Couples Counseling (Консультирование Пар)

      — Напомни мне еще раз, что мы здесь делаем? — Дин полусидит в своем кресле, выглядя так, словно его отделяет один неверный ответ от побега.       — Успокойся, — отвечает Сэм тихим и ровным голосом, — Три человека, все из одного маленького городка, убили своих супруг, а затем покончили жизнь самоубийством, и все это в течение недели. Единственное, что у них общего - этот терапевт.       Дин наклоняется вперед и кладет локти на колени.       — Да, ну, тогда мы это расследуем. Я до сих пор не понимаю, почему мы притворяемся, что мы проходим терапию. Парную терапию. Серьезно, Сэм?       Сэм по-прежнему не двигается, просто говорит тем же спокойным голосом.       — Мы проходим терапию, потому что на данный момент нам больше ничего не сделать. Мы не хотим ее отпугивать, если она замешана, поэтому допрос отпадает. И это парная терапия, потому что она консультант по вопросам брака.       Дин громко вздыхает.       — Это нелепо, — ворчит он.       Сэм ничего не говорит, просто пытается скрыть улыбку, глядя на нервы Дина при мысли о том, что ему придется сидеть на консультации.       — Доктор Содхи готова принять вас, — говорит администратор. Она смотрит на Дина, когда он встает, и Сэм наблюдает за неизбежной легкой улыбкой на ее губах и подмигиванием Дина в ответ. Когда Сэм откашливается, Дин, кажется, вспоминает, что ему не следует флиртовать с секретаршей, особенно с секретаршей-женщиной, если они хотят, чтобы это сработало. Он засовывает руки в карманы и следует за Сэмом через белую дверь на другой стороне зала ожидания.       — Добрый день, — говорит доктор Содхи. Она встает из-за стола и подходит, чтобы пожать им руки. Сэм на первый взгляд не видит ничего необычного, обменивается взглядами с Дином, который только пожимает плечами, как будто не думал, что они все равно здесь что-то найдут. Доктор высокая и худая, у нее темная кожа, гармонирующая с ее темными волосами и глазами. Она очень красивая, но в ее движениях есть скованность, профессионализм, граничащий с холодностью. — Присаживайтесь, — говорит она после того, как они представились. Она указывает на комнату в целом, затем садится в удобное кресло, оставляя Сэма и Дина выбирать между диваном и двумя другими стульями.       Сэм садится на диван, потому что он ближе всего, затем закатывает глаза, когда Дин переводит взгляд между диваном и креслом, несомненно, пытаясь решить, что подумает доктор о любом его выборе. Сэм протягивает руку и тянет Дина за рукав куртки, пока тот не плюхается на диван, где быстро отодвигается как можно дальше от Сэма.       Доктор Содхи просто молча наблюдает, поправляя очки, прежде чем положить блокнот на маленький столик между ними.       — Почему бы нам не начать с того, что вы расскажете мне, почему вы здесь?       Дин фыркает, и Сэм играет на этом.       — Мы здесь, потому что в последнее время у нас возникли некоторые проблемы. Много ссоримся.       Дин пристально смотрит на него, а Сэм поднимает брови и пожимает плечами. Чего Дин ожидал от него? Они должны сыграть свою роль.       — Ссоры связаны с чем-то конкретным? — она спрашивает.       — Не совсем. — Сэм смотрит в пол и шаркает взад-вперед одним из своих ботинок, разыгрывая его. — Сейчас мы просто смотрим на многие вещи по-другому.       — Как долго вы вместе?       Сэм выбирает правду.       — Практически всю нашу жизнь. Но все стало серьезно, когда мне было двадцать два. Тогда мы начали работать вместе, и все…       Она кивает, давая ему понять, что понимает.              — Дин? Вам есть что добавить? — Она переводит взгляд на Дина, который смотрит на свои руки.       Он нервно смотрит на нее.       — Мне? Нет, я думаю, Сэмми уже все сказал. — Он ухмыляется, и Сэм знает, что привык к тому, что это обаяние действует практически на всех. Почему-то Сэм не думает, что с доктором Содхи это получится.       — Тогда сейчас самое время обсудить правила терапии, — решительно говорит она.       Сэм прячет ухмылку и внимательно наблюдает за ней, пока она берет блокнот и начинает что-то записывать. Он не уверен, что с ней такое, но что-то кажется не так. Возможно, это его собственные нервы из-за ситуации, но она не кажется… достаточно милой. Вежливой - конечно. Но разве терапевты и консультанты не должны были источать сострадание? Разве они не должны были заставить вас чувствовать себя легко и комфортно?       — У терапии есть правила? — Дин фыркает, и Сэм внутренне съеживается от его скептического тона.       — Конечно, — отвечает доктор Содхи с гладкой и привычной улыбкой на лице. — Важно, чтобы мы все были на одной волне. Во-первых, это безопасное место. Вы вольны говорить все, что хотите, чувствовать, что хотите, и выражать себя так, как хотите, за исключением физического насилия. Во-вторых, больший прогресс будет достигнут, если обе стороны будут активными участниками. — И снова Сэм старается не улыбаться, прищуривая глаза на Дина с этим заявлением. — И, наконец, я даю домашнее задание. Я надеюсь, что вы оба готовы работать над любыми вопросами, существующими между вами за пределами этого офиса, а также во время наших сессий.       — Мы оба готовы, — кивает Сэм.       — Тогда скажите мне. Что вы считаете самым большим препятствием в ваших отношениях? Почему вы на самом деле здесь?       Сэм на мгновение задумывается, ломает голову над чем-то, что звучит правдоподобно и довольно расплывчато.       — Э-э, ну…       — Могу я сказать вам, что я думаю? — спрашивает она, снимая очки и кладя их на блокнот, снова отложенный на стол.       Сэм кивает, а Дин смотрит на фотографии на стене.       — Я думаю, что у вас двоих есть серьезные проблемы с доверием. Вы близки друг другу. Возможно, на грани созависимости. По тому, как вы продолжаете смотреть друг на друга, я могу сказать, что вам не обязательно говорить, чтобы общаться, что вы настолько привыкли быть рядом друг с другом, что язык вашего тела стал просто еще одним способом, которым вы двое ведете полноценный разговор. Дин, вы не хотите здесь находиться. Возможно, это потому, что вы боитесь слишком много говорить об этих вещах? Вы боитесь затронуть старые раны или, может быть, последствия их лечения. — Дин неловко ерзает, но доктор Содхи продолжает идти. — Я заметила, что вы не носите обручальное кольцо и не имеете никаких внешних признаков того, что вы замужем. Как я уже сказала, я считаю, что у вас серьезные проблемы с доверием. Для вас двоих было бы невозможно быть так близко так долго, не сломав доверие где-нибудь по пути. И это хорошее начало.       Сэм смотрит на нее, немного ошеломленный тем, насколько она точна. Конечно, она ошибается насчет характера их отношений, но остальное…       Сэму приходится напомнить себе, что он здесь для того, чтобы прочитать о ней, а не наоборот.       — Итак... как нам измениться? — спрашивает он, готовый подыграть ради этого дела.       — Ну, я бы хотела чтобы вы начинали с сосредоточения внимания на позитиве. Помимо того факта, что вам удалось сохранить эти отношения так долго, тот факт, что вы активно пытаетесь над ними работать, просто чудесен.       И снова Сэм задается вопросом, что именно… кажется неправильным. Она говорит все правильные вещи, и все ее манеры — правильный тон, спокойный и умиротворяющий, но она все еще кажется роботом.       Слишком идеально.       — Итак, то, что я хочу, чтобы мы сделали сегодня, очень просто, — продолжает она. — В духе движения вперед и решения проблем я бы хотела, чтобы вы двое нашли минутку и рассказали друг другу, что вам нравится друг в друге.       — Что вы хотите, чтобы мы сделали? — Дин усмехается.       — Это хорошее напоминание о том, почему вы вместе, — призывает она, — и что вы пытаетесь спасти.       Дин поворачивается к Сэму с умоляющим взглядом.       — Слушай, это не…       — Мы можем это сделать, — перебивает Сэм. — Эм-м-м. Наверное. Хм, Дин забавный. И он хорошо готовит, когда хочет.       Дин вмешивается, энергично кивая, как будто Сэм дал ему отпор, как будто он хочет, чтобы доктор знал, что он хороший маленький пациент.       — Сэм действительно умный. Страшно умный. И он следит за тем, чтобы я время от времени получал немного овощей.       Доктор Содхи кивает, делает заметку и снимает очки.       — Давайте попробуем еще раз, — предлагает она. — И на этот раз я бы хотела, чтобы вы копнули немного глубже. Скажите мне что-нибудь конкретное и настоящее.       — Могу я сначала спросить вас кое о чем? — спрашивает Сэм.       Она складывает руки на коленях.       — Конечно.       — Насколько успешна терапия? Большинство пар, которые приходят, видят, как вы все решаете?       Дин слегка сдвигается, достаточно маленькое движение, и Сэм знает, что он единственный, кто это заметил. Это их шанс узнать о докторе Содхи, и они оба это знают.       — Это не имеет значения, — улыбается она, и Сэму это выражение все еще кажется фальшивым. Дин снова передвигается, и Сэм знает, что он чувствует ту же самую атмосферу. — Мы здесь не для того, чтобы сравнивать ваши отношения с другими, и если я дам вам статистику, вы воспользуетесь ею, чтобы решить, стоит ли этот опыт того, вместо того, чтобы сосредоточиться на своих собственных потребностях.       Она не ошибается, думает Сэм. И это был идеальный ответ.       — Давай попробуем еще раз, — настаивает она. — Сэм. Расскажите мне, что вам нравится в Дине. Почему вы так долго оставались с ним?       Сэм вздыхает, зная, что на этот раз ему не удастся выбраться из этой ситуации.       — Я остался с ним, — начинает он, очень осторожно оглядывая Дина, не глядя прямо на него, — потому что он всегда рядом со мной.       — Можете ли вы уточнить?       — Он… он ставит на первое место то, что мне нужно. Хочет быть уверенным, что я всегда в безопасности и счастлив. Всегда так было. — Сэм не может смотреть на Дина, не может смириться с тем, насколько унизительно это будет, когда они останутся одни.       — Хорошо. А Дин? — Доктор Содхи отводит свои темные глаза от Сэма, и он глубоко и с облегчением вздыхает, когда Дин оказывается под прицелом. — Вы?       — Я, э-э.       Доктор только смотрит на него, а он продолжает бессвязно говорить, пытаясь найти ответ, зная, что она не отпустит его, пока он этого не сделает.       — Хм, я думаю, Сэм чинит меня обратно всякий раз, когда я выхожу из строя.       — И что именно это означает? — Доктор Содхи ободряюще кивает, делая записи.       — Я просто. Эм-м-м. Он хорошо меня успокаивает, когда мне это нужно, — признает Дин, затем потирает затылок и поджимает губы, давая всем понять, что он закончил говорить.       — Так. Легко, правда? — Доктор снисходительно им улыбается, как будто они заслужили золотую звездочку.       Сэм и Дин молча кивают.       — Думаю, это хорошее начало на сегодня. Я вижу, что у вас запланировано три встречи на этой неделе? Так что увидимся в среду. В следующий раз я бы хотела, чтобы вы оба индивидуально подумали об одной конкретной проблеме, которую вы хотели бы решить. Есть ли какое-то событие, которое вызывает проблемы, или одно постоянное разочарование, которое вы хотели бы исправить, и тому подобное.       Сэм стоит и улыбается.       — Спасибо, доктор Содхи.       Дин ничего не говорит, просто кивает и направляется к двери так быстро, как только может.

********

      — Что думаешь? — спрашивает Сэм, садясь на пассажирское сиденье уже заведенной Импалы.       — Я думаю, все это вызвало у меня мурашки по коже.       — Дин…       Дин вздыхает.       — Я думаю, что есть что-то странное. Она такая…       — Слишком идеальная?       — Ага. Жесткая. В ней есть что-то жуткое. — Дин выезжает со стоянки и направляет машину в сторону их мотеля.       — Согласен. Итак, мы вернемся в среду. А пока я собираюсь посмотреть, смогу ли я взломать ее файлы, получить список пациентов и начать их проверять.       — И я собираюсь поужинать после того, как подвезу тебя. Бургеры, ладно? Или тебе нужно, чтобы я принес тебе немного полезного дерьма?       — Это не «полезное дерьмо», Дин. На самом деле большая часть из этого вкусная. Просто потому, что ты решил довести себя до сердечного приступа до того, как тебе исполнится сорок…       — Я просто знаю, что бекон очень вкусный, Сэмми. Это научный факт.       Сэм закатывает глаза, затем усмехается.       — Может быть, пойти на терапию — не такая уж и плохая идея. Мы много спорим.       Дин фыркает от смеха.       — Нет, именно так мы говорим, что любим друг друга, — поддразнивает он.       Сэм смотрит на брата, лицо которого сияет в лучах вечернего солнечного света, струящихся через лобовое стекло, и усмехается.       — Думаю, да, — говорит он тихо.       Когда Дин снова заговаривает, Сэм сначала не уверен, что слышит его правильно.       — Ты имел в виду то, что сказал там?       Сэму требуется минута, чтобы решить, серьезно ли Дин говорит или просто ждет еще одного повода, чтобы посмеяться и подразнить. На лице Дина нет веселья, он внимательно смотрит на дорогу, руки стратегически расположены на руле, поэтому Сэм решает ответить.       — Конечно, Дин. Ты всегда заботился обо мне. Ты знаешь это.       Дин ничего не говорит.       — А ты имел в виду то, что сказал там? — спрашивает Сэм, когда он больше не может терпеть молчание.       — Да, Сэмми, — кивает Дин.       Сэм не знает, что с этим делать, поэтому просто поворачивает голову к окну.