Первый. Последний. Единственный.

Эй, ты в порядке? На завтраке слухи дошли, что вчера на защите пострадала новенькая.

Я цела, всё нормально. Ударилась головой, но хуже соображать не стала.

Кто это сделал?

Монтегю.

Надеюсь, он получит по заслугам. Мерзкий и непредсказуемый тип.

Не знаю. Снейп вызвал его сегодня вечером, вроде бы

Держи меня в курсе. И будь осторожна. Я захлопываю дневник и со вздохом прячу его в сумку. Я могу быть предельно осторожна, но, кажется, происшествия находят меня сами. Вчера я вернулась в свою комнату, поставила запирающие на дверь и упала на кровать, пролежав там, не двигаясь, до самого возвращения Дафны. Дафна вернулась почти сразу после защиты и, кажется, искренне волновалась о моём состоянии, сообщив, что наорала на Монтегю в гостиной. Мне было всё равно. Голова уже не болела, нос не кровил, и злость на всех и вся испарилась довольно быстро. Всё же, я очень отходчивый человек. Единственное, что меня беспокоило – Забини. Я ловила себя на том, что мне комфортно и спокойно в его присутствии, и я понимала, что не могу себе позволить зависнуть на нём, а тем более – позволить ему зависнуть на мне и испортить ему жизнь. Я приняла единственно верное решение – держаться от него подальше. Именно поэтому я не пошла на завтрак. Именно поэтому я предусмотрительно села за одну парту с Дафной на чарах, а вместо обеда и библиотеки делала домашнее задание, закрывшись в комнате. Я избегала его и прекрасно отдавала себе в этом отчёт, но я не видела других вариантов. - Выглядишь не очень, - бросила мне Гермиона вечером, когда мы встретились на нашем месте. - Спасибо за честность. - Ты точно в порядке? Ты была в лазарете? В её голосе такое искреннее беспокойство, что мои внутренние стены начинают подрагивать. - Точно. Нет, не была. - Как это получилось? - Снейп решил, что я должна продемонстрировать классу невербальную магию. Монтегю вызвался в напарники, ну и… не стеснялся в методах. Гермиона хмурится. - Но даже не это самое стрёмное. Я бы справилась с ним, но я отвлеклась. - На что? Набираю полную грудь воздуха, как перед прыжком. - На кого. Гермиона хмурится ещё сильнее. - Забини. - Он хотел вмешаться? Тебе сказали хватит, Грэхэм! - Нет. Всё ещё хуже. Я отвлеклась просто на его голос. Гермиона молчит, и я почти слышу, как крутятся шестерёнки в её голове. - Он тебе нравится? – наконец, спрашивает она. Я вздыхаю. - Не знаю. - Ты поэтому не была сегодня в большом зале? Прячешься? Я фыркаю. - Так заметно? - Ну… теперь да. Фыркаю ещё раз. Гермиона трёт виски. - Ты же понимаешь, что любые отношения сделают только хуже? Конечно, я понимаю. Я исчезну из этого мира, как только выполню то, зачем пришла, и мне очень не хочется, чтобы здесь я успела кому-то навредить. - Понимаю. Но я всего лишь человек. - Но я тоже не всесильна. Гермиона понимающе молчит. - Просто старайся… держать дистанцию. Я киваю и думаю, что единственное, что я сегодня делала – держала дистанцию. - А что насчёт тебя? - Что насчёт меня? Она либо правда не понимает, либо стесняется. - Сегодня вроде была первая тренировка гриффиндорской команды. Как прошло? Гермиона вздыхает. - Нормально. - Я слышала, у вас новый вратарь. Она отводит взгляд, и я замечаю, как она краснеет. - Да, Рон обогнал Кормака по очкам. Я улыбаюсь во весь рот. Уж я-то знаю, как всё было на самом деле. - Ой, да ладно тебе, - ехидничаю я, смущая её ещё больше, - ну, расскажи же! Обещаю, я могила, никому ни слова. Что за заклинание это было? Гермиона краснеет окончательно, и, надо признать, в своём смущении она просто очаровательна. Пару секунд она мнётся, но всё же сдаётся. - Конфундус. Я смеюсь. - И они ещё будут говорить, что женщины – слабый пол, - потешаюсь я, пока Гермиона закатывает глаза и хихикает, - Мерлин, Рональду следует соображать побыстрее, он же пропадёт без тебя! - Ну, хватит! – восклицает Гермиона и спрыгивает с подоконника, - ничего никто не пропадёт, а будешь смеяться, я покажу тебе, что ещё могу сделать с вредными однокурсниками. - Прости! – бросаю я ей в спину, но она подхватывает сумку и вылетает из класса, а продолжаю посмеиваться всю дорогу до подземелий. В гостиной меня встречает гомон нескольких голосов, самый громкий из которых – Дафны – отчитывает кого-то на всю гостиную. - Ну же, давай, расскажи всему курсу, что ты сделал, Грэхэм, чтобы добиться этого?! Нам всем очень интересно, может, каждый из нас так сможет? Ловлю в толпе блондинистую макушку. Студенты окружили их, с любопытством наблюдая, чем закончится потасовка. Монтегю стоит прямо перед ней, скрестив руки на груди, и сверлит её хмурым взглядом. Подхожу ближе. - О, Фейн! – восклицает кто-то из толпы, и всё внимание тут же переключается на меня. - Хорошо, что ты пришла, Лив, - едко цедит Дафна мне, но продолжает смотреть на Грэхэма, - наш общий однокурсник вернулся с беседы со Снейпом, и знаешь, какое наказание он понесёт за то, что ранил тебя? Она бросает на меня возмущённый взгляд, и меня сковывает догадкой. - Никакое! Постарайтесь не ранить друг друга. У меня ощущение, что меня окатили ледяной водой. Прекрасно. Этот недоумок ранил студента на занятии, и не будет отвечать за это совершенно никак. Я оглядываю присутствующих, но, кажется, довольных этим решением, кроме самого Монтегю, нет. Даже мерзопакостные слизеринцы понимают, насколько это чудовищная несправедливость. Дафна пышет недовольством и раздражением, а бросив косой взгляд на Забини, я вижу, как он сверлит Монтегю ненавидящим взглядом. Я разворачиваюсь настолько резко, что слышу, как хрустят позвонки. - С дороги, - бросаю я какому-то второкурснику, возникшему у меня на пути к выходу. Кажется, я долетаю до кабинета защиты за считанные секунды, но, скорее всего, это игра воображения – настолько моя голова переполнена гневом. Я открываю дверь со всего размаху – и без стука. Снейп стоит у окна с раскрытой книгой в руках и явно ошеломлён моей наглостью – хоть и выдаёт его только слегка приподнятая бровь. - Мисс Фейн… - Могу ли я узнать, профессор, - с ходу начинаю я, не дав ему сказать ни слова, - как может один студент ранить другого и при этом остаться безнаказанным? Это один из ваших принципов воспитания или вы конкретно ко мне относитесь предвзято? Снейп закрывает книгу с оглушительным хлопком и подходит почти вплотную ко мне, и я чувствую, как он пытается продавить меня своей суровостью, но я настолько зла, что его напора даже почти не замечаю. - Не много ли вы на себя берёте, мисс Фейн? - Кажется, это именно вы взяли на себя слишком много, раз оставили без внимания столь вопиющий случай. - Мисс Фейн, я посчитал это разумным, - Снейп бросается в меня ледяными словами, но его глаза начинают метать молнии, - напоминаю вам, что вы даже не посчитали нужным посетить больничное крыло. Вы не пострадали настолько сильно, чтобы ваш обидчик заслужил наказание, и сейчас я убеждаюсь в этом окончательно, раз у вас достаточно сил для того, чтобы приходить сюда вечером и дерзить преподавателю. Я вдруг понимаю, что ничего не добьюсь – разговор со Снейпом, как стрельба холостыми по бронежилету. - Я запомнила это, профессор Снейп, - бросаю ему сквозь зубы. - Вам было бы неплохо запомнить также и правила поведения, мисс Фейн. Минус двадцать очков Слизерину за вашу вопиющую наглость. Впредь прошу вас быть осторожнее в выражениях. - Это вам следует быть осторожнее, профессор, - бросаю ему в лицо уже перед тем, как развернуться и уйти, - к моему великому сожалению, мне известно о вас слишком много. Вылетаю из кабинета и хлопаю дверью. Мой гнев поутих, но не ушёл окончательно. Как бы то ни было, я не жалею, что высказалась Снейпу – давно пора было это сделать. Мне было плевать на последствия – исключить меня за это не могут, а отнимать баллы и назначать отработки могут сколько угодно. Единственное – наверное, всё-таки не стоило говорить ему о том, что мне известно. Но сделанного не вернёшь, да и не скажу, что я жалею об этом. За очередным поворотом выдыхаю, устало опускаюсь на ступеньку, роняю голову на руки и усмехаюсь сама себе. Я только что испортила отношения с самым паршивым преподавателем Хогвартса. Год перестаёт быть скучным.