Температура
9 марта 2024 г., 09:09
— Опять мочила ноги в реке, да? — воскликнул Намджун, глядя на завернувшийся в одеяле комок. — Сколько раз говорил тебе не делать этого осенью! Вода холодная! Неужели так трудно понять, что после этого можно заболеть? Почему ты такая непослушная, Соён? Почему ты всегда делаешь наперекор моим словам?
Девушка не высовывалась из-под одеяла, тяжело дыша спертым воздухом, потому что не оставила даже маленькой щёлки, чтобы пропускать кислород. Она знала, что провинилась, но заготовленного для отца ответа на этот счёт не было. Его ругань Соён слушала уже минут тридцать, затем был пятиминутный перерыв, потому что Намджун звонил Чонгуку и просил его прийти, а потом всё вновь вернулось на свои круги.
Сейчас отец отчитывал её на глазах у друга, что стоял, скрестив руки в закрытой позе, и наблюдал за происходящим. Чонгуку уже сообщили, что у Соён температура и насморк после вчерашней поездки на природу. Парню пришлось отпроситься с учёбы, чтобы вернуться домой, ведь родители девушки сегодня должны были уехать в командировку, а Соён перечеркнула все их планы своей болезнью. Не могли же они бросить дочь в таком состоянии, вот и пришлось звонить Чонгуку, а пока он не приехал — отчитывать девчонку на чём свет стоял.
— Ты скажешь хоть что-нибудь, Соён? — уставши выдохнул Намджун, уже готовый головой об стену биться. — В кого ты такая упрямая? Ну скажи мне, в кого?
Ответ Чонгук знал, но сказать его не решался. Именно из-за Чона Соён выросла такой упрямой, перенимая черты характера и думая, что так нужно себя вести.
— Намджун, пора ехать, — Дуонг вошла в комнату, держа телефон у уха и пытаясь кому-то дозвониться. — Нужно торопиться, такси уже подъехало.
— Дорогая, я не справляюсь с воспитанием дочери, — схватился за голову Ким. — Она не слушается, а сейчас спряталась под одеялом и игнорирует меня!
— От твоих монотонных возмущений она уже уснула, наверное, — вздохнула женщина, заходя в комнату. — Соён, посмотри на меня.
Девушка приоткрыла одеяло, запуская к себе свежий воздух и выглядывая лишь одним глазом на маму. Намджун, увидев это, обозлился ещё сильнее.
— Так значит она только меня игнорирует? — воскликнул он. — Чем я заслужил такое отношение?
— Много возмущаешься, — спокойным голосом ответила ему жена, отодвигая одеяло и гладя дочь по голове. — Как ты себя чувствуешь?
— Плохо, — прошептала Соён, поглядывая на отца в другом конце комнаты, а потом увидела Чонгука, что с серьёзным лицом смотрел на неё. — Я экспонат на выставке, что ли? — нахмурила она брови, глядя на маму.
— Мы лишь волнуемся за тебя, — ответила мама с нежной улыбкой. — Нам пора ехать. Чонгук проследит за тобой. Скажи ему, если что-то понадобится, или в крайнем случае звони нам.
Девушка кивнула, вылезая из-под одеяла и бросая взгляд на Чонгука, что не вымолвил ещё ни слова. Он с неё глаз не сводил, словно личный охранник, которому приказали охранять Соён и днём и ночью. Девушку это напрягало, но она прекрасно понимала — теперь друг от неё не отстанет и будет донимать всё то время, пока родителей не будет дома.
Когда родители уехали, девушка легла на подушку, провожая Чона взглядом. Он не сообщил, куда направился, а Соён даже не решалась первой начать разговор, потому что знала, к чему это приведёт. Чонгук всё равно не сможет долго молчать, а терпения у девушки сейчас было достаточно. С самого утра ей хватило возмущений отца, который без подсказок понял, что Соён мочила в воде ноги. Намджун настолько хорошо знал свою дочь, что ему даже думать не приходилось — все её действия были для него предсказуемыми.
Чонгук вернулся с таблетками и стаканом воды. На ладони он поднёс пилюли подруге, склоняясь над кроватью. Соён аккуратно забрала таблетки из его горячей руки и по одной стала класть в рот и запивать водой. Одна из пилюль оказалось горькой, из-за чего девушка скорчилась, думая, что друг начнёт над ней смеяться, но Чон был спокоен.
Он сел на кровать и протянул руку ко лбу Соён. Через ладонь попытался почувствовать насколько сильная температура, но ничего не поняв, приблизился и прикоснулся губами ко лбу девушки. Ким застыла, ощущая дыхание друга на своей макушке, а его влажные губы — на своей коже. Сердцебиение сбилось, потому что этот момент показался Соён максимально долгим, как будто Чонгук измерял её температуру целую вечность, хотя на деле было не больше десяти секунд.
Когда парень отстранился, девушка почувствовала, как щёки начали гореть. Благо, что Чонгук это не заметил, потому что вместе издевательского смеха он глубоко вздохнул и опустил взгляд — видимо, температура действительно была высокая.
— В следующий раз я на поводок тебя посажу, — поджал губы парень, наблюдая, как Соён укрывается одеялом и трясётся. — Соён, давай договоримся, что в следующий раз ты не будешь делать таких глупостей без разрешения. Я понимаю, что ты считаешь себя взрослой, но сколько бы тебе не исполнилось лет, я всё равно всегда буду старше, поэтому, пожалуйста, советуйся со мной, когда хочешь что-нибудь отчебучить.
— Ведёшь себя, как папа, — сморщилась девушка, отворачиваясь к окну.
— Значит, могу тебя ещё и поругать?
— Не вздумай! С тобой и так иногда невыносимо.
Чонгук залез на кровать с ногами, усаживаясь рядом с девушкой и упираясь спиной на подушки и изголовье кровати. Притянул к себе Соён, подтыкая ей одеяло со всех сторон, чтобы поскорее согрелась. Он крепко обнял её, готовый передать всё своё тепло, лишь бы подруга согрелась и перестала дрожать из-за высокой температуры. Соён положила голову ему на грудь и закрыла глаза. Её рука поползла по его торсу в нерешительных объятиях, и Чонгук улыбнулся, радуясь, что их ссоры сошли на нет.
— Можешь поспать немного, — негромко сказал парень.
— Не хочу. Давай посмотрим что-нибудь?
Чон осмотрелся, замечая на прикроватной тумбе пульт. Взял его и включил телевизор, что висел на противоположной стене. Перещёлкивал каналы один за другим, выжидая, когда Соён понравится какая-нибудь передача и прозвучит команда не переключать. Он надеялся, что получится увлечь её скучной передачей из-за которой девушка уснёт, но не тут то было. Она долго молчала, высматривая что-нибудь любимое посреди кучи программ, телепередач и сериалов, а потом выудила из-под одеяла руку и просигналила другу, чтобы не переключал.
— Оставь, — сказала она, увлечённо уставившись в экран.
Глубоко вздохнув, Чонгук отложил пульт. Он и сам мог догадаться, что по какому-нибудь каналу будут повторять показ дорамы «Счастье», которую Соён так сильно любила. Сейчас она забыла про собственную болезнь, про компанию Чонгука и ругань с отцом, потому что всё её внимание привлёк телевизор, где любимые актёры сражались с зомби и несправедливостью, что одолела их в многоэтажке намного сильнее, чем сам вирус.
— Так ты точно не уснёшь, — разочарованно произнёс Чон.
— Тихо, — нахмурила брови девушка, а потом выхватила из рук друга пульт и прибавила звук. — Боже, какие они милые.
— Очень, — кивнул парень. — Кушать хочешь?
— Есть такое. А ты голодный?
— Да. Пойду поищу что-нибудь в холодильнике.
Парень покинул комнату, оставляя Соён одну. Девушка была увлечена просмотром, а потому не замечала посторонние ощущения в своём организме. Её живот всё сильнее стало стягивать узлом и тянуть вниз. Её и так лихорадило от высокой температуры, а теперь ещё и живот заболел, напоминая о том, что Соён женщина. Ким поняла это не сразу, а когда вернулся Чонгук было уже поздно что-то предпринимать, ведь при нём она не могла вылезти из-под одеяла.
— Держи, — парень подал подруге тарелку с кусочками мяса, которые остались ещё после вчерашнего пикника. Себе наложил такую же порцию и снова уселся рядом с Соён, протягивая ей палочки.
Девушка закусила нижнюю губу, послушно принимая столовые приборы и наблюдая за другом, что удобно устроился рядом с ней. Она не решалась попросить его выйти из комнаты или помочь дойти до ванной — было слишком стыдно и страшно. Соён чувствовала, что трусы уже испачкались кровью, а потому сжала ноги вместе, не позволяя себе лишний раз шевелиться. В её голову ударила горячая волна от переживаний. Что делать дальше — девушка не понимала.
— Ты чего покраснела? — взволновался Чон, заправляя прядь блондинистых волос подруги за ухо. — Плохо себя чувствуешь?
— Всё хорошо, — Соён натянуто улыбнулась, уже готовясь плакать от бессилия и волнения, что сдавливали её грудь и не позволяли есть.
Если бы девушка сейчас осталась одна, то без проблем дошла бы до ванной, помылась и достала из запасов прокладку. Как на зло вместе с ней находился Чон Чонгук, который обычно радовал своим присутствием, а сейчас очень напрягал. Опыта в этих делах у Соён было не так много — она всегда следила за своей чистотой во время менструации и никогда не пачкала свою одежду алой жидкостью, потому что была готова к критичным дням. Но сейчас её отвлекла утренняя ссора с отцом, плохое самочувствие и присутствие Чонгука.
Обедать пришлось очень напряжённо. Чонгук не понимал состояния подруги, а потому постоянно поглядывал в её сторону и старался распознать во взгляде хоть что-то, но Соён только краснела, не решаясь даже смотреть на парня. Мало того, что она плохо себя чувствовала из-за температуры, так тут ещё и менструация заявиться решила, ещё и в такой максимально неподходящий момент, когда рядом находился Чонгук.
Теперь парень вообще ничего не понимал, ведь девушка уставилась в свою тарелку и молча ела, не глядя даже на свою любимую дораму. Чтобы убедиться, что что-то не так, Чон взял пульт и нажал красную кнопку. Будь Соён в своём обычном состоянии — начала бы кричать, дабы не смел выключать, но сейчас даже бровью не повела. Она запихивала в себя мясо, не прожёвывая его до конца и глотая комом, из-за чего хмурила брови, а потом запивала яблочным соком, который давал Чонгук.
— Соён, что случилось? Что у тебя болит?
Парень хотел откинуть одеяло, чтобы посмотреть на подругу и оценить её состояние, но девушка вцепилась в край одеяла, не позволяя её открыть. Чонгук столкнулся с растерянным и напуганным взглядом Соён, осознавая, что под одеялом таится то, что девушка не хочет показывать. Он не понимал суть проблемы и не мог представить почему именно подруга не позволяла откинуть одеяло, но спрашивать не стал.
— Ты же знаешь, что можешь рассказать мне обо всём? — продолжал заваливать вопросами Чон, словно это поможет Соён расслабиться. — Что бы не случилось, я помогу.
Девушка терзала себя внутренним беспокойством. Она тихо вздохнула и накрыла лицо руками, пытаясь скрыть своё состояние. Ким скрещивала ноги, чувствуя знакомые приступы боли внизу живота, а оттого всё сильнее напрягалась, понимая, что ещё немного, и она перепачкает кровью кровать. В её голову всё ещё не приходила мысль, каким образом отвязаться от Чонгука или выгнать его, потому что весь разум был занят лишь этим позором. Соён думала, что ей придётся пролежать в постели несколько дней, пока родители не вернутся из командировки, ведь Чонгук не отойдёт от неё ни на шаг.
Так девушке пришлось просидеть несколько часов под пристальным взглядом друга. Он продолжал задавать глупые вопросы, потому что хотел понять, что происходит. Соён не решалась рассказать ему, она была на грани от истерики, потому что начинала чувствовать себя всё хуже, больше и больше понимая, что уже испачкала кровью свои домашние штаны.
Когда Чонгук принёс новую порцию таблеток, девушка послушно выпила, а потом перетерпела страх, когда друг снова чмокнул её в лоб, чтобы измерить температуру. Лоб был холодный и мокрый. Чон с радостью сообщил, что температура снизилась, но Соён снова никак не отреагировала.
— Если не начнёшь со мной разговаривать, я вызову скорую помощь, — придумал он угрозу. — Я не шучу.
Парень достал из кармана телефон и продемонстрировал подруге.
— Отстань, — обиженно надулась Соён, не собираясь как-то эмоционально реагировать на это.
— Ты меня пугаешь. Выглядишь очень плохо, а причину мне не говоришь. Что тебя гнетёт? Что с тобой случилось? Почему испортилось настроение?
— Отстань, — повторила девушка, уже не выдерживая.
— Объясни ты наконец!
— Принеси мне чай, пожалуйста, — сбавила напор Соён, резко поменяв выражение лица.
Её голову озарила гениальная идея, благодаря которой она сможет выпутаться из этой идиотской ситуации.
— Чай? — удивился Чонгук. — Зелёный или чёрный?
— Зелёный, — девушка даже улыбнулась, чтобы выглядеть более внушительно.
Парень был растерян, но всё равно направился на кухню. Не успел он выйти из комнаты, Соён выскочила из-под одеяла и закрыла дверь — жаль, что запора не было. Она была уверена, что успеет спрятать испачканную простынь и переодеться, пока Чонгук будет кипятить чайник и заваривать ей напиток. Как минимум минут семь было в распоряжении девушки, а потому она была готова метаться из одного угла комнаты в другой, дабы поскорее всё сделать, но вдруг услышала шаги.
Ручка двери повернулась, но дверь не открылась, потому что Соён держала её, не позволяя другу войти.
— Открой дверь, — попросил Чон, а девушка затряслась, чувствуя, что вот-вот расплачется. Она была загнана в угол и теперь точно не понимала, что ей делать. — Соён, что за шутки? Объясни мне, что происходит?
— Уходи, — выдала девушка, не представляя, что ещё можно придумать.
— Что? — опешил парень. — Открой дверь, я сказал.
— Иди домой! — воскликнула Соён, чувствуя, как слёзы обожгли щёки. — Уходи, Чонгук!
— Пока ты не объяснишь, никуда не уйду! Пусти!
— Отстань от меня! Что тебе нужно?
Больше не в силах сдерживать свою злость, Чон толкнул дверь, а та распахнулась, потому что у Соён не хватило сил её удерживать. Девушка отскочила от испуга в сторону, когда парень на эмоциях зашёл в комнату. Весь его напор резко убавился от вида испачканной в крови простыни. Несколько секунд Чонгук стоял и смотрел на это, как глупый. В этот момент шестерёнки в его голове зашевелились, связывая все последние события.
Он обернулся к подруге и опустил взгляд на её голубые пижамные штаны, что между ног тоже окрасились в красный цвет. Виня себя за необдуманный поступок, Чонгук чуть об стену головой не ударился. Он смотрел на Соён, что тихо плакала и вся дрожала. Не успел парень сделать шаг в её сторону, чтобы утешить, она выбежала из комнаты.
— Подожди, Соён! — воскликнул Чон, бросаясь за подругой.
Она не реагировала на его просьбу и бежала так быстро, как только могла. Чонгук всё равно был быстрее, а потому нагнал Соён и насильно обнял, потому что она сопротивлялась. Он пытался успокоить подругу, гладил её по спине и волосам и прижимал к себе так сильно, как только мог. Чон хотел показать, что она не одна, что ей не нужно от него скрываться или чего-то стесняться. Они вместе с самого детства, и Чонгук готов быть рядом с ней абсолютно в любой момент жизни.
— Не плачь, солнышко, — парень поцеловал подругу в макушку. — Я схожу в магазин и куплю всё, что нужно.
— Отпусти меня, — прошептала Соён, будучи вжатой в грудь друга. — Мне ничего не нужно.
Чон послушно разомкнул руки. Девушка забежала в ванную комнату и захлопнула дверь. Парень проводил её взглядом, вздохнул и ударил себя ладонью по лбу, так и не сдержавшись. Сейчас он возненавидел себя за ужасное поведение и вторжение в личное пространство Соён, которая просила его уйти и не входить в комнату. Теперь ему ничего не оставалось, как ждать, не попросит ли она его о чём-нибудь, а потому далеко уходить было нельзя. Чонгук сел рядом с дверью на пол, слушая шум воды и выжидая, когда подруга сможет выйти.
Соён долго застирывала испачканные вещи, потом помылась сама. Вся ее одежда была в спальне, но просить Чонгука принести она не собиралась, а потому взяла домашние шорты, что кинула вчера в стирку и напялила их на себя. После этого вышла из ванной и дёрнулась, видя Чонгука на полу перед дверью. Парень спешно поднялся, видя, что девушка нашла во что переодеться.
Она прошла мимо, словно и не собиралась разговаривать. Соён была обижена на поведение Чонгука. Будь её воля — даже из ванной бы не вышла, но простыни надо было срочно отправить в стирку. Она зашла в комнату и прикрыла дверь, прислушиваясь к шагам и понимая, что Чон за ней не пошёл.
Стянув с постели простыню, Соён высвободила одеяло из пододеяльника, скомкала все, чтобы не было видно испачканных мест, и понесла в ванную, дабы закинуть в стиральную машину. Она обошла Чонгука, даже не посмотрев в его сторону, а потом скрылась в ванной комнате. Запустила стирку и вышла, втыкаясь в грудь друга, что встал поперек дороги слишком неожиданно, чтобы успеть притормозить. Врезавшись в парня, Соён подняла на него взгляд и нахмурилась, чувствуя как он обвивает её руками, чтобы не убежала.
— Прости меня, — сказал он, поджимая губы. — Я же не знал.
— До конца жизни тебе буду припоминать.
— Хорошо, согласен. Не дуйся только.
— Позор, — Соён поморщилась, желая обойти друга, но тот шагнул вместе с ней, не позволяя пройти.
— Не правда, — пробубнил он. — Все нормально, в этом нет ничего такого.
Девушка лишь промолчала и направилась в свою комнату. Она закрыла дверь, желая остаться с собой наедине, чтобы спокойно заправить постель чистой простынёй, полежать под одеялом, подремать и прийти в себя после недомогания. Температура немного снизилась, но Соён продолжала чувствовать себя неудовлетворительно. Чонгук за ней не пошёл, и это очень радовало. Девушка лишь изредка слышала тихие шаги парня по гостиной и радовалась, что он оставил её одну.
Сейчас, после всего позора, который пришлось испытать, ей это было нужно. Чон увидел то, что не должен был, и потому Соён теперь не представляла как смотреть ему в глаза. Было стыдно, неловко и страшно. Девушка не готова к такому, а судьба решила застать её врасплох, и как на зло в компании Чонгука — куда же без него.
За весь день они больше не виделись. Соён редко выходила из комнаты, и даже не заглядывала в гостиную, где Чонгук смотрел телевизор. Ближе к ночи девушка услышала звуки с кухни, предполагая, что друг проголодался. Шорохи быстро закончились, и Соён отвлеклась на просмотр новых серий дорам, что показывали по вечерам. Она чувствовала, что всё больше начинает клониться ко сну, а потом уснула.
Чонгук сидел в гостиной, впустую глядя во включенный телевизор. Он не наблюдал за событиями в телешоу, потому что думал о своём. Потеряв счёт времени, парень обратил внимание на часы в углу экрана и охнул. За раздумьями Чон даже не заметил, что наступила ночь, а его глаза уже слезились от нехватки сна. Потерев их, Чонгук выключил телевизор и откинулся на спинку дивана, понимая, что сегодня ему придётся ночевать тут. Намджун попросил его пожить вместе с Соён на время их командировки, а спать в комнате родителей подруги парень не хотел.
Он улёгся на диване, развернув свёрнутый плед и укрывшись им. Закрыл глаза и вжался в подушку, но навязчивые мысли продолжали беспокоить. Чонгук долго ворочался, а потом психанул и сел. Он ненавидел то дебильное состояние, когда безумно хочется спать, но заснуть не получается. Распитие воды тоже не помогло, и парень сдался, оставив все попытки погрузиться в сон. Скомкал плед в ногах и раздражённо выдохнул, готовый разорвать всё вокруг.
Так как уснуть не получилось, Чон решил проведать Соён. Максимально тихо он добрался до её спальни, открыл дверь, даже не скрипнув, и посмотрел на подругу, что мирно спала со включённым телевизором и светом. Чонгук нажал на выключатель, нашёл пульт и тыкнул на красную кнопку, погрузив комнату в темноту и тишину.
Сев на край кровати, парень протянул руку ко лбу Соён, что лежала на боку к нему спиной. Потрогав кожу, для себя отметил, что температура не такая высокая и переживать не о чем. Отстранив ладонь от девушки, Чонгук пару секунд колебался, не решаясь шевельнуться, а потом приподнял одеяло, которым была укрыта девушка, и залез к ней, укладывая голову на подушку. Обнял её со спины и уткнулся носом в девчачий затылок, вдыхая запах шампуня и закрывая глаза.
— Извини меня, Соён, — прошептал он, зная, что подруга не услышит.
Девушка проснулась в тот момент, когда Чонгук вошёл в комнату. Она всё прекрасно чувствовала и слышала, пытаясь унять своё сердце, что от объятий друга заколотилось с бешеной скоростью.
