Большие размеры.

Он старается не ерзать на сидении стула. Каждый раз, когда Ларри это делает, учительница нервно поглядывает на него. Ещё несколько ебаных позывов опустошиться точно его добьют, он сделает это прямо в классе. — Могу ли я выйти? — Наконец-то он сдаётся и, с надеждой поглядывая на преподавательницу, аккуратно встаёт со стула. Не дожидаясь ответа, уходит. Пустой университетский коридор наполненный тишиной. У Ларри возникает мысль, что ему ещё повезло. Если он опорожнится прямо здесь, то никто не увидит этого позора. На перемене всё будут лишь дико хохотать, над кучей дерьма валяющегося посреди холла. Ларри будет смеяться сильнее всех. Нет. Он первым увидит это, а позже, обратиться к какой-нибудь одногруппнице —Прикинь, я кучу дерьма нашёл в коридоре. Умение делать шутки из собственных оплошностей — как у лжеца: даже когда он ошибается, все смеются, но только он знает, что это был не случай, а искусство. Правда единственное, что он сейчас хочет — дойти до туалета. Он запирается в кабинке. Но вместо заветной параши, перед ним стоит унитаз с очень большим и очень мокрым, выглядывающим оттуда членом. Ларри никогда не был впечатлительным мальчиком. Но это не то, на что он посмотрит с мыслью, что бывает и такое и пройдет дальше. В какой-то момент, Ларри понимает, что этот вид прямо его заводит. Он без всякого стеснения хочет его отсосать. Он хочет, чтоб его назвали хорошим мальчиком и приласкали. А позже, прижали к члену размером с самого Ларри и заставили сосать. Он становится на колени, максимально выпячивая зад. Сначала Ларри неуверенно пробует член на вкус, а позже, приспособившись, смакует им. Играть с членом на языке весело, но ещё веселее — быть на нём. Его сердце бьётся между ног. Футболка извращённо заползла вверх обнажив спину. Внутри предательски пусто. Хочется заполнить это пространство. Желательно чем-то пульсирующим, твёрдым и очень горячим. Ларри — умный мальчик, он понимает, что этот член не влезет в его рот. Но в самого Ларри — возможно. Он откидывается назад облизываясь и аккуратно снимает с себя одежду. Сначала футболку, позже штаны и трусы. О чёрт. Он никогда не задумывался над тем, что у него такое сексуальное тело. Внутри всё приятно горит и пульсирует, Ларри понимает, что нужно растянуть себя. Снизу достаточно смазки, но облизывание пальцев чём-то добавляет свой шарм. Он вставляет два пальца внутрь, наигранно закатывая глазки как в дешёвом порно. Но сейчас он был бы не против сняться за бесплатно, лишь бы его трахнули. Какая же Ларри шлюха. Он стонет максимально притворно, напоминая себе Катю Самбуку. Но не то, чтобы ему это не нравилось. Пальцы так легко скользят в нём. Да Ларри просто создан, чтобы быть порно-звездой. Вдох-выдох. Внутри-снаружи. Он не должен получать такое удовольствие лишь от пальцев. Главный приз хорошему мальчику ещё впереди. Ларри поднимается ногами на крышку унитаза, чтобы полностью сравняется с членом. И, миленько целуя его в головку, садится. Он слишком большой, но его это не волнует. Пусть кровь и дерьмо стекают дальше. Их это не волнует. Они. Только Ларри и огромный член. Да он даже лучше чём порно-звезда. Любая другая Самбука завопила бы от боли. Но Ларри совсем не такой. Он был рождён, чтобы трахаться. У него нет предела. Кровь смешанная с фекалиями стекает по члену на пол. Но это ещё сильнее его возбуждает и он ускоряется. Внутри все нагревается и пульсирует. Неосознанно, Ларри кладёт руку на свой член в дрочке. Двойная стимуляция. Его любимый жанр. От этого становится ещё жарче. Хочется содрать с себя кожу от удовольствия. У него перехватывает дыхание, разум, всё. Он так заполнен. Он так доволен. Ларри был бы не прочь выносить ребёнка от этого случая. Он чувствует теплую жидкость в нём. Не такую как кровь. Что-то слизистое и жаркое. Ах. Звон в ушах. Ларри падает на пол истекая спермой. Весь потный, грязный, пошлый. Но оплодотовренный.