Аметист с оттенком лаванды

      Пожалуй, Шибуя — это тот район, в котором процент наполнения людьми улиц едва ли менялся с утра до вечера, и если бы существовал индикатор плотности толпы, то именно здесь, в самом центре района, его стрелка никогда не покидала бы красной зоны, а к ночи и вовсе уползала за пределы шкалы. Но, к счастью, Умеко находилась здесь в поисках не насыщенной ночной жизни, а всего лишь магазина тканей, так что ее более чем устроило и дневное время.       Магазин располагался на четвертом этаже одного из многочисленных торговых центров и уже издалека был хорошо заметен, так что пройти мимо него не получилось бы при всем желании. Три огромных торговых зала, которыми мог похвастаться этот магазин, демонстрировали весь ассортимент различной материи, пряжи, фурнитуры инструментов и прочих примочек, от которых у Умеко точно разбежались бы глаза, если бы она хоть сколько-нибудь интересовалась рукоделием.       Проходя мимо огромного стеллажа с самым разнообразным бисером, оттенки которого плавно перетекали из одного в другой, создавая широкую радужную полосу, Умеко подумала, что ей повезло находиться здесь одной, без своей подруги. Харука точно залипла бы в самом начале этого стеллажа передвигалась бы вдоль него со скоростью один метр в час, потому что перебирала бы все эти пакетики и контейнеры, сравнивая их между собой, чтобы выбрать наилучшее сочетание, и непременно сопровождала бы это все эмоциональными комментариями, обращая на себя внимание буквально всех посетителей. В конечном итоге, перебрав буквально сотни (или тысячи?) оттенков, она выбрала бы два или три, и еще всю дорогу до метро рассказывала бы Умеко, что из этого бисера можно сплести. Она плела много разных безделушек, но Умеко обычно доставались колечки и цепочки. Одно из таких колец она сейчас как раз прокручивала на указательном пальце, ища глазами продавца или менеджера, ей подошел бы абсолютно любой сотрудник. Наконец на глаза попалась приятного вида молодая женщина в голубом фартуке, из-под которого выглядывала пестрая хлопковая юбка — наверняка связанная вручную из пряжи, купленной в этом же магазине с неплохой корпоративной скидкой.       Поймав взгляд девушки, женщина в голубом фартуке приветливо качнула головой, демонстрируя свою открытость:       — Добрый день! Чем я могу вам помочь?       — Здравствуйте, — тут же отозвалась Умеко. — Я неделю назад оставляла заявку, просила подготовить двадцать метров ткани. С кем я могу поговорить по этому поводу?       — Прошу за мной, — снова качнула головой женщина и повела Умеко куда-то вглубь зала.       Там она передала ее другой женщине, чуть помоложе, но в точно таком же фартуке. Та спросила ее фамилию и, понятливо кивнув, скрылась за дверью с табличкой «Staff only». Умеко оглянулась, но уже знакомой пестрой юбки не оказалось рядом, и ей пришлось искать занятие, чтобы скоротать время ожидания, которое, кстати, длилось совсем недолго: Умеко успела только проверить время на дисплее своего мобильника, заметить, что лак на указательном пальце правой руки немного облупился и чуть-чуть поковырять его ногтем большого пальца.       — Прошу прощения, мисс, вашего заказа нет.       — Как? — только и выдавила из себя Мацубара.       — Может быть вы делали заявку в другом магазине нашей сети?       — Я приходила сюда неделю назад, и квитанцию мне выписали в вашем магазине. Может, вы посмотрите еще раз?       — Пожалуйста, подождите еще пару минут.       Умеко снова принялась ждать. Ее тонкие брови теперь были нахмурены, а облупившийся лак стал вызывать раздражение.       На этот раз продавщица отсутствовала достаточно долго, чтобы у Умеко было достаточно времени отколупать половину покрытия с ногтя, решить, что теперь кольцо на облезлом пальце смотрится неуместно и переодеть его на указательный палец левой руки. В торговый зал продавщица вышла в сопровождении женщины в легкой блузке и прямой юбке, которая почти наверняка являлась частью костюма.       — Мисс, — обратилась к Умеко менеджер, — мы очень сожалеем, но вашего заказа у нас нет.       — Его мог кто-то забрать? — немного раздраженно выдохнув, спросила девушка, но в ответ получила лишь отрицательное качание головой менеджера.       — Мы выдаем заказы исключительно по квитанциям. Вашего заказа нет в нашем…       — Но мне нужна эта ткань! — не сдержалась Умеко. — Мне нужна она сейчас! Я не могу ждать еще неделю, тем более теперь, когда нет никакой гарантии, что и через неделю вы отдадите мне его.       — Мы понимаем ваше огорчение, мисс, — не теряя самообладания, продолжила менеджер. — Позвольте нам помочь подобрать вам что-то из нашего ассортимента, я уверена, вы найдете то, что вам понравится.       Она тут же кивнула продавщице, стоявшей за ней, и та, торопливо сделав пару шагов в сторону торгового зала обратилась к Умеко:       — Прошу вас.       Умеко ничего не оставалось делать, кроме как пойти следом. Уехать без ткани она не могла, старый запас подходил к концу и его едва ли хватило бы на один полный комплект формы. Бабуля, конечно, волшебница, но выжать больше из того, что было, она не смогла бы. Их банда, конечно, разрасталась очень медленно, но эти двадцать метров составили бы тот необходимый запас, который избавил бы голову Мацубары от одной из множества болей.       — Мисс, что за ткань вы заказывали?       — Подождите, у меня был кусочек, — отозвалась Умеко и через мгновение извлекла из кармана своего рюкзачка небольшой ярко-розовый лоскут, который протянула продавщице. Та внимательно посмотрела на него и воскликнула:       — У нас есть такой цвет, пойдемте!       И они снова пошли куда-то вглубь этого ужасающе-огромного пестрого лабиринта. Ведомая продавщицей в голубом фартуке, Умеко трижды куда-то свернула и, наконец, остановилась у стеллажа, который по ее мнению ничем не отличался от любого другого, из тех, что остались позади.       — Вот, взгляните, — продавщица потянула за край отреза, чтобы развернуть его, и Умеко могла разглядеть товар получше. Цвет был, без сомнений, шикарный! Насыщенный, кричащий, выделяющийся, сочный. Умеко протянула руку, чтобы пощупать ткань, но вскоре убрала ее.       — Она слишком тонкая.       Тогда продавщица озадаченно поджала губы и вскоре позвала Умеко за собой, полная решимости не отпускать ее без покупки.       Они бродили от стеллажа к стеллажу, продавщица любезно показывала разные образцы, а Умеко с каждым последующим образцом все с меньшим энтузиазмом и большим безразличием мотала головой — все было не то.       — Знаете, я пойду, — наконец выдавила из себя девушка. Ей порядком надоела эта бестолковая беготня. Уж лучше бы она помогала выбирать бисер Харуке, это занятие такое же неблагодарное, но в нем и то смысла больше. И в конце за свою помощь она получила бы еще одно бисерное колечко. А сейчас уходит ни с чем.       Видя, как продавщица собралась рассыпаться в извинениях, Умеко поспешила покинуть ее общество, чтобы не испытывать стыда за то, что оказалась слишком требовательным покупателем. Выйдя из-за стеллажей, она прошла еще сколько-то рядов, прежде чем остановилась и уставилась с невероятным напряженным лицом на лоскут ткани, который предлагала продавщице в качестве примера.       «А что за ткань-то?»       Она постояла еще несколько секунд, вглядываясь в плетение нитей, будто там был скрыт ответ, а Умеко просто не могла его прочитать.       «И что теперь делать? Возвращаться к той бедняжке? Искать новую? Что вообще в других магазинах спрашивать? Где эти магазины находятся? Надо было бабулю брать с собой…»       — Может я смогу помочь? — раздался голос над головой Умеко и прервал ее напряженнейший мыслительный процесс, от чего она, поднимая глаза, немного раздраженно ответила:       — Сомневаюсь, я…       Она молча стояла с лоскутом яркой розовой материи в руках и смотрела прямо в большие лавандовые глаза юноши напротив, и раздражение куда-то исчезло. Когда молчание и гляделки стали совсем неловкими, несмотря на терпеливость, излучаемую внезапным помощником, Умеко вдруг спросила:       — Следишь за мной?       — Хах, последние минуты три, — даже не стал скрывать парень, — И уже кое что понял.       — И что же ты понял?       — Что, кажется, дама опять в беде.       — Дама… — протянула Умеко. — Вне контекста звучит так, будто мне уже за сорок.       Он усмехнулся.       — Тогда зачем ты так представилась?       — Потому что у меня и правда были проблемы, а ты отлично справился с ролью рыцаря-спасителя.       Парень уставился на Умеко в удивленной усмешке и спустя пару секунд все-таки отозвался, что было как раз вовремя, потому что Умеко начала думать о том, насколько убого звучали ее слова.       — Рыцарь-спаситель, значит… Пойдет. Тогда может тебе больше понравится быть не дамой, а принцессой? Звучит достаточно юно.       — А я похожа на принцессу? — как будто ничуть не смутившись его слов, парировала Умеко, и теперь подошла очередь парня смущаться. Он старался сохранить лицо, и ему это удавалось, но Мацубара прекрасно понимала, насколько неловким был их разговор.       — Немного, — наконец выдал он и тут же подумал, что звучало это даже немного оскорбительно для его собеседницы. Умеко не стала долго тянуть с ответом и непродолжительно, но искренне посмеялась с его слов.       — Зато честно. Но принцесса и правда мне нравится больше.       Наконец этот неловкий диалог закончился и наступило не менее неловкое молчание. Терпение парня закончилось первым, и он снова спросил:       — Может, я все-таки смогу помочь?       Умеко без лишних слов протянула ему лоскут, который до этого сжимала в руках перед собой. Парень пощупал материал, пригляделся к плетению, а для активации мозговой деятельности провел рукой по ежику сиреневых волос и очень скоро вынес свой вердикт:       — Это плащевой хлопок, похоже что с водоотталкивающей пропиткой, в этом магазине иногда он попадается, но надо ловить. Если хочешь гарантированно приобрести его, то нужно искать в другом месте.       Умеко поджала губы, а потом вдруг спросила:       — Ты здесь работаешь?       — Не-ет, — улыбаясь, протянул он. — Просто частый посетитель.       — А голубой фартук тебе подошел бы.       Они непродолжительно посмеялись, и когда повисла пауза, Умеко спросила:       — Так где искать надо?       — Пойдем.       Они вышли из торгового центра и прошли несколько кварталов куда-то на север. Шли молча, так что у Умеко было достаточно времени, чтобы подумать о том, как она будет возвращаться обратно с тяжеленным отрезом ткани, что она потеряла столько времени впустую, про нелепый разговор, что бабуля уже наверное уже готовит что-то вкусное и что погода сегодня достаточно теплая и можно было не надевать кофту. Она была полностью погружена в свои мысли и периодически погладывала на парня, чтобы убедиться, что не потерялась и идет в нужном направлении.       — Нам сюда, — сказал парень, кивая на выцветшую под солнцем вывеску. Сколько лет она не обновлялась?       За деревянной дверью с затертой латунной ручкой оказалось достаточно большое помещение, которое, в прочем, не казалось таковым с первого взгляда из-за большого количества ящиков и коробок, видимо, с остатками от старых коллекций и поступлений. Это место больше походило на чью-то мастерскую, чем на магазин, хотя выбор тканей и правда был впечатляющим. Умеко даже подумала, как такое разнообразие смогло уместиться здесь, ведь этот магазин был намного меньше предыдущего.       — О-о, Мицуя-кун, это ты? — раздался со стороны прилавка немного хриплый, глубокий голос, который, по всей видимости, принадлежал пожилому человеку. Умеко оглянулась: за прилавком стоял невысокий коренастый мужчина лет шестидесяти, одетый в аккуратную, рубашку в мелкую полоску и бежевый фартук, а на руках у него были надеты нарукавники из того же материала, что и фартук.       — Здравствуйте, господин Кудо, — с улыбкой кивнул парень.       — Давно тебя не было, — продолжил мужчина, выходя из-за прилавка торопливыми шагами, для которых он прикладывал заметное усилие. -Я приготовил для тебя кое что, много накопилось за лето. Посмотри вот в той коробке, в углу.       — Обязательно, но для начала… — он вытащил из кармана розовый лоскут и протянул его владельцу. — Мы ищем плащевой хлопок вот в таком оттенке.       Мужчина взял кусочек ткани и взглянул на Умеко, а та вежливо кивнула:       — Здравствуйте. У вас есть такая ткань?       Господин Кудо немного помолчал, разглядывая ткань, а Умеко подумала, глядя на его толстые и грубые пальцы: «Разве ими можно что-то различить?»       — Был такой! — неожиданно громко отозвался старик, вернул Мицуе лоскут, направился своими торопливыми, трудно дающимися шагами куда-то за прилавок и вскоре скрылся в дверном проеме, ведущем, видимо, на склад. Оттуда донеслись слова «Да где же он?» и «Как я туда его положил», затем звуки передвигания чего-то по деревянным половицам, кряхтение, и вот в дверном проеме появился господин Кудо, неся в руках рулон ярко-розовой ткани с какой-то особой гордостью. Впрочем, он имел право гордиться, ведь судя по звукам добыть ее было не так-то и просто. Широким движением он развернул на столе перед Умеко ткань, чтобы она могла получше ее рассмотреть. Она потрогала материю за край и не смогла сдержать улыбку:       — Это то что нужно! Мне нужно двадцать метров.       — Двадцать? — в один голос переспросили господин Кудо и Мицуя, а Умеко как ни в чем ни бывало кивнула.       — Куда же вам столько? — поинтересовался мужчина, начав отмерять ткань.       — Для бабули, — без промедления ответила Умеко.       — Ваша бабушка швея?       — Ну, можно сказать и так. Ей самой тяжело ходить за покупками.       — Нынче такие времена, что редко встретишь молодежь, которая заботится о стариках. Вашей бабушке крупно повезло.       Умеко не стала уточнять, что бабушка не ее и, соответственно, внучка она ей не родная, потому что в ее голове это прозвучало как попытка получить еще похвалы. А вот старик не унимался:       — Мне тоже повезло, иногда Мицуя-кун помогает мне разгрузить товар, а то до верхних полок добраться уже совсем тяжело.       — Прекращайте, — неловко смеясь, откуда-то из угла отозвался парень. Он что-то перебирал в коробке и откладывал в сторону понравившиеся ему отрезы ткани.       Но прекращать господин Кудо и не думал. Он чуть наклонился к Умеко и выглядел так, будто хочет рассказать ей что-то совершенно секретное, что побудило ее тоже наклониться к нему, и тогда заговорщицким шепотом он сообщил:       — Очень хороший парень, — и подмигнул.       Умеко не знала, как реагировать на это. Пару секунд она смотрела на мужчину, а потом таким же шепотом сказала:       — Буду иметь в виду.       Она переваривала эту совершенно секретную информацию, пока тот, кто передал эту самую информацию отмерял последние метры ткани, аккуратно складывал ее и заворачивал в шершавую бумагу, прочно перевязывая бечевкой. Мицуя уже выбрал все, что его могло заинтересовать в той коробке, и господин Кудо точно также завернул его покупку.       — Зачем тебе эти обрезки? — прервала молчание Умеко, когда они уже направлялись в сторону станции.       — Это для клуба. Время от времени приходят новички, которые только хотят научиться шить, поэтому для их первых работ или просто для тренировки сгодятся и обрезки. В конце концов, безрассудно доверять хороший материал тому, чья строчка виляет из стороны в сторону.       — Ты состоишь в швейном клубе?       Это почему-то очень развеселило Умеко, и она выжидающе посмотрела на Мицую. А тот совершенно не стесняясь ответил:       — Вообще-то я глава швейного клуба.       — Да ладно!       — А что?       — Просто ты не выглядишь как человек, который мог бы быть главой швейного клуба.       Он усмехнулся:       — Ты тоже не выглядишь как заботливая внучка.       Умеко только посмеялась, ведь он был прав: неприлично короткая юбка, макияж и крашенные в розовый цвет пряди не складывались в образ пай-девочки.       — И много парней у вас в клубе?       — Только я, но клуб достаточно большой.       Умеко хотела пошутить про то, что как минимум половина девчонок состоят в этом клубе не ради ровных строчек и правильных выкроек, но телефон в ее кармане зазвонил, и она поспешила ответить на звонок, предварительно кивнув парню, как бы извиняясь за прерванный диалог. На другом конце послышался женский голос, но слова разобрать было трудно. В прочем, в силу своего воспитания Мицуя даже не пытался их разобрать. Он шел рядом, то и дело посматривал на свою спутницу, она что-то пыталась сказать своей собеседнице, то и дело, произнося «Хару-чан», но, кажется, Хару-чан не давала ей вставить и слова. В конце концов Умеко сказала:       — Примерно через полчаса буду, да, потом расскажу, угу… Увидимся.       Крышка раскладушки клацнула по кнопкам, и телефон отправился обратно в карман, а Умеко немного облегченно выдохнула. Перебить Харуку было практически невозможно, поэтому всегда приходилось улавливать небольшую паузу, когда она переводила дыхание, а это не так-то просто.       — Пора идти? — спросил парень.       — Да, бабуля уже готовит ужин и Хару-чан переживает, что я не успею.       — Сестра?       — Угу. Спасибо за помощь, снова.       Парень пожал плечами, как будто даже засмущался, и сказал:       — Да мне не трудно было. Рад, что ты нашла то, что искала.       — А если бы в том магазине не нашли?       — Я знаю много мест, прогулялись бы еще.       Умеко улыбнулась и кивнула:       — Я не против прогуляться в следующий раз.       Разговор снова приобрел неловкий тон, но, к счастью, Умеко должна была идти, так как знала, что обещанные полчаса уже пошли, и когда они истекут, Харука будет звонить снова и снова, а если бабуля закончит с готовкой раньше, то Харука не будет дожидаться истечения этих тридцати минут.       — Держи, — Умеко протянула в сторону Мицуи руку, сжатую в кулак, а он усмехнулся, приподняв одну бровь.       — Опять деньги?       — На сегодня деньги кончились.       Тогда он протянул свою ладонь, и из разжатого кулачка выпала маленькая красная карамелька в прозрачном фантике. Он удивленно посмотрел на Умеко, а она только перехватила другой рукой тяжелый бумажный сверток, так как бечевка уже передавила тонкие пальцы, и освободившейся рукой помахала ему.       — Пока, рыцарь, — хихикнула девушка. — Может еще увидимся.       — До встречи, принцесса.