Солянка

С самого детства всё незадалось. Врождённый дар уничтожает природу; вместо двух пар узорчатых цветастых стрекозиных крыльев, на прожилках которых красиво собирается роса, у него три пары абсолютно чёрных, край которых похож на орудие пыток, сущий хаос; с пяти лет (время проявления дара) его все сторонятся; мать называет монстром, спрашивает, почему у него не что-то вроде дара отца, как это обычно бывает. Хотя бы с внешностью повезло, даже самые закоренелые ненавистники на него заглядываются и мечтательно вздыхают, когда думают, что он не видит. Отучившись в обстановке всеобщей ненависти Пиртине уходит не то что из деревни, а из страны, которую с ними великодушно делят эльфы. Обрезает свои крылья (потому что, если вырвать, отрастут новые, больше чем старые), делает из них простенькие ножи, красит волосы заклинанием, и уходит в большой мир, притворяясь вампиром, тем более что красные глаза с кошачьими зрачками, ночное зрение и клыки в наличии. Притворяться вампиром оказалось сложнее, чем казалось, потому что феи не выносят крови и от её вида даже могут упасть в обморок. С этим приходится активно бороться: он охотится глубоко в лесу на всякую мелкую живность и льёт кровь на руки, чтобы привыкнуть к виду; пытается слизывать, даже когда голова идёт кругом, сдавливает виски и горло, а руки дрожжат; справившись с этим он пробует её по-немного глотать, но его бы вырвало, если бы было чем, потому что феи питаются исключительно нектаром, а его вне эльфийского леса найти почти невозможно, или же он стоит как особняк; он месяц обходится без малейшей крупицы даже воды, и хоть всё ещё вздрагивает от вкуса крови, но пить её уже может; оказывается, что у него есть полость в клыках, из которой сочится яд и достаточно сильный, оленя убивает меньше, чем за минуту, хотя может и парализовать, если попало совсем немного. Жить на крови оказывается не так уж и плохо, а запах нектара начинает отдавать каким-то неприятным ароматом, да и в принципе за год тренировок у него улучшились все чувства, поэтому и он уже мог подискутировать с настоящими вампирами, чья же кровь вкуснее. Человеческая кровь оказывается послаще, но это не сравнится с тем, насколько сильнее они боятся умереть, от чего начинают горчить. Работает наёмноком/любовником и считает, что ему так и надо, раз он такой неправильный. Другие вампиры ему активно помогают освоиться и понять все тонкости работы, на своём примере в том числе, тем более, что он им действительно нравится. Так прошло несколько сотен лет, пока страна, в которой он работал, не начала войну. Поначалу государство справлялось само, потом начало сдавать позиции и позвало наёмников, за щедрую плату разумеется. Пиртине не колеблясь пошёл, в надежде, что он наконец лишит мир своего существования, но ему неожиданно понравилось. Он не оставлял на своём пути никого живого, любая броня для осколков его крыльев была тонкой тканью, любые преграды проходил с наскока, а ловкость дала не получить ни одного шрама. По окончанию его наградили за особый вклад в победу и королева предложила быть её личным охранником. Во дворце было откровенно скучно, но большая зарплата и тренировки с другими вампирами, тоже нанятыми королевой, это возмещали. Королева любила и умела рисовать, и рисовать всё красивое, и вампиры идеально подходили для этого. Настал черёд Пиртине позировать, слово за слово они разговорились, как незаметно прошло несколько часов, так же незаметно королева оказалась совсем близко и завязала рот кружевным платком: "Расслабься и получай удовольствие". В ходе действа королева не удержалась и лизнула клыки, разумеется поранившись. Её кровь была вкуснейшим, что он когда-либо пробовал. Лаура увидела, как он сладостно мелко дрожжит и, обрадовавшись, что вещество для улучшения вкуса крови работает, развязала платок, дав укусить своё запястье. Правда эта штука повышает вероятность беременности и ещё надолго оседает в организме, но оба пункта ей только на руку. Кончив несколько раз, Пир дополнительно довёл королеву до исступления снизу языком, привёл её в надлежащий вид, оделся сам, глянул на картину, обомлел, потому что он хоть и был обнажён, но позировал не так откровенно, поставил холст лицом к стене, новый на мольберт, поцеловал в скулу пришедшую в себя Лауру и пошёл звать Оксора, последнего натурщика на сегодня. С ним произошло примерно то же самое, только с той разницей, что на картине он был не один, а с Пиртине, почему-то беловолосым. Через месяц оказалось, что королева беременна, понятное дело, что не от короля, что был уже откровенно стар и держался за жизнь только на зельях. Сразу после смерти мужа, ещё до родов, королева во всеуслышанье призналась, что знает от кого беременна и что хочет быть с НИМИ. Народ взволновался, но вовремя вспомнил, что у королевы личная небольшая армия вампиров, которая была рассредоточена в толпе по её приказу. "Пиртине, Оксор, прошу, выйдите ко мне, - в один прыжок оказались у нижней ступени трибуны. - Согласны ли вы быть моими супругами?" - "Это честь для нас," - одновременно сказали двое. Они спали на кровати втроём и ей очень нравилось просыпаться пораньше, аккуратно вылезать из их объятий и смотреть, как они тянутся друг к другу, чтобы сохранить тепло. Дети только родились, женщины возились вокруг королевы, а мальчики уже открыли синие и красные глаза, подтверждая, что они не люди. Мальчикам уже месяц и Оксор косится на Пира, потому что у одного ребёнка белые волосы: "Ну, да. Смысла скрывать это больше нет," - снял заклинание со своих волос, на что Оксор только хмыкнул. Детям уже по году, у обоих острые ушки и молочные зубки, они уверенно стоят на ногах, даже немного бегают друг за другом, у беловолосого начали резаться крылья. "Ты ведь не вампир, а фея. Это враки, что феи не переносят крови?" - Оксор поймал Пира в саду; "Нет, но я сделал достаточно, чтобы преодолеть это" - "Ты вырвал свои крылья?" - "Нет, если их вырвать, они вырастут больше прежних. Честно, я рад, что у Тори обычные крылья" - "А у тебя тогда какие?" - Пир достал кинжал из-за пояса. - "Это осколок моего крыла" - Пир ушёл, пока Оксор был в шоке. Из-за государственных дел Лаура стала подолгу засижаться в своём кабинете, а когда приходила в спальню, видела своих спящих обнимающихся мужей и на сердце становилось теплее. Королева начала войну с феями, когда узнала, что Пиртине был среди них изгоем. Эльфы были не против, раз люди не собираются забирать землю, а будут просто отлавливать фей, по возможности живыми. При нападении на последнюю сбежавшую группу, Пир замечает знакомое лицо, подходит вплотную, убеждается, что это его мать и жестоко убивает её, пока Оксор офигевает в сторонке с жестокости друга по отношению к единственному родственнику. Через неделю после отлова всех фей Пиртине просит Оксора вырвать остатки крыльев, кучей не выходит, поэтому вампир режется, но вырывает по одному, радуясь, что Пир начал принимать себя. Крылья были не то что в два, а в четыре раза больше обычных, чёрные, острые, с неровным страшным краем. * Куда бы Пиртине не шёл и где бы не был, Тори всегда может найти его, даже если тот намеренно подальше прячется. Проходит несколько лет, Пиртине тренируется с Оксором, как чувствует странное притяжение, наплевав на всё летит в ту сторону, а вампир следует за ним, чтобы помочь, если что. Они остановились у выхода леса, когда увидели возле озера фигуру с длинными белыми волосами и множеством огромных крыльев. Пиртине впадает в ярость и бросается на Тсорэла, тот поворачивается лицом, но не защищается. "Полегчало?" - спрашивает он с осколком глубоко в груди. Пир внезапно начинает плакать, Тсор вытаскивает кинжал и обнимает сына, пока вампир тихо охуевает в сторонке. Теперь Тсорэл живёт с ними, присматривает за детьми, помогает королеве разбираться с государственными вопросами, разговаривает с Пиртине и Оксором о том о сём. * В совершенно обычный день к ним приходит посол бога из другой страны и говорит, что за своевольное порабощение другого народа они будут наказаны, на что Тсорэл усмехнулся и сказал, чтобы тот бог сам приходил, а не прятался за посланниками, если он не трус. Бог действительно появился, увидел Тсорэла и хотел сбежать, но его сковали цепи. "Ты не поверишь, но я ни капли не сожалею, что ты не на той стороне" - "Смерть, умоляю, отпусти меня..." - "М-м-м... НЕТ)))". Так стало на одного бога меньше, а Пиртине понял, в чём прикол с ним. * Увы, но Лаура была человеком и умерла в объятьях мужей, оставляя королевство детям (потому что в Пире и Оксоре совсем нет королевской крови и пофиг, что у одного отец божество). Уже завтра Пир уйдёт с Тсорэлом навсегда и Оксор с ужасом для себя понимает, что привык к феяту как к мужу, пусть и через жену. Вампир едва успевает доделать все свои дела и попрощаться с детьми, запрыгивая в портал, когда он уже начал закрываться. Он не ожидал, что Пир заключит его в объятья и будет плакать, шепча на ухо, насколько он рад, что Оксор остаётся с ним.