Первый. Последний. Единственный.

К моему удивлению, жизнь течёт своим чередом. Я ожидала скандалов, наказаний и придирок со стороны Снейпа, но ничего такого не последовало. Я ожидала очередных разборок с Монтегю – но не последовало и их. Я просто учусь, делаю домашние задания, общаюсь с Гермионой и постепенно обживаюсь в подземельях. Я по-прежнему избегаю Блейза, но, кажется, он смирился. Только иногда на занятиях или в Большом зале я ловлю на себе его внимательный, слегка задумчивый взгляд. Но не более. Он не садится ко мне на занятиях и не пытается со мной заговорить. Я убеждаю себя, что так будет лучше и мне, и ему. Я должна держаться особняком – я напоминаю себе об этом каждый день. С Гермионой мы чаще общаемся через дневник – это оказалось очень удобно. Слава Мерлину, я могу следить за развитием событий. Я знаю про клуб Слизнорта – я тоже приглашена вступить в него, про занятия Гарри Поттера с Дамблдором и походы в Хогсмид. Знаю, что Дамблдор рассказал Поттеру про крестражи, и про увечье на его руке. Знаю про убийство Каркарова и похищение Оливандера. Гермиона спрашивает у меня, буду или я ходить в Хогсмид, но я отнекиваюсь. Не хочу. Ходить мне туда особо не с кем, а шарахаться по деревне в одиночку такое себе удовольствие. Также от Гермионы я узнаю, что Гарри Поттер подозревает Драко Малфоя в тёмных делишках. Я молчу изо всех сил и стискиваю зубы, чтобы не проболтаться про Исчезательный шкаф – шанс спасти директора слишком соблазнителен, но я вовремя вспоминаю, что не могу вмешиваться. Скрепя сердце я молчу и получаю совет держаться от блондина подальше. В общем-то, именно это я и делаю – Малфой мне неинтересен, и всё, что я делаю, это временами наблюдаю за ним, чтобы просто следить за развитием событий, но он – хвала Мерлину, Моргане и пресвятым небесам – пока не отсвечивает. В общем-то, жизнь постепенно укладывалась в нужную мне колею, и это без преувеличений стало огромным облегчением. Я прекрасно понимаю, что опережаю своих сокурсников по уровню подготовки, поэтому даже над домашними заданиями стараюсь вполруки. Я стараюсь не отсвечивать лишний раз на занятиях или в Большом зале, вернувшись к своему изначальному плану привлекать как можно меньше внимания. Я уже начинаю постепенно надеяться, что смогу продержаться в таком режиме как можно дольше. - Сегодня команда по квиддичу начинает тренировки, - заговорщицки бубнит мне Дафна за завтраком, - не хочешь пойти посмотреть? Я не знаю, что отвечать. Мой дядя в школьные годы был отличным игроком, но сама я так и не смогла пропитаться любовью к этому спорту, хоть и держалась на метле довольно уверенно. Пару минут я разрываюсь между любопытством и желанием лишний раз не привлекать внимание, и в итоге выбираю второе и отвечаю Дафне отказом. Лучше я встречусь с Гермионой или просто почитаю что-то в свободное время, раз уж комната будет полностью в моем распоряжении. В целом, на полу в гостиной, поближе к камину, в компании Истории Хогвартса – в который уже раз – вечер проходит тихо и комфортно, пока не открывается вход и не вваливается в гостиную добрая половина факультета, решившая-таки понаблюдать за первой в этом году тренировкой. - Уф, - выдыхает Дафна, падая в кресло рядом со мной, - ну и холод же там. - Как прошло? Дафна злорадно хихикает, чем заставляет меня поднять на неё глаза. - Малфой как всегда хорош, Крэбб и Гойл как мешки с картошкой, Ургхарт орал как резаный, - отчитывается она, - Забини теперь новый загонщик, - Дафна переходит на шёпот и хитро улыбается, - но тебе наверняка будет интереснее послушать, как Монтегю полетел с метлы. - Чего? Я отвлекаюсь от книги и смотрю на её довольную физиономию. - Чего слышала, - повторяет Дафна, - Монтегю приходил пробоваться в охотники, но в середине тренировки полетел с метлы. Мадам Трюк успела, конечно, наложить амортизирующие чары, но всё равно у него сломана нога и два ребра. Я ошалело молчу, пытаясь переварить новость. Как может полететь с метлы почти член команды? Монтегю ещё получит за это. - Зло не остаётся безнаказанным, детка, - продолжает Дафна, - я абсолютно уверена, что это сама магия решила наказать этого мудилу, а иначе как объяснить это падение? Он так-то на метле держится лучше, чем Ургхарт. Хорошо, Забини оказался рядом и отлевитировал его в лазарет. В моей голове щёлкает, и уже через секунду я подрываюсь с пола и мчу в спальни. Ну, конечно. Затишье перед бурей. Разве можно было ожидать другого? Дверь в комнату Блейза я открываю почти с ноги, вламываясь в их с Ноттом спальню, как в свою. Моим глазам предстаёт потрясающее зрелище: Нотт, ковыряющийся в своём чемодане, и полуголый Блейз – явно собирающийся в душ. Секунду на меня смотрят четыре ошалевших от такого развития событий глаза. Я зависаю всего на секунду, собираюсь с мыслями и машу головой Теодору на выход. Оставь нас, пожалуйста. Пару секунд Тео наблюдает, как Забини сверлит меня глазами, после чего понимающе хмыкает и уходит. Блейз по-прежнему стоит посреди комнаты с рубашкой в руке и смотрит на меня – как будто знает, зачем я пришла. - Твоих рук дело? Я даже не хочу вдаваться в подробности – я знаю, что он прекрасно понимает, о чём я. - Что именно? Поганец. - Монтегю. Блейз отмирает и бросает рубашку на кровать. - Ты о том, что мне пришлось левитировать это туловище в лазарет? Тогда, полагаю, да, ответ положительный. - Блейз. Забини резко вдыхает и смотрит на меня. - Это ты сбросил его с метлы? Секунду он молчит, раздумывая, а потом чёрные глаза искрятся злорадной усмешкой. - Старый добрый Конфундус работает безотказно. Твою ж дракклову мать. Что ты натворил, Забини… - Зачем? - Он не подходит для квиддича. Надеюсь, теперь Ургхарт это понял. - Блейз. - Так будет с каждым, кто будет тебя обижать, Лив, - резко бросает он и отворачивается к шкафу, - даже если ты и дальше будешь продолжать бегать от меня. Я молчу, сражённая неожиданным признанием. - Я думал, Снейп накажет его, - продолжал Забини с заметным напряжением – и вижу, как играют его желваки от злости, - но, раз декан посчитал иначе, пришлось всё делать самому. Пресвятые годриковы подштанники. Я выдыхаю и опускаюсь на кровать, уныло повесив голову. Забини горбится и опирается руками о шкаф, словно обессилев за секунду. - Не спрашивай меня, Фейн, - глухо говорит он, - я не смогу объяснить тебе, что это, я сам не знаю. Зато, кажется, я знаю. Чёрт бы тебя побрал, Блейз… - Может, ты знаешь? Всевеликий Мерлин, что мне ему сказать? Сказать ему правду – значит, втянуть его в авантюру, которую он точно не заслужил. Сказать неправду – наступить себе на горло. - Не заставляй меня врать тебе, Блейз, - жалобно тяну я, не поднимая головы. Секунда – и он стоит на коленях передо мной. - Лив, посмотри на меня. Моё имя бьёт мне по ушам, но я послушно поднимаю голову. Забини встречает меня взглядом, полным вопросов, неуверенности, непонимания и даже – неожиданно – мольбы. - Мы уже месяц ходим вокруг да около, - мягко говорит он, - ты думаешь, я не вижу, как ты прячешься от меня, а я даю по шее твоему обидчику. Как это называется? - Слабоумие? Блейз тихонько хихикает, а я наблюдаю, как собираются морщинки в уголках его угольных глаз от смеха. - Твоё чувство юмора мне тоже нравится, хоть я и не скажу, что сейчас оно своевременно. Я вроде как пытаюсь говорить о серьёзных вещах. Я понимаю, что бессильна – я не могу устоять перед ним. Блейз смотрит на меня так, словно я лучшее, что случалось в его жизни, и этот взгляд слишком тёплый, чтобы отказаться от соблазна погреться. - Прости. - Тем не менее, - вздыхает Блейз, - если я делаю что-то лишнее или тебе это не нравится, просто скажи. Меньше всего я хочу тебя расстраивать. Я набираю воздуха, чтобы снова попытаться отчитать его за то, что случилось на поле, но он перебивает меня. - Но происшествие с Монтегю не обсуждается. Он заслужил. Я сдавленно хихикаю. Такое ощущение, что этот проходимец читает мои мысли. - А если серьёзно, - кажется, он набрался смелости, раз позволил себе опереться на кровать с двух сторон от меня, отрезав мне пути к отступлению, - скажи мне, если ты правда хочешь, чтобы я держался от тебя подальше. Головой я понимаю, что именно сейчас нужно сказать ему именно это, и задушить то, что между нами происходит, в самом начале, но слова застревают комом у меня в горле, и Блейз моё затравленное молчание воспринимает как согласие. Он снова тянется ко мне, и я чувствую тепло его тела и его дыхание на своей коже. Я с ужасом понимаю, что вся моя ледяная выдержка летит к дракклам. Я хочу его. Хочу до ломоты в костях. Я почти чувствую его губы на своих и понимаю, что завязла. Я не смогу сопротивляться. Блейз, кажется, тоже. Мысленно я уже приготовилась к капитуляции, когда дверь с грохотом открылась, заставив меня испуганно отскочить от него и явив нам вернувшегося Теодора. - Нотт, - цедит Забини сквозь зубы, бессильно опустив голову. Но руки не убирает. - Простите, голубки, - ехидно воркует Тео на пути к шкафу, - дядюшке Тео пора в душ и баиньки. - Я пойду, - выдавливаю я, сбрасываю руку Блейза со своего пути и выскальзываю из комнаты. - Ты не мог погулять где-нибудь? – вдогонку мне несётся недовольный бас Забини под аккомпанемент насмешливого хохота Теодора, и я не сдерживаю улыбку. В спальне темно и тихо, и только маленький огонёк под пологом даёт понять, что Дафна здесь. Я с размаху падаю на кровать, заставляя её тягуче скрипнуть, растягиваюсь звездой во всю длину и судорожно выдыхаю. Я едва не поцеловалась с Блейзом. И поцеловалась бы, не вмешайся Нотт так вовремя. По сути, мне не за что на него сердиться – он предотвратил, возможно, нешуточные проблемы для меня и для Забини. Но драккл меня раздери, если я не была согласна на любые проблемы. Каждый божий раз, видя Блейза, я понимаю, что едва держусь на краю пропасти, куда готова прыгнуть по собственной воле в любой момент – стоит только раз неосторожно оступиться. Внизу в пропасти меня ждёт Блейз – он поймает, я отчего-то совершенно в этом уверена. Вот только после этого мы полетим ещё ниже, в самую преисподнюю – уже вдвоём. И если себя мне было ни капли не жаль, то портить жизнь ему – последнее, чего мне бы хотелось. Мне нужно было заканчивать это, и как можно быстрее. Слева зашуршала ткань. - Эй, ты чего? – долетел до меня свистящий шёпот Дафны. Чёрт. - Ничего. Всё нормально. Снова шелестит ткань, потом я слышу тихие шаги, и, наконец, чувствую, как меня пихают в бок, заставляя подвинуться. Секунда – и Дафна падает рядом со мной на кровать, растянувшись во весь рост и уставившись в потолок. - Ну, рассказывай, - всё так же шёпотом требует она, - Забини признался-таки тебе? - В чём? Рядом шуршит – Дафна поворачивает голову ко мне. - Как в чём? В том, что он на тебя запал. - Не говори ерунды, Даф. - Ты, может, и умная, но явно слепая, - констатирует Дафна, - и даже не смей со мной спорить, уж я-то знаю Забини не первый год. Ты нравишься ему, Лив. Меня сжимает. - Так что повторю вопрос ещё раз. Он тебе признался? Я обречённо вздыхаю. - Почти. - А ты? А что я? Я не могу. - Не знаю. Есть много вещей, которые меня останавливают. Я не знаю, почему лежу вот так и откровенничаю с ней. Намного логичнее было бы поговорить с Гермионой – ей я уж точно могу доверять. Но сейчас, в темноте и тишине комнаты, под защитой полога моей кровати, я чувствую, что Дафна намного ближе ко мне. - Он тебе нравится? Я прикрываю веки. - Боюсь, что да. Дафна снова смотрит на меня сквозь темноту. - Ой, да брось, Лив, не выпендривайся. Ты нравишься ему, он нравится тебе, что плохого? Он может пожалеть об этом уже очень скоро. - Единственное, чего тебе стоит опасаться – проклятий и громовещателей, - продолжала свои внушения Дафна, - половина студенток школы будут готовы вцепиться тебе в глотку. Я усмехаюсь. - Забини пользуется таким успехом? - Как будто ты не знаешь, - хмыкает Дафна. Но я, и правда, не знаю. Мне было это неинтересно. - Король факультета, конечно, Малфой. Но и за Блейзом толпа бегает. Ну а что? Он красив, умён, богат и перспективен. Ничего удивительного. Красив, умён, богат и перспективен. Да уж, мне действительно достался лакомый кусок пирога. - А что насчёт тебя? Мне кажется, что на сегодня с меня хватит откровений, и я решаю, что лучшая защита – нападение. - Что насчёт меня? - Как у тебя обстоят дела с личной жизнью? Дафна мнётся. Я вижу, как ей хочется поделиться чем-то, но она не решается. - Не парься. Я могила. Надеюсь, это её хоть немного успокоит. - Меня пригласил на свидание Нотт. - Тео? Вот так новость. - Мгм. На выходных мы идём в Хогсмид. Я одобрительно хмыкаю. Теодор, конечно, последний обломщик и довольно беспардонный тип, но подлости я от него не ощущала. - Он тебе нравится? - Мгм. - Благословляю тогда, - хихикаю я, - будьте счастливы, дети мои. Счастливее, чем мы с Блейзом. - Ой, заткнись, - Дафна бьёт меня подушкой, - это всего лишь свидание. Может, это временно. - Не загадывай, - продолжаю веселиться, - мало ли как жизнь повернётся. Сейчас тебе смешно, а лет через десять – хоп – и у вас уже поместье в стиле авангард и двое очаровательных мини-Ноттов. - Придурошная, Мерлин, - бормочет Дафна, но по голосу я слышу, что она смеётся, - через десять лет я припомню тебе эти слова. Дафна вздыхает и прижимает к себе подушку, а я продолжаю снова смотреть в потолок, размышляя о том, где я буду через десять лет. Вполне вероятно, что нигде.