Хунхун-Эр

Хуа Чэн, вернувшись к Му Цину, ожидал, что теперь они будут вместе чуть ли не целые сутки. И так действительно было. Первые несколько дней. А потом у Му Цина закончился отпуск и всё. Теперь можно было забыть о долгом сне в обнимку с любимым, о совместных завтраках, частых прогулках и вообще о времени, проведённом вместе. Пропало всё. Остались лишь поздние вечера, когда не находилось сил даже на короткие разговоры. А, честно, хотелось спросить банальное: «Как ты? Как день прошел?» и всё в подобном духе. Но просто смотря на Му Цина всё и так было понятно. Хуа Чэн на фоне него выглядел куда более бодрым. Ну оно и понятно. Му Цин слишком много работал. Часто оставался там дополнительно, возвращаясь домой значительно позже. И это происходило так часто. Даже начало складываться впечатление, будто он делал так специально, чего-то явно избегая. Спать с ним тоже стало тяжелее. Сны брюнета стали беспокойными. Он мог просыпаться несколько раз за ночь, в какой-то момент и вовсе уйдя на кухню пить кофе, устав от кошмаров. И больше не желая мешать Хуа Чэну, которому вообще-то тоже рано вставать. Чтобы снова не ложиться, Му Цин начинал готовить. Ну где-то за час до будильника Хуа. Готовил он что-то простенькое, на подобии омлета, чтобы возможно было наесться, но при этом не что-то чересчур сытное. Но даже завтракать вместе у них никак не получалось. Му Цину нужно было выходить раньше, поэтому он просто желал Хуа Чэну доброе утро, обязательно обняв или поцеловав, и уходил собираться. А на попытки заговорить хоть о чём-то всегда отмахивался, пытаясь побыстрее закончить диалог. На слишком частую близость тоже начал реагировать по другому, начав избегать лишних касаний. Теперь они могли нормально существовать вместе только несколько минут по утрам, позволяя себе объятия и поцелуи, и совсем перед сном, когда сил ни на что не было. Хуа Чэну это, мягко говоря, не нравилось. Ему не хватало Му Цина, его внимания, заботы, любви, голоса, касаний, времени. Вообще всего, что было связано с любимым. Такое ощущение, будто они просто соседи, достаточно близкие для хоть каких-то диалогов, но всё же они по прежнему всего лишь соседи, так что очень редких и коротких разговор, которые слишком обыденные, поверхностные и уже неинтересные. Незначимые. Хуа Чэн ощущал себя маленьким провинившимся ребёнком, которого наказывают молчанием. И даже не объясняют причин, мучая до того момента, как он сам всё не осознает и не принесёт свои искренние извинения, со всеми подробностями: зачем извиняется, из-за чего, что нужно сделать для исправления данной проблемы и всё в таком духе. И это одновременно раздражало и расстраивало. Но злиться на Му Цина не получалось. Слишком сильно любит, чтобы позволить себе даже просто подумать о чем-то грубом в его сторону. Так что оставалось злиться только лишь на себя за то, что так и не смог понять в чем виноват. Вроде же старался, чтобы всё было хорошо и без ссор. Чтобы всем было комфортно. Так что не так? Не найдя ни единого ответа, Хуа Чэн решился на крайние меры. Поговорить об этом с Се Лянем. Му Цин был с ним близок, всё таки не зря с детства дружат. Наверняка брюнет ему обо всём рассказал. Ну ладно, возможно часть от проблемы. Ну или хотя бы вскользь упомянул, сразу же разбавляя чем-то бессмысленным. В любом случае, Се Лянь должен был быть наверняка в курсе. А поскольку он был рядом с Му Цином все те годы, когда Хуа Чэн даже при всем желании не мог снова воссоединиться с любимым, он должен знать его гораздо лучше, чем сам Хуа. А значит и поможет как-нибудь решить. Ведь так?

⋇⋆✦⋆⋇

　 М-да. И на что Хуа Чэн надеялся? — Он тебе ещё ничего не сказал? — удивленно спросил Се Лянь, даже поперхнувшись чаем. До этого он молча слушал, время от времени кивая, делая вид, будто вникает в слова. Но будь это действительно так, то он бы не задавал сейчас таких глупых вопросов! Хуа был почти оскорблен. Ну если Хуа Чэн здесь, то понятное дело Му Цин ничего толком не объяснил! Не мог же брюнет просто вдруг взять и настолько сильно полюбить свою работу. Да ещё и до такой степени, чтобы добровольно брать больше работы и возвращаться домой позднее некуда. Даже для Му Цина, желающего сделать всё идеально и обязательно лучше других, даже если этого придется пожертвовать своим отдыхом, сном, нормальным приёмам пищи, это было слишком! Хуа Чэн смог сдержаться от какой-нибудь грубости только из-за Фу Яо, мирно лежащий на его коленях. Жалко же тревожить. Да и морда животного при малейшем намёке на грубость становилось недовольным. Так и читалось: «Мне всё равно, что из-за тебя я здесь и оказался, но если будешь повышать голос на моего двуногого, то я расцарапаю твоё несчастное лицо. И никакие Му Цины тебе уже не помогут!» — Ну как видишь. Иначе бы я и не пришёл. — пожал плечами мужчина, погладив пушистика по голове. Фу Яо даже тихо замурлыкал, перестав бить всех и вся вечно дергующимся хвостом. Вот это да! Этот кот может быть чем-то довольным? Об этом точно нужно рассказать Му Цину! — Тебе нужно с ним поговорить! — решительно произнёс Се Лянь. Хуа Чэн уже был готов закатить свой единственный, не скрытый повязкой, глаз. Ну да, ведь до такого мужчина сам бы ни за что не додумался. — Завтра Му Цин должен будет приехать с работы пораньше. Мы собирались посидеть вместе. Я могу отменить в последний момент встречу и тогда ему будет больше некуда пойти, кроме как домой. А там ты уже знаешь, что делать. Ну ладно. Хоть что-то действительно полезное. Хуа Чэн уж думал, что зря сюда пришёл. Улыбнувшись другу, или кто они вообще, мужчина не задумывался об этом, Хуа тихо его поблагодарил. Но Се Лянь лишь усмехнулся, махнув на это рукой. — Не стоит! Мне главное, чтобы Му Цину, ну и конечно тебе, стало лучше! А то видеть его таким уставшим довольно грустно... Я очень рад, что ты решил зайти ко мне и обсудить это! Хотя, я надеялся, что Му Цин сам всё расскажет. Наверное это было безнадёжно ещё с самого начала, — немного подумав, он добавил, — ну надеяться на такое, давно зная Му Цина и его способы решения проблем. Всё таки не первый год с ним знаком. Хуа Чэн фыркнул. Се Лянь имел право так говорить в отличие от него. Это ощущалось особенно болезненно. Ну ничего, у них ещё много времени впереди! Хуа Чэн узнает нового Му Цина, как тогда в детстве. И тогда они точно будут снова близки! А пока оставалось только показывать своё недовольство вздохами, да охами. Ещё ведь и говорит Се Лянь не в самом лучшем свете о Му Цине! Да, он конечно прав, но всё же! — Спасибо за помощь! — все таки выдавил из себя мужчина, добиваясь свой чай. — Да я только рад помочь! — на лице Се Ляня расцвела лёгкая улыбка, — Ты останешься ещё ненадолго или уже уходишь? Я могу налить ещё чая, если что. Или на этот раз уже кофе. — Очень жаль, но у меня ещё есть незаконченные дела. Так что мне придётся уйти. Посидим так подольше как-нибудь в следующий раз. Се Лянь только лишь кивнул, провожая гостя до самой двери. Дождавшись, когда Хуа точно уйдёт, мужчина вздохнул: — Какие же они... — но закончить ему не дал севший рядом Фу Яо. — Мяу? — Да, именно. Фу Яо, ты как обычно прав.

⋇⋆✦⋆⋇

　 — А-Цин? Ты сегодня как-то рано. Что-то случилось? — подметил Хуа Чэн, пытаясь сделать удивленный вид, будто действительно этого не ожидал. Му Цин вздрогнул, услышав чужой голос. Ну да, их встреча была бы так и так неизбежной. Но на деле брюнет совсем не был к этому готов, как казалось изначально. — Сегодня просто работы было меньше, чем обычно. Ничего такого. — парень пожал плечами, пытаясь сделать непринуждённый вид. — Ну раз так, то у нас наконец найдётся время кое-что обсудить. Ты пока переодевайся, а я сделаю нам чай.

⋇⋆✦⋆⋇

　 Му Цин отпил немного чая на пробу. К сожалению напиток был не таким горячим, чтобы прожечь ему горло и освободить от участи дальнейшего разговора. Эх, а так хотелось. — Ты в последнее время стал реже появляться дома. А про меня так и вовсе забыл. Тебя это совсем не волнует? — голос звучал на удивление каким-то холодным в перемешку со странным беспокойством. Непривычно. От Хуа Чэна такое вообще не ожидалось. По крайней мере хотя бы не сейчас! Нормально сформулировать свои мысли и так сложно, а тут ещё и он... — Ну я просто... — но Му Цин так и не продолжил, занявшись. И как вообще объясниться? — Без «ну я просто». Му Цин хотел сказать что-то явно недовольное, но так и не смог придумать. Ну что же. Когда-нибудь им придётся поговорить об этом. Так что лучше сейчас решить и больше никогда не возвращаться к этому вопросу. И лучше как можно быстрее. Видеть Хуа Чэна таким непривычно. И очень неприятно. — Ну я... — брюнет снова замолчал, подбирая слова. — Я боялся, что новый я понравлюсь тебе меньше, чем тот проблемный 16 летний подросток... Да и так много времени прошло. Не можешь же ты и дальше любить лишь меня. Я подумал, что это просто детская привязанность, которая легко пройдёт. Вокруг так много хороших людей. А ты выбрал меня. Вот и подумал, что ты в скором времени передумаешь, как узнаешь меня получше. — кое-как проговорил Му Цин, сгорая от стыда. Сейчас ему и самому это начало казаться каким-то бредом. Хуа Чэн молчал, переваривать всё сказанное, а Му Цин просто не знал что добавить, чтобы не выглядеть ещё глупее. — Му Цин, ты... — Хуа даже не знал, что сказать, чтобы не звучать слишком грубо. Вдруг ещё случайно обидит. Решив не договаривать, мужчина озвучил свою другую мысль: — Ты просто мог сказать об этом сразу, а не избегать меня. — Я и сам это знаю, просто... — Му Цин отвёл взгляд, — Я не хотел беспокоить тебя этим. — Но избегая, ты побеспокоил меня гораздо больше. — в ответ мужчина получил лишь фырканье и закатывание глаз со стороны Му Цина. — Я люблю только тебя и никто другой мне не нужен. И это не просто детская привязанность. Ты мне нравишься. — Ты мне тоже. — Да ну, даже спустя столько лет? Разве это не просто детская привязанность, м? — Хуа Чэн попытался изобразить брюнета, даже не скрывая этого. — Эй! Я сейчас возьму свои слова назад! — Му Цин недовольно взглянул на Хуа. И вот с ним они в будущем будут мужьями? — Всё-всë, молчу. Мужчина улыбнулся и снова поцеловал Му Цина. — Люблю тебя. — Я тебя тоже...