Couples Counseling (Консультирование Пар)

      — У меня ничего нет. — Сэм бормочет что-то себе под нос, уставившись на измеритель ЭМП, абсолютно ничего не делая в своей руке. Он поднимает глаза и качает головой на Дина, который в данный момент флиртует с Лией в дверях кабинета доктора Содхи. Он был там с тех пор, как убедил ее впустить их в офис пораньше, исходя из того, что Сэм потерял перчатку, и они подумали, что она может быть там.       Лия была слишком услужлива, мгновенно впустив их, при этом хлопая ресницами, глядя на Дина. Сэм снова чувствует ревность внутри, еще более сильную теперь, когда он знает, каково это — чувствовать язык Дина. Он знает, что это глупо, но прямо сейчас он перестал пытаться что-либо осмыслить.       — Здравствуйте. — Спокойный голос доктора Содхи внезапно наполняет комнату, заставляя всех повернуть головы туда, где она появилась в дверном проеме. — Ваша встреча назначена только через десять минут, — напоминает она им.       Лия замолкает.       — Это моя вина. Дин спросил, могут ли они прийти поискать потерянную перчатку Сэма, и я просто не смогла ему отказать. — Она улыбается Дину, вся в меду и сиропе, и Сэму приходится бороться с нескрываемым отвращением.       — Да, хорошо. Лия, нужно оформить еще немного документов, — говорит доктор Содхи, стараясь, чтобы ее голос звучал приятно, но в то же время давая всем понять, что это неприемлемо. Лия спешит к выходу, в то время как Сэм и Дин неловко переминаются с ноги на ногу, задаваясь вопросом, следует ли им подождать или уйти.       — Вы могли бы также присесть. — Она кивает на диван, затем садится в кресло напротив.       — Извините, — бормочет Дин.       Когда они садятся, Сэм пристально смотрит на нее. Он не совсем уверен, что ищет, какой-то внешний признак одержимости призраком, как он предполагает, но он не уверен точно, что бы это могло быть. Ничто в ней не кажется даже отдаленно ненормальным, вот почему она кажется ему такой чертовски странной. Он разочарованно вздыхает, убирая волосы с лица, в то время как Дин ерзает рядом с ним.       — Вы двое сегодня выглядите хорошо, — комментирует она.       — Хм? — Спрашивает Дин, озвучивая то, о чем думает Сэм.       — Ну, посмотрите на себя. Вы прижимаетесь друг к другу. На прошлой неделе вы цеплялись за противоположные концы этого дивана.       Сэм опускает взгляд, видит, что его нога почти прижата к ноге Дина, замечает, что они наклонены друг к другу.       Хм.              — Да, — говорит он. — Я, э-э. Думаю, у нас все хорошо.       — Почему так? Что-то случилось на выходных?       — Я все хотел спросить, доктор Содхи, — перебивает Дин, — насчет той рамки на стене. Это ваш диплом колледжа?       Она бросает взгляд на него.       — Да, это так, — улыбается она, невозмутимая сменой темы.       — Сам я никогда не получал ученой степени, — говорит Дин, придавая очарование теплоте своего голоса. — Всегда думал, что мог бы вернуться. Вы всегда хотели быть консультантом?       Это незаметно. Сэм сохраняет невозмутимое выражение лица, но ему хочется улыбнуться Дину, тому, как легко у него это получается. Сэм может лгать, может манипулировать, когда ему нужно, но все это отрепетировано, все просчитано. Дин может разговаривать с людьми с естественной непринужденностью, которой у Сэма никогда не будет.       — Нет, — говорит доктор Содхи, и впервые Сэм замечает передышку, видит вспышку чего-то холодного в ее глазах. Горе? Гнев? — Вообще-то я планировала получить степень инженера.       — Что заставило вас передумать? — Дин говорит легким, любопытным тоном.       — Всякое случается, — она пожимает плечами, резким голосом сообщая им, что тема закрыта. Так же быстро, как изменилось ее настроение, оно меняется снова, и она улыбается им. — Я так рада, что вы двое, кажется, стали более открыты друг другу. Я бы хотела попробовать сегодня что-нибудь более глубокое, если вы не возражаете.       — Глубокое? — Скептически спрашивает Сэм.       — Просто немного интенсивнее. Но я действительно думаю, что вы готовы.       — Хорошо. Удивите нас, — улыбается Дин с фальшивой веселостью в голосе.       — Физическое общение так же важно, как и вербальное.       Сэм чувствует, как Дин напрягается рядом с ним, мышцы становятся твердыми и напряженными.       — И после измены, — продолжает доктор Содхи, — бывает трудно вернуть физическую близость. Это другой вид доверия, который необходимо восстановить вместе с вашей эмоциональной связью.       — Хорошо, — медленно произносит Сэм, повышая голос в конце, чтобы показать, что он задает вопрос.       — Повернитесь друг к другу и возьмитесь за руки.       Дин фыркает.       — Что? Нет.       — Дин, — предупреждает она.       Сэм не уверен, что это хорошая идея, но он также не хочет делать ничего, что могло бы все испортить, особенно пока у них все еще нет всей необходимой информации. Поэтому он поворачивается и протягивает одну руку, свирепо глядя на Дина, пока Дин не закатывает глаза и не хватает ее, автоматически переплетая свои пальцы с пальцами Сэма.       — Теперь я хочу, чтобы вы поддерживали этот контакт на протяжении всего нашего сеанса. Просто будьте физически связаны друг с другом во время разговора. Хорошо?       Она задает им ряд обыденных вопросов, на которые Сэм отвечает, в то время как Дин молча надувает губы. Она расспрашивает об их ролях в отношениях, расспрашивает о различных чертах характера, чтобы затем обсудить совместимость и как работать в команде, чтобы использовать сильные стороны каждого из них для борьбы со слабостями. Сэм на самом деле немного удивлен тем, как легко быть честным, насколько все это применимо к их реальным отношениям, а не только к фальшивым, которые они создали для доктора Содхи.       И Сэм определенно удивлен теплом ладони Дина в своей. Поначалу прикосновение ничего не значит. Просто немного неловко держать Дина за руку, когда он говорит. Но потом это перестает казаться чем-то, что его заставили делать, и начинает казаться просто… ну, хорошим. Кожа Дина грубая, мозолистая и теплая, скользящая по коже Сэма, когда он начинает рассеянно поглаживать большой палец Сэма своим. В конце концов, он время от времени сжимает руку Сэма, говоря Сэму следить за тем, что он говорит, или давая Сэму понять, что он понял только что сделанную Сэмом ссылку.       К концу часа они цепляются за пальцы друг друга, потирая и скользя ими друг о друга там, где они покоятся на бедре Сэма. Контакт такой незначительный, но он пронизывает Сэма насквозь, заставляя его дрожать от жара и быть на взводе, заставляя его отчаиваться и нуждаться в большем, так что все его слова звучат немного с придыханием.       Дин молчит, но последние тридцать минут он не сводит глаз с их сцепленных рук, так что Сэм почти уверен, что он тоже это чувствует.       Сэм напоминает себе сосредоточиться, как можно чаще упоминать об измене, чтобы попытаться вызвать у доктора хоть какую-то реакцию, попытаться получить хоть какой-то ключ к пониманию того, что происходит. Но ничего не происходит.       — Что ж, на сегодня у нас больше нет времени. Увидимся в среду?       Сэм встает в унисон с Дином, их руки опускаются между ними, ни один из них не отпускает их. Доктор Содхи улыбается и протягивает руку, чтобы коснуться руки Сэма.       — У нас отличный прогресс.       Ее голос прерывается пронзительным писком измерителя ЭМП в кармане куртки Сэма.       Доктор Содхи корчит гримасу, когда Дин и Сэм отрываются друг от друга, Сэм засовывает руку в карман, чтобы как можно быстрее выключить эту чертову штуку. Он отшучивается, изображая смущение.       — Извините, я забыл выключить свой мобильный телефон. Мой звонок немного… э-э-э…       Дин без промедления вступает в разговор, наклоняясь, чтобы снова схватить Сэма за руку.       — Я все время говорю ему, как это раздражает, но он думает, что это забавно.       Доктор Содхи улыбается и кивает, профессиональная маска все еще на месте.       — Тогда в среду, — говорит она, выпроваживая их.       Дин не отпускает руку Сэма, пока они выходят из здания. Лия пристально смотрит на них, ее улыбка лишь слегка увядает, когда Дин полностью игнорирует ее. Сэм притворяется, что не рад этому.       На улице Сэм держит руку Дина, пока говорит.       — Ладно, кто, черт возьми, этот призрак, вселившийся в нее?       — Не имеет значения, — говорит Дин.       — Конечно, имеет. Если мы это узнаем, мы сможем найти, с чем это связано, и избавиться от этого, не причинив вреда доктору Содхи.       Рука Сэма взмахивает в ответ на жест Дина, пальцы все еще переплетены.       — Мы не можем просто рисковать тем, что этот призрак убьет кого-то еще, пока мы ждем, когда он скажет нам, кто это и как его убить. Нам нужно взять кое-какие вещи из машины и вернуться туда прямо сейчас. Прекратить это навсегда.       — Еще один день, Дин, — умоляет Сэм. — Я смогу с этим разобраться.       — Если ты не сможешь, тогда мы возьмем немного соли и железа и позаботимся об этом, даже если это означает, что мы не сможем спасти доктора Содхи.       Сэм кивает в знак согласия. Он открывает рот, чтобы сказать спасибо, затем передумывает и вместо этого просто сжимает руку Дина.       Дин ухмыляется.       — Ты такой болван, — поддразнивает он, — хочешь взять меня за руку.       Сэм закатывает глаза, садясь на пассажирское сиденье, и снова хватает Дина за руку, когда тот садится за руль.       — Ну и что, если я это сделаю? — Его сердце бьется в груди, подпрыгивая от восторга, от этой новой территории, на которой он потерялся.       Дин пожимает плечами.       — Я мог бы придумать занятия получше, чем держаться за руки.       Ухмылка на губах Дина греховная, полная грязных обещаний, и Сэм не может устоять перед ней. Он наклоняется, прижимается вплотную к нему, чтобы коснуться губами уха Дина, пока говорит.       — Что ты тогда хочешь со мной сделать?

********

      Дверь мотеля со щелчком закрывается, когда Дин толкает ее ногой, и они уже друг на друге, руки повсюду, хватаются и трутся, рты прильнули друг к другу, когда они сосут и кусают. Напряжение, о существовании которого Сэм и не подозревал, выплескивается наружу, находя разрядку в том, как Сэм стаскивает с Дина рубашку, и в том, как Дин дергает Сэма за волосы, пока его голова не запрокидывается и Дин не может вцепиться ему в горло, как ему хочется. Кожа Дина теплая под руками Сэма, твердые мускулы перекатываются под ней, когда он двигается, подталкивая Сэма к кровати.       — Скажи мне, — бормочет Сэм в плечо Дина, покусывая его ключицу, прежде чем снова потянуться ко рту Дина, чтобы поговорить с этими губами, скользкими от слюны. — Что ты хочешь со мной сделать?       Дину требуется мгновение, чтобы понять, что Сэм продолжает разговор из машины, тот, которого у них на самом деле никогда не было, но Сэм слышит, как он втягивает воздух, когда до него доходит.       — Или, — Сэм продолжает, продолжает настаивать, чтобы посмотреть, что ему сойдет с рук. — Что ты хочешь, чтобы я с тобой сделал?       — Боже, Сэмми, — стонет Дин, подаваясь бедрами вперед. Сэм чувствует, какой он твердый. Это заставляет его собственный член дернуться в ответ. Это все, что он собирается сказать, и Сэм это знает. Это уже слишком.       Но Сэм с этим не соглашается. Он кусает губы Дина, посасывает его язык.       — Это? — Он хватает Дина за талию, пальцы впиваются в обнаженную кожу достаточно сильно, чтобы оставить следы, когда он прижимает их бедра друг к другу. — Или это?       Глаза Дина плотно закрываются, губы приоткрываются, когда он стонет и наклоняется к нему, так же сильно вжимаясь в него в ответ.       — А как насчет этого?       Сэм делает глубокий вдох и опускается на колени. Трясущимися пальцами он расстегивает джинсы Дина, проводит руками по плоскому животу Дина, затем вниз, все ниже и ниже, пока не стягивает с Дина штаны.       Дыхание Сэма становится быстрым, нервным. Он облизывает линию волос под пупком Дина, растягивая этот момент, чтобы немного успокоиться. Он хочет этого. Он действительно хочет. Так сильно, что его член угрожает прорваться сквозь джинсы.       Но это Дин, и это все равно немного странно и немного пугающе, и Сэм чертовски нервничает.       Он не осознает, что дрожит, пока Дин не протягивает руку вниз, чтобы погладить его по лицу, приподнять подбородок так, чтобы Сэму пришлось заглянуть в эти зеленые глаза.       — Все в порядке, Сэмми, — шепчет Дин, его собственное лицо раскраснелось от нервного возбуждения.       Это все, в чем нуждается Сэм. Нервничать не из-за чего. Здесь только он и Дин, как было всегда, и Сэму это нужно.       Более твердой хваткой он стягивает боксеры Дина вниз, уставившись в землю, в то время как Дин неуклюже снимает ботинки, чтобы полностью сбросить брюки и нижнее белье. И затем, так медленно, Сэм позволяет своему взгляду скользнуть вверх по ногам Дина, по разведенным коленям и крепким бедрам, в которые Сэму хочется впиться зубами. Его взгляд поднимается вплоть до…       О, боже.       У Дина твердый, раскрасневшийся и толстый, и у Сэма слюнки текут при виде влаги на кончике.       Сэм хочет действовать медленно. Он хочет не торопиться, быть нежным, наслаждаться этим, убедиться, что Дину это нравится.       Но в ту секунду, когда его язык касается этой горячей кожи, он чувствует, как кровь пульсирует в эрекции Дина, он ничего не может сделать, кроме как прижаться к Дину всем ртом, постанывая под тяжестью члена Дина, как будто это лучшее, что он когда-либо пробовал во рту.       И, честно говоря, так оно и есть.       Ему требуется минута, чтобы найти хороший ритм, взять в рот столько члена Дина, сколько он сможет осилить, но Дин, похоже, не возражает. Он просто хватает Сэма за волосы и держит, издавая прерывистые тихие звуки сквозь стиснутые зубы всякий раз, когда Сэм задевает чувствительное место. Сэм берет инициативу Дина на себя, остается в этих местах, работая языком и надавливая, пока Дин мягко не тянет, перемещая его куда-нибудь в другое место.       Ноги Дина слегка вздрагивают, когда Сэм отстраняется и сосет только головку, прикрывая рукой все остальное и поглаживая сильно и быстро.       — Черт, Сэмми, ты заставишь меня кончить, — выдавливает Дин, прикусывая нижнюю губу так сильно, что Сэм думает, что она, наверное, кровоточит. Это предупреждение, выход, на случай, если Сэм захочет отстраниться.       Он не хочет.       Сэм снова стонет, говоря Дину, что хочет этого. Дин кивает, затем откидывает голову назад, а Сэм продолжает двигаться, продолжает прижимать его ближе. Сэм убирает руки достаточно далеко, чтобы расстегнуть молнию на собственных джинсах, засунуть одну в боксеры и погладить себя, зная, что взорвется, если этого не сделает.       Свободная рука возвращается к Дину, и, черт возьми, это слишком идеально. То, как аккуратно Дин продолжает двигать бедрами, как будто он хочет двигаться, но не уверен, что Сэму это понравится, то, как он ощущает скольжение между губами Сэма, то, как у Сэма начинает болеть челюсть.       Теперь все происходит быстро, мышцы напрягаются и сжимаются, а затем Дин кончает, горячий и горький на языке Сэма. Сэм держится, вытягивает из Дина все до капли, проглатывает, не думая о вкусе, потому что это Дин, потому что это абсолютно самая горячая вещь, которую ему когда-либо позволяли делать.       Дин хватает Сэма за плечи и наклоняется вперед, изо всех сил стараясь не упасть, с его губ срывается беззвучный всхлип, которого, как он притворится, никогда не было.       И тут Сэм кончает, прижимается лбом к низу живота Дина и глубоко вдыхает, запах и вкус Дина — единственное, что он осознает, когда волны удовольствия захлестывают его. Он знает, что пачкает ковер, но ему все равно.       Каким-то образом они выживают, им удается успокоить дыхание и сердцебиение.       — Ты тоже кончил, — Разочарованно говорит Дин.       — Это проблема? — Говорит Сэм, поднимаясь на ноги.       — Нет. Просто. — Новый румянец заливает щеки Дина.       — Ты хотел это. — Сэм хотел бы снова стать подростком, чтобы он мог заняться этим без времени на восстановление, потому что теперь он понимает, какой глупой ошибкой было заставить себя кончить, когда это могли быть руки Дина, его рот… — В следующий раз, — говорит он, слова звучат горячо и нуждающе, несмотря на то, каким измученным он себя чувствует.       Дин кивает, затем придвигается ближе, прижимается к Сэму почти в объятии, как будто ему просто нужно почувствовать контакт. Сэм обхватывает его руками и сидит так, довольный тем, что Дин отстранился первым. В конце концов, он это делает, и они молча приводят себя в порядок, не совсем уверенные, что сказать прямо сейчас.       Когда Дин забирается в постель, Сэм просто стоит рядом, чувствуя себя немного неуверенно теперь, когда они не прикасаются друг к другу. Они все еще спят в разных кроватях? Это кажется глупым, и Сэму внезапно ничего так не хочется, как чувствовать тепло тела Дина рядом со своим, пока он спит, но это еще одна грань. Которую они пока не договорились переступать.       Но Дин пододвигается, откидывает одеяло в молчаливом приглашении и закрывает глаза.       Это все, что нужно Сэму, и он, не колеблясь, ложится рядом с Дином.       Они оба засыпают через несколько секунд.