Солянка

Бойкая мать с фетишем на чистоту крови и подчинение, чудесно-сказочный отец, до двадцати лет счастливый Миенш, пока родители не ссорятся и она не отрывает отцу руку, тот уходит из квартиры. Отношения с матерью безвозвратно портятся, она его на экономический, он идёт в науку, прокалывает уши и набивает тату в память об отце. Имирида рожает детей, имён которых Миенш даже не знает, но никто из младших не имеет красных глаз и женщина начинает приходить к нему с "пряниками", не смотря на все обиды, но он начинает свою карьеру и весь в работе, поэтому отмахивается, на что она злится, но продолжает приходить. Миенш ночью прогуливается в глубине парка, как чувствует притяжение и идёт на зов, видит мужчину, понимает что это отец и со слезами на глазах падает в объятья. Тсорэл появляется каждые десять лет и помогает разбираться в науке и магии, учит языку. У Миенша есть карьера и репутация, он популярен как ни один другой человек науки, но ему на это всё равно, ведь его действительно интересует только наука и магия. Он работает почти без выходных и лишь раз в десять лет берёт отпуск на недельку. Романы просто для удовлетворения организма, причём он заставляет при расставании чувствовать себя подонками и мразями тех, с кем встречался, в общем, актёрствует. Живётся неплохо, пока начальство не отправляет его на пенсию, а Имирида достигла вышки маразма и подарила голубую акву, чтобы наконец-то получить чистокровных внуков, ведь провидение/судьба обычно подбирает пару под стать. Миенш отвозит акву подальше от цивилизации в чистое горное озеро, где натыкается на браконьеров и те его топят. Миенш думает, что было бы неплохо умереть, но приходит в себя на чьих-то руках. Спорно по впечатлениям знакомится с Киайтом, приходит с ним домой. Они переживают полуссору, ссору и приступ, после чего телепортируются к родному озеру Киайта. Встреча с Лилимой, Киайт прогнал её, Миенш погнал его за ней. Маэва догоняет её, отменяет заклинание, девушка интересуется был ли у них интим, когда узнаёт, что нет, настойчиво утверждает, что стоит, ведь она прекрасно помнит, что усонерия у него ещё не прошла и бесстыдно надавила на низ живота, убеждаясь в этом. Пока Киайт ушёл, дроу позвонила Имирида и сказала, что они могут раз и навсегда решить разногласия, ему нужно приехать в ближайший город. Пока она убеждала его в том, что он неправ, Миенш нашёл по карте ближайший город (Кватодум) и сказал название, про себя припоминая, что там у него есть один знакомый. Имирида пообещала, что в ближайшие дни от него навсегда отстанет. Русалки возвращаются и Миенш исчезает с Киайтом в портале, предварительно навесив маскирующее заклинание. Они спокойно и без лишнего внимания доходят до знакомого (золотой дракон, актёр, Ангро Салдари), живущего на отшибе пригорода, тот их принимает, размещает и за щедрым обеденным столом начинает болтать обо всём. Ночью Миеншу не спится и он приходит к Киайту, который спит как младенец, что умиляет дроу. Под боком у пары он всё ещё не может заснуть и начинает практиковать редкие заклинания. Утром дроу просыпается свежим и отдохнувшим и под маскировкой уходит в город, как только хлопает входная дверь Киайт подскакивает и нервно барабанит пальцами по кровати, потому что, из-за количества, заклинания всю ночь трещали друг об друга, и он не спал с момента прихода пары, просто притворялся. Дракон был в отпуске и охотч до общения, поэтому слово за слово Киайт как-то разозлил Ангро и тот набросился. Маагкион (вместо саламандра) чисто на рефлексах отбросил нападающего хвостом и у того остались довольно глубокие раны. Миенш сел в кафе недалеко от центральной площади и стал ждать. Имирида с целой процессией прошла в центр площади и сын неохотно пошёл к ней, только около охраны снял "маску", прошёл внутрь кольца, где мать представила ему молоденькую стесняющуюся дроу и дала ключи от номера в отеле, куда их довезла её машина. "Тебе хоть 20 есть?" - "Вчера исполнилось". Пожалев, как же её так угораздило, Миенш старался быть нежнее, но она вздрагивала от холодных рук. Когда он вернулся, в доме был усмирённый перебинтованный дракон и недовольно машущий хвостом мааг. Миенш чмокнул пару в перепонку уха, а тот подозрительно повёл носом. "Завтра вернусь и переместимся обратно". Дракон остался ночевать на первом этаже, а пара была на втором, но Киайта явно что-то злило, поэтому дроу придвинулся ближе, на что получил лишь странный взгляд и отвернувшегося маага. Ночь снова была бессонной, но никто даже не шелохнулся. Как и договаривались с Имиридой, он приходит два дня для закрепления результатов. "Это не страшно?" - "Ты о чём?" - "Жить с ней" - "...Тебя она будет холить и лелеять, так что просто не наглей". Она порезала язык о его клыки, когда попыталась взять инициативу. Вернувшись, Миенш застал совсем уж злую пару, ещё более разозлившуюся с его приходом, и сконфуженного дракона. Они перемещались по координатам Киайта и Миенш совсем не ожидал оказаться в гроте. Мааг столкнул его в воду и прыгнул следом. Оплёл ноги хвостом, стянул рубашку с ничего не понимающей пары, всплыл из-под воды и так зло посмотрел, что расхотелось задавать всякие вопросы, потом поцеловал, забирая себе всю инициативу, хоть и цепляясь за клыки кошачьими крючками на языке. Чуть ослабил хватку, полностью раздел дроу, простемулировал, насадился, в процессе забылся, нырнул глубже, после оргазма понял свою ошибку, ослабил хватку, но Миенш вырвался и продолжил погружаться. "У тебя есть жабры?" - "Вырастил. Как чувствовал, что пригодятся" - и сам потянулся за поцелуем. Уже после они лежали на камнях и Миенш заинтересовался, а что так с пустого места и к чему была та злость. "Не знаю, просто на тебе отчётливо был чужой запах, а сегодня и вовсе характерный запах женской крови. Какое-то собственничество и ревность..." - "У нас с матерью договор. Я ей внуков, а она от меня отстаёт. Я только твой". На следующий день Киайта направили в реку впадающую в океан, а Миенш вместе с ним. Пока маагкион работает, дроу изнывает дома от жары и скуки, начинает по приколу создавать все артефакты подряд, формулы которых помнит. Майсагви (морские русалки) часто видят проплывающего мимо них по близкой к океану реке (долго идёт вдоль, а потом впадает) и обзывают больным и неуклюжим, потому что сами они обычно яркие, утончённые и с большими мягкими плавниками. Когда Киайт шёл мимо ночью, когда все отдыхающие уже разбрелись, они снова завели свою шарманку, он не стал молчать, молниеносно перелетел к ним, напугав расправленными острыми плавниками, да и длинной хвоста тоже. Все разбежались, а одному тёмно-красному парню понравилась подобная величественность и он поплыл к выходу той реки, тем более, что Киайт до этого, как раз плыл в ту сторону. Парень (условно Джил) еле успел окрикнуть разворачивающегося мужчину, тот недоверчиво глянул, но подплыл ближе и последовал за ним к скалам, ещё тёплым после жаркого дня. "Ты уж прости моих сородичей, они просто не понимают насколько это классно, сливаться с темнотой. Они так над каждым издеваются и никогда не получали сдачи. Кстати, как долго ты будешь здесь патрулировать?" - "Ближайшие полгода". Русалы ещё немного поговорили и разошлись. Дом весь был завален, какой-то мелочью, от которой жутко фонило. Спящий Миенш нашёлся на дне бассейна и Киайт уснул с ним в обнимку. Утром мааг позавтракал, узнал, что вся эта мелочь является артефактами и отправился патрулировать. Дроу было скучно, поэтому он отправился в город получать лицензию артефактора, потому что мелочи откровенно много. Лицензия досталась быстро и без ненужной волокиты. В местной строительной компании заказал магазинчик в стиле таверны и пошёл в лес за травами. Киайт вернулся домой, а дроу не было, стоило бы заволноваться, но на столе была записка, что пошёл за травами. Примерно через час Миенш приходит и ложится на диван-каплю под бок пары. Они просыпаются рано, мааг проводит дроу до пляжа и идёт работать. То тут, то там слух, что среди смены рыбнадзора есть один особо брутальный тип, а Миенш слушает и посмеивается, лёжа в тени шезлонга. Киайт чувствует, что усонерия вот-вот закончится и спешит домой, закрываясь в ванной. Как снег на голову появляется обеспокоенный Миенш и просит его впустить, но маагу не до этого, лишь отвечает чтобы тот отстал в смысле подождал. Дроу зол, но ждёт на полу около двери. Мааг прокалывает икринку, смывает содержимое в раковину и выбрасывает оболочку в ведро, где та аннигелирует. Уставший Киайт еле соображая выходит и его валит Миенш, садясь сверху. "Я обычно за личное пространство, но не в экстренных случаях. Что это было?" - "Неважно". Всё ещё злой дроу сканирует тело насквозь и обескураженно сползает ниже, подальше от "матки". "Как это называется?" - "Усонерия. Только у парней. Раз в пять лет созревает икринка. Предположительно появилась из-за традиции не сдаваться живьём, чтобы поддерживать популяцию". Миенш магией обезболил и лёг, обнимая. Киайт шестым чувством понимал, что тот искренне ненавидит себя за своё поведение и целовал длинное ухо, на что тот обычно пытался отстраниться, но не в этот раз. Последующие несколько дней Миенш не находил себе места, пока Киайт не поймал его и не вставил от души. Следующую неделю они жили вполне мирно, пока не достроили магазин и Миенш завертелся по инстанциям, чтобы всё было полностью законно. Как ни странно, ему выделили участок у главной дороги, буквально в сотне метров от пляжа. Из-за своей прихоти у него всегда было прохладно. По началу все заходили сфоткаться с ним, потом отдохнуть от жары, после чего начали обращать внимание на артефакты, цены были низкие, потому что для него это практически барахло и деньги ему не сильно нужны. Бизнес шёл в гору, уровень маны устаканился, хоть и остался чрезмерно высок, плюс раз у него таверна, то почему он не может организовать еду? Пошёл в местный морг покупать черепа, штук 10. Дроу был увлечён новым делом и Киайту как-то резко стало его нехватать, только с Джилом он мог пообщаться поздно вечером. Тот подозрительно много ластился к нему, но это было похоже на хронический недостаток внимания, поэтому он сильно не реагировал. В доме стало меньше артефактов, но они были мощнее, мааг еле высыпается, от всего фонит, но в какой-то момент становится легче, а потом и вовсе нормально, да и Миенш стал приходить лишь чуть позже него и ластиться, будто жить без него не может. Отвратительная часть характера дроу никуда не делась, но жить всё равно стало легче. Дроу опаздывает сильнее обычного, а сериал переключается на экстренные новости, где говорится, что Миенша похотили на корабль и требуют выкуп, чтобы наверняка взяли доп заложников. Киайт спешит в реку, чтобы незаметно подплыть, тем временем Миеншу просто весело. С маагом он отвык притворяться милым и невинных, от чего воры дымают, что обознались. "Погодите, у меня где-то был паспорт. Ах, да, вот он!" - от кармана показывает средний палец и смеётся с лиц всех. "Встанешь или заколдуешь - пристрелим заложника". Нагло встал и прошептал ему на ухо "смерть", чел рассыпался, ему смешно, остальным страшно, что за псих. Пока дроу вселился в трюме, мааг убивал на палубе; нашёл пару. Миенш попробовал заклинание Жертва и они оказались под водой среди непонятных русалок. Пока все кружилась у Киайта, Миенша схватили, он сбросил антикамни и крикнул "папа". Русалки раскиданы, знакомство успешно. (тут бы расписать, но вдохновения продолжать нет) Послесловие об отношениях Миенша и Лията: Путешествуя по мирам, Миенш, не скованный известностью и внутренней моралью, спокойно убивает города людей, от чего Лият к нему проникся уважением; сам же Миенш понял, что Лият одиночка-затворник в отсталом средневековой мире хоть и стерше него, но это ничего не значит, а значит ему стоит уступать. Но уступать было уже нечего, потому что Лият успокоился и сам начал общаться с Миеншем. Им в компании друг друга оказалось вполне комфортно.