The Privileges of Touch

      — Ах… Хён, пожалуйста… Ёсан ухмыльнулся и вильнул бёдрами, прижимая подушечки пальцев к груди Чонхо.       — М? Пожалуйста что? Давай же, медвежонок. Веди себя хорошо с хёном и используй правильные слова. Чонхо ахнул и зашипел под ним, едва заметный красный румянец окрасил яблочки его щёк. Он отчаянно пытался дотянуться до Ёсана, но лишь туже натягивал верёвки на своих запястьях.       — Блять, я хочу прикоснуться к тебе! Пожалуйста, хён, позволь мне прикоснуться к тебе! Садистский восторг расплылся внутри Ёсана при выкриках Чонхо, и он бесстыдно сжался вокруг младшего, заставляя его глубже погрузиться в свой тугой жар. Ему почти никогда не удавалось увидеть эту сторону их макнэ, такого милого, нуждающегося и чертовски послушного. Что-то зловещее распустилось внутри Ёсана, омыв его чистой жадностью.       — Ой, мой бедный малыш так растерян. Ты же уже трогаешь меня, детка. Видишь? — Ёсан приподнялся на коленях, соскальзывая с чужого члена, пока внутри него не осталась только лишь головка. Затем он снова опустился вниз, на этот раз медленнее. — Ммм… Вот так. Хорошо и приятно, как тебе и нравится. — Он посмотрел на Чонхо и сладко улыбнулся, его клычки сверкнули, словно две блестящие жемчужины. — Тебе же это нравится, правда, Чон-и? Красивые карие глаза Чонхо наполнились слезами, и он тихо всхлипнул, прежде чем издать стон. Грудь дрожала под ладонями Ёсана.       — Да, хён, — прошептал он, и в его мягком сломанном голосе не было ничего, кроме честности. — Я обожаю это, обожаю тебя. Ты всегда заставляешь меня чувствовать себя так хорошо… Ёсан приободрился от похвалы и опустил голову, осыпая поцелуями шею Чонхо.       — Конечно, я заставляю тебя чувствовать себя хорошо, дорогой. Твоё тело создано для того, чтобы я доставлял тебе удовольствие. — Он провёл пальцами по груди Чонхо, неторопливо оглаживая очертания его пресса, и плавно начал двигаться, разнося по спальне звук шлепков кожи кожу. — Посмотри на себя. Такой сильный, такой красивый. Мой идеальный принц… Что-то похожее на скулёж сорвалось с губ Чонхо, и он упёрся ступнями в матрас, вскидывая бёдра вверх, чтобы соответствовать толчкам Ёсана.       — Хён… Ты не можешь говорить такое! Я уже… Слишком близко! Слова заставили Ёсана содрогнуться от удовольствия, из его члена проступили капли предэякулята.       — Правда? — он похлопал ресницами, словно маленькая самодовольная кокетка, и ещё крепче сжал в себе Чонхо, наслаждаясь тем, как дрожит всё тело под ним. — Тогда скажи мне… Как ты хочешь кончить, медвежонок? Хочешь кончить в меня? Множество эмоций промелькнуло на лице Чонхо, каждая из них была сильнее предыдущей. Его голодный, отчаянный стон выдал его истинные чувства, вот почему Ёсан не был удивлен, когда почувствовал, как волна влажного жара внезапно обволокла его изнутри, полностью заполняя. Однако, что действительно удивило его, так это громкий треск, раздавшийся в воздухе, и грубое рычание Чонхо, когда он наконец освободился от верёвок, которые ранее сковывали его уже влажные от пота руки.       — Что? Чонхо-я! — Ёсан уставился на своего возлюбленного ошеломлённым взглядом, возбуждение растекалось по его венам. — Ты… Но как? Чонхо зарычал и схватил старшего за талию, впиваясь короткими ногтями в чужую кожу.       — Ты недооцениваешь эффект, который производишь на меня, хён. — Его улыбка исказилась во что-то более дикое, и он схватил Ёсана за крашеные пряди, потянув его вниз, пока их губы грубо не соприкоснулись. — Теперь твоя очередь быть моим хорошим маленьким мальчиком. Как думаешь, ты справишься с этим, или нам следует пропустить прелюдии и приступить к твоему наказанию? Жар в животе быстро разгорелся, и Ёсан одобрительно выдохнул прямо в губы Чонхо, облизывая и посасывая истерзанную поцелуем плоть.       — Пожалуйста… О, пожалуйста… Он почувствовал, как Чонхо улыбнулся, переворачивая их обоих, а затем, как зубы впились ему в горло, заглушая смех, от которого у Ёсана сильнее забился пульс.       — Прибереги свои мольбы, милый. Они тебе понадобятся.