Познакомьтесь, это Антон - мой парень.

✓Антон — Тош, мы приехали. Ты ждёшь поцелуй на прощание или что? — Блять, нет.....нет, просто. Ты же… позвонишь? — Антон перебирает браслетами на худых запястьях и всё ещё остаётся сидеть в машине. Они припарковались возле главного входа в торговый центр, где работает Шастун. — Шансов больше если ты дашь мне свой номер. — Арсений усмехается и протягивает телефон смущённому шатену. Антон несмело вбивает изученный на память новый номер. Возвращает торопливо его владельцу. Теперь становится спокойнее, что он ещё увидит Попова. Антон поспешно хватается за ручку, намереваясь выйти из салона, но рука брюнета останавливает его. Арсений пропускает смешок смотря на экран собственного телефона. Переводит синий, весёлый взгляд на Антона. — Зайка? …Ты подписал себя «Зайка»? — это почему-то слишком забавляет и Арсений улыбается во все 32, смотря на залившегося румянцем парня. — Но… тебе…же нравится? — Антон закусывает губы, нервничает. Попов приближается опасно близко, обжигая горячим дыханием эрогенно чувствительное ушко. — Да, зайка, мне нравится. — игриво говорит Арс. — Ммм… перестань. — Антон весь перенапряженный отодвигает Арсения, и тот всё ещё с улыбкой на губах отстраняется. — … Просто позвони если… будет скучно… Или напиши сообщение… Если захочешь. Все что придет в голову. Можешь ночью. Или ну после работы… или… — Иди уже — Арсений усмехается и треплет каштановые волосы мальчика. Антон на мгновение прикрывает глаза от наслаждения, а потом всё же открывает дверцу машины, выходя наружу. — Не скучай, Зайка. — говорит вдогонку брюнет. — Угу — неразборчиво тише говорит смутившийся шатен и наконец закрывает дверцу машины, направляясь в высокоэтажку. Косые взгляды в его сторону от людей, теперь не редкость. Шастун разжился дурной славой и совсем этому не рад. Антон натягивает капюшон и ускоряет шаг, желая быстрее добраться до рабочего места. *** Дима удивлён видеть Шаста. Антон пытается стойко выдержать пристальный взгляд друга, проходя за стойку обслуживания и одевая, как по обычаю, свой бейдж. — Здоров. — наконец говорит Позов, не крича или устраивая громкие разборки, а просто продолжая осматривать прибывшего, от чего шатен уже несказанно рад. Но то ли ещё будет. — Привет. Антон весь напряжён и это трудно не заметить. Голос тихий, осипший, а в горле стоит неприятный ком. — Выглядишь хреново. — Дима немного поджимает губы в кривой улыбке, видя подбитое лицо друга. Сочувственно смотря на помятого шатена. — Как и обычно. — Антон осмеливаясь, всё же, поднимает карие глаза на друга. Рот беззвучно приоткрывается, когда он замечает фингал под правым глазом и побои на лице Позова. После небольшого шока, губы Антона плотно смыкаются и в глазах читается вина и сожаление. Осознание приходит быстро в голову умного парня. «Из-за меня. Блядь. Ну конечно из-за меня! Я испортил ему нормальную жизнь! Он же тут не причем! Какого фига его трогать? Им недостаточно было меня?» — Это Сэм? — А кто ещё. — Но блядь! Почему? — Официальная версия: друг пидора. Но это же Сэм Винчестер, ему особо похуй кого пиздить. Ты был вне зоны доступа так что…вот… — Прости, Поз, …прости. Я виноват. Я убью этого ублюдка! — Знаешь, у меня всё ещё были сомнения. Думал, ты притворялся геем на публику и ваш спектакль с Поповым просто вышел из-под контроля. Но теперь… — Поз, … — Антон, черт… у тебя укус на шее… или засос… фиг его знает. — Что? — Антон краснеет, прикасается к шее, нащупывая алый отпечаток на теле вспоминая сегодняшний укус от брюнета. — Блядь..... Это… порез. — Шастун неловко пытается прикрыться толстовкой, подтягивая довольно свободный вырез к горлу. — Ага, нож с отпечатками от зубов, …конечно … довольно обычное явление. — иронично усмехается Позов. — Твою мать, Шаст… Мог бы и раньше сказать, что ты поменял стороны! — Я.… Пойми всё сложно. — Правда? А, по-моему, всё просто как дважды два. Теперь хотя бы понятно почему ты вёл себя так странно в последнее время. Прогулы, перепады настроения, выкуривание по пачке сигарет в день, исчезновения непонятно куда. Знаешь, мог хотя бы смску скинуть. Ты не пришел в общагу!!! Я думал… Чего я только не думал, идиот! Я искал тебя по всему кварталу. Боялся ты останешься ночевать на улице. А уже зима! Заболеть раз плюнуть. Но ты был у Арсения, поэтому я похоже только зря бродил по окрестностям как придурок. — Прости… Я крупно налажал. — Да. Но… Просто… Расскажи. Потому что я до конца нихуя не понимаю. Вы теперь… типа вместе? — … Вроде того… — Блять… Я в ахуе чувак. Сколько ему лет? Он мужик! Даже не так. Он дед! С членом между ног! Ты это вообще понимаешь? — …31. — Ну ахиреть… Знаешь, это твоя самая тупая выходка из всех! А херовых идей у тебя было дохера и больше. Просто… Шаст, нахуя? Нахуя он тебе сдался? Ты его любишь? «Как же стыдно. Ненавижу себя за эти чувства. Теперь Дима будет презирать меня. Не могу смотреть ему в глаза. Соврать? Было бы проще.» Антон опускает взгляд в пол. Молчит какое-то время, но всё же несмело кивает головой. — Заебись. И он, я так понимаю, счастлив, что нашел малолетнего студента повеселиться? Или у вас всё серьёзно? — Да… Нет … хуй его знает..... Арс.… Сука. Звучит так кринжово… но в общем он не влюблён… в меня. Но мы встречаемся. И да, я в душе не ебу как встречаться с парнем. И тем более… Меня ахиреть как пугает всё это. До этого я никогда… не чувствовал такого. Не к кому. Честно. «Надоело скрывать свое ужасное состояние. Мне плохо от осознания того, что теперь я кажется зависим. Я больше не вывожу. Не знаю как дальше быть… Я окончательно потерялся в себе.» — Черт, Антон! Почему ты никогда не просишь помощи?! Всегда всё держишь в себе! — Не знаю, … не знаю, прости. Я за помощью… Никогда особо не обращаюсь. Да и зачем? Я сам себя поддерживаю нормально, и я могу сам справиться с проблемами. Я привык с детства, что…это… Сам. Мне так комфортнее. Всё в порядке… «Нет. Мне тяжело. Но я не хотел тебя грузить своими проблемами. А ещё, чтобы просить помощи, нужна смелость. А мне её чертовски не хватает. Как можно о таком рассказать? Это выходит далеко за понятия «нормально».» — Какой же ты долбоеб. Я не могу заставить тебя разлюбить. Но я могу дать совет… Будь осторожным, любовь оставляет шрамы. Не взаимная любовь… делает сумасшедшие вещи. А любовь к парню… Это хуево по всем статьям. Но тут мне уже нечего посоветовать. Никогда не был в такой ситуации. — Блядь. Странно если бы ты сказал иначе. — Хах. — Мы. Всё ещё друзья? — Что? Ты болван? Да будь ты хоть трижды педик, ты всё равно мне как брат! Хоть и геюга, блин. Рассказывай мне обо всём что происходит в твоей жизни! Понял? Я глаз с тебя не спущу. — Хах … Прям обо всем? — Антон закусывает губы и с ухмылкой смотрит на друга. — Нет! Подробности гейского царства оставь при себе! Иначе меня вырвет. — Позов кривится и хмурится на насмешку. — Хаххах… А как можно быть трижды геем? — Смешно тебе придурок? — Хааахххах… Немного. — В рот, в зад и на член. Итого: трижды. Такой подсчет тебя устроит? — Хаххах … Сука Спасибо за просвещение. Я тебя обожаю. — Антон улыбается во все 32, заливаясь смехом. — Смотри не влюбись, бля. Хаххахх. — Хахх. — Ты вернёшься в универ? — Нет. И тебе не стоит. Ты же знаешь, что будет. — Ты шел на красный диплом. Не можешь же ты просто бросить учебу? — А… если перевестись в другой университет? — Тебя по телеку до сих пор крутят. Как бесконечный, гребаный сериал. Думаешь там не начнется то же самое?! — Блять. Но и в наш я не могу вернуться. Я… покойник. У меня теперь будто мишень на лбу. — Игнорирование? — В любом случае мне жопа. — Ты что зря качаешься? Тебя уложить ещё постараться надо. — Их всё равно больше. — Ну и похрен. Мы хотели закончить этот чертов университет и стать частными юристами. Свой офис, свои правила, своё дело. Помнишь?! Мы не можем просто положить на всё огромный хуй, из-за сраного гомофоба Сэма и его шайку друзей. Не вечно ж они будут беситься. Пройдёт немного времени и им надоест, они потеряют интерес. Найдут новую тему для сплетен. — Думаешь не всё так плохо? — …Надеюсь. — Меня к Декану вызовут. Ещё за прошлую драку. А впереди дохуя, но… — Шастун, зайди ко мне в кабинет. — администратор магазина прерывает расслабившихся на работе парней. Антон немного вздрагивает от неожиданности. «Он всё слышал? Сделает выговор за личные разговоры на рабочем месте? А вдруг штраф? Блядь… Почему я чувствую себя черным котом, который всегда притягивает только несчастье?» Антон мнется на месте, кидает умоляющий спасти его взгляд на низкого очкарика и вздыхая несмело шагает в кабинет начальника. — Проходи, садись. — мужчина в строгом костюме, слаживает руки в замок. Брюнет с седыми волосами, довольно грубой внешности и стальным характером старого поколение. Антон неосознанно перебирает браслеты на руках. — Антон, я хочу чтобы ты ушел по-собственному. — За что? — карие глаза в панике округляются. — За разговоры?! Разве штрафа недостаточно? — Пойми правильно. Мы технический отдел самого большого торгового центра в Нью-Йорке. И хоть я всегда очень требовательный к работникам, я шёл на некоторые уступки. Гибкий график, приемлемая зарплата, что я повысил по вашей же просьбе в том месяце, комната отдыха для брейка и достаточно свободная униформа. Но кое с чем я никак не готов мириться. — Чем? — Некомпетентность. — В каком плане? Я знаю свою работу. Я… — Мне поступила жалоба от нашего клиента. Ты сам знаешь как важна репутация в маркетинге. Ты допустил ошибку при оформлении кредита на телевизор. — В смысле?! Я делал это сотню раз. Я не мог напортачить. Вы уверены? Что именно было не так? — Не важно. Ты уволен, Антон. Вот, подпиши. — шатену подвигают заявление об уходе. — В конце недели получишь расчетные на карту. — Можно я всё перепроверю? Я на 100 процентов уверен, что не мог ошибиться! Дайте мне переговорить с клиентом! — Нет. Ты найдешь себя в другом месте, Антон. Я тебя больше не задерживаю. «Не понимаю! У меня не могло быть ошибки! Никогда не допускал промашки! Как бы у меня не была забита башка другим, Я всегда ответственно относился к своей работе!» «Блять!» «Я чертов черный кот.» Шастун затухает и берет в руки черную ручку, подписывая заявление. — Я дорабатываю сегодняшнюю смену? — Нет. Можешь собирать свои вещи и не забудь оставить униформу. — Хорошо. Антон выходит из кабинета. Направляется собирать свои вещи. Подошедший Димка смотрит растерянно на мельтешение друга. — Меня уволили. — перебивает излишние вопросы Шаст. — Какого…? Почему? — Допустил ошибку в документах. — Что за бред? Ты делал это сотню раз. — Я так же подумал. Херня какая-то. Может я кому-то из клиентов насолил? Но я же никому не грубил! И на конфликт не шёл! Блядь… Ничего не понимаю. — Шаст,..... — Дима вдруг смотрит на друга со злостью в глазах. Антон даже отрывается от зборов, видя резкую перемену в эмоциях. — Ты чего? — Вспомни собеседование. — тише, будто наконец всё осознав говорит Позов. Шаст всё ещё хмурится, смотря на друга. — Какое? — Своё. Сюда. Когда нас принимали на работу. Одним из первого, что он меня тогда спросил было не то «какие ваши положительные качества», а «какой вы ориентации». Кто вообще спрашивает такое на собеседовании? Да он чёртов гомофоб! — Да… Меня тоже спрашивал. — припоминает Антон. — Но… Это чушь. Он не может уволить меня из-за этого. — А тебе не кажется странным, что от тебя избавились именно после того как ты прославился на весь мир, как парень Арсения Попова? И какие к черту ошибки в документах? Ты никогда не ошибался. Мы миллион раз это делали. Я закрытыми глазами могу всё заполнить. — Знаю. Но… Бля … Вот сука. *** ✓Арс — Иск о признании договора недействительным. — Адвокат Попова протягивает документ к седевшему напротив представителю Йена. Галлагер прожигает Попова раздраженным взглядом. Микки же убийственным. «Кто мы теперь с Йеном? Незнакомцы знающие друг друга наизусть? Или враги? Может он и считает теперь меня своим врагом, но для меня он всё ещё тот Йен. Просто Йен. Разочарование и любовь всей жизни.» «Всё ещё не могу его ненавидеть. Поэтому буду смотреть на Микки. Он вызывает ту самую ярость, что я и должен сейчас показывать. А настоящие эмоции нужно убить в себе, иначе они убьют меня.» «Йен бы не пожалел меня. Только эта мысль пока и придает силы.» «Лучше быть эгоистом, чем слабаком. Ненавижу свою слабость! Когда я уже наконец перестану что-либо чувствовать к нему?!» — Вы же понимаете, что ваш шанс выиграть суд ничтожно мал? — напирает мужчина со стороны Галлагера. — Мы организовали и провели предварительную экспертизу поддельной подписи. — ещё один документ отправляется для просмотра по столу к Йену. — Что? Подпись подлинная! Почему экспертиза показала обратное? Это невозможно! — зелёные глаза искрят от злости. — В нашем мире за деньги можно купить что угодно. — ухмыляется Попов. — Арсений Сергеевич, вы только что признались, что подделали документ? — говорит юрист Йена. — Разве? Вы внимательно слушали? По-моему, лишь процитировал известную всем истину. — ведёт себя невинно брюнет. — Мы всё равно потребуем провести соответствующую почерковедческую экспертизу повторно, прямо во время слушания. И в любом случае, в заключении, вероятностно: эксперт укажет, что подпись «естественно» выполнена вами, а не другим лицом. Попов лишь сильнее улыбается. «Подкуплю судью. Похер.» — Посмотрим. — Отлично. Ещё в качестве свидетеля, будет отвечать Микки Тэррович. — юрист Йена поправляет свой галстук. — Свидетеля?! — немного удивляется Попов. — Он не был, когда… Ну в общем это ложь! Какой к чёрту свидетель? — Поверь, был. И жаль Йен не позволил мне разбить тебе ебальник в тот вечер. — усмехается Милкович. — Ладно. Пойдешь как соучастник. Легче засадить тебя будет. — снова колко поднимает края губ вверх Попов. — А пока что мы будем требовать приостановление исполнительного производства — до момента вынесения решения судом по поданному иску о недействительности договора. — Нет! Ты не можешь! В один день простоя мы теряем до 13 млн долларов! Ты и сам это прекрасно знаешь! — встаёт с места разъяренный Йен, агрессивно упираясь на стол руками. У него чешутся кулаки когда Арс так нагло, высокомерно улыбается ему в лицо. — Котёнок, не нервничай. Для здоровья вредно. — намеренно нежнее говорит Арсений. — Как ты мразь его назвал? — тут уже в ход идёт Мик, перегибаясь через стол, тянется к брюнету. Попов лишь отклоняется подальше назад, посмеиваясь. — Пожалуйста, прекратите. — охрана и юристы усаживают Микка снова на место. — Слушание в четверг на 8 утра. — заканчивает встречу адвокат Попова. — Можете не приходить, чтоб прилюдно не позориться. Тогда я сразу выиграю суд автоматически, из-за неявки обвиняемого. — улыбается шире Попов. — Не дождешься, сволочь. — цедит сквозь зубы Мик, встаёт, вместе с Йеном и юристами, покидая кабинет. Адвокат Попова снимает свои очки, поворачиваясь к своему подзащитному. — Арсений Сергеевич, Я понимаю, что хотелось бы иначе, но я должен вам сказать… По правде говоря, выиграть это дело практически невозможно. Всё играет на их пользу. — говорит несмело солидный мужчина. Брюнет бросает на него острый взгляд и тот приосанивается замолкая. По телу бегут мурашки. — Практически невозможно? — рычит Арсений, готовый вот-вот выйти из себя. — Для проведения исследования вам надо будет предоставить образцы своей подписи. Во-первых, экспериментальные образцы — для этого вы просто прямо в экспертной организации сядете за стол и испишите несколько листов бумаги. Во-вторых, документальные образцы. Предоставить любые официальные документы, что вы подписывали ранее. И будет проверка. Обхитрить всех подсудимых не удастся. Подпись один в один ваша на бумагах. — Значит с этого дня я кардинально меняю свою подпись! Ясно? — Попов берет в руки ручку. Вырвав один лист из блокнота, расписывается жирным шрифтом: ~Fuckyou~. Протягивает лист бумаги мужчине. — Вы же понимаете, что это нечего не изменит. — виновато говорит адвокат, смотря на изысканную подпись брюнета. — Мне сказали ты лучший. Не разочаруй меня. Ещё раз услышу, что вернуть МОЮ компанию невозможно, и я закопаю тебя живьём. А после найду того кто сможет вернуть мне МОЮ СОБСТВЕННОСТЬ! ЗА ЧТО Я ПЛАЧУ ТЕБЕ БАБКИ?! Не можешь справиться легально, найди другой способ! У тебя есть время до четверга! И не вздумай меня расстроить, блядь! — Арсений встаёт с кресла, выходя из кабинета. *** ✓Антон Огромный. Этот человек выше Антона. Он единственный, кто вообще выше его. Хмурый, морщинистый лоб, густая борода и большие очки. Он пугает всем своим видом и тем более грубым голосом. Но Шастун не за что не уступит. Уже похер на наказание, он не будет унижаться перед Винчестером. — Повтори. Что ты сказал, Антон? — декан сжимает подлокотники своего кожаного кресла от злости. Вид разукрашенных парней поражает. Шатен с фингалом на скуле, под глазом, разбитой губой и разбитыми в кровь костяшками на кулаках, болезненно держится за живот. Сэм держит ватку возле кровоточащего носа и тяжело дышит. Солнечное сплетение куда и пришлось пару сильных ударов, отдаётся острой болью. — Я сказал Н-Е-Т. Я не буду извиняться перед Сэмом. — Твои одногруппники сказали ты первый полез в драку. — Так сказали друзья Сэма! — Не огрызаться мне! Ты думаешь у тебя есть право дерзить?! В нашем заведении насилие неприемлемо! Ты знаешь, что у тебя могут быть большие проблемы?! Сэм, стоящий рядом, злорадствующе улыбается от чего Антону только больше хочется добавить ему переломов. — У тебя последний шанс решить всё спокойно. Извинись перед Сэмом Винчестером и отделаешься лёгким наказанием. — Нет — рычит упрямо Антон. — Тогда, Антон Шастун, Я назначаю вам штрафные отработки по четыре часа в день в библиотеке у Любовь Михайловны. До конца этого года. — Что? По четыре часа?! — Именно! Пять раз в неделю. Если такое поведение повторится, будем решать вопрос о твоём отчислении. Это понятно? — Да… — Антон опускает взгляд в пол. — Свободны молодые люди. — говорит декан. Шастун оборачивается, поспешно выходя из кабинета, поправляя лямку своего рюкзака на плече и направляясь на выход из здания. Боится, что если сейчас снова увидит мерзкую ухмылку на лице Сэма, расхерачит его башку об землю. Винчестеру хватает ума пока что не трогать разъяренного парня. Антон закуривает Vincent заходя за угол университета. «Ты ничтожество.», «Пидор», «Иди учиться в другое место гомосек», «Надо запретить быть такими как ты», «Как я сразу не догадалась, что ты гей? Хотя бы понятно почему у нас никогда не было секса. Но не волнуйся. Теперь вместе с Сэмом, настоящим мужчиной, у меня сумасшедшие оргазмы регулярно.», «Я сделаю так, чтоб ты больше никогда не улыбался», «Сядешь мне на колени?», «Отсосеш?», «Эй, гомик, а какого вкуса член?» «С этого дня ты больше не переодеваешься в мужской раздевалке», «Перепутал туалеты? Женский направо», «Я просто подписал кому принадлежит этот шкафчик, не благодари», «Предлагаю раздеть его и проверить до какого размера у него увеличился анус», «Мерзкий», «Шлюха», «Гей»… Обрывки издевательств надолго отложились в памяти. Шастун дрожащими пальцами достает пятую по счету сигарету. Никак не может успокоиться. Всего трясет. И наконец пока никто не видит, несколько горячих капель катятся вниз. «Похуй уже. Лучше здесь плакать, на улице, чем при этих уебках. Сейчас немного отойду… И всё будет нормально. ВСЁ НОРМАЛЬНО. Блядь. Чудесно!» От части из себя выводит не только это. Уведомление об смс заставляет перестать шмыгать носом. Но ненадолго, пока слезящимися, мокрыми глазами не различается совсем не то имя которое хотелось бы. «Сука! Это Дима. Всего лишь Дима.» «Уже 3-й день. Он не позвонил! Не написал! Он просто уехал в тот день сказав «не скучай». Черт! А я блядь скучаю! Он же обещал! Просил же написать мне хоть что-то! Мудак! Какой же мудак! Эгоистичный придурок!» «Будь у меня номер, я б уже не выдержал и сам ему позвонил. А так… Что мне остаётся? Ждать. Самое худшее из всего этого пиздеца. Ожидание. Каждую минуту Я всё жду его звонка, но он всё так и не звонит. Вот и всё? Он решил просто бросить? Больше не хочет встречаться? А это можно вообще назвать встречались? Как же я его ненавижу. Ненавижу Арсения! Я могу назвать 100 причин почему нам не стоит быть вместе. Почему нельзя его любить. И нашел только одну ебанную причину, чтобы любить.» Блять… «Это даже причиной не назвать. Я просто… люблю его любить. И не могу перестать. С каждым днём всё хуже. Я больше не вынесу. Я поеду к нему! Я должен увидеть его. Может с ним что-то случилось?» *** ✓Антон 20:48 Того же дня. Голова откинута немного назад. Лицо расслабленное. Черные волосы и прикрытые глаза, с пышными ресницами. Розовые слегка приоткрытые губы. Мокрое тело. Открытая, беззащитная ключица, по которой несколько капель скатываются вниз. Идеальная, слегка красная от температуры кожа. Пар вздымающийся вверх. У Антона бешено колотиться сердце. Он облизывает пересохшие от представшей картины губы. «Как после этого себя контролировать? Я уже забыл всё, что хотел. Зачем пришел и как был зол ехав сюда. Блять, какой же он красивый. Впервые вижу его без… футболки… И твою ж мать. Это слишком… Не потерять бы способность говорить. Нужно взять себя в руки.» Арсений наслаждающийся горячей сауной на террасе, испуганно открывает голубые глаза, слыша резкий, громкий звук. Антон кинул небрежно свой портфель на пол, чтобы привлечь такое необходимое сейчас внимание мужчины. — Зайка? «Этот голос… Нет Антон злость! Злись!» У Шаста мурашки по телу от баритона мужчины. Всё накопившееся внутри будто испаряется. Все проблемы уходят на задний план.» — Что с тобой? Ты будто участвовал в борьбе без правил. — Арсений всё ещё немного растерянно бегает глазами по телу парня. — Ты не позвонил. — отводя глаза говорит Антон. «Хочется устроить настоящий скандал! Кричать! Но тогда я буду выглядеть совсем как баба. Как же стыдно.» Арсений улыбается, глазея на смутившегося парня. — Прошло всего два дня. Я не думал, что у нас действует обязательное правило: звонить каждый день. — Попов лишь усмехается, снова опускаясь в воду до подбородка. — Сегодня третий. Ты оставил меня одного после всего, что вытворил и даже не позвонил!.. — громче рычит Антон. Только слепой бы не заметил его ярость в этот момент. Но Попову это не особенно интересно. Ему плевать. Поэтому он продолжает, спокойно нежится в горячей воде. Его удивил неожиданный визит, но нисколько не смутил. — Так ты обиделся? — усмехнулся Арс, делая голос мягким и сладостным. — Прости, у меня появились срочные дела. Но давай не об этом. Лучше залезай ко мне. — Арс! Почему ты мне блядь даже не написал?! «Чёрт… Вот я и сорвался. Веду себя как поехавшая истеричка. Как же стыдно. Нужно взять себя в руки, пока я не наговорил глупостей.» — Малыш, успокойся. Я был занят. Но… Я бы позвонил. Позже. — Боже, да ты пьян… — выдыхает разочарованно Антон, теперь замечая расфокусированный взгляд брюнета и несколько неестественно широкую улыбку. —Скажи честно ты просто бухал? Все это время? — Возможно. — Ты хоть… Вспоминал обо мне? — В интимном плане? Типо не дрочил ли я на тебя пока мы были на расстоянии? — Нет! Чтоб тебя Попов! Ты можешь быть хоть немного серьезнее?! Просто… Ну… ты думал обо мне? Черт …или… Не знаю. — Тош, если скучал, мог приехать ко мне в любое время. Не нужно так загоняться. — Но ты должен был позвонить мне и сказать об этом! Или вообще рассказать о том как прошел твой день. Мы же. Ты говорил, мы… Черт! Да я думал мы хоть на свидание сходим. — Свидание? Антон… Ты издеваешься? Не веди себя как ребенок, меня это бесит. Я уже давно вырос с того возраста, чтоб ходить на свидания, держаться за ручки и гадать на цветочках. На что ты рассчитывал? Что я буду писать у тебя под окнами «Я тебя люблю»? Относись ко всему проще. Хочешь приехать — приезжай. Считаешь нужным звонить — позвони. Хочешь со мной потрахаться — отлично. Хочешь поболтать — давай хоть до утра. Но только не нужно ставить мне рамки. Тебя что-то не устраивает? Ты действительно хочешь из-за этого поссориться? — …Нет. Я не хочу ссориться. — выдыхает насупившись шатен. — Вот и умничка. А теперь раздевайся и залазь ко мне, раз пришел. — Не хочу. — Шастун и в кого ты такой дерзкий? Обещал же быть послушным, помнишь? Антон стыдливо опускает взгляд вниз. «Разве это честно? Нельзя так мной управлять. Я же сказал что не хочу.» — Будь хорошим мальчиком и слушайся папочку. — усмехается пошло Арсений. — Я не полезу в воду. — Тогда уходи. Чего же ты просто стоишь? Не держу. Но и звонка моего тоже не жди больше. — Арс…! — В воду, зайка. — строже приказывает мужчина, и Антон теряет всю уверенность. «Похуй. Уже как-то совсем похуй. Если он так этого хочет » Антон неловко берется за края своей толстовки. Краснеет от внимательного взгляда Арсения. И несмело снимает большую одежду через голову. Виднеется торс и сильные мышцы на руках из-за чего Попов восторженно закусывает свои губы. «Никогда в жизни мне не было так не комфортно раздеваться перед кем-то. Много раз переодевался в раздевалке с пацанами, когда играл в футбол. Но сейчас… Всё куда хуже. Чувствую себя таким грязным. Арсений будто уже давно поимел меня глазами.…» Антон снимает джинсы. Вздрагивает от холода пробежавшего по телу. Остался стоять в одних боксерах. Попов ухмыляется и с нетерпением ждёт когда к нему присоединиться сексуальный мальчик. Шастун медленно подходит, специально тянет время, купаться совсем не хочется, но он переступая через себя опускается в довольно просторное горячее джакузи. Шатен хватается за бортик, боясь отпустить, хоть и зашёл только по пояс. Но дыхание учащается, а ноги становятся ватными, не желая больше делать ни шагу. «Вдох. Выдох. Всё в порядке Я чувствую дно. Я стою. Блядь я просто стою в воде… Сердце ты перестанешь стучать как сумасшедшее? Это же всего лишь вода. Сука! Не помогает!» — Антон, ты там и останешься? Иди ближе ко мне. — А? — Антон наконец перестает пытаться испепелить воду взглядом и смотрит на синие глаза. «Синий… Губительный цвет для меня похоже во всех смыслах.» — Мне и тут хорошо. — криво пытается улыбнуться Антон. Попов хмыкает и в два счёта сократив между ними расстояние, тянет Антона за руку к себе. Карие глаза испуганно округляются, а рука не удерживается на скользком от воды бортике. — НЕТ! НЕТ! Арс, пожалуйста! Черт! Пожалуйста, не надо! — Антону нечего не остаётся как схватиться за Попова, вжимаясь всем телом, впиваясь ногтями в широкие плечи, скрещивая ноги за его спиной и молится, чтоб тот не отпустил, когда Арсений заводит его на самую глубину. — Тош, ты чего? — не понимающе, усмехаясь, вглядывается в глаза напротив брюнет. Ему приятно, что парень за него так хватается, но это слишком неожиданно и несвойственно, нелегко идущему на тесный контакт шатену. — Блять! Сука! Еблан! Верни меня на место! Арсений усмехается, догадавшись о причине такой реакции. — Хахх, совсем забыл, что зайки не умеют плавать. — Попов смеётся, проводит руками по крепкой спине и довольно улыбается. — Блять! Сука! Конченый! Блять! — Антон весь красный, мокрый и злой. Хочет рвать и метать. А ещё ему страшно, стыдно и неловко за свою фобию. — Не слишком ли много нецензурных слов для одного парня? С этим нужно что-то делать. Давай так Тоша… Теперь за каждый мат, я буду тебя целовать. — Что блядь?! Иди ты нахуй Арс! …ой, что я только что сказал? Я имел в виду… Арсений усмехается, настойчиво и грубо целуя. Шокированный Антон открывает глаза шире, уже смотря на закрытые брюнета, и чувствуя покусывание своих губ и жар чужого языка в собственном рту. «Как же. Охуенно.» Антон ослабляет хватку на плечах мужчины, поднимаясь руками выше и зарываясь в волосы на загривке. Блаженно прикрывая глаза и отвечая на страстный поцелуй. Губы Антона сладкие, мягкие, податливые и Арсения ведёт. Он обнимает талию, ведёт руками ниже, мнет бёдра, подхватывает за ягодицы, крепче сжимая. Шастун плывет от грубых касаний. Чувствует терпкий привкус излюбленного коньяка Арсения и кажется теперь тоже пьянеет поддаваясь навстречу движениям горячих губ. «Вкусно» Когда воздух заканчивается, они отстраняются друг от друга. Антон готов застонать, ощущая прижимающийся к нему стояк Попова. — Зай, может нам перейти в спальню? — шепот Арсения в миллиметре от собственных губ, посылает новую волну мурашек. — Зачем? — Антон нервно закусывает губы, весь горит от стыда. — Ну как… Шпилли-ванили… И всё такое. Обещаю сделать тебе очень приятно. — улыбается игриво Попов — Это… Как-то… слишком по гейски… — Мы геи — усмехается голубоглазый. — Я не думаю, что я… такой гей. Точно не такой. — пугается и смущается шатен. Арсений смеётся и целует снова. Больше не спрашивая, вылазит из джакузи, всё ещё держа Антона на своих руках. Направляясь на ближайшую плоскую поверхность. Ухмыляется, думая, что сегодня точно не даст мальчику сбежать. Антон как-то упускает момент, про возможность побега, что горит как красная лампочка в голове, когда его наконец раскладывают на мягкой кровати. Шастун просто замирает, пытаясь не забывать дышать, а Арсений уже прижимает его собой, хаотично целуя и блуждая по прессу и телу парня. Оживает шатен, когда чувствует как оттягивают резинку его собственных боксёров. Цепляется за свое нижнее белье, не давая его стянуть и кусается. — Кусаться не по правилам, зайка. — тихий, слегка хрипловатый голос от Арсения нависшим над ним, заводит так же сильно, как и пугает. — Арс…. — дрожащим голосом произносит Антон. Арсений медленно опустился ниже, не отводя синих глаз и легонько прикусил нежную кожу на шее, прошептав: — Плохой мальчик. Папочка недоволен. — Нет… Притормози…прошу… — уже скулит жалобно Антон, извиваясь в руках брюнета. — Я хочу резко войти в тебя и вдалбливать в кровать, а когда ты будешь просить остановиться — ускорять темп, заставив тебя втянуть животик, чтобы я смог войти до упора и касаться живота чувствуя, как разогнал всех твоих бабочек, а потом заставить прыгать на мне сверху. Ну как тебе, малыш? — Я… хочу уйти. — Антон предпринимает слабую попытку встать, но Арсений упирается руками в его грудь, напирая и укладывая обратно. — Нет — мрачно промурлыкал Арс. — Нет, ты хочешь, чтобы я трахнул тебя до потери сознания, не спрашивая твоего разрешения. Если я не спрошу, тебе не придется притворяться леди и говорить «нет». — Самоуверенность — хорошая вещь, но не нужно ею злоупотреблять. — серьезнее говорит злясь Антон. — Я… не думаю, что готов. — Не узнаешь, пока не попробуешь. — нежнее говорит Арс, прижимаясь своим пахом к каменному Антона. — Охммммм… — Шастун ёрзает, загнанно дышит, сдерживая стон. Внушительный стояк Арсения вселяет трепет. Шатен смотрит как несколько капель воды скатываются по неплохо слаженному торсу брюнета. «Хочется. Но пиздец как страшно.» — … Моё тело не предназначено для таких размеров. — Антон сглатывает вязкую слюну, облизывает свои губы. — А какая именно часть твоего тела протестует этому… предмету? — Попов улыбается и ходящий на грани парень его забавляет. Хочется уломать. Сделать до конца покладистым. — Всё тело! — резче отвечает Антон, видя усмешку мужчины. — Может попробуем его туда вставить? — только больше веселиться Попов. — Что-то мне подсказывает, ты лучше справишься с этой ролью, может тебе вставить? — Хахх… Рассказать способ применения волшебной палочки? — Нет! Фу! Я не хочу знать! — Антон сильнее брыкается и Арс хватает его за запястье, удерживая руки над головой. — Тош, я сейчас перестану сдерживаться! Не беси. Это просто секс. Начинаешь и заканчиваешь. Ничего сложного. — А ты обычно всегда так и делаешь?.. — надувает губы Антон, карие глаза стыдливо бегают по лицу брюнета. — А ты привык по другому? — Да. … Нежно. Заниматься любовью, а не трахаться. — Антон заглядывает с волнением в голубые глаза. Ему безумно стыдно.«Не хочу так. Пока Арсений ничего ко мне не чувствует. Ему нужен лишь секс. Я же хочу гораздо большего. Хочу его всего.» — Хорошо. Я буду… Нежнее. — Попов мягко касается губ Антона, завораживая, примагничивая, медленно проводя от запястий по руке ниже. — Арс… пожалуйста… Перестань. Я не смогу тебе отказать если ты продолжишь. Но я не хочу. Не сегодня. — Антон умоляюще смотрит в глаза мужчины. Арсений хмурится, молчит несколько мучительно долгих секунд. Поправляет взлохмаченную челку Антона и коротко поцеловав напоследок, отстраняется. — Тогда мне нужнo в душ. — кровать скрипит, когда Арсений поднимается. Встаёт в полный рост. — Кажется твоя мечта сбудется. Буду дрочить думая о тебе. — Я никогда о таком не мечтал… — Антон облегчённо выдыхает, приподымаясь на локтях на кровати. — … Сделаю вид, что поверил. А пока ты можешь воспользоваться второй ванной. И не смей уходить без разрешения, пока я тебя не отпущу. Понятно? — у него такой повелительный и магический тон, что Антон кивает до того как осознает свои действия. — М-м, послушный. Всегда бы так… Антон не может понять интонацию в его пьяном, хриплом голосе, но на привычный сарказм не похоже.