princess.

      — Ю-Юнхо… прошу… — умоляет Минги. Он стонет и дышит низко, хватаясь длинными пальцами за крепкие плечи Юнхо.       — Что такое, принцесса? Чего ты хочешь? — Чон на зло не входит пальцами в младшего, только обводит колечко мышц круговыми движениями, ехидно улыбаясь.       Сон впервые умоляет. Ему до этого гордость бы не позволила настолько низко опуститься, но сейчас, находясь под Юнхо, ему только и хочется – умолять, скулить и просить.       — Войди в меня своими пальцами… пожалуйста, — если бы он не был таким возбужденным, разгоряченным и нуждающимся, он бы в жизни не произнёс подобного. На первом слове бы упал на пол от смущения.       — Как пожелает моя принцесса, — Чон медленно, не спеша, вводит один палец. Аккуратно, а Минги только затаил дыхание, привыкая к маленькому дискомфорту.       Когда длинный палец оказался в Ги по самую костяшку, он тихо заскулил и немного сильнее сжал плече старшего. Юнхо делал всё, чтобы его принцессе стало побыстрее хорошо. Он целовал его, много и везде, слегка гладил его грудь, из-за чего тот трепетал, шептал нежности на ухо.       У Минги заканчивается трезвый разум тогда, когда он чувствует как два пальца уже полностью оказываются в нем. Его подбрасывает на месте, когда старший начинает двигать ними в ужасно медленном темпе.       — Юю, мне так чертовски хорошо… — Ги будет потом ужасно стыдно за эти слова, но сейчас он не думает. Он теряется, не знает за что схватиться, когда Юнхо в очередной раз толкается, попадая точно по простате. По комнате доносится низкий стон, а Сона будто током прошибает.       — Да-да! Пожалуйста, Юнхо, сделай так ещё раз, молю! — жалобно скулит младший будто в бреду.       И Юнхо, улыбаясь победно, повторяет свои движения пальцами уже увереннее.       — О мой бог, да… ещё!       У Чона уже всё плывет перед глазами, от образа, который сейчас перед ним – растрепанный Минги, который еле дышит, весь в поту и собственных слезах, сам уже насаживается на его пальцы, прогибается в спине, стонет имя его – всё как во сне.       — Моя принцесса такая чувствительная. Такая превосходная, прекрасная, — Юнхо обцеловывает каждую костяшку его хрупкой ручки, как настоящий принц принцессе. Пальцами второй руки он двигает ещё быстрее, попадая по простате каждый раз, на что Сон уже позорно плачет от того, насколько ему хорошо сейчас.       — Сможешь кончить только от моих пальцев, принцесса? М? — Ги активно кивает головой, чувствуя приближение своего оргазма. — Не понимаю тебя, используй слова, — Ну издевается! Минги в таком состоянии, а этот…       — Да, да! Прошу, заставь меня кончить только от одних твоих пальцев, — Юнхо ускоряется настолько, насколько ему это возможно. Добавляет ещё третий палец, и Сон сходит с ума. Слишком уж он чувствительная принцесса.       — Я-я близок, Юю! — выкрикивает младший перед тем как кончить. Он готов поклясться, что видел звезды перед глазами в этот момент. Он изливается Чону на живот, пачкая ещё и себя. Черт.       Он распахивает глаза, когда чувствует, что пальцы Юнхо всё ещё внутри. И они всё ещё двигаются. Минги начинает буквально рыдать от сверхстимуляции, хватаясь пальцами за одеяло до посинения костяшек.       — Юнхо, это слишком… Остановись, пожалуйста, — но тот не слышит. Продолжает двигаться, и уверен, что Минги потом будет долго ворчать на него из-за этого, но ради такого можно немного и потерпеть.       Вскоре старший все таки заканчивает свою пытку и выходит из Ги. Тот учащено дышит, стараясь прийти в себя и наладить собственные мысли.       — Тебе было хорошо, принцесса?       Сон краснеет от прозвища (ему слишком стыдно, когда такие вещи произносились вне постели), но все таки отвечает: — Лучше всех, поверь.