"Книга - лучший подарок!"

      Стоя за углом коридора, Деку пытался угомонить свое ускорившееся сердце и закрыл рот руками. В нем смешались странные чувства, страх и смех. Он пытался не заржать и в то же время изливался холодным потом от напряжения. Если Бакуго заметит его присутствие, то убьет на месте. От него останется лишь черное пятно на полу.       Хлопок двери и размеренный тихий стук пяток по дереву. Блондин сонно побрел к двери.       Мочевой пузырь Деку уже сдавал позиции и ему приходилось чуть-ли не держать руками промежность, лишь бы не расплескать жидкость, так давившую на низ живот. Однако ситуация ухудшал подступающий истерический смех.       Когда Бакуго приблизился к комнате, его шаги замедлились, он застыл на пару секунд, что для зеленоволосого показалось вечностью. Он старательно пытался не представлять друга детства в слезах от мыльной оперы, но как только его мозг пытался отгонять эти мысли, ему становилось лишь хуже. Каччан в розовеньком платьице. Каччан платочком утирает слезу. Каччан, со всей его яростью рвет книгу, когда видит что два персонажа снова не вместе. Каччан краснеет когда персонажи целуются. Каччан запускает руку под одежду, читая постельную сцену. Каччан голый.» Удивленный вздох. Шаги прекратились. Сердце Мидории упало в пятки, и он уже начал проклинать все, на чем свет стоит, за то, что попал в эту ситуацию. За стеной начали раздаваться странные звуки, будто кто-то набирал побольше воздуха в легкие, чтобы выдать такой поток матов и проклятий, что даже сатана снимет шляпу и покорно склонит голову. Два вздоха спустя, Деку уже распрощался с жизнью, но раздался громкий чих, хлопок двери и щелчок замка. Все прекратилось.       Мидория со всех ног помчал к уборной, моля всех богов о том, чтобы туалет оказался пустым.

***

      Защелкнув замок, Бакуго плюхнулся на кровать, зевнул и взял книгу в руки.       — Еще одну главу и точно спать.       «Слезы струились по её щекам, руки дрожали от холода а сердце наращивало свой темп, стараясь подняться до двухсот ударов в минуту. Инока не выдерживала происходящего, её «идеальная» жизнь рушилась на глазах, она больше не понимала кто она. И все из-за чего? Из-за глупого парня с прекрасными глазами. Его поступки всегда казались ей неправильными, его слова всегда были точны, и сейчас били по самому больному, прямо в точку. Она потерялась в своих мыслях и действиях и просто надеялась чтобы все быстрее закончилось, проклиная тот день, когда этот человек решил заговорить с ней и испортить все. Раньше её жизнь казалась простой, простая цель, простые мотивы — закончить школу, поступить в университет и до конца жизни торчать на скучной работе, доживая день за днем в надежде на то, что все наладится. Оставаться обычной жалкой букашкой, которую так яро травил Хинука.       Сейчас, услышав от него заветнейшие слова — я люблю тебя, она испытывала не радость, что её приняли, что её уважали, что её хотели. Она чувствовала несправедливость. Все не так, как должно было быть. Она не может пересилить ненависть к этому человеку, даже после того, что между ними произошло. Это признание лишь больше заставило её сомневаться в себе. Противоречивые чувства подпитывали друг-друга выражаясь в истерике.       Она не могла так больше. Любить и ненавидеть.»

***

      Утро выдалось сумбурным. Будильник, необычно раздражающим звуком, сопровождал громкий стук в дверь и слова «Бро, ты там не сдох?», что заставили Бакуго проснуться. Что-то рявкнув в ответ, Каччан открыл глаза. Голос ретировался, но будильник продолжал назойливо напоминать о себе. И через несколько секунд замешательства Бакуго смог отпустить свои колени и растянуться на полу.       Подушка лежала под кроватью, одеяло было странно скомкано на ковре а простынь полусвешивалась с матраса. Непонимающим взглядом Бакуго оглянул этот хаос, прохрустел затекшую спину и повернулся к зеркалу.       Выглядел он ужасно, это же подсказывало его внутреннее состояние. Голова кружилась, волосы взъерошены, на лице остался отпечаток пола, руки ныли а спина просила о помощи. Но самым странным ему показались его глаза — они были опухшие и красные, будто он не спал пол ночи, плача о потере состояния, потраченного на тонну выкуренной травки.       Тяжело вздохнув, Бакуго кое-как подобрал одеяло и все нужное на кровать, с мыслью что разберется с этим позже, из скомканного белья выпала небольшая книга. Он даже не помнил на чем остановился, просто отрубился во время чтения.       Сделав минимальную разминку, чтобы хоть как-то почувствовать себя живым — его тело гармоничного прохрустело — Бакуго бегом направился в душ, заметив что на сборы ему осталось менее десяти минут.       Его спешку заметили остальные жители общежития, провоего удивленными взглядами.       — Ты это видел? Че эт с ним? — Каминари повернулся к Киришиме. Красный парень лишь удивленно пожал плечами, как бы говоря «самому бы знать»       — Да отшили его, вот и рыдал всю ночь, как девчонка — издалось откуда-то снизу.       На провокацию Минеты никто не отреагировал. Да и кто поверил бы, что Бакуго мог кого-то любить кроме себя? Бред сумасшедшего.

***

      — Не доброго утра вам, Класс. Сегодня помимо обычных занятий, по указу директора мы проведем дополнительный урок по работе в команде. — Как обычно угрюмо произнес учитель Айзава перед началом урока, и повернулся к доске, написав на ней одно слово       «Teambilding».       По классу прошлась волна шепота, серо пытался по буквам произнести написанное на доске слово, Бакуго злобно фыркнул, Урарака ушла в свои мысли, а Токоями объяснял значение слова Коджи.       — На самом занятии вы узнаете все, что нужно. — прервал шум говорящий желтый кокон. — А сейчас начинаем урок. Открывайте страницу двести пятнадцать и делайте все задания подряд — Айзава застегнул свой мешок полностью и вернулся к тому, чем был занят до начала занятий. Сну.       Школьное время прошло без изысков. Разве что класс был значительно более бесячим, чем обычно. К Бакуго сегодня было неожиданно много вопросов из разряда «Ты в порядке?» «Ты не заболел?» «Как себя чувствуешь, Каччан?». Бесит. Бакуго лишь злобно фыркал и язвил на каждый вопрос, и вскоре они прекратились. Ребята были действительно обеспокоены, ведь обычно Бакуго, несмотря на его внешную неряшливость, выглядел как здоровый бык — «вот бычара», вечно раздавалось в обсуждении Каччана, вне его присутствия, конечно же. Они еще хотели жить, — сегодня же его внешний вид оставлял желать лучшего, синяки под глазами, совершенно дикий взгляд, излишне смятая одежда. Но самое главное, он не смог ответить на простейший вопрос Айзавы, что даже у него вызвало толику удивления. Действительно, выглядел он неважно.       Однако пик его необычного состояния пришелся на дополнительном занятии.       Уставший, но все еще задорный класс ввалился в просторную аудиторию для тренировок. Их попросили переодеться в костюмы, и сейчас пестрая масса заинтересованно обсуждала то, чем они сегодня будут заниматься.       — Я читала об этом на одном сайте, скорее всего нас заставят делать падение на доверие, или что-то подобное — тараторила Урарака, завидев Деку рядом.       — А мне казалось мы будем что-то строить… — задумчиво произнес Каминари       — Как ты себе это представляешь?       — Возразил Серо — Нам дадут кирпичи и цемент и мы будем восстанавливать все поврежденные здания?       — Эй, это не честно! У меня вообще не разрушительная причуда! Я не хочу разгребать последствия других! Бакуго вон любитель все крушить! — неоднозначно высказался Минета       — Ээй, ты че, совсем оборзел болван? Разрушительным меня клеймишь? Может тебе лицо разрушить, а? — Раздалось откуда-то сзади. Катсуки направлялся напрямик к источнику низких придирок, расталкивая всех на своем пути, пока ему не перекрыл дорогу Иида.       — Остановись Бакуго. Не следует бить своих одноклассников, особенно когда они правы. Ты действительно довольно разрушителен, и если нам нужно будет восстанавливать здания, для тебя это будет отличным уроком, что следует использовать свою причуду аккуратнее и…       Бакуго даже не пытался его слушать. Ярость уже и так затмила его рассудок, и, понурив голову, он создал несколько значительных взрывов, что подняли его в воздух. Класс отшатнулся, а Иида лишь удивленно поднял голову и увидел, что в его лицо с невообразимой скоростью летит кулак. Но страшнее этого были глаза Бакуго. Они всегда были удивительного красного оттенка, но сейчас в них чувствовалась угроза. Они горели неудержимым гневом. Но самым страшным в них было желание убивать. Оно чувстовалось в воздухе. Как только расстояние между его кулаком и лицом застывшего Ииды сократилось до минимума, в взрывоубийцу с силой влетел Мидория, почувствовавший опасность. Он использовал двадцать процентов покрытия и с небывалой силой и скоростью откинул Бакуго от одноклассника.       Два тела влетели в стену, оставив глубокий след они скатились на пол, бакуго отхаркнул кровь и вытер подбородок ладонью, оставляя красный след. Все еще искрившийся Мидория крепко держал его за плечи и озадаченно, почти со злостью спросил       — Че с тобой блядь происходит?       — Не выспался. — Грубо выплюнул слова Бакуго, убирая руки Деку от себя.       Класс затих в оцепенении, никто не решался двинуться.       — Я это заделывать не буду! — Неожиданно раздалось откуда-то снизу.