Читай между строк

      Эд позвонил мне утром следующего дня и сообщил о том, что зал не будет работать до пятницы. Как я и думала. Он попросил меня о том, чтобы я сообщила об этом своей ученице. Я еле сдержала глупую улыбку. Ученице. А ведь по факту она все еще является моей ученицей. До возвращения Эбони.       Забавно, как круто все изменилось. За какой-то один день мы перешли из стадии холодной войны в стадию непосредственного сближения. Я даже не успела проанализировать свои чувства по этому поводу, настолько стремительно поменялись обстоятельства. За прошедшие два дня я испытала весь спектр эмоций – от гнева до блаженства. И абсолютно все эти эмоции были искренними. Я искренне ненавидела Софи в момент, когда орала на нее в ее доме. Я искренне считала, что больше никогда не хочу видеть ее рядом с собой. Я искренне хотела окончательно распрощаться с ней. Я искренне хотела насолить ей, задеть ее, обидеть. Я искренне наслаждалась ее обнаженным телом в своих объятьях. Я абсолютно искренне таяла от каждого поцелуя. И… искренне простила ее. Да-да. Тряпка Ханна Джордан. Но что я могла поделать? С собой. Со сложившейся ситуацией. Как я и сказала, я готова простить ей все, если она любит меня так же сильно, как и я ее. Дура ли я? Возможно.       Я спускаюсь вниз и застаю Дэниэла, попивающего горячий кофе за чтением газеты. Как и всегда. Его повседневная утренняя рутина. Он переводит взгляд на меня, и его лицо тут же озаряется радостью. - Доброе утро, Ханна, - говорит он и указывает на стул напротив себя, - Как спалось? - Чудесно, - сообщаю я и сажусь за стол. - Ясно, - он многозначительно смотрит на меня, и я понимаю, что его просто разрывает от любопытства.       Я более чем уверена, что он слышал наш вчерашний разговор с Софи. Думаю, он ждал от меня объяснений еще вчера, но я не оказала ему такую милость. Он всегда держался в стороне от вопросов, связанных с моей личной жизнью, по большей части потому, что он знал о моих беспорядочных связях и дурацких вечеринках, и это беспокоило его в последнюю очередь. Он как бы старался не замечать того факта, что его сестра сильно отличается от остальных членов семьи – гордых, порядочных, воспитанных, степенных, достойных представителей английского общества. Ко всему прочему, Дэниэл Хайнц всегда слыл неисправимым романтиком и не одобрял каких-либо отношений, в которых нет любви, но есть лишь погоня за удовольствием. Но с появлением Софи его интерес к моей личной жизни значительно возрос. Его интересовало все. Немудрено, ведь тут речь шла о любви между его драгоценной младшей сестрой и лучшей ученицей, как он сам сказал, за последние несколько лет. - Что такое Дэнни? – подначиваю я его, - Не терпится узнать, чем закончилась наша с Софи беседа? Или ты подслушал? Не упустил ни единого словечка? - Ханна! – возмущается он, - Да как я мог? За кого ты меня принимаешь? Я подсматривал, а не подслушивал. В окно. Вы даже не заметили. - Черт, Дэнни! – на этот раз возмущаюсь я, хоть и не сдерживая улыбки. - Прошу, скажи мне, что ваша война наконец закончилась, - он отшвыривает газету в сторону и смотрит на меня взглядом голодного щеночка. - Как знать, - я отправляю в рот кусочек яичницы, - Это слишком сложно… для разговора за завтраком. - Тогда поговорим вечером? – в его взгляде поселяется надежда. - Вечером не могу. Софи пообещала украсть меня и отвести на свидание, - сообщаю я, быстро расправляясь с остатками яичницы. - Неужели? – Дэнни почти подпрыгивает от восторга. - Ты слишком рано радуешься, - я укоризненно смотрю на него исподлобья, - Вспомни всю нашу с ней историю. Ни дня без скандалов. Так бы я это окрестила. Наши отношения похожи на прогулку по минному полю. Или плавание в пруду, полном пираний. Никогда не знаешь, в какой момент жахнет. - Ох, милая. Больше оптимизма! – он не на шутку воодушевляется, - Пока в сердце живет любовь, надежда не умрет. - Еще один, - ворчу я, - Есть вещи посложнее любви. Иногда от нее ничего не зависит. - Правда? Да ты ведь сама сказала вчера, что готова простить ей все, только бы она тебя любила, - Дэнни заговорщически подмигивает, а для меня это становится последней каплей. - Ладно. Я прощаю тебе тот факт, что ты подслушал весь наш разговор. Но! Не смей цитировать меня. Да еще и приводить мои же цитаты в качестве контраргументов, - я встаю из-за стола и убираю за собой посуду, - Мне пора. - Хорошего дня, сестра, - он похлопывает меня по плечу, когда я прохожу мимо него, - И хорошего вечера. Надеюсь, все пройдет гладко. - Слушай, - я вдруг останавливаюсь, - А ведь мы с тобой никогда не говорили обо всем этом. - О чем ты? – удивляется он. - О том, как ты относишься к моим отношениям с Софи, - уточняю я, - Ты никогда не выражал своего мнения по этому поводу. Ни недовольства, ни радости, ни злости. Ничего. - Ханна, ты ведь уже взрослая. И только тебе принимать решения касательно своей жизни. Мои слова, как и слова мамы и Сеймура, будут лишь рекомендацией, а вот главное решение всегда будет за тобой, - его мягкий взгляд успокаивающе действует на мои нервы. - Вот как? Но это ведь не ответ, Дэнни. Я бы хотела узнать о том, что ты чувствуешь, что думаешь обо всем этом. - Правда? И с каких пор тебе интересно мое мнение? – подкалывает он меня, - Ладно-ладно. Ну… поначалу я был не в восторге от всего этого. Что и говорить, вы с ней как с цепи сорвались. Бросались друг на друга, делали друг другу подлости и гадости. Разве я мог быть рад такому раскладу? Конечно, нет. Я был глубоко опечален тем, что две лучшие студентки вокального отделения объявили друг другу войну. Я знал, что ты вернешься после академа и захочешь занять свое почетное место. Вот только на него уже покусилась Софи Майер. И, конечно же, будучи наивным дураком, я посчитал, что вы, наоборот, подружитесь и создадите творческий тандем. Глупо было с моей стороны, да? Я выстроил в своей голове грандиозный план. Вы могли бы стать дуэтом, ведь у вас обеих потрясающие тембры и стили, да еще и так идеально сочетающиеся друг с другом. Я буквально грезил этой идеей. Даже песню написал для вас. - Стоп, - я вздрагиваю и обращаю на брата заинтересованный взгляд, - О чем ты говоришь? Какая еще песня? Ты написал песню для меня и Софи? - Да, именно так. Я ведь думал, что именно с этого и начнется ваш творческий путь. Но… увы, этому не дано было свершиться. Было… но ведь шанс есть, верно? - Ты видишь наш совместный творческий путь? – серьезно спрашиваю я. - Еще как, Ханна! У вас бы получилось, - он восторженно улыбается, уплывая по волнам собственных мечт, - Я бы вам помог. Сеймур помог бы. У него же есть знакомый продюсер. - Я никогда об этом даже не думала, - нерешительно отвечаю я, - Хотя на одной вечеринке мы спели дуэтом. И это было просто потрясающе. Ты бы слышал.       Я уношусь мыслями в тот вечер, и мое сердце наполняется сладкой горечью. Тогда все было проще. Гораздо проще. Я понимала, что сердце Софи у меня почти в руках. Я знала, что до решающей вспышки страсти между нами нам остается лишь один шажок. Я была уверена в том, что она влюблена в меня. Я даже не подвергала этот факт сомнению. Я это просто твердо знала. Дело оставалось за малым. Мы обе были на грани. На грани любви. - Да уж, хотел бы я это услышать, - с теплой улыбкой произносит Дэниэл, - Но… не беда. Я думаю, вы еще споетесь. - Правда так считаешь? – я искренне жду его одобрения. - Еще как. - Ладно, спасибо, Дэнни. Мне пора. Увидимся… вечером, - говорю я, выходя из кухни. - Или же вечером тебя не ждать вовсе? – подшучивает он.       Я молчу. Я могла бы съязвить, могла бы все отрицать, но в итоге не выдавливаю из себя ничего, ведь я совершенно не представляю, чем закончится сегодняшний день.       Я накидываю джинсовку, в очередной раз поражаясь тому, как быстро на улице потеплело. А ведь еще пару недель назад тропинки были покрыты тонким слоем льда, а деревья припорошены снегом. Я выхожу из дома и вижу Софи, терпеливо ожидающую моего появления. Она теперь каждое утро будет ждать меня у дома? Надо же. Стоило пройти через весь этот ад, чтобы получить в награду покорную, милую и нежную Софи. - Привет, - говорит она, просияв при виде меня, - А это тебе, - она протягивает мне руку, все это время спрятанную за спиной с зажатым в ней маленьким букетиком пурпурных тюльпанов, при виде которых я с грустью вспоминаю свой прежний цвет волос. - В честь чего? – я медленно забираю букет, потом подношу его к лицу и вдыхаю аромат цветов. - Хотела, чтобы этот день начался для тебя с чего-то приятного, - сообщает она, - И они напомнили мне о тебе. Эта цветочная лавка находится неподалеку от кампуса. Каждый раз, проходя мимо этих тюльпанов, я думала о тебе. - Из-за цвета? – спрашиваю я, слегка усмехнувшись. - Да, - сознается она, - А еще тюльпаны всегда казались мне особенными. Среди роз, хризантем, гербер. Они всегда выделяются, потому что на первый взгляд кажутся незамысловатыми, но на самом деле их простота, если приглядеться, выглядит благородной. - Вот это ты завернула, - смеюсь я, - Что ж, спасибо, - я прижимаю букет и делаю пару шагов в сторону тропинки, ведущей к зданию университета. - Ну и ко всему прочему, это небольшая затравка перед свиданием, - говорит она, поравнявшись со мной, - Ты же не забыла, что у нас сегодня свидание? – радостно спрашивает она, и этот почти щенячий восторг заставляет мою суровую оборону треснуть. - Я все помню, Софи, - отвечаю, отвернувшись в сторону, чтобы не позволить ей увидеть мою улыбку. - Отлично, - она подпрыгивает на месте и продолжает порхать рядом со мной, окрыленная мыслями о предстоящем свидании. - Ты теперь каждое утро будешь приходить к моему дому, чтобы пойти на занятия вместе? – вдруг спрашиваю я. - Ну…, - она задумывается, - Я знаю, как это выглядит. Будто я подлизываюсь. Но на самом деле у меня есть парочку железных аргументов. - Да? И каких же? – наконец совладав с самой собой, я обращаю на нее вопросительный взгляд. - У нас с тобой большинство занятий совместные. Так что мы так и так постоянно вместе. Ну я и подумала, что было бы неплохо зайти за тобой и проводить тебя, - отвечает она, - Странно совпало, верно? - В этом нет ничего странного, - я вздыхаю, - На самом деле это должен был быть мой сюрприз для тебя. Я подсмотрела твое расписание на этот семестр и выбрала по максимуму занятий, чтобы мы с тобой были вместе. - Правда? – она останавливается и с надеждой заглядывает в мои глаза. - А ты думала, это просто совпадение? – я смеюсь. - Честно? Да, - она робко отводит взгляд, - Я была в шоке. Я ведь убедила себя в том, что нам стоит держаться друг от друга подальше. И потом… на первом семестре у нас с тобой не совпадало ничего кроме вокала. А тут… Блин. Я должна была догадаться. - Это точно. Таких удивительных совпадений просто не бывает, - говорю я, во все глаза разглядывая ее.       Боже, как же она близко сейчас. Рядом со мной. Не сбегает. Не прогоняет меня. Не пытается сделать мне больно. Не воюет со мной за первенство. Не думает ни о ком, кроме меня. Такая нежная, легкая и искренняя. Идеальная. Короткие пряди светло-пшеничных волос божественно сочетаются с белоснежным оттенком ее кожи, а пронзительные медовые глаза придают ей шарма сияющего на небосклоне солнца. Тонкие, миниатюрные черты лица и сладкие персиковые губы. Ее стиль… все всегда яркое и светлое. Даже сейчас на ней кремовое пальто, под которым я вижу белое короткое платье-свитер, затянутое на талии ремнем. - Зачем ты перекрасила волосы? – тихонько спрашивает она, делая шаг ближе ко мне и запуская руку на мой затылок, - И… сбрила их. - Ну, - неуверенно начинаю я, - Я решила, что это поможет мне. Перемены – лучший способ борьбы с депрессией. - Я любила твои сиреневые волосы, - признается она, - Да, я знаю, я много раз возмущалась по этому поводу, но на самом деле благодаря тебе я полюбила этот цвет, и он теперь всегда ассоциируется у меня только с тобой. Они, - она берет в руку прядь моих волос, - Были бесподобны. - А сейчас нет? – я тоже делаю шаг вперед, окончательно избавляясь от расстояния между нами. - Тебе идет что угодно, Ханна, - она нервно сглатывает и слегка напрягается, ее глаза начинают взволнованно бегать по сторонам, а дыхание пару раз сбивается. - Ты льстишь мне, - я едва касаюсь ее горячей щеки, - Хитрюга. Делаешь все, чтобы меня задобрить. - Делаю все, чтобы ты меня простила, - шепчет она, опустив взгляд вниз. - Сделай все, чтобы мы больше никогда не расстались, - я склоняюсь к ее губам. - Хорошо, - она вскидывает голову и стреляет в меня решительным взглядом, - Ханна Джордан, я обещаю тебе, что я больше никогда не оставлю тебя. Даже если ты будешь умолять об этом. - Ну это уж слишком, - я выдаю тихий смешок. - Из крайности в крайность. Мой девиз, помнишь? – шутит она, - Либо все, либо ничего. И отныне и впредь я буду выбирать все. И знаешь, почему? - Почему же? – я продолжаю истязать ее сладким с перчинкой взглядом. - Потому что для меня ты – это и есть все, - она предпринимает попытку слащаво пофлиртовать, но делает это так смешно, что я не выдерживаю и начинаю широко улыбаться, - Как тебе? Я шикарна? - О, да. Ты многому у меня научилась, - я подмигиваю, разрываю такой мучительно сладкий контакт и иду дальше по дорожке. - У тебя?! – вскрикивает она, продолжая идти рядом со мной, - То есть до тебя я не умела флиртовать? - Ну… если отхреначить человека прямо на сцене – это флирт, то да, несомненно, твоя техника флирта была на высоте, - подкалываю я ее. - Ты будешь припоминать мне это до самой смерти? – она кидает на меня укоризненный взгляд. - О, да, - восклицаю я, - Еще как. Смирись с этой участью. - Ханна, - Софи одним прыжком взлетает на бордюр высотой полметра и, вытянув руки в стороны, балансируя на тонкой поверхности, идет вперед, - Когда мы сможем забыть все плохое? - Не знаю, как ты, - я с опаской гляжу на нее, - Но я сейчас вспоминаю все это со смехом. Да, тогда было больно, но теперь все это кажется таким нелепым. - Правда? – она доходит до конца бордюра, медленно разворачивается ко мне лицом, и по озорной искорке, промелькнувшей в ее взгляде, я понимаю, что меня ждет очередная непредсказуемая выходка, - Поберегись!       Софи делает шаг вперед, намереваясь спрыгнуть с бордюра. Я протягиваю руки вперед, ловким движением ловлю ее на лету и прижимаю к себе. Софи обнимает меня за шею, а ногами обвивает мои бедра. Торжество в ее взгляде и радостная улыбка, вспыхнувшая на ее губах, заставляют меня закатить глаза. - Ты поймала меня, хотя могла бы отойти в сторону, - понизив голос, сообщает она, - Знаешь, что это значит? - Да, знаю, - я поглаживаю ее по спине, затем спускаюсь ниже и сжимаю ее ягодицы, - Это значит, что я всегда поймаю тебя, Софи. Даже если ты будешь кричать мне о своей ненависти, я не дам тебе упасть. Я всегда буду твоей опорой. - Спасибо, - Софи устремляет на меня серьезный многозначительный взгляд, - Я сделаю для тебя то же самое, Ханна. Можешь мне не верить. Я докажу тебе.       Я крепко обнимаю ее и растворяюсь в бешеном ритме ее сердца, удары которого отзываются дрожью в моей душе.