовью, она может решить ее, несмотря ни на что.       Куроко не знала, что и думать об этой женщине, но у нее не было выбора, и она согласилась. Конго начала делать несколько телефонных звонков.       Когда учебный день закончился, Тома обнаружил, что все еще сидит в классе, так как Комое давала ему дополнительные уроки. В этом классе был Аогами, который старался не отставать, и Ицува тоже была там, потому что у нее не очень хорошо получалось на уроках естествознания. У них вошло в привычку, что после занятий Тома и Ицува отправлялись к нему домой, и Ицува готовила ужин для них и Индекс. Это было приятное и спокойное времяпрепровождение. По дороге домой они останавливались на рынке, чтобы купить продукты. Чего они не знали, так это того, что за ними наблюдали несколько девушек.       — Эта девушка, должно быть, его девушка. Он что, обманывает Королеву?       — Нет, Королева должна была знать. — Другая девушка наблюдала за ними в бинокль, спрятавшись в кустах и разговаривая по мобильному телефону. — Я не думаю, что они встречаются. Не думаю, что я видела, чтобы они занимались чем-то романтичным. Они часто ходят за продуктами.       — Да, а потом они идут к нему в общежитие, и она остается там на несколько часов. — Другая девушка настаивала на том, чтобы она разговаривала по телефону из своего укрытия.       — Кажется, они в основном готовят. Я слышала, как они говорили о ком-то по имени Индекс, думаю, у него есть какой-то толстый кот.       — Что? Почему ты так говоришь?       — Я слышала, как они говорили, что Индекс съедает много еды и наводит беспорядок в общежитии. Что Индекс прыгает к нему в постель, если он не запирает дверь. И я видела, как они купили кошачий корм.       Индекс почему-то очень разозлилась в тот момент. После трех дней хаоса, которые тянулись подряд, Тома был рад, что все возвращается в мирное русло.       В одной маленькой учительской квартире, напротив которой сидела Аваки.       — Так тебя что-то беспокоит? — Комое была более чем готова помочь любому студенту в любое время.       Телепортер вздохнула.       — У меня такая проблема. — Девочка покачала головой, отчего ее косички слегка покачнулись. — С тех пор, как я начала ходить в школу, у меня появился друг.       — Это хорошо. — Комое удовлетворенно кивнула.       — Но потом появился этот парень. Я знаю, что он нравится моей подруге, но я вроде как начала в него влюбляться.       — Ты влюбляешься в Камидзе, хотя знаешь, что он нравится Химегами? — Комоэ застыла на месте.       — Как тебе удалось так быстро это понять? — Аваки подумала, что она говорит туманно, но Комое знала, какое впечатление Тома производит на женщин.       — Я просто не знаю, что делать. — призналась Аваки, это была дилемма, и она обратилась к Комоэ, которая была ей ближе всего к матери.       Розоволосая женщина одарила ее теплой улыбкой.       — Ты не хочешь терять Химегами, я понимаю, но ты не уверена, как реагировать на свои эмоции. Мой совет — поговори об этом с Химегами, чтобы вы оба смогли смириться с этим. Лучше прояснить ситуацию. Химегами — умная девушка, и я уверена, она может понять, через что ты проходишь. Всегда лучше высказать все начистоту, если ты будешь ждать, тем больнее будет, когда она узнает.       Аваки слегка улыбнулась ей, ее слова, пусть и ненадолго, успокоили ее душу. Скоро красноволосая девушка уйдет и попытается решить свою проблему. Учительница воспользовалась свободным днем, чтобы сходить в магазин и купить все необходимое на неделю. Чего она не знала, так это того, что у других были похожие идеи.       — Тома! Я проголодалась. — Монахиня сказала об этом своему опекуну.       — Хорошо, давай сегодня что-нибудь съедим в ресторане на обед. А потом мы начнем делать покупки к сегодняшнему ужину. — Вздохнул Тома.       Монахиня подбодрила их. Рядом с ними была Ицува, которая отправилась за покупками. День был солнечным, несмотря на осень, и казалось, что это просто хороший день для прогулок. Небольшая группа шла по улице, разглядывая витрины ресторанов, решая, где бы перекусить. Довольно скоро они нашли один ресторан, в котором можно было поесть не слишком дорого.       Конго и Куроко после нескольких дней поисков оказались в 3 районе. Оказалось, что женщина, которую они искали, остановилась в одном из отелей. Конго пришлось поговорить со многими знающими людьми, прежде чем кто-то, наконец, дал ей правильный номер, по которому можно было записаться на прием. Никто из них точно не знал, чего ожидать, но они определенно не ожидали, что их проведут в роскошный номер. Они, конечно, не ожидали увидеть женщину лет тридцати с небольшим, одетую в спортивный костюм, которая обнималась под котацу. Это была высокая женщина с темными волнистыми волосами, загорелой кожей и глазами оливкового цвета. Она широко улыбалась под столом.       — Здравствуйте. — Она улыбнулась двум девушкам. — Присоединяйтесь ко мне, если хотите.       — Вы Карина Росси? — Спросила Конго.       — Это я. — сказала ей Карина. — Извините, я должна встать, чтобы поприветствовать вас, но я только что узнала об этом и не могу заставить себя отказаться от этого.       Куроко и Конго сели, и Конго продолжила разговор.       — Вы итальянец, не так ли?       — Да.       — Вы на удивление хорошо говорите по-японски.       — Да, в колледже я много времени проводила за границей, в том числе и здесь, в Японии. Оказывается, у меня есть способности к языкам. — Она хрустнула шеей. — Но вы пришли ко мне не по этому поводу. Судя по нашему телефонному звонку, вы сказали, что у вас проблемы с любовью.       — Ну, — Куроко немного стеснялась поделиться, но все же заговорила. — Я всегда любила свою сестренку, но недавно этот… мужчина тоже начал занимать мое сердце.       — Я понимаю. — Карина задумчиво кивнула.       — И в моих снах. Внезапно я замечаю, что он обнимает меня всякий раз, когда я сплю. Он ласкает меня, а затем мы начинаем заниматься непристойными вещами. Непристойными, интенсивными, забавными вещами, — В этот момент Куроко становится слишком красочным и подробным.       Конго побледнела, услышав эти слова. Наконец вмешалась Карина.       — Хорошо! Я думаю, она поняла.       — Вы можете что-нибудь для нее сделать? — Конго подняла веер, чтобы скрыть покрасневшее лицо.       — Я люблю любовь. — Объяснила Карина. — Мне нравится находить эту связь с людьми. Самая большая радость в моей жизни — помогать людям обрести это высшее счастье. Я сделаю несколько удивительных вещей, чтобы наладить эту связь с людьми.       — А чем, собственно, вы занимаетесь? — Спросила ее Куроко.       — Я много чем занимаюсь. Я составляю анкеты, устанавливаю связи, общаюсь с людьми, помогаю им разобраться в своих эмоциях, организую мероприятия, способствующие расцвету любви, иногда даже назначаю свидания, и, если вы подходите для этого, я подарю вам любовный талисман. Грубо говоря, я делаю то, что считаю нужным для человека и ситуации.       — И что вы думаете об этой ситуации? — Спросила ее Куроко.       — Вы молоды, и сейчас самое время девушкам понять, чего именно они хотят. — Она одарила ее теплой улыбкой. — Так что, если вы готовы поговорить, я готова выслушать. Возможно, я смогу помочь разобраться в ваших чувствах. Тогда мы посмотрим, что я смогу сделать. Так что, если вы не против, я могу заварить чай, и мы сможем поговорить. Я даже не возьму с вас денег за разговоры.       Куроко не поняла, что она сказала, но ее слова были добрыми и сочувственными, и она почувствовала, что может ей доверять.       — Думаю, я смогу это сделать.       Конго улыбнулась, счастливая, что может помочь своей подруге.       — Так расскажи мне. — Карина заставила себя подняться, чтобы заварить чай. — Кто этот парень, о котором ты фантазировала?       — Он просто уникален. — Призналась Куроко. — Его зовут Камидзе Тома. — Карина вздрогнула, услышав это имя, и Куроко заметила это. — Вы знаете о нем?       Она сглотнула и сделала глубокий вдох, прежде чем заговорить.       — Я слышала о нем.       Вернувшись в ресторан, троица покончила с едой, но Индекс настояла на добавке, но это бы их разорило. Когда они собирались уходить, у Томы зазвонил телефон, который был немного поврежден в последней драке, но все еще работал.       — Привет. — Тома ответил на звонок.       — Камидзе! — Это был знакомый голос Цучимикадо. В его голосе звучали серьезность и паника, настолько, что он не назвал его обычным прозвищем.       — Цучимикадо, что случилось?       — Ицува и Индекс где-то рядом?       — Да…       — У меня нет времени все это объяснять. — Они услышали крики шпиона, и обе девушки наклонились, чтобы расслышать телефонный звонок.       — Послушайте! В город въехал алхимик. Этого алхимика зовут Чарльз Де Леон, и он крал предметы из Ватикана, Цюрихской школы алхимии и англиканской церкви.       — Что происходит? — Тома не мог не задаться вопросом о ситуации.       — Он работал в Ватиканской церкви, занимался астрономией и несколько недель назад сорвался. Следующее, что стало известно, — это то, что он украл два гримуара.       — Какие именно? — Индекс обнаружила, что настала ее очередь задавать вопросы.       — О минерализации и согласии.       — Оба они были написаны Альбертом Магнусом, известным алхимиком и католическим епископом, оба посвящены алхимии и гаданию с помощью астрономии. — Выглядела смещенной Индекс.       — Да, и после этого он украл инструменты и духовные ценности из Цюриха. Затем он приехал в Лондон, чтобы украсть еще больше духовных ценностей, книг и заметок из библиотеки. За ним послали Стейла, и он проехал за ним полмира до Академгорода. Мы думали, что он просто пытается захватить силу и скрыться в городе, но это не так. — Он сделал паузу, чтобы перевести дыхание. — Мы нашли комнату, которую он снимал, и его записи, и он охотится за чем-то другим.       Они все побелели, когда услышали, чего он на самом деле добивался.       Красноволосый маг последовал за алхимиком в город. Он оказался в подземном торговом центре, следуя за алхимиком. Теперь все, что ему оставалось сделать, это схватить его и доставить обратно в Лондон, чтобы тот заплатил за свои преступления. Предполагалось, что все будет просто, настолько просто, что ему не нужно было привлекать к этому Тому или Индекс. Ему удавалось следить за ним после того, как он попал в зону массового скопления людей. На данный момент Стейлу оставалось только продолжать в том же духе, пока не придет время. Он хотел опередить его и использовать руны, чтобы разогнать людей и уничтожить его. Это казалось достаточно простым, алхимик не был известен своей силой, но проявил достаточно мастерства, чтобы ускользнуть от него, так что Стейлу все равно приходилось быть осторожным. Он вытащил сигарету и поджег кончик, прежде чем глубоко затянуться.       — Это ты. — Стейл почувствовал, как кто-то дернул его за рясу, и, опустив глаза, увидел Комое. — Ты тот самый священник, и ты куришь. — Комое без колебаний забрала у него сигарету и затушила ее. — Ты слишком молод, чтобы курить это.       Может быть, это судьба привела ее именно сюда.       — Вот и ты. — Шарль Де Леон заговорил, не сводя глаз со своей цели.       — Черт! — Прошипел Стейл, когда его заметил человек, за которым он должен был следить. Он быстро встал перед маленьким учителем. — Чарльз Де Леон, сдавайся сейчас же, пока кто-нибудь не пострадал.       — О, и меня затащат в Лондонский Тауэр? Думаю, что нет. — Он устремил на мага свой холодный усталый взгляд. — Не сейчас, когда я так близко.       Огненный маг достал свои карты, покрытые рунами, и, чтобы ответить, алхимик достал из кармана маленький зеленый камешек. Алхимик был одет в поношенный коричневый костюм, и большинство людей подумали бы, что он бездомный, но в данный момент у него было столько денег, что он не знал, что с ними делать. Стейл быстро создал меч из пламени, готовый атаковать и устрашать. Люди в округе привыкли к странным зрелищам в этом городе, и поэтому их не особенно удивил огненный меч, хотя они восприняли это как сигнал к тому, чтобы убираться оттуда.       Алхимик только ухмыльнулся.       — Они послали не того человека, чтобы найти меня. — Взяв камень, он начал концентрировать в нем свою ману. — Превращать кислород в водород.       Комое отошла вместе с остальными на достаточное расстояние, чтобы видеть, что происходит. Маленький камень засветился, и воздух вокруг него, направляясь к мечу, начал колебаться. Затем последовала реакция. Воздух воспламенился, вызвав мощный взрыв, который потряс торговый центр. Собственный меч Стейла взорвался, поджог его и отбросил назад. Алхимик устало ухмыльнулся, когда его тело охватил огонь, и вскоре все его тело было охвачено пламенем. Алхимик по-прежнему не кричал и не убегал, он просто спокойно стоял на месте. Его кожа почернела и стала хрустящей, и он просто ушел. Пламя продолжало распространяться, подбираясь к маленькой учительнице. Комое напряглась и закрыла глаза, ожидая, что это конец, когда сильная рука обняла ее. Она открыла глаза и увидела, что Тома держит ее, протянув правую руку. Пламя поднялось вокруг них, но тут же погасло.       — Мы должны бежать! — Тома подхватил ее на руки и побежал прочь от огня.       — Священник! Мы должны вернуться за ним. — сказала она ему.       — Я схожу за ним. Оставайся с Ицувой и Индекс. — Вскоре они наткнулись на Ицуву, держащую длинное копье, и маленькую монахиню. Тома ничего не объяснил, но передал маленькую женщину на руки девушке-подростку, прежде чем побежал обратно к огню. Ицува и Индекс помогали вытаскивать других людей из огня. Комое перевела дух и начала делать то же самое.       Тома вбежал обратно, и пламя погасло, как только он провел над ним правой рукой. Вскоре он обнаружил, что маг обожжен и избит, а языки пламени поднимаются по его телу. Тома, не теряя ни секунды, воспользовался своей рукой, чтобы погасить вызванное магией пламя. Тома проверил его пульс и с радостью обнаружил, что он все еще жив, хотя и без сознания. У Стейла была своя собственная ходячая церковь, которая защищала его, но это не помогло. Его открытые участки кожи были обожжены. Его руки были сильно обожжены. Вокруг них все еще бушевало пламя, поэтому владелец Разрушителя Иллюзий поднял мага и оттащил его в сторону, чтобы позвать на помощь.       В нескольких кварталах от них завыли сирены, когда власти отправились проверить, что с огнем. В магазине, где продавались костюмы, один из дежуривших в тот день продавцов читал журнал, когда кто-то вошел.       — Мне нужен костюм. — У мужчины, стоявшего перед ним, были непослушные волосы и усталые глаза. Служащий не заметил этого, его одежда превратилась в пепел, прилипший к телу. Казалось, что вокруг него кружится сажа, и он подошел к стойке. — А еще мне нужна пара обуви. — Он закашлялся, и изо рта у него вырвался клуб дыма.       Служащий был в шоке.       — И как мы собираемся за это платить?       Алхимик бросил на прилавок туфлю, сделанную из чистого золота.       — Этого должно хватить, и я дам тебе солидные чаевые, если ты принесешь мне бутылку воды. — Чарльз Де Леон начал строить планы, глядя на свои неповрежденные руки.