Незлобин

      Движением тонкой кисти, выписывая аккуратным почерком, очередной термин заученный ночью до каждой цифры, Лягушова сидела за партой, второй рукой держась за лоб, хмурясь, когда ненужные мысли о случившемся у старого дома, мешали сосредоточиться на контрольной.              В кабинете стояла гробовая тишина, которую изредка прерывала лишь учительница математики, сидевшая за рабочим столом у окна, перелистывая страницы проверяемой тетради, иногда кидая взгляды на учеников, проверяя обстановку.              Запах дерева и макулатуры впился в ноздри, когда девочка раздраженно вдохнув полной грудью, с силой откинула ручку в сторону, притягивая к себе недоуменный взгляд соседа по парте, понимая, что вместо правильного ответа, покоящегося в головном мозге, она задумавшись, возвращаясь который раз за последний час в утреннею передрягу, действительно написала в графе "ответ - тебе хана".        -Извините - приподнимая руку, с какой то усталостью в голосе, тихо начала Рита, привлекая внимание Марии Геннадьевны, что расслышав голос с первого ряда, оторвала взгляд от тетради, вопросительно смотря на девочку через оправу толстых очков, -можно новый листок?        -А со старым что? -откладывая красную ручку в сторону, недовольно спросила женщина в возрасте, с короткой стрижкой на голове.        -Я ошиблась,-заметив еще более выраженное недовольство на лице педагога, она тут же добавила виноватое "нечаянно".        -Ну так зачеркни и напиши сверху,-смотря уже как на по-истине глупого человека, учительница математики вернулась к прежнему занятию, через пару секунд, не отрывая взгляда от тетради добавляя, - как первый раз на уроке.              Так хотелось закатить глаза, но под строгим взором светлых глаз, это было бы равну самоубийству.              Что-то не понравится, Мария Геннадьевна могла в легкую снизить оценку. Этим она в своём роде и прославилась в стенах школы, снижая оценки полученные за работу на уроке, за, как она выражалась "неподобающее поведение". А девочка так и чувствовала, что на пятерку точно можно не рассчитывать, не смотря на то, что она все знала.              Голова не варила от слова совсем.              А сегодняшнего скандала с отцом, при получении плохой оценки, она сто пудов не избежит.              Взяв ручку в левую руку, зеленоглазая, кинув быстрый взгляд на педагога, принялась быстрыми движениями кисти зачеркивать, нет, замазывать неправильный "ответ".       Нужно было видеть, лицо ее соседа Вани, когда тот, услышав стирающийся звук гелевой ручки об белый лист, краем глаза посмотрев что она делает и разглядев, вернулся к своему варианту, про себя отмечая, что рисование клякс на контрольной, не самая лучшая идея.              Ну вот, теперь неопрятно и грязно.              Темно синяя полоса в самой середине, сильно бросалась в глаза на фоне белого листа.              На выдохе закрывая глаза, представляя что будет, если завалит оценку за триместр, она максимально старалась сосредоточиться на математике. Через пару десятков секунд, замотивированная выгодном из дома Лягушова, приступила к изучению следущего уравнения, нервно постукивая подошвой лоферов об деревянный пол, покрытым явно не новым линолеумом.              Чья инициатива была ставить контрольную на первый урок?

***

      Трель звонка, оповещающий о конце урока, еще несколько секунд отдавалась звоном в ушах после его окончания.       Серьёзное, кинутое сразу после убытия шума, учительницей "так, сдаём! " заставило оторвать измученный долгой работой мозга взгляд, от незаконченной работы, переводя его на уже вставшую женщину. Смотря на образовавшуюся кучу-малу учеников у стола преподователя, краем уха слушая ее вечно недовольные возгласы, подумав пару секунд, девочка отложила ручку, зная характер педагога, и зная то, что дописать хотя бы один примерчик после окончания урока, она не даст из-за своих вредных принципов.              Отодвигая стул назад, вызывая противный скрежет по всему классу, металических ножек об линолеум, вставая из-за парты, Рита быстрым взглядом окидывая работу по пути к уже расходящейся толпе, резко остановилась, закатывая глаза, замечая пустующее место в графе " Фамилия, класс:"        -... не толкаемся... по одному... Петренко, второй вариант к окну!... Лягушова, тебе отдельное приглашение нужно..?-глаза Мари Геннадьевны, нашедшие девочку около своей парты, что-то писавшую, пронзили спину ученицы словно сотни иголок, а строгий тон, заставил выписывать фамилию быстрее, шевеля уже болевшей от большого количества письма, кистью.        -Я подписывала!-разворачиваясь, думая про себя, что лучше подписанная работа почерком врача, чем вовсе неизвестная, быстрым шагом направляясь между рядом парт и стены с вырезом под окна к преподователю, неся свой рабочий листик, держа его высоко, с таким лицом, будто она несла поистине ценную награду "Оскар".              Для нее эта контрольная далась тяжелее чем большинство остальных, и сейчас действительно считалась не важнее главной кинематографической премией за границей.              Столько сил стоило собраться с мыслями после случившегося.        -А тридцати пяти минут тебе не хватило?, -резко забирая протянутый лист, тут же бегло проводя глазами по ровным цифрам, осматривая его, учительница математики, буквально через секунд пять, за которые шатенка не успела даже дойти до парты, снова подала голос, с не меняющимся недовольством, к ней обращаясь, - Почему работа не выполнена полностью? Лягушова, ты чем думаешь? Итоговую оценку себе запороть хочешь?              Так и не дойдя до своей третьей парты, зеленоглазая останавливаясь у второй, спиной чувствуя, как в областе лопаток прожигают дыру, не боясь быть замеченной, закатила глаза к самому потолку, тихо вздыхая.              Она бы на нее посмотрела, как та бы вела урок, после похожего инцидента перед самым его началом.              Разве что, под дозой успокоительного.              То что она смогла ответить на десять заданий из двенадцати, уже считала хорошим результатом, для ее состояния и положения, ведь пол урока та пыталась просто собраться с мыслями, отбрасывая недавно случившуюся ситуацию на второй план.              Про то, что подросток в начале урока, минут семь пыталась успокоить дрожь в руках, из-за которой не выходилось писать, вообще молчит.              Решив попросту промолчать, считая заданный вопрос риторическим и зная характер педагога и не желая встревать в словесную перепалку, девочка все же подошла к своей парте, снимая с крючка школьную сумку, забирая с парты и закрывая открытый учебник, складывая тот в синий ранец, купленный отцом еще в начале пятого класса.        -Что молчишь то?-не унималась женщина, уже садясь за стол, все так же недовольно.        -Стыдно, Мария Геннадьевна, стыдно, -забирая сумку - портфель с парты, решив попросту играть по правилам, строя хорошую девочку, ведь спорить и что-то доказывать оправдываясь попросту безполезно. Только хуже сделает.        -Ааа- медленно кивая головой, смотря на движущуюся к выходу ученицу, во взгляде считалось даже ничем не прикрытое негодование. Вообще она смотрела на нее с таким видом, будто в ее сторону идет настоящая шаблынь* с района. Как будто она через силу, заставляет себя смотреть на школьницу.              Настолько она была недовольна, своей одной из, когда-то лучших учениц.        -Отцу своему говорить про стыд будешь, когда итоговые оценки выйдут.              Ведьма.              Карга старая.              Грымза поношенная.                                Куда ты блять лезешь?              Ведь именно обязательно нужно кинуть это в спину, когда шатенка уже почти вышла из класса, останавливаясь около зеленой доски, борясь с диким желанием, развернуться и окатить ту грязной водой, из ведра в углу кабинета у входа, в котором мыли тряпку для доски.              Обязательно нужно поднасрать под конец, надавливая на больную рану, показывая свое тухлое и обветшалое нутрище.              Сжимая левую ладонь в кулак, Рита медленно повернулась, сильно закусывая внутреннюю сторону щеки, на краю сознания умоляя себя оставить эту заветхую курагу одну со своими провокациями, громко хлопнув дверью класса.              Пизда тебе.              Обсуждение при ней, ее семейных проблем, и тем более пререканием этим... Да она впервые подралась в третьем классе за это с девочкой, что завела подобную тему, презрительно смотря на нее свысока.              Она до сих пор помнит, как смывала чужую кровь с детских костяшек.              Молись, сука.        -Здрасьте              Грубый и низкий голос сзади, подействовал на шедшую со спины преподователя Лягушову, словно окатив ледяной водой.              Она едва не вздрогнула от неожиданности, из-за внезапного, звучащий крайне равнодушно, голоса со спины, останавливаясь в шаге от стола преподователя. В двух от женщины.              Моргнув пару раз, возвращаясь в реальность, закрывая дверь за так же быстро ушедшим как и пришедшим гневом, девочка словно отошедшая от сна, с не понимаем в глазах, медленно отходила от все еще сидящую к ней спиной, как не в чем не бывала учительницы, что-то искавшую в шкафу тумбочки под рабочим столом.              Что за наваждение?              Внезапно стало абсолютно все равно на слова педагога. Резко, появились здравые мысли о скором начинании следующего урока, заменили те сумасшедшие, что были в сознании пару секунд назад.              В коридоре за закрытой дверью, снова был слышен смех и голоса детей, рязвившихся на перемене, заменяя то недавнее оглушение собственным биением сердца.        Да, Рита...пей психолептики для безопасности окружающих        -Стучаться не учили?-даже не оборачиваясь, спросила Мария Геннадьевна, не подозревавшая о своем сегодняшнем втором дне рождении.              Сзади послышались протяжные три стука об деревянную поверхность двери кабинета.              Лягушова резко развернулась в бок, к доске, хватая грязную от мела тряпку, делая вид, что она стирает надписи и цифры об оповещении страниц учебника, каждого варианта, когда услышала скрип разворачивающегося учительского стула.        -Похвально Лягушова, но это тебя не спасет... Батюшки... Какие люди..!              Пропустив колкость мимо ушей, шатенка повернула голову к двери, удивляясь, какому-то угрожающе-наигранному, резко изменившемуся тону педагога, мотнув длинной косой, ударяя ту об короткую юбку, которая при вставании на носочки чтоб достать тряпкой надписи, написанные в самом верху, задиралась по законам физики.              У входа, облокачиваясь плечом об дверной проем, сложив руки в карманы школьных, синих брюк, стоял как ни в чем не бывало, не явившейся на контрольную одноклассник, который буравил тело женщины крайне скучающим взглядом.              От такой наглости, девочка, повернувшись к доске, не смогла сдержать улыбки.              Туда ее, как говорится.        -Ты где был, Васильев?              Начало вполне дружелюбное, не считая что от громкости голоса учительницы, зеленоглазая вздрогнула, едва не уронив тряпку на пол.              Стекляная ваза, стоявшая в шкафу с учебниками, по-любому дала трещину.        -... или ты считаешь подобающим поведением человека, который носит пионерский галстук на шее...! являться в конец урока, это что ещё за выходки..? что за неуважение..? не хочешь учиться, переведись на семейное... сиди дома...! зачем ты ходишь в школу..? чтоб нервы учителям мотать?              Надо сваливать.              Ей даже стало стыдно перед Марией Геннадьевной, за то, что она год назад списала у соседа проверочную работу. Настолько женщина вопила на бедного подростка, что ей стало его по человечески жаль.              А то и ей достанется.              Ну он тоже молодец. Гений, чё сказать. Зачем пришел, если уже опоздал? Ладно к другому педагогу, они бы возможно разрешили если причина пропуска уважительная, написать после окончания уроков, но тут ты на что рассчитывал?              А альтернатива быть следующей, совсем не привлекала.              Лягушова неловко сжимала в руках тряпку, высоко подняв тонкие брови, широко открыв и так большие от природы глаза, смотря под, переминающиеся с одной на другую ногу, слыша не умолкаемую тираду женщины сзади на мягко говоря, повышенных тонах, боясь развернуться, напоминая о своем присутствии, очень желая слиться в единое с доской.        -... ты знаешь сколько жалоб от учителей на тебя..? ты о матери своей подумал..? только вчера в кабинета у директора была..!! рыдала, просила понять тебя, бестолочь такую...! дать шанс исправить оценки и прогулы...!              А вот тут уже стало очень неловко. Подслушивает получается.              Рита резко повернулась, когда в кабинете на мнгновенние стало тихо, протягивая руку вперед с вытянутым указательным пальцем и протяжным "аээ", как тут же, звонко ударив по лицу внутренней стороной ладони, закрыв лоб и глаза рукой, слыша все тот же, на секунду затихших голос, развернулась обратно к доске, боясь подышать в сторону этой очень тихой женщины.              В первый раз в таком состоянии видит заместителя завуча... он там не расплакался еще..?              Школьница переместила взгляд от пола, незаметно, все так же, опустив голову, на парня, что стоял в той же позе, на том же месте, даже не удосужившись вынуть руки из кармана, с таким видом, будто не про него идет речь вовсе.              На каких он успокоительных?              Ровесник стоял с таким невозмутимым лицом, что ей даже стало завидно, учитывая ее реакцию на происходящее. Хотя не о ней речь шла вовсе.              Она просто третий лишний. Не по своей воле причем.              Сминая уже мокрыми руками от поднявшихся нервов из-за, уже наверное минутного, нескончаемого ора, подол юбки, рассматривая побитые черты лица одноклассника, она резко отвернулась в сторону, когда тот, словно почувствовав на себе посторонний взгляд, лениво перевел на нее все те же, скучающие светлые глаза, совсем незаметно меняясь в лице, словно он только сейчас ее заметил, что-то вспоминая, но не показывая этого, прячась под маской безразличия.        -... какой пример ты подаёшь младшим классам..!        -Да я всё понимаю, Мари Геннадьевна- послышался низкий голос парня, перебивающий женский, едва школьница повернулась к доске обратно.              Рита умиротворенно прикрыла глаза, тихо выдыхая сквозь приоткрытые пухлые губы, когда сбоку заговорил одноклассник, сменяя такой громкий, строгий голос надоедливой учительницы, своим безмятежным.              Он вообще слышал что она говорила? Как можно стоять таким спокойным после того, как на тебя наорал совершенно чужой человек? Причем ор этот длился довольно долго!        -У меня просто мама заболела... пришлось младшую сестру в сад самому вести...              Лягушова медленно развернулась к классу лицом, решив что это ее последний шанс уйти живой из этого проклятого кабинета, негодующе поправляя съехавшую сумку на плече, левой стороной лица чувствуя взгляд, таких холодных как лед, глаз, что обжигали своей стужей, смотря на профиль ее лица так пристально.        -...я еще раз приношу извинения, что я своей контрольной, помешала твоим важным делам! -уже спокойнее, явно говоря в сарказм, женщина с сединой на коротких волосах вновь отвернулась от выхода, двигая стул к окну, как изначально сидела до прихода подростка.              Попровляя невидимый петух на затылке, Марго двинулась к выходу из класса, немного приподняв брови, делая максимально непринужденный вид.              Ничего не видела, ничего не слышала!              Надо во всем искать плюсы, как учила ее при жизни мать. По крайне мере, ссор с отцом, она теперь не так боится.        -Да нет, вы не мешали... задержись.              Девочка только подошла к просвету, к выходу из этого душного, насквозь пропитанного гневом этой... неуравновешенной женщины, кабинета, уже протягивая тонкую руку к ручке двери, краем уха слушая уже не такой скучающий тон прогульщика, как тот, резко обратился к ней, едва она поравнялась с ним.              Лягушова перевела на уже отвернувшегося от нее парня, недоумевающий взгляд изумрудных глаз, смотря на него из под густых ресниц, только сейчас замечая на его скуле богровое пятно.              Ого. Кто его так?              С ссадиной на носу и подбитой нижней губой, он ходит почти неделю, а гематома на пол щеки, поставленна совсем недавно.        -Я,-начала она, когда одноклассник уже двинулся к учительнице, собираясь продолжить свою прерванную им же речь, внезапно останавился, переводя на нее ледянные, такие казалось бы, безразличные ко всему на вид глаза, когда та, не выдержав напора сразу же отводя свои на третий ряд, на ходу придумывая ответ, неуверенно но быстро продолжила,- литература сейчас! Мне идти надо... стих повторять!              Шатенка, едва проговорив последнее слово, пулей выскочила из кабинета, не давая ровеснику даже в мыслях сформировать ответ и тем более время чтоб возразить.              Прости, но еще минута нахождения в этом кабинете, и она бы легкой походкой пошла после выхода оттуда, прямиком к психологу.              Коса ударилась об штукатурную стену коридора, когда Рита вылетая из класса, резко разворачиваясь, держась за ту же ручку но с другой стороны в одну секунду закрыла деревянную дверь.              Аккуратно облакачиваясь лбом на нее, школьница собираясь с силами идти на следующие уроки, резко нахмурилась, только сейчас замечая подозрительную гробовую тишину в помещении.              Поднося к лицу часы на левом запястье, подаренные мамой, она нахмурилась пуще прежнего, убирая руку обратно на ремень сумки у плеча, про себя отмечая, что до звонка еще четыре минуты.              Медленно отстраняясь от шершавой, деревянной поверхности , в таком же темпе поворачиваясь лицом к коридору, словно опасаясь догадок, она закусила до крови нижнюю губу, когда та развернулась и они подтвердились.              Десятки взглядов со всех сторон впились иглами под кожу.              Ребята, младше ее на пару классов, стоявшие держа в руках учебники и те что чуть постарше поодаль ... все стояли как на прицеле гранатомёта, вытянувшись по струнке, смотря на нее как на мемориал вышедший из музея живым.               Звукоизоляция в кабинете математики не очень.