ПММЛ

19 Декабря 2017 года - И как там поживает наш принц Гарри? - Его зовут Ричард, - я в очередной раз закатываю глаза. Прошло немного-немало три месяца, как я улетела обратно в Лондон. С тех самых пор мы с Пабло регулярно ( примерно раз в неделю) созванивались по телефону или скайпу, обсуждая самые насущные темы, а я так и не привыкла к тому, что Бустаманте придумал прозвище моему парню. - Я помню его имя! - прыснул Пабло и кинул взгляд в потолок. -Тогда почему ты называешь его Гарри? - спрашиваю немного раздражённо, рассматривая совершено глупое выражение лица своего друга во весь экран. Может это было ошибкой, посвящать Пабло во все тонкости моих отношений с Ричардом. Хотя может этот не то слово. Определённо. Определённо не стоило этого делать! Впредь буду умнее. - Потому что, это весело, - подначивая меня, Бустаманте улыбается улыбкой чеширского кота. - Я требую уважения к своему мужчине! - Он даже твоего уважения не заслужил, - Пабло явно намекнул мне о нашей последней ссоре с Ричардом по поводу друзей. Если быть точной, один из коллег Ричарда между делом, выразил свое мнение по поводу всех аргентинцев, "мол все они беспечные и безответственные", на что я отреагировала вполне логично, назвав всех англичан чопорными и немного "душными". Мой парень встал на сторону своего недалекого коллеги, решив, что свое мнение я высказала , приняв оскорбление на свой счет. - Может будет называть его принц Уильям? - Предложила я в качестве компромисса. - Уж прости, до Уильяма он явно не дотягивает. У тебя, что месячные? - Пабло внезапно перевел тему нашего разговора, чем поставил меня в совершенно неловкое положение. - Эм... ммм...с чего это? - почесав нос, я посмотрела в камеру, как можно более уверено. - Вроде сегодня тебя ни разу не послала? Не знаю, что больше пошатнуло мое равновесие, тот факт, что моего друга интересует мои критические дни, или же то, что он произнес это вслух, находясь в окружении посторонних ему людей. Пабло указал рукой на что-то позади меня: - У тебя открытая пачка тампонов на полке. - Ладно, мисс Марпл, на этой веселой ноте, я отключаюсь. Хорошей тебе премьеры и передавай привет Мие. Услышав имя своей подружки, Бустаманте наградил меня неверящим взглядом. - Что? Я уже не могу соскучиться по своей сводной сестренке? - Ты такая злая, Спирито, - Пабло мотает головой, словно не может поверить в мои искренние намерения. В этот самый момент один из гримеров накладывал тон на его лицо, что означало, что наша "суперзвезда" находился на очередных съемках. Прекрасно, примерно половина съемочной группы, буквально находящаяся на другой стороне света, знает про мои месячные! - И кстати, чуть не забыла, - я вдруг вспомнила зачем на самом деле позвонила другу этим утром, - передай Море мои самые лучшие пожелания и ту книгу, которую я тебе оставила перед отъездом. Видя растерянное лицо Пабло, который изо всех сил пытался сделать вид, что у него все под контролем, я тут же обрушилась на него с новой волной критики: - Только не говори, что забыл про день рождения своей матери! Вот же, болван! - Что? Да ничего подобного. Я даже заранее приготовил ей подарок. - И что же это, позволь полюбопытствовать? - Извини, мне пора, - Пабло жестом попросил девушку гримера побыстрее закончить макияж. - Тут вторая линия, кажется мой агент звонит. Да, точно, это он. Пока... Я не успеваю ничего возразить, потому что после прощания, Бустаманте практически молниеносно сбрасывает вызов. Но я все равно успеваю расслышать, как он просит кого-то из ассистентов выбрать подарок на день рождения Моры. *** С тех пор, как я узнал про болезнь мамы, мне стало невыносимо тяжело бывать в родительском доме. Я часто думал о том, что диагноз Моры стал камнем преткновения в наших с ней отношениях. Вместо того, чтобы чаще бывать с ней , я наоборот отдалился, но Мора на удивление никогда на меня не обижалась, а даже наоборот списывала все на мою излишнюю занятость на работе, ведь новости о раке совпали со становлением моей карьеры на актёрском поприще. Находиться рядом с мамой было для меня настоящей пыткой. В те редкие минуты моих визитов, где-то глубоко внутри себя я даже был рад тому, что после химиотерапии Мора уставала и практически все время проводила в своей комнате. Видеть, как некогда красивая и полная жизни женщина увядала на моих глазах, было очень больно. Я осознавал собственный эгоизм по отношению к любимому человеку, но ничего не мог с собой поделать. Улыбаться и сохранять лицо, делая вид, что все хорошо было чем-то вроде моей очередной актерской роли. А сегодня, если бы не утренний разговор с Марисой, я бы и вовсе забыл про день рождение собственной матери. Дно пробито, падать дальше, было уже некуда. Припарковав свой новую машину на подъездной дорожке прямо перед родительским коттеджем, я практически вбежал в отчий дом. Правда пришлось вернуться за букетом цветов и подарком, беспечно оставленными на заднем сидении автомобиля. Вернувшись обратно в дом, меня застает отец, который молча награждает меня сухим осуждающим взглядом. - Какими судьбами? А мы тебя уже не ждали. - Задержался на съемках, - зачем-то оправдываюсь я перед Серхио, заведомо зная, что он не относит мою актерскую деятельность к серьезной работе. Мне изо всех сил хочется избежать нашего дальнейшего разговора, поэтому первым делом, поприветствовав отца, я быстрым шагом направляюсь в комнату Моры. Не хочу выслушивать очередные упрёки в свой адрес. - Она отдыхает, - голос Серхио врезается в мою спину, точно острый клинок. - Доктор просил не беспокоить ее по пустякам. - Пустяк, серьёзно? Сегодня ее день рождения! - я что есть силы сжимаю пальцы свободной руки в кулак. - И с каких это пор, тебя заботит ее состояние? - С тех самых, как ее собственный сын стал забывать о дне рождении матери, которая уже одной ногой на том свете! - Черт возьми, да не забыл я! Ты действительно считаешь меня идиотом?У меня были съёмки, я не мог их отменить. Ты имеешь хоть малейшее представление о том, что из себя представляет съемочный процесс? - моему возмущению нет предела, о чем характерно свидетельствует мои руки, обреченно вскинутые в воздух. - Сколько людей я могу подвести, если... - Да, да. Мы уже поняли, что ты звезда мирового масштаба, Пабло. Интересно, журналистам бы понравилось, если бы они узнали о том, что ты два месяца не навещал больную мать? А? - Замолчи! Не тебе об этом судить! - цежу я сквозь зубы. - Ты всю жизнь то и дело издевался над мамой, унижал ее, изменял... а теперь посмотрите на него, Серхио Бустаманте пример благочестия! - Может быть и так, однако же мне хватило духу быть рядом с Морой, когда она узнала о раке. А ты жалкий трус, Пабло! - Что здесь происходит? Почему вы опять ругаетесь? Мы с Серхио одновременно замолкаем и смотрим наверх, туда, где у основания лестницы , стоит Мора. Она стала совсем хрупкой, и кажется, потеряла еще несколько килограмм, за счет чего глаза на ее изнеможденном лице стали еще выразительнее. Ее вид в халате, в котором могло поместиться две таких Моры, и косынка, прикрывающая лысину на ее голове, моментально приводят меня в чувство. Я сглатываю ком, образовавшийся внутри горла, когда рассматриваю бледность ее лица, впалые щеки и новые морщины в уголках ее глаз. - Все в порядке, мама, - преодолев лестницу, я сильно обнял Мору, стараясь навсегда запечатлеть этот момент в своей памяти. - Сынок, - ее сухие пальцы медленно ложатся на мой подбородок. Они чертят неровную линию вдоль моего лица, покрытого трехдневной щетиной. Я улыбаюсь ей в ответ и тихо произношу: - С нем рождения, ма... Вот так бы мы и стояли обнявшись, прямо посреди коридора, пока этот момент не нарушил голос Серхио. Он прозвучал мягче, чем обычно, почти капитулирующе и смиренно: - Пабло, проводи маму в ее комнату, ей нужен покой. Мора, ты же помнишь что доктор просил тебя соблюдать постельный режим? Вчера тебе было плохо... - Что случилось? - я вдруг проявил обеспокоенность ее состоянием. - Пустяки, Пабло. Просто давление немного подскочило, это нормально. Мне буквально на днях сделали еще один курс химиотерапии. Но это все неважно, лучше расскажи, как ты!? Как твои новые съёмки? - Я попрошу Риту сделать вам чай. Мора, дорогая, - я наверное впервые видел Серхио настолько человечным, - пожалуйста, возвращайся в свою комнату. Пабло проводит тебя. - Конечно, - я безоговорочно соглашаюсь, но все же не могу устоять от того, чтобы ещё раз взглянуть на лицо своего отца. Серхио реально проявляет свою заботу, или мне это только кажется? Какие-то разительные перемены произошли с человеком, в адрес которого еще утром я мог смело употребить эпитеты "бездушный" и " черствый". Сколько же меня на самом деле не было дома? Оказавшись в родительской спальне, я помог Море добраться до постели: - Ты не возражаешь, если я открою шторы? В этой комнате не хватает света. - Ты мой свет, - произнесла мама, все еще лаская взглядом мое лицо. - Цветы просто чудесные! - Совсем забыл про подарки. Вот, - я протягиваю сверток с красным бантом прямо посередине, - с днем рождения! - Спасибо. Что это? - Мора с интересом трясет коробку, которую всего несколько часов назад купил мой личный ассистент. Только мне даже в голову не пришло позаботиться о том, чтобы узнать, что же находится внутри. Мариса была права, я болван, каких еще надо поискать. Стараясь быстрее выкрутиться из своего неловкого положения, я предложил ей открыть подарок и увидеть все своими глазами. - Это бокалы! - обрадовалась Мора чересчур рьяно, прокручивая в руке один из фужеров. - Действительно бокалы, - ко мне приходит смирение в перемешку с негодованием в голосе. - Смею заметить, что это очень дорогие, коллекционные бокалы, - я попытался переключить фокус внимания на другой подарок, - и то, что определённо тебе понравится. Книга! Помнишь, ты всегда говорила мне, что книга - это лучший подарок? Перенимая аккуратный сверток в оберточной бумаге, Мора морщит нос, словно не может поверить в то, что я подарил ей что-то стоящее: - Это... это же "Гордость и предубеждение"! - Мора умиляется, сжимая книгу в объятиях, - такое редкое издание. Спасибо, - она вдруг стала грустной и попросила меня рукой присоединиться к ней на кровати. - А теперь, давай расскажи своей маме, как ты? - Все замечательно! - я вскидываю руки вверх и вкрадчиво произнощу по слогам. - Нет, все просто фанта-стически - потрясающе! Я говорил тебе, что снимаюсь в новом проекте? - Кажется, я читала об этом в социальных сетях. - Да, про меня там многое пишут, но всему верить нельзя, - добавляю с долей осторожности в голосе. - Моя новая роль в сериале Флорисьента , я играю Франко. В общем, все хорошо. - А Мия? Вы еще встречаетесь? - Да, Мия... хмм ... - чешу лоб,чтобы выкроить время для того, чтобы придумать достоверное оправдание отсутствия моей девушки, - извини, Мия тоже должна была приехать со мной, правда у нее съёмки. Но она передавала тебе самые лучшие поздравления. - Поцелуй ее от меня. Ну, а все-таки как ты? - Говорю же, моя актерская карьера идёт в гору... - я пытаюсь найти пульт, чтобы включить телевизор. - Можем посмотреть вместе одно мое интервью, оно как раз выходит сегодня. На каком же это канале... Мора отвлекает меня от процесса. Взяв мою руку в свою ладонь, она тихонько ее сжимает: - Я не об этом, Пабло. Как ты сам? Внезапно вопрос Моры вызывает во мне ступор. Я вдруг осознаю, что в последнее время мало кто спрашивал меня о том, что я чувствую на самом деле. Хотя, приходя на работу, я все время общаюсь с разными людьми, можно сказать, что мы даже дружим с некоторыми коллегами по съемочному процессу. Правда наши разговоры больше ограничивались общими фразами, а с Мией мы давно уже не были близки вне постели. Разве что на личные темы мы раньше общались с Марисой... Мы любили обсуждать жизнь, делиться своими планами и тем, что на самом деле чувствуем порой, когда никто не спрашивает. И в этот самый момент ко мне приходит осознание того, что кроме актёрства у меня больше ничего нет. Все вокруг пустое и бессмысленное. Мои отношения с Мией, мое общение с коллегами и якобы друзьями, мои бесконечные походы по различным мероприятиям и тусовкам. Все лишено всякого смысла. Во всем этом нет меня, есть только Пабло Бустаманте, в которого все тычут пальцем, “ смотри, этот тот парень с удивительными голубыми глазами ". - У меня правда все хорошо. Я счастлив, мам, - опять зачем-то вру, даже самому себе. - Единственное, что заботит меня, это твое состояние, я хочу, чтобы ты поскорее вернулась в свою прежнюю жизнь. Брала уроки тенниса. Помнишь, как хорошо ты играла? - углубившись в воспоминания, я постарался "заразить" Мору своим позитивом. На радость мне, она впервые за последнее время искренне засмеялась. - Да, я действительно была хороша на корте! И когда я поправлюсь, то обязательно сыграю с тобой матч. - Обещаю, - произношу я и чтобы, как-то заполнить паузу, возникшую между мной и мамой, вновь предлагаю ей посмотреть вместе телевизор. - Ну так как насчет моего интервью? - Пабло, подожди. Пообщай мне еще кое-что, - Мора долго смотрит на наши сцепленные пальцы, а потом снова направляет серьёзный взгляд на мое лицо. - Где бы ты не был, ты всегда будешь делать то, что делает тебя по-настоящему счастливым. Ну или хотя бы будешь очень стараться. Мои глаза суетливо забегали по ее бледному лицу: - К чему ты все это мне говоришь? - Потому что я твоя мама и желаю тебе всего только самого хорошего. - Я делаю, то что мне нравится, - снимаюсь в сериалах, меня узнают люди на улицах, хорошо зарабатываю, с ума свожу девчонок, о чем еще можно мечтать? - О настоящей любви, например? - У меня есть девушка, ты же помнишь? Мия! - Понимаешь, родной, я не хочу, чтобы через много-много лет, ты однажды проснулся и понял, что ты мечтал о чем то бОльшем в этой жизни. Я посмотрел на Мору, пытаясь осознать говорит ли она больше обо мне, или о самой себе. В ее взгляде читалась такая тоска по прошлому, что в один момент я ощутил острую потребность в том, чтобы оказать матери необходимую поддержку, которую она недополучала от меня долгие месяцы. - Ладно, - взяв ее руки в свои , я поцеловал тыльную сторону ее ладоней, после чего, ко мне быстро пришло смирение. - Знаю, что вы с Серхио не слишком рады моему решению связать свою жизнь с актерством и музыкой, но это то, чего я действительно сейчас хочу. Мне нравится чувствовать себя нужным публике, фанатам. Я от этого такой кайф ловлю! - Хорошо, - Мора улыбнулась и легонько толкнула меня плечом.- Здорово, если так. Но я не хочу, чтобы вся эта слава вскружила тебе голову... Я не дал маме возможности высказаться до конца, решив, что она осуждает меня за некоторые мои выходки, гуляющие в сети: - Если ты о тех видео, что то и дело всплывают в интернете, то... - Нет, Пабло, я совсем не об этом веду речь. История учит нас ценить, то что мы имеем и не тратить свою жизнь впустую, - начала Мора. - Иногда мы так увлечены процессом, что элементарно не замечаем,что происходит вокруг на самом деле. Не замечаем людей вокруг нас, - с каждым словом ее глаза все больше и больше озарялись невидимым светом. - Я хочу, чтобы ты проживал ту жизнь, о которой мечтал... мечтал именно ты, а ни кто-нибудь другой. Я попыталась проглотить этот комок, образовавшийся в горле несколько секунд назад и просто задержал дыхание в моменте. - Я уверенно стою на ногах, сеньора Бустаманте, будьте уверены, - моя улыбка была почти вымученной. -Ты мыслишь слишком глобально, как мне кажется. - А мне кажется, что мой сын гораздо глубже, чем он хочет казаться на первый взгляд, - теплое касание материнской руки оставило приятный горячий след на моей щеке. - Ну же, обними меня, сынок, - и я с удовольствием подчинился ее воле. Так, болтая ни о чем и просматривая мое интервью, мы с Морой провели еще несколько часов вместе. Это было по-настоящему классно провести целый день в компании матери. Мы много смеялись, просматривали старые фотографии и предавались ностальгии. Я как будто снова окунулся в детство, когда моя голова лежала на ее коленях, а она гладила мои волосы и рассказывала о том, каким хулиганом я был двадцать лет назад. - А теперь ложись отдыхать. Ты наверное, уже очень устала? - Есть немного, но я совсем не хочу тебя отпускать, зная как нескоро я вновь смогу тебя увидеть.Ты побудешь со мной еще чуть-чуть? - Обещаю, когда ты в следующий раз откроешь глаза, я буду рядом. Только спущусь вниз перекусить, - я поднялся с кровати и направился к двери, - с самого утра ничего ни ел. - Попроси Риту отрезать тебе кусочек моего праздничного торта. Ты просто обязан его попробовать. Мариса попросила Соню приготовить свой фирменный "Наполеон" в честь моего дня рождения. - Не знал, что вы общаетесь с Марисой? - Она очень поддерживала меня все это непростое время. Мы созваниваемся с ней примерно два раза в неделю. Удивительная девушка! Ты знал, что она пишет книгу? - Вот как? - я учтиво закусил губу. - Нет, я не знал. - Тогда не говори ей ничего, пожалуйста, я наверное лишнего взболтнула. Мариса, наверняка, сама захочет с тобой поделиться. Тебе так повезло с подругой, сынок. - Да... действительно повезло. - И она тоже очень за тебя переживает... - Как это мило, все переживают за бедняжку Пабло. Скоро вернусь, - обронил я уже в дверях. - Пабло...- Мора уже почти засыпала, когда произнесла мое имя. - Поблагодари Марису за подарок. - За какой подарок? Мама больше ничего не произнесла и только ее немного лукавый взгляд говорил мне, "ты сам знаешь". 10 марта 2018 года. Траурная процессия закончилась и мне наконец-то удалось на несколько минут уединиться вдали от людских глаз и тихой скорби в их глазах. Чиркнув зажигалкой, я подкурил сигарету и глубоко затянулся, медленно выпуская весь дым из легких. Я попытался закрыть глаза и представить, что все происходящее только дурной сон. И у меня почти получилось, когда знакомый голос со спины нарушил мое осознанное одиночество: - Море бы не понравилось, что ты опять взялся за страрое, - Мариса осторожно присела рядом со мной на скамейку и осторожно переняла тлеющую сигарету из моих рук. Я посмотрел, как она затянулась, а затем так же быстро закашляла. - Это было очень глупо. Мы молча улыбнулись друг другу и в одном этом взгляде было всё. Ничего больше не нужно было говорить. Даже забавно как много людей сегодня выразили мне свою скорбь, как долго они говорили свою заготовленную речь, а Мариса передала эту же самую боль, не произнося ни слова. - Как ты себя чувствуешь? - спросила она совершенно искренне, едва касаясь меня плечом к плечу. - Ты же знаешь, что мы все были готовы к ее уходу... - Не говори мне все то, что говорил сегодня другим. Мне важно знать, что чувствуешь именно ты. - Вы всегда были в этом похожи с Морой. - В чем в этом? - полюбопытствовала Мариса, заглядывая в мои глаза. - В том, чтобы вывернуть мою душу наизнанку. Я очень благодарен тебе за то, что ты рядом со мной сегодня, - мои пальцы медленно коснулись ее руки. Мариса переплела их и крепко сжала. - Знаешь, Мора тебя очень любила. - Знаю, - она бережно вытерла слезу на моей щеке и сама часто заморгала, чтобы не расплакаться. - А еще она просто обожала тебя... - В одном из наших последних разговоров, мама рассказала, что вы с ней часто созванивались, когда она узнала о своём диагнозе. Мариса слегка пожала плечами и заострила свой взгляд куда-то вдаль: - Мне хотелось поддержать ее, она всегда очень тепло относилась ко мне. - Спасибо, - мой голос дрогнул. - За это не благодарят, - Мариса вернула свои взгляд, глубоко всматриваясь в мое лицо. - За то, что ты всегда рядом и понимаешь больше, чем остальные. И за то, что всегда говоришь то, что надо, а не то, что я хочу услышать. - Что же... тогда самое время сказать тебе, что мне не понравился твой последний сериал. Мы долго смотрели друг на друга почти не отрываясь, пока один из нас не улыбнулся. Сердце замерло в груди, а потом заколотилось все быстрее и быстрее, когда я внезапно произнес, еще ближе склонясь к ее лицу: - Я очень скучаю по тебе, Мариса. - Ты такой не один, - ее горячее дыхание обожгло мое лицо. - Любая другая девушка на твоем месте, сказала бы мне " я тоже". Мы были так близко друг к другу, что от противостояния взглядов, голова шла кругом. Я закрыл глаза и прошептал почти у самых ее губ: - Лучше тебя в этой жизни я никого не встречал... - Интересно, чтобы на моем месте сделала любая другая девушка? - Мариса словно спрашивала у меня разрешение или проверяла границы дозволенного между нами, когда мы оба услышали голос позади себя: - Пабло, гости ищут тебя! Спирито отпрянула от меня, а я быстро повернул голову и наткнулся на циничное выражение лица Мии, блуждавшее на ее надутых губах. Черный был явно не ее цветом. - Она действительно сказала гости? - переспросила Мариса, уже отдалившись от меня на достаточно-дружеское расстояние. - Это же похороны. - Да, - я задумчиво протер подбородок, не подумав обронив, - надеюсь, нашему ребенку не передадутся ее мозги. Спирито резко вернула взгляд в мою сторону: - Ты хочешь мне что-то сказать, Пабло? - Сможешь прилететь еще раз... ко мне на свадьбу через месяц? -Мой голос разорвал тишину. - Месяц? Так скоро, - столько горечи и боли было в ее словах. - Да... иногда стоит поторопиться, когда невеста находится на третьем месяце беременности. Мариса прикрыла рот рукой, обронив при этом, "Господи"! - Ты станешь отцом? - она обняла меня, роняя на плечи свои слёзы счастья. - Ага. - Пабло, я не верю. Ты станешь отцом! Ты хоть это понимаешь!? - все еще находясь в моих объятиях, протороторила Мариса и сжала мои плечи почти до боли. - Приблизительно. Мне, конечно, еще предстоит свыкнуться с этой мыслью. Дети это ведь не так сложно, правда? Не кормить их фастфудом до шести месяцев, мыть задницу хотя бы пару раз в день. Ах, да... еще я прочитал где-то, что пиво давать лучше безалкогольное. - Вот, придурок, - Мариса ударила меня по плечу и быстро отстранилась. - Конечно, я понимаю, что такое ребенок. И может, мы еще не совсем готовы к рождению детей, но выбирать не приходится. Через четыре месяца у нас появится Софи... - Через шесть, болван, - исправив меня, Мариса закатила глаза. - Я знал, просто тебя проверял. - Ну, конечно! Вы даже уже имя выбрали? - Нет, это просто пока только мои мысли, вряд ли Мия позволит мне назвать ее Софи. Скорее что-то более вычурное: Конфетка или Кэнди на американский лад. Знаешь, Мия грезит Голливудом... Мы с Марисой одновременно прыснули от смеха, понимая мой сарказм. И как только между нами снова возникла тишина, Спирито произнесла еще раз эту новость, как данность: - У тебя будет ребенок, Пабло... Это не сон?