Ты наш омега

      Тэхён никогда не думал, что станет наследником отца. Правитель имел бесчисленное количество любовниц и нескольких сыновей-альф. Тэхён же был омегой, к тому же от фаворитки, утерявшей милость. Нет, отец признал его официально, дал фамилию правящей семьи - Ким, но перед отцовскими очами он не появлялся до восемнадцати лет, а, когда появился, получил характеристику "костлявый". Отец даже поморщился, то ли от жалости, то ли от неприязни, и отправил сына жить в приграничную крепость. На что надеялся? Что омегу украдут и избавят великого венценосца от уродливого потомка?       Там, на границе, в покои юноши входили только обитатели замка. Юношу разлучили с матерью и велели учить дворцовый этикет. Он понимал, что его прочат в мужья какому-то богачу, но вот что к нему будут набиваться в супруги самые видные мужи страны, омега не ожидал.       Виной всему послужили внезапные смерти сыновей правителя. Кто от болезни, кто от раны, кто от укуса змеи, о потомки императора таяли на глазах. Омегу стали сторожить еще строже, а вскоре Тэхён остался единственным наследником семьи Ким.       Отец в срочном порядке организовал турнир женихов. Победившему достанется омега царских кровей и правление страной после смерти монарха.       И вот Тэхён сидел в столичном дворце, украшенный как невеста, тихонько охреневая от жизни такой. Надеяться на то, что альфа будет с ним считаться, парень не смел. Его используют как средство достижения власти, а потом выкинул из дворца. Или из страны. Или убьют. Что там стало с его матерью?       Однако визирь Чон Хосок не отходил ни на шаг от молодого омеги, поясняя ему его права. Можно топнуть ногой, ударить нерадивую прислугу, отказаться есть. Можно даже перечить отцу, но желательно, наедине. Выбрать омега может того претендента, кто действительно придется по сердцу. Предварительный отбор среди претендентов был строгий, так что к состязаниям допускались самые именитые, мужественные и состоятельные альфы. Выбирай любого.       Глядя на свое отражение в зеркале, омега понимал, что из него сделали лакомый желанный кусочек для самцов. Раскосые глаза, будто бы зацелованные губы... Черт бы побрал этих рисовальщиков лиц человеческих! Уже очень хотелось топнуть ножкой... Но тут визирь его огорошил.       Раз погибают наследники трона, значит, покушаются на правящую династию, и теперь единственными целями остались правитель и его сын-омега. По соображениям безопасности за Тэхёна будут пробовать еду, косметику, воду и другие напитки, и даже одежду, (одного из братьев отравили как раз через рубаху). Хосок советовал омеге поубавить брезгливость и послушно ждать, пока пройдет проверка.       А Тэхён никогда и не был привередой. Иногда даже ел с прислугой на одной кухне. (Очень есть хотелось, и было не до церемоний). Так что визирю он высказал свое согласие и пообещал быть осторожным.       Сейчас ему было двадцать пять, не то чтобы в самом соку, но и престарелым назвать нельзя. Еще сможет родить империи несколько наследников, в отличие от отца, детей у которого давненько не рождалось.       Волосы соломенного цвета бледнили юношу, но с макияжем проступили и газельи глаза, и пунцовые губы, и точеные скулы. Юноша был все также сухопарым, но и жилистым. Мышцой не играл, да и ни к чему это омеге царских кровей, но если бы пришлось бежать из замка, котомку полную еды он смог бы унести и сам.       Дворцовый портной так восхищался фигурой наследника, что тот внимательней присмотрелся к себе в зеркале в полный рост. Такие уж длинные ноги? Такие уж прямые? Такая уж уверенная походка? Правда портной поохал, что филейная часть Тэхёна оставляет желать лучшего, но обещал это спрятать за особым кроем одежды. А зачем Тэхёну накаченные булки вместо ягодиц? Он любил лазать через заборы и ловить рыбу руками, для этого шикарная задница не нужна.       Несмотря на все похвалы портного, омега помнил о своем главном недостатке - большие оттопыренные уши. Нет, сам он их считал обычными, но другие дети дразнили Кима с детства, поэтому прическа скрывала эту досадную неприятность.       Запах у Тэхёна тоже был не рядовым. Он пах рябиной, красными плодами стройного деревца. Запах душистый с заметной горчинкой, но он часто нравился и альфам, и омегам, так что наследник трона им даже гордился.       Из омежьих премудростей у молодого Кима хорошо получалось музицировать, но в подростковом возрасте голос стал ломаться, и с тех пор Тэхён не пел, лишь играл на разных инструментах. А в остальном он был похож на мальчишку-сорванца... который боялся высоты. Вот да, через забор мог, а на высокое дерево уже ни-ни. Поэтому выйти на царский балкон, с которого отец благословлял жителей, омега боялся чрезвычайно. Так что, в принципе, готов был пойти за любого, который будет стоять там вместо него.       Мама с маленьким Тэхёном об альфах не говорила, поэтому, как выбирать себе мужчину, омега не знал. В пограничном замке совратить сына властителя никто не осмелился, а тот верил, что все это из-за его костлявости, которая так не понравилась отцу.       Знакомить Тэхёна с участниками турнира заранее никто не стал, они с отцом должны были наблюдать за состязаниями с высокой площадки под пологом, так что омега решил, что будет находится как можно дальше от ее края. Просто выберет победителя и все, не рассматривая претендентов. Однако, зная о своем переменчивом характере, молодой Ким известил о своем решении визиря и попросил проследить, чтобы так все и свершилось. Темноволосый альфа ласково улыбнулся и, даже показалось, что он сейчас погладит юношу по голове, но Хосок лишь сказал:       - Вы вольны менять свое мнение в любую минуту. Вы - наследный принц. Моя задача - следить, чтобы ваши желания выполнялись.       - Вот я и желаю, чтобы меня выдали замуж за победителя, - нахмурился Тэхён.       Но ножкой так и не топнул. Кто он и кто визирь? Первый советник правителя, его правая рука. С таким лучше сотрудничать, ведь и отец никогда не повышал голос на своего советника. Хмурился, спорил, но не кричал, хоть Чон и был значительно моложе правителя.       Хосок был старше Тэхёна лет на пять, а по уму, так раз в пять. Он редко смеялся, чаще гасил улыбку, если она наползала на его фигурные губы в форме сердечка. Под пронзительным взглядом визиря хотелось поежиться и, на всякий случай, извиниться, даже если ни в чем не виноват. Голос советника ассоциировался у Тэхёна с замшей. Вроде и хочется соскользнуть, а слух цепляется, погружает в волнительную мягкость и низкие ноты. Будто Хосок произнес слова тебе в уши, а сверху прикрыл ватой, чтобы сказанное из головы омеги не выветрилось. Потому визиря наследник слушал почти всегда с открытым ртом, чем вызывал россыпь ласковых полуулыбок.       Нахмурился Чон всего один раз, (на прозрачную блузу в жемчужинах, сквозь ткань которой призывно темнели соски омеги), и Тэхёну от этого взгляда захотелось поменяться местами с любым из почивших братьев.       - Никогда перед большой толпой такое не носите, - отрезал Хосок. - Захотите, порадуете мужа в спальне, народ на игрищах такое видеть не должен. Омега или альфа - вы принц. Пусть лучше додумывают, чем марают вас в своих грязных фантазиях.       - Марают? - виновато захлопал ресницами Тэхён. - Разве мысли другого человека можно контролировать?       - Можно, - кивнул визирь. - Толпа хочет зрелищ, игрищ, только вас это касаться не должно. Вы не просто приз в этом первенстве, для рыцарей честь стать зятем правящего дома. Вы в праве даже мужу запретить вас касаться, если он вас... - Чон прочистил горло, - обидит.       - Я... знаю, - спрятал глаза омега. - Я видел... случайно... как марают. Я не специально подглядывал.       - Увлекательное, видимо, было зрелище, раз вы досмотрели до конца, - вроде как с горечью откомментировал Хосок.       - Нет-нет! - встрепенулся Ким. - Я просто пришел... к самому концу.       Он завесил волосами вспыхнувшее лицо.       - Тогда вы не видели главной части, - серьезно резюмировал Хосок. - Как вот такие вот газовые ткани приводят к тем последствиям, что вы наблюдали. Обещайте...       - Обещаю, - подскочил Тэхён.       - Вы же еще не дослушали, - чуть с укором глянул визирь. - Обещайте, что расскажете мне о каждом, кто попытается склонить вас к близости. По согласию или против него. За этим нужно следить строго.       И по тону советника Тэхён понял, что эту предосторожность Хосок унаследовал от отца, который был предыдущим визирем правителя и зорко следил за похождениями императора.       Настораживало в визире только одно - отсутствие запаха. Тэхён понимал, что правая рука правителя должен быть незаметен и вездесущ, но все время сидеть на подавителях было опасно. Кто знает, что внутренний альфа выкинет от подавления. Может, потому отец Хосока так рано и ушел из жизни? А Тэхёну хотелось, чтобы Чон был его визирем, раз предстояло занять престол.       Наряды для наследного принца шились под неусыпным контролем стражи, и все равно одежду проверяли на безопасность. Добровольцем для испытаний стал молодой альфа с запахом шафрана. Одежды принца на нем не сходились, да этого и не требовалось, юноша просто сидел в ней полчаса в ожидании негативных последствий. За это время альфий запах успевал впитаться в ткань, так что шлейф шафранового запаха всюду следовал за наследным принцем.       Тэхен сначала решил, что альфу так наказывают за что-то, пока не выяснилось, что он доброволец и это место отвоевал чуть ли не с боем, стремясь отвечать за безопасность принца.       Звали шафранового Чон Чонгук. Самоуверенный, но воспитанный, сильный, но осторожный, улыбчивый и внимательный. Во время проверок Тэхён краснел, с трудом отводя взгляд от рельефов подкаченого торса. Струящиеся ткани с люрексом и золотыми вышивками не портили альфу, а делали похожим на наследного принца. Если бы Чонгук был сыном правителя, то на такого костлявого, как Тэхён, и не посмотрел вовсе. Но то, что однофамилец визиря рвался обеспечить безопасность принца, льстило Тэхёну.       Запланировано было, что в турнире претенденты должны были блеснуть не только ратным искусством, но и красноречием, и умом. Неумеху кто же на трон посадит? Точно не отец Тэхёна.       Хоть и находились члены правящей семьи высоко над толпой, Хосок настоял, чтобы нижнюю часть лица принца укрыли хлопковой повязкой. Учитывая, что светлые кудри Тэхёна были упрятаны в тюрбан, то на всеобщее обозрение оставались только глаза, точеные руки в золотых обручах и кольцах, да лодыжки, остальное скрывала белоснежная ткань одежд. "Омега чист" сообщала она и заставляла сердца претендентов биться сильнее.       Шестнадцать разномастных участников стали представляться, перечисляя свои заслуги. Принц мог себе позволить и скривиться, и поулыбаться, ведь его эмоций никто не видел. Парочке агрессивных альф он мысленно пожелал проиграть и подивился двум рослым участникам.       Самый высокий был больше похож на палача. Торс еле прикрыт одеждами, секира в одной руке и зычный низкий голос. Однако речь складная, без запинок, тембр голоса приятный. Если Хосок обладал замшевым голосом, то у этого альфы он больше походил на густой кисель. Если попал, то затягивало и затягивало. Хотелось прикрыть глаза и раскачиваться ему в такт. А слова все стекали внутрь сознания, пробуждая и второй, и третий скрытый смысл. Тэхён озабоченно обернулся к Хосоку, и визирь поспешно склонился.       - Ким Намджун, - подсказал советник, точно угадав тревогу наследника. - Он не родственник вашей семьи, просто однофамилец, как мы с Гуком.       - А чем... он пахнет? - краснея, вышептал омега.       Улыбка снова скользнула по лицу Хосока, и он выкрикнул вопрос вниз с помоста.       - Мой запах - можжевельник, - поклонился силач.       - Удачи в боях, Ким Намджун, - бросил император, давая понять, что настала очередь следующего кандидата.       Второй долговязый альфа тоже оказался Кимом, и снова не родственником. Он все время похихикивал, то ли от смущения, то ли манера у него была такая, а на каждый вопрос от правителя часто моргал, как от испуга. Его голос Тэхёна не впечатлил, ведь тот порой срывался на высокие нотки и полнился скрытым скрипом и скрежетом. Чем-то таким, от чего хотелось откашляться за говорившего. Про запах Тэхён узнавать не стал, а имя не запомнил.       Голосом его заворожил еще один боец, хотя весьма среднего роста, наверное, даже ниже самого Тэхёна. А вот голос... Это да. Он походил на низкое гудение шмеля, которого поймали в коробочку и временами потряхивали. Полосатый мог жужжать недовольно, а тебя тянуло прикрыть глаза и глупо улыбаться. Также Тэхён жмурился, пока воин перечислял свои регалии, и пусть альфа хмурился и смотрел в сторону, омега задерживал дыхание и шевелил пальцами в туфлях, пытаясь согнать потоки мурашек, что текли снизу по позвоночнику к затылку.       Имя Тэхён запомнил - Мин Юнги, а еще два длинных меча, рукояти которых виднелись из-за плеч претендента.       Все 16 воинов должны были сходиться парами, победившие снова парами, и так до победы одного из них.       После первых восьми боев сделали перерыв. Объявили, что это для восстановления участников, а на самом деле для того, чтобы дать передышку наследному принцу. Мало того, что сидел высоко, так еще и от вида крови Тэхена замутило, и в покоях он наконец-то расстался с содержимым своего желудка. Чонгук заскакал вокруг с ужасом, что пропустил какой-то яд в окружении принца. Тэхен же, заикаясь, признался, что плохо переносит вид чужой крови. Сам он ранился нечасто, но дурноты при этом не испытывал, а вот раненые альфы... Это было и страшно, и впечатляюще одновременно.       Ким Намджун с секирой больше был похож на жнеца смерти, и хотя его поединок длился минут семь, получил рану от соперника. Когда кровь заструилась из разреза на скуле, альфа зарычал яростно и буквально нашинковал соперника. Серые одежды того окрасились темными некрасивыми пятнами крови, и он бросил оружие, прося пощады.       Мин Юнги оказался виртуозом и закрутил своего соперника в узоре танца. Сражающиеся не столько наносили увечья, сколько красовались перед женихом. Они знали, как привлечь внимание омеги, ведь тот в пылу азарта даже подался вперед, но Хосок потянул принца назад как раз вовремя, чтобы не дать упасть с сиденья, а Тэхён вспомнил о высоте помоста, с которого чуть не свалился.       Ким, имени которого омега не запомнил, оказался носителем довольно странного оружия. Толстый кожаный пояс оказался ножнами для меча, лезвием которого выступала стальная лента, загнутая в петлю. Сталь пружинилась и извивалась, Тэхёну думалось, что альфа поранится сам, но Ким умело укрощал и подчинял стальную змею, превращая одежды соперника в лоскуты и отбивая нападения в свою сторону. Когда же стальное гибкое лезвие обвило ногу соперника Кима, тот в голос завопил: "Сдаюсь, сдаюсь, только не дергай!" Петлю осторожно сняли с ноги проигравшего, и Ким спрятал меч в пояс-ножны. Тэхён даже пожалел, что не запомнил имени воина, но к Хосоку обратиться постыдился.       Оба непонравившихся принцу агрессивных альфы тоже выиграли свои поединки, один из них даже отсек руку сопернику, что и стало пределом выдержки Тэхёна. Умываясь розовой водой и полоская рот, омега молился, чтобы этих извергов победил кто-нибудь из остальных. Стать их супругом и превратиться в объект жестокости омеге совсем не хотелось. Однако, в следующих четырех поединках станет ясно, возможна ли пугающая перспектива. Принц уже был согласен, чтобы Мин Юнги снес голову одному, а Ким с причудливым мечом обезобразил другого. Он даже был согласен еще раз опустошить свой желудок у всех на виду, только бы Хосок не отдал его за одного из этих извергов, следуя его же указанию.       Видимо, он как-то выдал свои страхи, потому как визирь сжал его плечо и раздельно проговорил:       - Вы всегда вольны изменить свое решение. Вы приказываете, остальные подчиняются.       Чонгук настороженно посмотрел на старших и молниеносно сунул нож от фруктов в правый сапожок.       - С вами пойду, - твердо заявил он. - Воду буду пробовать и все остальное. Кто знает, отчего принца мутит. Не хочу потом думать, что плохо делал свою работу.       Визирь с прищуром осмотрел выскочку, но тут же тревожно обернулся на балкон, который должны были охранять двое стражников. А не было ни одного. Быстрой тенью он метнулся к сундуку и пристегнул к поясу Тэхёна длинный кинжал в ножнах. Тревога передалась от одного Чона к другому, и Чонгук нетерпеливо запрыгал на месте. Хосок взял себе пистолет и порох, а второй набор сунул в руки младшему.       - Быстро к правителю! - рыкнул визирь и потащил за собой Тэхёна.       Первый раз крепкие пальцы Чона так сжимали руку принца, что тот порадовался отсутствию аромата у визиря. Сейчас его альфья мощь захлестывала и без феромона, внутренняя омега принца скулила, поджав хвост, и желала понравиться доминанту. Чтобы защитил, чтобы заботился.       С помоста было видно, что на трибунах заметно оживились. Зрители ругались, вступали в стычки и становились все громче. Хосок вскинул в воздух руку с зеркалом, и гул поутих, хотя не сошел на нет. Стражники поняли знак визиря и стянулись к правящей семье. Если советник предчувствовал беду, надо держать ухо востро.       Жребий оставшиеся восемь претендентов тянули в напряженной обстановке. Тэхён дышал так, будто пробежал три лестничных проема, глядя, как соперники встают в пары.       Против альфача, который отхватил руку прошлого противника, вышел воин, которого до этого Тэхён вниманием обделил. Альфа все время припадал то на руку, то на колено. Принц даже думал, что он проиграет, но поднимался этот воин плавно и виртуозно. Может, у него стратегия была такая, изображать слабость. Однако сейчас он стоял напротив ненавистного Тэхёну претендента, и принц с ужасом думал "проиграет".       Против второго нежеланного жениха скалой стоял Намджун. Тут Тэхён выдохнул облегченно и вскользь глянул на соперников Мина и второго Кима. Хотелось, конечно, чтоб Юнги выиграл, но омега взволнованно смотрел на соперника самого опасного альфы.       Пока судьи что-то обсуждали и объясняли соревнующимся, принц грыз ногти, запустив руку прямо под маску, скрывавшую нижнюю половину лица. Воины спорили и недовольно переговаривались, а у Тэхёна заканчивалось терпение. Он так вцепился в ногу Хосока, что визирь перестал настороженно озирался и склонился к наследнику престола.       - Кто? Кто? - указывал на интересующего воина омега.       - Пак. Пак Чимин. Лучший воин двуручного меча, - доложил Хосок.       - Сможет победить? - почти со слезой в голосе спросил принц, и Чон поспешил его успокоить.       - Обязан.       Чонгук перехватил из рук слуги кубки правителя и его сына и сделал по глотку. Император поступок комментировать не стал, но свой клинок на поясе подтянул поближе, для удобства.       Прения на арене закончились неожиданным решением: все четыре пары будут биться одновременно. Хосок попытался возразить, что так принц не сможет по достоинству оценить претендентов, ведь ему может понравится и проигравший, а наблюдать сразу за восемью альфами нелегко.       Судья же возразил, что чем быстрее закончится кровавое действо, тем быстрее принц освободится от нелицеприятного зрелища. Тэхён неуверенно пожал плечами на вопросительный взгляд Хосока. Омега знал, что внимательно будет смотреть лишь за двумя парами, остальные могут драться как угодно. И снова Чон понял своего принца и велел соперникам разойтись по арене, чтобы не мешать друг другу. Опасных альф визирь поставил подальше от помоста правящей семьи, а Мин Юнги и Ким без имени расположились поближе.       На арену вышли еще три судьи, чтобы следить за четырьмя парами одновременно, и дали сигнал к началу боя.       На каждое ранение зрители кричали лютыми зверями, а порой что-то скидывали на арену, метясь в претендента, который был не мил. Хосок хмурился все сильнее, и в какой-то момент поставил Чонгука лицом к арене, а сам прижался спиной к его спине, вглядываясь в темный коридор, что вел из дворца на помост.       Стражники все чаще отвлекались на действо на арене, ведь увечья росли в арифметической прогрессии.       Вот уже веко Пака было разбито, и глаз затек фиолетовым синяком, но рыцарь двуручного меча не отступал и продолжал наступать. Вот уже Намджун прихрамывал на одну ногу, по которой струилась кровь. Юнги пришлось оставить один меч, ведь левое его плечо было пронзено, а отбивался он только правой рукой. И лишь Ким без имени оставался без единой царапины, одерживая победу.       Он первый и закончил поединок, опрокинув соперника в пыль, где тот остался лежать. Пока пострадавшего уносили, а остальные кружили по арене, первый победитель отошел к изножью помоста и стал не виден сверху. На него никто не смотрел, кроме Чонгука, остальные следили за поединками.       Тэхён вцепился в руку отца с надрывным криком, когда Намджун получил пылевое облако прямо в глаза. Однако альфа даже не отступил. Крик его залил арену, а следом секира сделала круг в воздухе, сбила нечестного воина с ног и вонзилась прямо в бицепс жестокому альфачу, которому Тэхён желал смерти.       Принц подскочил с победным криком, да только вместе с ним закричал и раненный. Не от боли, он закричал что-то на незнакомом языке, и толпа на трибунах сдвинулась с места.       Пара стражников упала вниз с помоста, и Чонгук завопил:       - Нападение! Измена! Переворот!       Крики мобилизовали охрану, и те встали в боевую позицию. Наследный принц с ужасом смотрел на то, как два страшных альфача объединились, помогая друг друг и переговариваясь на чужом языке. Остальные пятеро заградили им дорогу, но один из них пал. Между помостом и инициаторами мятежа стояли два Кима, Мин и Пак. Трое были ранены, да и один из врагов теперь не мог держать оружие благодаря удару Намджуна. Потому Ким без имени справедливо решил, что против невредимого выйдет он, а трое пострадавших добьют второго выскочку.       Тэхён испуганно охнул, когда Чонгук навалился ему на плечи, прикрывая собой. Выяснилось, что нападавшие пришли и со стороны дворца, применив лук и стрелы. Чонгук орал что-то о том, что стрелы могут быть отравлены, а он не позволит нанести вред его принцу, пока правитель отдавал приказы стражникам, чтоб держали оборону.       - Надо уходить, - тихо выдал императору Хосок и кивнул на еле заметный люк в полу.       - Оттуда путь только на арену, - нахмурился отец Тэхёна.       - Зато проход узкий, и мы сможем отразить атаки. А с арены полно тайных ходов, которыми мы сможем выбраться за город.       - Бежать?! - озлился правитель.       - Спасать свою жизнь и династию, - поправил визирь. - Столица будет там, где вы. Ваши подданные смогут туда прийти и поддержать вас. Живого, - практически прошипел Хосок.       Стрела вонзилась в пол у ног императора, и тот задумчиво уставился на нее.       - Огня неси, - устало бросил советнику властитель. - Брата буду звать.       Лицо Чона озарилось счастливой улыбкой, и он сдернул лук с плеча охранника, лишил Тэхёна лицевой повязки, обернув наконечник стрелы, а потом сам высек искру огнивом. Ткань занялась не сразу, а правитель смотрел в небо, будто бы собираясь с духом.       - Пора, - шепнул визирь.       - Ну, что ж, - опустил плечи самый великий альфа империи, - сын, которого не признал мой отец и не дал свою фамилию, докажи, что твоя мать не врала, и в твоих жилах течет королевская кровь. - Он вскинул лук и натянул тетиву, выкрикнув: - Я жду тебя, Бан Шихёк!       Стрела вонзилась в самую высокую башню дворца, и стена под ней тут же взорвалась снопом искр.       Омегу запихали в лаз, а тот озадаченно оглядывался на объятую пламенем постройку. Башня казалась каменной, но вспыхнула в мгновение ока.       - Отец? - испуганно подал голос Тэхён, уперевшись в его спину.       - Это знак, сынок, - не оборачиваясь, пояснил тот, преодолевая крутые ступени. - Горящая башня, как огромный сигнальный костер, что с правителем случилось несчастье. Тогда все верные подданные и родственники должны прийти на помощь. В молодости и мне досталось, как моим погибшим сыновьям: пытались отравить, подсыпать стекло в напиток, даже с кинжалом женщин подсылали, но я выстоял и остался единственным среди братьев. Я знал, что подобное грозит и моим детям, но это началось слишком рано. Ты - мой единственный сын-омега, которого я признал, а Бан Шихёк был единственным сыном-омегой моего отца, и он от него отказался. Не нужны ему были омеги. Мне всегда было жаль юношу, поэтому я тебе такой участи не желал. Оберегал, держал подальше от дворца и здешней жестокости. Но теперь ты мой единственный наследник и должен продолжить род. Альфой, - зло рыкнул правитель, и Тэхён оступился. Заботливая рука Хосока подхватила принца. - Рожай хоть от каждого верного нам претендента, чтобы кто-то из альф выжил, чтобы не пришлось вешать бремя правления на омежьи плечи. А тебе, Тэтэ, придется выстоять, - будто упрашивал император, - и быть при сыне регентом, пока он не сможет взять правление на себя. От кого бы ты не родил, все они станут Кимами, всех признавай, - обернулся к отпрыску мужчина. - Все претенденты это знали. Видимо, заговорщики мечтали тебя обрюхатить и таким образом захватить власть в империи. А коль не получилось, инициировали восстание. Все продумали, вредители, ко всему подготовились, - злился правитель, ступая за Чонгуком. - Жалею, что не смогу придушить своими руками. Или смогу? - с надеждой обернулся он к визирю. - Сохранишь сына?       - Не говорите ерунды, - упрекнул начальника Хосок. - Омегу правящей семьи должен отдать под венец представитель династии Ким, а не визирь из рода Чон. Соблюдайте свои обязанности.       В это время они вывалились в клетку, путь из которой вел на арену. Тэхён с облегчением выдохнул, увидев, что оба тупых альфача бездвижно валяются в пыли. Но вот остальных претендентов в женихи принца теснили соратники повстанцев с трибун. Небольшая группа охранников и два Чона решили присоединится к воинам-защитникам, чтобы добраться до прохода, который выведет их из города.       Отважные альфы обрадовались подмоге, а осознав, что бьются плечом к плечу со своим правителем и прикрывают спиной прекрасного омегу, лицо которого теперь было открыто, усилили натиск и продавили атаку повстанцев. Короткими перебежками они добрались до нужных ворот, но те оказались запертыми. Чонгук в бессильной ярости рубил толстые деревянные прутья, затупляя оружие.       - Держи оборону, - рыкнул на него Тэхён и оттолкнул альфу.       Тот отбежал ошарашенный и силой принца, и сталью в его голосе. А омега уже сбросил тюрбан, отстегнул причудливую булавку и ковырялся в замке. Когда засов лязгнул, отец похвалил сына.       - Я часто... сбегал, - виновато пожал тот плечами.       - Напомни мне наградить того, кто так плохо тебя стерег, что сделал лучшим взломщиком на земле, - велел император, помогая Намджуну отразить очередную атаку. - А теперь все внутрь и бегом до первой железной двери. Дальше мы в безопасности.       Прыгающий свет факелов, тяжелое дыхание и топот в каменном переходе отражались от стен, удаляя крики нападающих, но преумножая страхи омеги. Казалось, что преследователи не отстают, ведь стражники все также падали на пол, прикрывая спины убегающих. А когда спасительная дверь с грохотом захлопнулась, правитель тяжело упал на колени. Крик застрял в горле Тэхёна. Он смотрел в виноватые глаза отца и отчаянно мотал головой. Чонгук закрыл рот рукой, уперев взгляд в спину императора.       - Дальше... идите... одни... - тяжело дышал монарх, морщась временами. - Пусть Шихёк отдаст Тэхёна замуж вместо меня, как член королевской семьи.       - А если он нас не найдет? - уточнил Хосок, хмуро разглядывая рукоятку кинжала, что торчал в спине правителя.       - Тогда... - соображал Ким. - Тогда... Тогда нарекаю вас всех своими сыновьями, - выкрикнул он шестерым альфам. - Кого бы из вас не выбрал Тэхён, остальные выдадут его замуж, как члены семьи. Клянитесь, - устало оперся он на руку, заваливаясь вперед.       - Клянусь, - тут же выкрикнул Гук.       - Может, понесем его? - предложил Юнги.       - На спине нельзя, на животе еще хуже, сидя ослабнет и соскользнет, того гляди... - не договорил Хосок.       - Клянусь, - хмуро преклонил колено Мин, придерживая травмированное плечо.       Чонгук тут же плюхнулся рядом.       - Плечо залечи, чтоб носить моего омегу на руках, - с болезненным смешком бросил Юнги правитель.       - А если потихоньку идти? - отказывался признавать очевидное Намджун.       - Я буду тормозить вас, постепенно слабеть, и мой сын увидит мою смерть собственными глазами, - подал голос властитель.       - Да рана-то неглубокая! - сопротивлялся Намджун.       - Лезвие отравлено, - устало выдохнул Хосок, потерев лоб. - Плохо? - глянул он на императора.       - Плохо. Потому поторопитесь.       - Клянусь, - встал на колено визирь. - Буду ему служить также, как вам, постараюсь свести его с Бан Шихёком и устроить свадьбу.       - Брату... отдай... - сорвал с себя цепь император и невидяще сунул в руки Чону.       - Клянусь... Клянусь... Клянусь... - вставали оставшиеся на колено перед угасающим правителем.       - Обещаю вернуться, - вдруг сжал губы Пак. - Для исполнения сыновьего долга.       - Уходите... скорее... И Хо... пистолет... - шептал император. - Не хочу.... помереть.... как собака...       Визирь споро зарядил оружие и вложил в ослабевшие пальцы Кима. Второй пистолет он забрал у Чонгука, вручив ему саблю повелителя.       - Сначала я, потом Намджун, потом Юнги, потом Чонгук, за ним принц, потом Чимин, и последний Сокджин, - командовал советник. - Здоровые по краям отряда и рядом с омегой, раненные помогают по мере возможности. На тебя вся надежда, Джин, ты прикрываешь наши тылы, - повернулся визирь к Киму, имя которого Тэхён узнал только сейчас.       - Ты во мне не разочаруешься, - ослепил улыбкой тот и строго глянул на остальных: - Двигайтесь.       Они не бежали, но шагали быстро, поддерживали друг друга, но старались не говорить, будто голос мог выдать их нападавшим. Хосок умело петлял по одному ему известным коридорам и открывал потайные ниши, выуживая оружие, воду и одежду. Потрепанные вещи были порваны на бинты, чтобы оказать помощь пострадавшим. Чонгук нес не только саблю императора, но еще и меч Юнги. Общая цель объединила альф, которые до этого были соперниками.       Когда вторая железная дверь хлопнула за спиной, и процессия замедлила шаг, Тэхён понял, почему их подгоняли Хосок и Сокджин. Теперь, если в каменных коридорах раздастся выстрел, они не услышат. Омега испуганно всхлипнул.       - Держитесь, принц, - тут же отреагировал визирь. - Теперь вы единственный представитель правящей семьи, и повстанцы станут охотиться на вас. Нам нужно скорее добраться во владения Бан Шихёка и устроить вашу свадьбу. А вам после этого надо скорее родить наследника, как и велел император. Выбирайте, - он обвел всех присутствующих рукой, - все претенденты здесь.       Омега смущенно потупился, заливаясь краской. Запахи альф всколыхнулись нежностью, заботой и восторгом. Он нравился. Нравился... всем шестерым, хотя Чоны в круг женихов не входили.       На ночлег они устроились в одной из ниш, где утварь была заполнена съестными припасами, а мягких тканей хватило на подстилку всем.       Вокруг Тэхёна суетились Чонгук и Сокджин, пока Хосок врачевал увечья остальных. Предложение омеги помочь визирь отверг, напомнив, как принца вырвало от вида крови. Тэхён морщился от криков альф, но почему-то сейчас его желудок не выделывал кульбитов, пока Хосок шил бровь Чимину, плечо Юнги и ногу Намджуну. Он даже согласился поесть из заботливых рук Сокджина, а, когда увидел довольную улыбку на губах альфы, понял, что тот придушивает его своим вишневым феромоном, не позволяя поддаваться панике.       В качестве анестезии увечных альф напоили алкоголем, и они продолжили возлияния по окончании перевязок. Пьяные женихи предстали перед Тэхёном совсем в ином свете.       Юнги нервно посмеивался, укачивая увечную руку, затягивал бравурные песни и раздавал комплименты направо и налево своим собратьям и бывшим соперникам по арене. А на омегу он посмотрел ласково и с блаженной улыбкой выдал:       - Красивый какой. Глаза острее любого меча. Не пугайся, - поспешил он успокоить ошарашенного принца. - Это похвала. За право видеть тебя и пострадать не жаль, а за право назвать тебя своим можно и жизнь отдать.       Хосок недовольно ткнул Мина под ребра и велел помалкивать, пока не протрезвеет. А Тэхён вслушивался в хрипотцу подвыпившего альфы и снова пытался скинуть с загривка волну предательских мурашек. Кажется, Сокджин заметил смущение омеги, потому как его запах схлопнулся плотным коконом вокруг принца.       Почти беспристрастно омега наблюдал, как пьяный Намджун пытался подпевать Юнги, но его рулады были больше похожи на вопли раненого буйвола, а в конце он разрыдался, вспоминая погибшего правителя и его наказы. Альфа винил себя, что был ранен и не смог приложить максимум усилий для спасения императорской семьи. Даже пару раз ударил по зашитой ноге. Перед Тэхёном он пытался упасть на колени, казнясь за свою бесполезность, и, наверное, свел бы к минимуму труды Хосока, если бы Сокджин не прижал его сильной рукой к ложу.       - Спи, жених, - недовольно бросил он, а, когда Намджун стал порываться сказать что-то еще, больно сдавил рану, заставив раненного завыть. - Такими путями ты дорогу к сердцу принца не найдешь, сердцеед, - фыркнул альфа и отвел Тэхёна от угла, где расположились раненые.       Поэтому на Пака омега смотрел издалека. Чимин и до этого был неразговорчив, а под алкоголем стал мрачнее тучи. И восторги Юнги в адрес омеги, и слезы Намджуна заставляли его взгляд тяжелеть и наполняться недовольством. Тэхён даже спрятался за спиной Чонгука от тяжелого взгляда воина. Он помнил, что Чимин состязался с одним из альф, что подняли восстание, и, кто знает, может, он его и убил, пока правитель с сыном покидали помост темными коридорами.       Чимин был красив, но опасен, умен и не весел. Принц задавался вопросом: кто бы победил из четырех оставшихся альф, если бы турнир продолжился? Почему-то омега склонялся к мысли, что в финале обязательно оказался бы Сокджин. Его соперником мог стать Пак или Намджун, но альфа, вышедший из боя без единой царапины, был бесспорным фаворитом.       Старший Ким был статен, гибок, оружие имел неординарное, боролся бы до конца... за омегу.       Наследник трона смущенно зажал красные щеки и вытянул из рук Чонгука мех с водой, которую альфа уже проверил на себе. Даже тут он пробовал все, что надлежало дать принцу.       На утро Хосок раздал всем альфам огнестрельное оружие, утаив, откуда его принес. Лишь Тэхён остался с кинжалом, который получил еще во дворце. Смог бы он убить? Омега сомневался, потому подчинялся приказам визиря и остальных альф.       Пару дней, процессия блуждала лабиринтами и преодолела еще три железных двери, каждую из которых Хосок задраивал так тщательно, будто за ними гналась водная стихия, сметающая все на своем пути.       В один из вечеров принц отважился спросить, куда они держат путь.       - Незаконнорожденному сыну-омеге ваш дед пожаловал земли и замок у реки, - чуть склонил голову набок Хосок. - Он там жил вместе с матерью, а теперь обитает со своим вторым мужем и кучей детишек. Пусть император не признал родившегося ребенка, но позаботился о его будущем.       - Расскажи... о дяде... подробнее... - попросил Тэхён. - Он же мой единственный родственник, а я о нем ничего не знаю.       - Ваш дед не дал Шихёку своей фамилии, но омега часто бывал во дворце и общался... с вашим отцом, - хрипло выдавил Хосок. - Они знали друг друга и неплохо ладили, вместе постигали науки. Правитель делал вид, что не замечает, как брат получает то же образование, что и он. Так что у Бан Шихёка есть и хватка, и знания, чтобы подавить восстание не хуже самого императора. Однако, когда ваш отец в тяжелой борьбе наследников еле выжил и занял трон, он запретил Банам появляться во дворце. Придворные думали, что они поругались, но отец мне говорил, что это была попытка защитить брата. Император ведь и вас держал вдали от дворца. Пока сыновья-альфы не погибли один за другим, - слушатели вздохнули. - Когда я сменил погибшего отца, то советовал правителю не скидывать вас со счетов. Потому считаю своей обязанностью помочь восстановить правящей семье свою власть. Придется омегам царских кровей встать на защиту дома, - расправил плечи визирь. - Я выведу вас на болотистый берег реки недалеко от замка Бана, но придется подняться вверх по течению. Там берега поросли камышом, так что будем продвигаться как можно незаметнее.       - А если... дядя... бросился в столицу, увидев горящую башню? - побледнел Тэхён. - Если с ним тоже...       - Бан Шихёк никогда не был глупым, - заверил Хосок, - но всегда был очень проницательным, - криво усмехнулся он. - Почему-то я верю, что он поможет нам. Как и ваш отец, - добавил он.       Когда показался выход из подземелий и послышался шум воды, визирь всех утянул в небольшой грот и затараторил:       - Я пойду в замок, вы ни на какие крики не откликайтесь, сидите здесь. Коридор узкий, если враги протиснуться и станут нападать, то только по одному, так что, сменяя друг друга, вы долго продержитесь. Я лично знаю Бан Шихёка и, если вернусь, значит снаружи безопасно. Берегите принца.       - Хосок! - испуганно вскрикнул Тэхён. - Не бросай. Я ведь совсем ничего... не смыслю... в государственных делах, - всхлипывал он. - Как я буду править?       Сокджин прижал омегу к плечу и пожурил:       - Плакать - непростительная роскошь, кощунство над такой красотой. Лицо опухнет, глаза покраснеют. Как дядя узнает в вас наследника брата? Дышите глубже и верьте в лучшее. Не так уж много было повстанцев. Может, их всех уже перебили.       - Чон, - подал голос Намджун, - оставайся, я пойду. Лично я Бан Шихёка не видел, но слышал о нем и был в здешних землях. Велю проводить меня к нему и задам контрольный вопрос. Ответит - приведу, если же нет, действуйте по старой схеме: никого не подпускайте к принцу.       Хосок сунул воину в руки цепь императора и заверил:       - Тронуть не посмеют, цепь укажет, что ты от правящей семьи. Не рискуй собой напрасно, - перетянул потуже рану на ноге Кима визирь. - Стреляй, если что, тут не время честному поединку.       - Я защищаю сына императора, - нахохлился Намджун. - Я был избран претендентом в мужья, и сделаю все, чтобы свадьба принца состоялась. Пусть даже не со мной.       Оставшиеся замерли в ожидании, вслушиваясь в звуки снаружи. После гулкого эха удаляющихся шагов не было ни радостных, ни агрессивных криков, и сам посланник не возвращался.       Тэхён успел нарыдаться и побывать в объятиях каждого из альф, но затих в объятиях Сокджина, когда тот запел. Обычный голос не впечатлил омегу, а вот его пение... Оно походило на лезвие его причудливого меча. Голос звенел, струился и не знал ни конца, ни края. Казалось, что альфе не надо дышать, так долго лился из него звук на выдохе.       Но волшебство было прервано гулким эхом быстрых шагов в коридоре. Чонгук высунулся первым и радостно завопил "Намджун-щи". Альфы бросились товарищу навстречу, а тот восторженно указывал на выход и кричал, что нашел, нашел Бан Шихёка.       Общий экстаз поубавил Хосок, сказав, что для верности пойдёт первым. Омега оказался между двумя Кимами, а впереди продвигались Мин и Пак. Младший Чон шел самым последним. При официальной встрече ему статус не позволял присутствовать, а, если понадобится, и он сможет вступится за принца.       Бан Шихёк оказался грузным невысоким омегой, который все шутил, что многочисленные роды испортили ему фигуру. Тэхёна он встретил ласково и заверил, что во дворец уже направлены войска трех сюзеренов империи, а, когда получил цепь императора, зло сощурился, глядя вдаль.       - Император велел вам устроить свадьбу Ким Тэхёна, как единственному родственнику, как его дяде, - доложил Хосок с поклоном.       - Не выжил? - без надежды спросил Бан.       - Ранили ножом с отравленным лезвием, - склонил голову визирь. - Теперь только вы...       - Не верю, - оборвал его Шихёк. - Брат не такой самонадеянный. Что еще велел?       - Назвал нас всех своими сыновьями, - вклинился в разговор Чимин, - и велел устроить свадьбу сына, если вы не сможете.       - Ты претендент? - изучающе зыркнул на него возрастной омега.       - Мы, - повел рукой Пак, и еще три воина выстроились рядом с ним.       - Храните принца так, будто враги все еще дышат вам в спину, - встряхнул каждого Шихёк. - А я во дворец поеду, - он надел цепь властителя на шею, - суд вершить буду. Несправедливый, - ехидно усмехнулся он. - Мне можно, я не Ким.       - Отец признал ваше родство, дядя, - опасливо напомнил Тэхён.       - Ты будешь справедливым правителем, - погладил его щеку Бан. - Твой муж будет при тебе опекуном, а следующим на трон должен будет взойти твой сын-альфа. Пусть даже маленьким мальчиком. Потом вместе будете при нем регентами до совершеннолетия. Так что, пока я разбираюсь в столице, ты себе альфу приглядывай, - хохотнул взрослый омега. - И послушай моего совета: любимого ты сможешь держать при себе и в качестве любовника, а вот твоим мужем должен стать тот, кому подчинится народ.       - Я не умею... выбирать, - вспыхнул Тэхён.       - Тогда просто присмотрись... к названным братьям, - опасно добавил Бан, красноречиво оглядывая альф. - Тронете против его воли, велю казнить, - пригрозил мужчина. - Весь второй этаж замка в вашем распоряжении. Держите ухо востро, никого к Тэтэ не подпускайте. Сами заботьтесь, - хихикнул он.       Ожидание выжигало Тэхёну сон, аппетит, надежду и веру. Он часто засиживался на балконе, глядя на дорогу, по который уехал дядя. Ждал хотя бы облачко пыли, но даль была спокойной.       Чаще с ним находились Чоны, а предполагаемые женихи обходили этаж с дозором и бдили за порядком. Чонгук наивно рассказывал принцу, что альфы часто спорят, кто больше достоин, но споры всегда заходят в тупик.       - А вы сами, принц, кого предпочитаете? - лукаво прищурился младший Чон.       - Я не умею выбирать альф, - смутился Тэхён. - Я больше обращаю внимания на голоса.       - И? - обернулся к омеге уже и Хосок.       - Понравился голос Мин Юнги, - сознался Ким, - к тому же он не агрессивный, когда выпьет. Отец был скор на руку, когда хмельной. Но станет ли слушать народ рыцаря Мина?       - Все альфы в новинку для ваших подданных, каждому придется постараться, - философски изрек визирь.       - Есть голос, к которому они привыкли, - потупил взор Тэхён.       - Это чей? - насторожился Чонгук, и принц смущенно кивнул в сторону Хосока.       - Я? - опешил старший Чон.       - Твой голос ни раз звучал от лица правителя, ты в курсе государственный дел и знаешь наших соратников.       - Но я могу советовать любому. Более достойному, - отступил Хосок.       - Отец сказал, что вы все - его сыновья, и должны устроить мою свадьбу, - нахохлился принц.       - Выберите другого, - запаниковал визирь. - У Намджуна зычный голос, представительная внешность...       - Он плачет пьяный и внезапно звереет, - прокомментировал наблюдательный омега. - Он, конечно, самоотвержен, но недальновиден.       - Пак Чимин... - предложил было Чонгук.       - Скрытный, с тяжелым взглядом, и, кажется, не проявил ко мне никакого интереса. Быть связанным с мужем только церемонией грустно, - вздохнул омега. - Хотелось бы, хоть обманываться, что я нравлюсь супругу. Даже если он будет покрывать всех омег в округе и плодить детей вне брака.       Все эти разговоры альфы подслушивали из коридора и буравили взглядом того или иного обсуждаемого.       - Тогда остается Ким Сокджин, - сделал вывод Чонгук.       Тэхён затравленно оглядел собеседников.       - Голос не понравился, - проницательно прищурился Хосок.       - Когда говорит - нет, - мотнул светлыми прядями наследник престола, - но когда поет... - губы его тронула счастливая улыбка.       - Вы велели вам напомнить, - подобрался визирь, - что намеревались выйти замуж за победителя. Сокджин единственный победил в обоих турах соревнований, которые успели состояться.       - И на нем не царапины, - поддакнул Чонгук.       - Помнится, что он был с вами ласков, - улыбнулся Хосок, - а еще он очень устойчив к воздействию алкоголя. Ко всему устойчив.       - Но голос... - попытался вклиниться Тэхён.       - Я вас уверяю, что громкость у него немалая, просто тембр выше тех альф, что вам приглянулись сразу, - Чон смущенно прокашлялся, пытаясь и сам говорить выше.       - И хён тоже Ким, - задумчиво добавил Чонгук.       - Это тут причем? - не понял принц.       - Наш юный друг намекает на то, что веками правящий дом носил фамилию Ким, - поспешно стал объяснять визирь. - Поскольку вы делегируете мужу полномочия правителя, то указы от Кима будут восприниматься народом лучше.       - Но дядя - Бан, и он сейчас распоряжается в столице, - махнул вдаль омега.       - На его шее императорская цепь, - напомнил визирь.       - И на шее моего мужа тоже будет, - надулся наследник престола.       - У вашего дяди восемь детей, - широко повел рукой с балкона Хосок. - Посмотрите. - Мальчишки моложе Чонгука резвились во дворе, заполняя округу звонкими голосами. - И я точно знаю, что не всех их Бан Шихёк родил от последнего мужа. Он ведь дважды состоял в браке и... что-то вам там советовал про любовников, - расплылся в улыбке визирь. - Мин... - Тэхён вздрогнул, - или Пак, - сделал официальное лицо Хосок, - согласятся остаться при дворе, стоит вам только захотеть.       - Да хоть все останутся, - в юношеском запале стукнул кулаком по ладони Чонгук. - Раз мы вам как братья, то будем хранить самое главное сокровище этой империи.       Тэхён пожевал губу и воззрился на своего советника. Хосок подавил в себе желание поежиться, потому как взгляд омеги не был смущенным, а становился дерзким.       - Ты меня учил, - размеренно рассуждал омега, - что стоит мне захотеть, все будет по-моему. И все другие свои обещания я могу отменить при желании.       - Конечно, принц, - склонился визирь.       - Тогда желаю, - выпрямил спину омега, - чтобы каждый из моих названных братьев ухаживал за мной. Вы тоже, - осмотрел он Чонов. - Каждому отводиться день, чтобы перестать быть официальным чурбаном и проявить всю нежность, на которую он способен по отношению ко мне.       - Я сообщу претендентам, - поспешно склонился старший Чон.       Он вышел в коридор и столкнулся с альфами, которые подслушивали разговор. Укоризненно покачав головой, визирь выкрикнул имена всех четырех, и те старательно изобразили, что примчались на зов, громыхая оружием.       - Иди к ним, - толкнул Чонгука принц.       - Не пойду, - нахохлился тот. - Я и отсюда слышу, и вам придется смириться, что мы с Хосоком-хёном будем рядом, даже когда вас будут обхаживать другие претенденты.       - Гук-и, - просительно протянул омега.       - Не-е-е-ет, - упрямо задрал подбородок младший Чон. - Мое место рядом с вами. Привыкайте.       Оба они прислушивались, как Хосок официально излагал условие принца, и как альфы тянули жребий очередности. Когда визирь вернулся, то выжидательно посмотрел на самого младшего.       - Меня последним поставьте, - тут же отреагировал Чонгук.       Первым был Чимин. Альфа был допущен Хосоком в спальню принца, поэтому запах перечной мяты Пака был первым, что почувствовал Тэхён, а еще ясная улыбка на лице воина двуручного меча. От удивления и восторга омега потянулся к претенденту, игнорируя полупрозрачные одежды, в которых спал. Щеки Чимина вспыхнули румянцем, и он поспешил подать принцу халат.       Ухаживал Пак сосредоточенно. Следил за тем, как омега сел, падает ли ему в глаза солнечный свет, следит ли за своим языком Чонгук, когда обращается к принцу, и старался предугадать желания Кима. Будто сейчас перед Тэхёном был совсем другой человек. Испуганно моргнув, омега спросил шепотом:       - А когда вы настоящий? Тогда, в подземелье, или сейчас?       - Я всегда я, - кивнул альфа. - Просто окружающая обстановка заставляет меняться. Во дворце нам грозила смертельная опасность, до этого я настраивался на состязания, а сейчас, - он чуть пожал плечами, - я должен произвести хорошее впечатление на великолепного омегу.       - Как ваша рана? - опасливо потянулся к опухшему глазу собеседника Тэхён.       - Заживет, - фыркнул Пак, но тут же стал серьезным. - И я хочу напомнить, что намереваюсь исполнить свое обещание покойному императору - вернуться за ним.       - Я буду благодарен, - склонил голову Ким. - Вся наша семья будет, - уточнил он, услышав радостные крики двоюродных братьев со двора.       Чимин удивил принца своей рукатостью. Он смог починить сломанную брошь, вплести в волосы омеги свежие цветы и смастерить веер. Но, когда лицо его становилось напряженным и холодным, омега ежился.       Засыпал Тэхён под колыбельную альфы. Голос Чимина был переливчатый и достаточно высокий, поэтому оставил в душе Кима какую-то тревогу.       Следующее утро Тэхёну довелось встретить в компании Хосока, и омега даже подумал, что его сегодняшний жених запаздывает, но, когда пальцы визиря заправили светлые прядки принцу за уши, а потом помассировали плечи, Ким догадался, кто сегодня за ним ухаживает. Хосок не гнушался падать перед женихом на колено, поправляя полы одежд или выуживая камешек из обуви. Визирь очень много касался наследника престола, иногда даже щерил клыки, если был недоволен прислугой. Рыка удостоился даже Чонгук, но тот не обиделся, а всячески заверил визиря, что будет аккуратнее.       Хосок много обсуждал с принцем официальные дела, давая ему советы по прислуге и подданным. Когда омега капризно надул губы, Чон его тут же напоил сладким щербетом и прочитал великолепные стихи о природе.       Вечером в спальне, укладывая омегу, Хосок наклонился низко, и Ким испугался, что его хотят поцеловать, но советник шепнул:       - Немного стал прорезаться мой природный запах. На шее явнее всего, - и подставился.       Горьковатый запах кофе не взволновал омегу, но понравился. Он вдохнул несколько раз и блаженно откинулся на подушку, засыпая под тихое мычание визиря, который напевал колыбельную без слов.       Увидев улыбку Мина утром следующего дня, омега высоко заверещал от восторга. Альфа удивленно распахнул глаза, а потом ущипнул принца за запястье.       - Представители королевской семьи должны уметь скрывать свои истинные эмоции, - поучал Юнги. - Если ваши враги узнают о вашей слабости, то попробуют ее устранить. Кто знает, почему Бан вышел замуж второй раз.       Тэхён зажал себе рот ладонью и уткнулся лицом в подушку, молотя ногами в воздухе. Ему было совершенно все равно, что говорит альфа, лишь бы он дальше продолжал говорить. Мин недовольно скалился, цокал языком, а за ужином даже попросил не выбирать его в мужья, раз он так дезориентирует омегу. Ким жалобно завыл и получил ласковое поглаживание по волосам. Хотелось влезть к Юнги на колени и уткнуться носом в изящную шею с запахом мандаринов. От этого опрометчивого поступка Тэхёна останавливал Чонгук, отвлекая на разные мелочи.       Принц думал, что не уснет рядом с таким впечатляющим альфой, но ласковый цитрусовый запах навалился пушистым облаком и усыпил.       Намджун был излишне официален с омегой. Все пытался извинится за прошлые грехи и что-то объяснял про свой характер, но, когда птица влетела на балкон, испугав Тэхёна, вышвырнул пернатое с балкона одним движением. Принц вежливо поинтересовался раной воина и поразился его выдержке и отваге.       Намджун был первым, кто полноценно приобнял принца за талию. Просто Тэхён почувствовал дурноту от жары, но тут же ощутил сильные руки на талии, а потом его подхватили и уложили на постель. Чонгук уже голосил, что проглядел опасность, но холодная вода и можжевеловый запах ухажера поставили омегу на ноги. Альфа заставил принца поглощать еду, сидя у него на коленях, и рассказывал сотни занимательных историй обо всем на свете.       Омега наивно поинтересовался об источниках осведомленности Намджуна, и тот с улыбкой сознался, что много путешествовал и учился.       Засыпать с Намджуном было комфортно и смущающе одновременно. Альфа влез с ногами на постель принца, но на него не смотрел, а читал вслух книгу о каких-то сверхсуществах, что породили мир и все в нем. Сказка даже снилась Тэхёну, сдобренная низким приятным тембром и можжевеловым запахом.       Догадаться о том, что пришла очередь Сокджина, было несложно, но альфа-победитель удивил предполагаемого жениха. Он приготовил вкусный завтрак, пробу которого Чонгук успел провести до пробуждения омеги. Поэтому старший Ким сам кормил Тэхёна, веселил шутками и успокаивал, что в столице все хорошо. Уж точно дядя Бан не позволит вернуться племяннику в опасное место.       Сокджин устроил веселое состязание с омегой и втянул в игру детей Шихёка. Он не старался быть единолично рядом, как остальные, но показывал свое первенство другим без промедления. Все также альфа часто моргал временами или срывался на нервный смех, но за словом в карман не лез, а уж ласковых слов для Тэхёна у него нашлось в избытке. Успокоил, что принц красив, внимателен, упорен, смел, и обязательно понравится своему народу, когда взойдет на престол.       Касался Сокджин омеги без стеснения, и даже поощрял прикасаться к себе. По секрету рассказал о слабостях альф в гон, и советовал держать при себе больших псов на случай опасности.       Когда Тэхён засыпал, альфа снова запел. Замерев, как олень в луче яркого света, принц не смог сдержать счастливой улыбки и тоненького писка. Длинные альфьи пальцы массировали голову, принуждая отдаться в руки морфея, а противиться этому было невозможно.       Чонгук. Он был похож на стандартного влюбленного из романа. Целовал Тэхёну пальцы, плечи, щеки, даже края одежд. Сильные пальцы скользили по медовой коже, пока альфа признавался в своей влюбленности в наследного принца. Он понимал, что на роль мужа не годится, но согласен был остаться прислугой, хотя лелеял надежду записаться в любовники, о которых упоминал Бан Шихёк. В юноше не было никакой скрытности, море отваги и раболепие. Тэхён безошибочно распознал даже грешные желания Чона по всполохам в шафрановом запахе.       На удивление, приструнил младшего густой вишневый запах, что вполз в помещение, закрыл омегу и заставил Чонгука испуганно закивать. Сам Сокджин не появился, но принц благодарно улыбнулся своему заступнику. Старший Ким усмирил младшего Чона без слов и даже без взгляда.       Ночью, после окончания встреч со всеми защитниками, омега пробрался к комнате альф, чтобы подслушать их разговоры. Тэхён успел разобрать упреки Намджуна в сторону Чонгука и грустную речь Сокджина о проваленных шансах, как вдруг принцу зажала рот широкая ладонь, утягивающая его подальше от двери. Наследник престола даже не успел толком испугаться, как оказался лицом к лицу со своими похитителями: Юнги и Хосоком, и оба ничем не пахли.       - Ты и Мина накормил этой гадостью! - возмущенно зашипел омега, пока его под руки утаскивали в спальню. Здесь он уже голоса не жалел. - Эти лекарства опасны для альфьего здоровья. Твой отец слишком рано умер, принимая их. Я запрещаю их пить! - топнул ногой Тэхён. - Всем моим защитникам я запрещаю, - он гневно погрозил Юнги. - Я должен знать по запаху, что вы рядом.       - Мы потому и вмешались, принц, - улыбнулся Мин, - что ваша рябина грозила выдать ваше присутствие.       - И пусть, - надулся омега, отвернувшись к окнам. - Может, наврали бы мне чего-нибудь приятного.       - Ничего из слов женихов не было вам приятно? - озаботился Хосок, который в душе порадовался, что сын императора проявил характер.       - Сокджин только намекнул, что я ему... желанен, - плечи омеги опустились. - Чонгук готов был влезть на меня здесь и сейчас. Остальные... будто проводили еще один раунд на арене, а я был их соперником.       - Вам не хватило... мужского внимания, - досадливо выдохнул визирь. - Но никто из нас не осмелился бы наброситься с поцелуями... или еще чем.       - Чонгук целовал, - гневно глянул на альф принц. - Но это все глупости. Даже я в своей невинности это понимаю. А что... делать с альфой... ну, с мужем... - мялся Тэхён, - в спальне? В течку? В гон, в конце концов. Или мне достанутся только поцелуи в край одежд и разговоры о государственности?       Взгляд недовольного Кима скользнул по улыбке Мина, и принц отвернулся снова.       Объятья были сильными, собственническими и вызвали дрожь в коленях. Даже без запаха Тэхён понял, что это проделки Юнги. А когда альфа крутнул Кима к себе лицом и притянул к своему плечу, омега снова запищал, вцепившись в одежду доминанта.       - Любой из нас готов помочь вам с течкой, и любой будет оберегать от себя в гон, - заверил воин. - Можно даже не топать и не хмурить брови. Прикажите, и мы разденемся, - Хосок возмущенно жестикулировал болтуну из-за спины омеги. - Но правильнее, чтобы первая близость состоялась с мужем, а потом уже искать утешения у других альф, - закончил Мин.       Оттолкнув Юнги, Тэхён осел на пол, и тогда уже визирь позволил себе подставить плечо императорскому отпрыску.       - Не пускай их, Хосок, - всхлипывал омега. - Никого ко мне не пускай. Течка у меня скоро... Сам будь. Тебе отдамся и тебя возьму в мужья. Не нужны мне их подачки... Раз никто не хочет меня... Кроме Чонгука... Только Чоны пусть и будут рядом. Прогони... Прогони их... - упрашивал Ким советника.       - Это гормоны, - успокаивал визирь, укачивая в руках драгоценную ношу. - Женихи побоялись проявить темперамент. А Чонгук... он молод и неопытен. Девственного омегу может испугать экспрессия жаждущего альфы. Не обижайтесь на них. Они же не знали... про течку.       Тэхён завыл в голос, и Хосок сделал знак Юнги, чтобы покинул покои.       Новости остальным Мин вывалил с порога, и Сокджин тут же отвесил подзатыльник Чонгуку, пригрозил кулаком Намджуну и оттолкнул с пути Мина.       Войдя без стука, он отобрал у визиря всхлипывающего омегу, вновь окутал его своим феромоном и сказал:       - Эти конспираторы не понимают, что предтечной омеге нужно наслаждаться запахами самцов, волноваться и подчиняться их истинным голосам, - возмущенно сверлил он Хосока взглядом. - Что же ты не сказал, что скоро станешь благоухать, как самое изысканное лакомство?       - Благоухать? - поднял мордашку Тэхён.       - Течная омега - это наслаждение для альф, - доверчиво зашептал старший Ким. - В них пробуждается истинный темперамент и азарт. Каждый бьется за право быть избранным, красуется феромоном...       - Я... боюсь... с альфами, - почти шепотом сознался принц. - Говорят, они себя не контролируют...       - Среди нас сорваться может только Чонгук, но если мы ему поможем, то и он не посмеет пересечь границы, - уверенно заявил Сокджин. - Не бойся, горчинка, в эту течку тебе ничего не угрожает.       - А я хочу, чтоб угрожало, - снова всхлипнул Тэхён. - Сказал Хосоку...       Рык Сокджина завибрировал в груди омеги, и он восхищенно вскинул голову. Старший Ким рычал на визиря, а тот пятился, подняв руки.       - Желание принца... - начал было Чон.       - Принц желает, чтобы его желали, а не оказывали ему услугу, - сильней прижал омегу Сокджин. - Если ты, Чон...       - Не ссорьтесь, - попросил Тэхён. - Из-за предтечного омеги...       - Из-за наследника престола, нежнейшего создания на свете и самой желанной омежки, - поправил его Сокджин. - Если понадобиться, то я сойдусь в поединке даже с визирем.       Рука его потянулась к поясу, в котором был спрятан меч, но Тэхён перехватил руку с длинными пальцами.       - Не надо, - взмолился принц. - Хосок - мой советник, его помощь неоценима для моего будущего мужа, а ты, как один из претендентов, должен к нему прислушиваться.       Старший Ким недовольно хмыкнул и посмотрел на визиря.       - Чего хотел наш принц?       - Альфу, - пожал плечами Хосок. - Не того, кто геройствует перед наследником престола, а который искренне желает его, как обычного омегу.       Шлепок, опустившийся на ягодицу принца, заставил его вздрогнуть.       - Тэтэ, - нахмурился Сокджин, - ты зачем позволил Чонгуку все те вольности, что он вытворял днем?       Голос был строгим, сильным, и даже частое моргание не снизило напряженности ситуации.       - Мне не хватало альфьего внимания, - сжался омега. - А запах Чонгука уже давно со мной. Его поцелуи будоражили, будто... я могу нравится сам по себе, а не потому что сын императора.       - Знал бы ты, как взволновал своих женихов, - грустно улыбнулся Сокджин, устраивая омегу на коленях, и притянув его голову к своему плечу. - Чимин без ума от твоих пальцев и голоса...       - Голоса? - дернулся Тэхён.       - Ты что-то напевал, и Чимин чуть не попортил себе одежду, вцепившись в нее изо всей силы. Так сопротивлялся желанию сжать тебя в объятьях и придушить своим феромоном. При касании твоих пальцев к шраму на глазу лучший воин двуручного меча в империи... чуть не кончил, - хмыкнул альфа.       - Я не знал, - опешил Тэхён, заламывая руки.       - Ты невинен, - погладил светлые вихры воин. - Потому и не заметил, что запах визиря, который он скрывал годами, набит под завязку любовью к тебе. Не как к подопечному, а как к желанному партнеру. - Омега в удивлении помотал головой и посмотрел на смущенного Хосока. - А вот мы заметили. - снова рыкнул Сокджин, - и попеняли ему на то, что пользуется своим служебным положением. Благо его кофе тебя не впечатлил. Ты больше по фруктовым ароматам.       - Мандарин Юнги, - зажал красные щеки принц. - Это так впечатляюще в купе с голосом... и внешностью. Внутренняя омега визжала, и я вместе с ней. Опозорился... и был отвергнут, - хлюпнул носом Тэхён.       - Юнги тебя не отвергал, - заставил посмотреть омегу себе в глаза воин. - Он говорил, что на роль императора не подходит, но быть альфой в твоей постели он готов на любых условиях. Готов лишиться титулов и званий, и даже аромата, если это позволит ему незримо следовать за тобой, как и визирю.       - А ты? - склонил голову набок омега.       - А я был естественным, - кивнул старший Ким. - Наверное, я единственный, кто сможет провести с тобой гон, не причинив вреда. Но это просто возраст и опыт, - улыбнулся Сокджин. - Я не теряю разума в гон, но заставляю омегу потерять от меня голову. Потому и делился тайными предпочтениями, на случай, если ты выберешь меня. Чтоб не боялся. И в течку, и в гон я сделаю все, чтобы доставить тебе как можно больше удовольствия. Я открыт для диалога, ты же видишь.       - А Намджун? Он наверное обиделся, что я не оценил его по достоинству, - попытался сменить тему разговора наследник престола.       - Намджун пытался выправить плохое впечатление о себе, - насупился Сокджин. - Мол, у него есть не только тело, но и ум, воспитание, знания... Хотя пьяный он и в самом деле дурной, спорить не буду. А на званых пирах правителю надо пить в компании, - цокнул языком старший Ким. - Мы ему все высказали свое порицание. Впрочем, как и черезчур активному Гук-и. Что это было, и почему ты разрешил? - снова нахмурился воин, шлепая полупопицу принца.       - Я наследник престола, - оправдывался тот. - Хосок сказал, что я могу делать, что хочу. И я наслаждался, - стал повышать он голос.       - Воспитание, Тэтэ, - весомо выдал Джин, пресекая возражения. - Дядя Бан тоже много что мог выделывать вдали от дворца, но не выделывал же. Не запятнал имени своего отца, хоть тот его и не признал. Полученное образование он повернул на пользу отечеству, а сейчас там - в столице - старается ради тебя. Он понимает, что тебя там могут съесть в один присест. Несведущий в дворцовых интригах и заговорах, доверчивый, нежный...       Эпитеты обидели Тэхёна, и он быстрым движением приставил лезвие своего кинжала к шее говорившего. Сокджин замер, хотя хватки на талии омеги не ослабил.       - Я не нежный, просто худой, - известил принц. - Я много двигаюсь и мало ем, потому создаю обманчивое впечатление. Науку письма и стихосложения я знаю, и играю на музыкальных инструментах. Да, я не столь начитан, как Намджун, но если мне дадут книги, я смогу их освоить. С матерью меня разлучили рано, но она успела меня научить, что верить царскому окружению нельзя. Потому я вам не верю.       - Зря, - хмыкнул альфа, выкрутив принцу руку с оружием, заставив кинжал со звоном упасть на пол. - Нас отбирал сам император...       - И выбрал тех двух, что подняли мятеж! - дернулся в руках старшего Тэхён.       Хосок забрал принца у воина и хотел уже вступиться за предполагаемого жениха, но Тэхён произнес твердо, хоть слезы и прорезали щеки:       - В течку я выбираю Ким Сокджина. Призову его, и если он нахваливал себя зря, - брови принца сошлись на переносице, - пусть его высечет Намджун. Аудиенция окончена.       Несколько дней альфы ходили тише воды ниже травы. Даже Чонгук. Обычно вел себя только визирь, докладывая о новостях и выполняя капризы будущего императора.       Когда течка навалилась, Хосок держал омегу в памяти истинным голосом и успокаивающим питьем. Вой и стоны разносились по всему дворцу. Даже молодые сыновья Бан Шихёка испуганно подвывали со двора. Визирь ждал приказания привести альфу, а течному омеге не хватало собранности. Чимин с Чонгуком держались подальше от покоев принца, Мин с Намджуном сторожили под дверью, лишь Сокджин сидел в общей комнате и пролистывал записки какого-то философа.       В отчаянии Хосок решил поторопить омегу.       - Мне позвать кого-нибудь на помощь? Женихи готовы...       Он схватил с подноса мандарин, но Тэхён болезненно заскулил. Намджун попытался использовать свой запах, но принца вырвало. Звать носителя шафрана и перечной мяты визирь раздумал, выкрикнул в коридор: "Вишни!"       - Вишни... да, вишни, - заулыбался течный омега. - Хочу... несите... несите обладателя... вишня.       - Сокджина сюда! - облегченно распорядился визирь, помогая принцу дойти до кровати.       Пока слуги убирали рвоту и обрызгивали ароматной водой пол, Юнги с Намджуном буквально втащили в покои призванного Кима и подтолкнули к ложу.       - Смотри, - пригрозил кулаком Джину Юнги, и Намджун повторил его жест.       - Будешь присутствовать? - буднично поинтересовался у Хосока Ким, но Чон вытолкнул всех наружу, выскочил сам и закрыл двери за своей спиной.       - Охранять будем. Все, - скрестил руки на груди Намджун.       - Ты лучше этаж обходи, - оттолкнул его Хосок. - Раз от твоего запаха Тэхёна мутит...       - Тэхёна? - проницательно усмехнулся Юнги.       - Принца, - поправил прическу визирь. - Я позову Чонгука на всякий случай. Его запах привычен для наследника, а вы с Чимином...       - Разберемся, - крутнулся на пятках Намджун.       Слезные мольбы из-за двери сменились довольными стонами, потом оханьем, частым дыханием, приказами, и закончилось всё довольными хриплыми криками и требованием не останавливаться.       - Он его... дерет, - округлил глаза Хосок, прижимая топорщащуюся ткань в паху. - Обещал быть нежным.       - Со слов Джина, он обещал доставить море удовольствия, - усмехнулся Юнги. - И кажется достиг пика не только наш омега, - воин укоризненно посмотрел на скорчившегося в углу Чонгука. - Ой, Сокджин-хён, полегче, - со вздохом закончил он.       Тэхён помнил полные губы на своей груди, о которых напоминали саднящие с утра соски. Он помнил длинный жезл, забравший его девственность, после которого хлюпало между ног и тянуло мышцы на бедрах. Омега помнил пьянящие поцелуи со вкусом вишни и еще раз облизнул ранку от укуса на нижней губе. И конечно, принц помнил голос, которому подчинялся беспрекословно, меняя позы и вытворяя такое, что заливало краской стыда даже шею.       Сокджин сжимал омегу поперек талии и сопел в острую ключицу, бормоча во сне. Вишневый запах придушивал вожделением даже сейчас. Несложно было догадаться, что снилось альфе. Когда пухлые губы поползли к шее принца, тот просительно заканючил.       - Джи... хы...ииин...       - Попроси, Тэтэ. Прикажи, если хочешь, - пробормотал доминант с хрипотцой. - Омега царских кровей должен уметь повелевать.       - Поставишь меня на колени, прижмешь к себе и возьмешь, - полушепотом чеканил Тэхён, оторвав альфу от себя за волосы. - Меня ноги не держат, так что надежда только на твою силу.       - Я тебя не подведу, милый, - нежно улыбнулся Сокджин, притягивая бедра омеги ближе.       Шихёк успел вернуться до окончания течки племянника, выслушать сбитые рассказы детей, смущенный доклад Хосока и насладиться виноватым видом альф-претендентов.       - Значит, говоришь, Тэтэ велел женить его на победителе? - довольно тянул Бан. - И по всем параметрам им стал Сокджин.       - Ну, кроме голоса, - поспешно добавил Хосок. - Голосом ему понравились...       И он смущенно указал на Юнги, потом на Намджуна и положил руку себе на грудь.       - Этому бугаю лучше держаться подальше от принца, когда пьян, - нахмурился старший омега, буравя взглядом Намджуна, - и когда наша крошка в течке. В остальное время обязан защищать будущего императора.       - Я буду, - вытянулся в струнку тот.       - Все альфы совершают ошибки, - мерил шагами коридор Шихёк под яростный рык Сокджина и восторженные возгласы Тэхёна. - Если правитель окажется неплодным или расстроит омегу царских кровей, ваша задача подарить ему новые впечатления, но ни в коем случае не настраивать против мужа. - Альфы согласно кивали. - Повяжите моего племянника или нет, ребенок будет считать отцом Сокджина. Справитесь?       Охранники переглянулись и закивали.       - До свадьбы надо бы императора похоронить, - вклинился Чимин. - Я обещал...       - В лабиринте ты один дорогу не найдешь, - прокомментировал Хосок.       - Идите вместе, людей дам, - кивнул Шихёк. - Надо двери с этой стороны открыть, чтобы освободить пути отхода этой тропой, если что. Организуем все, пока наши голубки наслаждаются, - захихикал Бан на особо громкий взвизг Тэхёна. - Ах, молодость! Я ему даже немного завидую.       - А я завидую Джину-хёну, - пробубнил Чонгук.       - Гук-и, солнышко, - потрепал его по щеке брат императора, - Сокджину сейчас завидуют даже мои сыновья, но ты учись держать лицо, как хёны. Или отлучу от дворца, - топнул ногой омега.       Чонгук свел пятки, расправил плечи и замер. Бан довольно кивнул и потянул за собой Чимина к лестнице. Ладонь его прошлась по талии молодого альфы и скользнула на ягодицу, отчего брови Намджуна полезли на лоб. Чонгук продолжал держать лицо, а Юнги недовольно нахмурился.       - Скорей бы во дворец. Пусть Джин берет руководство в свои руки, а то этот Бан совратит всех нас до свадьбы.       - Император признал брата перед смертью, - напомнил Хосок. - Он тоже омега правящей семьи, и мы должны его защищать.       - Ким Тэхён - омега, которого я защищаю, - насупился Мин.       - И я... и я... - вторили остальные.       - И я, - вздохнул Хосок после довольного возгласа "Джиииин" из омежьих покоев. - И если для его защиты придется иметь дело с Бан Шихёком...       - Будем, - топнул пяткой Чонгук.       - Будем, - согласились остальные, наблюдая из окна, как брат покойного императора льнул к Паку.       - Долгой жизни второму мужу Бан Шихёка, - воздел глаза к небу Юнги, когда муж старшего омеги разбил сомнительную парочку.       - Пойду попрошу его убыстрить наш отъезд, - оживился Намджун.       - А я с детьми поговорю, - поспешил за ним Чонгук.       - Пусть все альфы этого дома поработают на благо нашего омеги, - согласился Хосок.       - И задницы Чимина, - недовольно добавил Юнги.       - И наших задниц, - многозначительно поднял палец Намджун, утягивая Гук-и за собой.       Хосок с Мином переглянулись и обнялись.       - Поздравляю, брат, - ласково улыбнулся Юнги, - омегу замуж отдаем. За достойного.       - И тебя, брат, - солнечно улыбнулся визирь. - Смекалистому и советовать в радость. А Тэхёна мы обучим.       - Мы за этого омегу в ответе, - кивнул Мин. - Перед небом, - пафосно добавил он.