Подумать только

      Я пыталась уложить полученные сведения по папочкам в своем проржавевшем архиве воспоминаний. Честно, пыталась. Но соответствующих папок просто не нашлось. Впервые за долгое время я снова почувствовала себя беспомощной соплячкой, которая не знает, куда идти, что делать и как быть. Я ждала Сильвию, но она все не выходила на связь. Потайная комната бабушки действительно ужасает, но Сильвия отреагировала так, словно мы имеем дело с чем-то вроде апокалипсиса. Меня волнует главный вопрос. Кто охотился за бабушкой, и будет ли он охотиться за мной?       В субботу утром я вспомнила о том, что Дэн пригласил меня в его любимый дешманский бар, чтобы нажраться до отключки, возможно, склеить какую-нибудь девчонку, да и в целом весело провести время. Я была вне себя от радости, ведь это прекрасная возможность отвлечься от того дерьма, что происходит в моей жизни сейчас. Вспомнила я и еще один момент. Тина. Девчонка, которую я «спасла» от суицида. Я позвала ее пойти с нами. Было бы невежливо проигнорировать ее теперь.       Наше с Тиной знакомство, впрочем, ограничилось лишь тем самым днем, когда мы впервые встретились. Мы обменялись контактами, но больше не общались. Она не писала и не звонила, я отвечала тем же. Я напрочь забыла о ней, признаюсь. Поэтому я решила исправить эту досадную ошибку. Продрав глаза, еще лежа в просторной постели в своей новой офигенной квартире, к слову, я заняла гостевую спальню, а не ту, в которой умирала бабушка, по понятным причинам, я схватилась за телефон, нашла страничку Тины, ссылку на которую она мне дала, открыла наш пустой диалог и написала сообщение.       «Привет, как жизнь? Помнишь меня?»       Несмотря на то, что Тина была онлайн, она не ответила. И даже не прочитала. И так два часа кряду. Полный игнор. Я уже даже успела разозлиться и мысленно послать ее куда подальше. Но затем я занялась изучением ее профиля. На фотках на ней нет объемной куртки и шарфа, скрывающего половину лица, на них я вижу худую девчонку со стройными ножками и большой для ее худощавой комплекции упругой грудью. Длинные темно-синие волосы, мрачный стиль в одежде с преобладанием черного цвета, цепей, шипов. Я отмечаю и тот факт, что ее волосы явно не говорят ей спасибо – они были и ярко-красными, и розовыми, и ядовито-зелеными. Странно, что они остаются густыми и гладкими. Может быть, это парики?       Я встаю с постели и бреду на кухню, чтобы сделать себе кофе и закинуть что-нибудь в желудок. Дэн заваливает меня сообщениями о предстоящей тусе – он кидает мне геолокацию, как будто я не знаю, где расположен его любимый бар, сто раз спрашивает, точно ли я приду, а потом скидывает парочку каких-то жутко устаревших, но все же не утративших свой шарм мемов.       Я доедаю купленную накануне сосиску в тесте, запивая ее кофейком, и вдруг получаю ответ от Тины.       «Помню, конечно. Сегодня все в силе?»       Ух ты ж, нихера ж себе. А она вокруг да около не ходит – сразу перешла к сути. Ладно, выходит, она все помнит.       «Сто процентов. Я скину тебе геолокацию, ок? Встретимся там часов в девять»       «Ок. До встречи»       Немногословная. Как и в тот день. Пока не понимаю, плохо это или хорошо. С одной стороны, мне не придется выслушивать ее дурацкий треп. С другой стороны, меня напрягают такие люди, никогда ведь не знаешь, что у них на уме.       Стоп. А ведь я-то как раз смогу понять, что происходит у нее в голове. Пора бы привыкнуть к тому, что абсолютно любой человек для меня теперь открытая книга. Признаю, я все еще периодически забываю о своей способности и продолжаю жить, как обычный человек. Особенно, когда остаюсь наедине с собой.       Остаток дня я потратила на перевозку своих вещей из старой съемной квартиры в новую, почти собственную. Я помахала ручкой потускневшим, грязным обоям, старой мебели советских времен, прячущимся по темным углам тараканам, вечно засаленным полам и отправилась в новую, лучшую жизнь, сдобренную шикарным наследством бабушки. И все же мне приятно осознавать, что я каким-то чудом вытянула счастливый билетик. Вот только какова цена этого билетика? Это мне еще предстоит узнать.       В половине десятого я уже была на месте. У входа в бар я сразу же увидела свою новую знакомую. Она стояла поодаль от группы бухих парней, вышедших на улицу, чтобы покурить, и залипала в телефоне. Кажется, она ни капли не злится на то, что я опоздала на добрых полчаса, оставив ее в этом злачном месте в одиночестве.       Я подхожу ближе и пытаюсь вслушаться в ее мысли, вот только громкие бессвязные размышления парней, в которых нет ничего, кроме самых грязных тем, какие только могут быть в арсенале молодых захмелевших тестостероновых бомб замедленного действия, заглушают все вокруг.       Тина отрывает взгляд от потрескавшегося экрана своего телефона и дарит мне некое усталое подобие улыбки. - Привет, - говорю я, подскочив к ней, - Давно ждешь? – зачем-то спрашиваю я. - Да, час, - отвечает она, - Я пришла пораньше. Так получилось. - А чего не позвонила? – спрашиваю я, косясь на орущих пьяных орангутангов. - А это что-то изменило бы? Ты бы приехала быстрее? – она укоризненно глядит на меня, - Забей. Подышала свежим воздухом, оценила контингент. - И как? – в моих глазах появляется неподдельный интерес. - Сомнительно, - честно отвечает она, - Нам точно сюда? – она указывает пальцем на вход в бар. - Да, - говорю я, пялясь на ее длиннющие острые черные ногти и многочисленные кольца на пальцах, - Ну, пошли. Ты замерзла, наверное.       Еще как, блять. Ты бы еще через час пришла. Лучше бы согрела меня каким-нибудь другим способом. Я была бы не против.       Я открываю перед ней дверь и пропускаю ее вперед, мысленно охреневая от услышанных мной помыслов синеволосой мрачной куколки.       Все начиналось хорошо. Честно. Я познакомила пацанов с Тиной, мы сидели болтали, пили, ржали, веселились. Все было круто. Вот только потом что-то явно пошло не так. Конечно, наутро, протрезвев, я поняла, в чем именно была проблема. Во мне. Точнее, в уровне моего алкогольного опьянения. Бывают дни, когда я не контролирую себя. Ну, знаете, как бывает – вот вроде бы сидишь, тебе хорошо, тепло, весело, а уже в следующий миг ты не можешь стоять на ногах и слабо осознаешь, что с тобой происходит. Так получилось и на этот раз.       Мысли. Черт возьми, их было так много. Мне начало казаться, что они кишат везде, что они обволакивают меня настолько сильно, что я не слышу собственных. Я просто хотела заглушить этот ужасный гомон. Я ведь пришла позависать с друзьями, так какого черта я постоянно слушаю чужие проблемы? И я пила. Много. Часто. Шот за шотом. - Васек, ты как вообще? – Дэн склоняется надо мной, и я вижу его обеспокоенный взгляд, - Ты не отъезжай, ладно? - Алло, бля, о чем речь вообще? – отвечаю я, борясь с заплетающимся языком, - Все круто, чел. Все реально круто. Я как стеклышко. Че, не веришь? - Ага, верю, охотно, - Дэн отходит в сторону, давая мне возможность встать на ноги. - Я курить, - мямлю я, шатаясь из стороны в сторону. - Может, не надо? - предостерегает Санек, который, к слову, тоже шатается, даже сидя на месте, - Только хуже будет, - он начинает неистово ржать, а затем пытается рассказать пацанам какую-то историю, вроде как, о том, что он год назад по пьяни хотел покурить и чуть не вышел в окно. - Я быстро, - я делаю несколько широких шагов в сторону выхода. - Давай я такси вызову, - рядом со мной появляется Тина, и она, черт возьми, кажется мне сейчас такой красивой. - К тебе или ко мне? – я пытаюсь заигрывать, интересно, у меня получилось? - Да куда угодно, - она помогает мне подняться по лестнице, ведущей на улицу, - Сколько еще ты будешь нажираться? По-моему, ты превысила свой лимит. - Ох, детка, не тебе судить о моих лимитах. У меня их нет! – ору я, оказавшись на улице и вдохнув порцию холодного зимнего воздуха. - Да-да, круто, - возмущенно говорит Тина, - Еще только двенадцать, а ты уже никакая. - Я никакая?! – изумляюсь я и, качнувшись из стороны в сторону, хватаюсь за стену, - Я самая крутая. Вот какая. Если ты этого не заметила, то мне жаль.       Мда, не так я себе все представляла. Нажралась, как свинина. И что мне теперь с ней делать? – ее мысли галопом проносятся по моему рассудку. - Делай со мной все, что хочешь, - широко улыбнувшись, говорю я, - А чего именно ты хотела бы? Уточни-ка. - Ничего. Я хочу, чтобы ты либо взяла себя в руки, либо поехала домой. Ты уже наехала на троих парней. Тебя скоро отпиздят коллективно, - жалуется она. - Я?! А… да, я, - я припоминаю, как быканула на парнишек, которые слишком громко орали за соседним столиком, но я ведь поступила правильно, - И в чем я не права? - Права, права. Дыши глубже, окей? Эй! – она выхватывает из моей руки пачку сигарет, - Это тебе не поможет. Дыши обычным воздухом. - Отдай, - я тянусь к зажатой в ее руке пачке. - Нет, - твердо отвечает она и поднимает руку вверх.       Глупая. Я же выше. Я спокойно дотягиваюсь до пачки, но Тина не собирается так просто сдаваться. Она пытается сделать шаг назад, но я хватаю ее за талию и притягиваю к себе. Сквозь алкогольный дурман я вижу недовольный взгляд голубых глаз. Густо накрашенные ресницы начинают подрагивать, а в небесно-голубых озерцах поселяется растерянность.       Блин. Нет. Нет. Нет. Не сдавайся, Тина. Черт, какая же она охуительная. Плевать. Давай, Вася, действуй.       Ладно. Как скажешь. Я притягиваю ее еще ближе к себе и, когда расстояние между нами сокращается до минимального предела, нападаю на ее губы и страстно целую их. Я ощущаю химозный вкус ее темной помады. Тина, явно застигнутая врасплох, хоть и сама хотела именно того, что я сейчас делаю, продолжает бездействовать, позволяя мне агрессивно истязать ее рот все набирающим обороты поцелуем. Наконец, она поддается и отвечает на мой поцелуй. Бессвязные мысли порхают по ее разуму, пылающему яркими языками пламени экстаза. - Ух ты. Ебушки-воробушки, - я отвлекаюсь от Тины, чтобы увидеть возникшего рядом с нами Дэна, - Бросайте курить, долбитесь в десна! – выкрикивает он, подняв кулак вверх, - Одобряю. - А ты, как всегда, вовремя, - бормочу я, все еще заплетающимся языком, хотя разум вмиг отрезвел от внезапного приступа страсти. - Сорян, - он зажимает в зубах сигарету и посылает мне свой фирменный хитрый взгляд.       Пока Тина пытается справиться с эмоциями, я все же отбираю у нее свою пачку и присоединяюсь к Дэну. Через пару минут мы возвращаемся в бар, где я продолжаю свой сценарий. Точнее, последний его этап. Там, на улице, у меня еще был шанс протрезветь. Но я безжалостно его перечеркнула, впихав в себя несколько порций водки. Я уже не чувствую ни единой части своего тела, оно как будто живет своей жизнью. Я не слышу мыслей. Вернее будет сказать, не хочу их слышать, и они проносятся мимо меня.       В какой-то момент я все же вспоминаю про Тину, но, оглянувшись по сторонам, не нахожу ее в поле моего зрения. Она, что, ушла? Не сказав мне? Я достаю телефон. Буквы и цифры плывут перед глазами, не позволяя мне выцепить хотя бы крошечный фрагмент информации. Ладно. Телефон отправляется обратно в карман. Я гляжу на стадо бухих парней, именуемых моими друзьями, и понимаю, что я не одна такая, пьяная в стельку. Боже, что они творят. Кто-то танцует в пьяном угаре. Кто-то выясняет отношения между собой. Один чувак даже плачет, уронив голову в ладони.       Я встаю и начинаю бродить по помещению бара, то и дело падая на четвереньки. Тины нигде нет. Я забредаю в туалет, но нахожу там лишь блюющую в раковину девушку, мысли которой полны сожалений о море выпитого алкоголя. Целую вечность я трачу на то, чтобы подняться по лестнице и выбраться на улицу. Там-то я и вижу то, что окончательно выбивает меня из колеи, хоть и довольно кривой и размытой.       Двое пьяных парней пытаются подкатить к Тине, которая явно недовольна таким раскладом. Она старается сохранить самообладание, отшивая настойчивых уродов, но первое, что я вижу, это страх в ее глазах. Одна против двух особей мужского пола посреди темного закоулка. Я врываюсь в ситуацию быстро и резко. С ноги. Тина взвизгивает и отшатывается в сторону. А я продолжаю взывать к своему рассудку, погрязшему в алкогольных парах. Скажу сразу, он не отвечает. Буйство, с которым я наношу удар за ударом, наотмашь, по двум придуркам, плещет фонтаном, но все же не спасает меня от парочки прямых ударов.       Я вижу, как Тина срывается с места и убегает. Вот она скрывается за первым поворотом, и я остаюсь один на один со своими противниками. Я падаю, не выдержав очередной удар по морде. По ребрам прилетает несколько пинков. Сквозь белый шум, воцарившийся в моем мозгу, я слышу их голоса. Они несут какой-то бред, плещут гадостями, а затем уходят. Я лежу на холодном асфальте и выплевываю кровь, пытаясь языком оценить целостность зубов. Вроде бы не пострадало ничего, кроме гордости.       Системное обеспечение моего организма выдает ошибку за ошибкой, и производительность резко падает. Я не могу ни говорить, ни соображать связно. Встать на ноги я тоже не могу – ни руки, ни ноги просто не слушаются. Боли я почти не чувствую, но это благодаря анестетику в виде огромной выпитой дозы алкоголя. Мне настолько хреново, что почти хорошо. - Эй ты, - глубокий женский голос разрывает состояние полной беспомощности и неосознанности, - С тобой все нормально? Черт. Ну, конечно, нет. Я вызову скорую. - Нет…, - я разлепляю залитые кровью губы, - Не скорую. Не хочу. Не надо, - я опираюсь на руки и пытаюсь подняться. - Стой, что ты делаешь? Вдруг что-то сломано, - я чувствую прикосновение ее руки к своему плечу. - Ниче не сломано. Норм, - бубню я, сев на корточки и тут же упав на задницу. - Ладно. Господи, - я слышу отдаляющийся стук каблуков, кажется, она решила покинуть меня, - Черт! – она возвращается, - Давай я помогу тебе встать.       Девушка оказывается на удивление сильной. Она с легкостью поднимает меня на ноги. Рябь перед глазами не дает мне разглядеть ее. Все, что я вижу, это длинные светлые пряди волос, развевающиеся на колючем морозном ветру. Я щурюсь, морщусь, широко открываю глаза, но образ девушки остается расплывчатым. Ее голос все еще эхом звучит в моей голове. Он такой теплый, такой глубокий, такой сильный. Я сосредоточиваюсь на нем, и мне становится чуточку легче. Нежный аромат ее духов, почему-то напоминающий мне теплый вечер у камина. Странная картинка всплывает в голове. Мерно подрагивающие волны пламени, отражающиеся в красивом рубиновом оттенке вина в бокале. Эти духи идеально вписались бы. Черт. - Тогда я отвезу тебя домой, идет? – она тянет меня в сторону, а я поддаюсь, как безвольный мешок с дерьмом.       Она толкает меня вперед, и я падаю на кожаную обивку сидения. Я пытаюсь что-то вспомнить – причину, по которой я не могу вот так просто взять и уехать. Это очевидно, в баре остались мои друзья, Тина где-то тоже бегает, наверное. Но в тот момент, я не могла ухватиться за эту мысль. Девушка проталкивает меня глубже в салон и мягко закрывает за мной дверь. Через пару мгновений я слышу, как она садится на водительское сидение. - Где ты живешь? Куда мне тебя отвезти? – спрашивает она, обернувшись назад. - Я не знаю, - бормочу я, уткнувшись лицом в обивку сидения. - Что? И что мне с тобой делать? – я слышу в ее голосе легкие нотки раздражения. - Вот… тут… новый дом, - я тяну ей свой телефон, - На карте отмечено. Загляни в историю, - я буквально выдавливаю из себя обрывки фраз, понимая, что речевой аппарат вот-вот откажет. - Вижу, - сообщает она спустя пару минут, - Хороший райончик. Слушай. Тачка новая. Так что держи в себе ужин, ладно? Если захочешь все же выпустить на волю… ну ты поняла… скажи мне, я остановлюсь. - Мгм, - мычу я. - На месте будем через двадцать минут. - Мгм, - повторяю я, проваливаясь в сон. - Боже правый, - она тяжело вздыхает.       Последнее, что я помню, это ее настойчивые попытки разбудить меня и дотащить меня до квартиры. Она легонько хлопала меня по щекам, пыталась прикрикнуть, но я не реагировала. Я падаю на мягкую поверхность кровати и окончательно улетаю в дальние дали сновидений.