Читай между строк

- Признавайся, - я кидаю на брата твердый взгляд, - Ты обо всем знал. Возможно, даже помогал. Я права? - О чем это ты? – Дэнни пытается усыпить мою бдительность невинным выражением лица. - О номере Софи. Ты ведь знал, - я смягчаюсь, невольно вспомнив все те умопомрачительные эмоции, которые я испытала в зрительном зале, следя за происходящим. - Ладно. Допустим, знал, - сознается он. - И как тебя не подмывало все мне растрепать? – я натягиваю толстовку и хватаю рюкзак. - Подмывало, конечно, - посмеиваясь, отвечает он, - Но я не мог подставить Софи. Она была так серьезно настроена. Для нее это было очень важно. Думаю, за все два года обучения она еще никогда не была так сосредоточена. Я увидел ее новые грани. Только представь, она сочинила весь номер сама. Сама все организовала, сама написала сценарий, сама нашла подходящих людей. Это колоссальная работа за такой короткий срок. Я очень горжусь ей. - Эй! Я сейчас ревновать начну, - надув губы, сообщаю я. - Ты же знаешь, что ты мой номер один, Ханна? – он обнимает меня за плечи, а затем добавляет, - После Софи, конечно. - Так. Все, - я сбрасываю его руку и устремляюсь к двери. - Шучу, конечно. Но ее номер… это просто волшебство, - мечтательно говорит он, как будто смакуя собственные воспоминания, - Ханна, - он останавливает меня, - Могу я спросить? - Давай. Только быстро. Я спешу. У меня тренировка с Софи, - я замираю на месте. - Все позади? - О чем ты? – я слегка напрягаюсь, подозревая, что его вопрос несет в себе большую глубину, чем может показаться. - Ты простила ее? – уточняет он. - Ах, это, - киваю я, - Да. Простила. И я хотела бы мысленно пожурить себя за свою слабость, но не могу. Я люблю ее, Дэнни. - Я очень рад за тебя, сестренка, - он мягко улыбается. - Спасибо, - я отвечаю ему короткой улыбкой и вылетаю из дома.       Поразительно, как одна маленькая деталь может изменить все. Еще неделю назад я топила саму себя в болоте отчаяния, самоуничижения и боли. Мне казалось, что ничто и никогда уже не изменится, что я пронесу эту боль и это разочарование сквозь всю свою жизнь. Как бы я ни старалась, выходит, Софи все же является центром моей вселенной. Я бы хотела выглядеть сильной и неприступной, но я проиграла в битве с собственным сердцем, готовым, как оказалось, простить Софи абсолютно все. Моя гордость просто отмалчивается в тени, недовольно поглядывая на счастливо отплясывающее сердце.       Я прихожу к выводу, что я не жалею. Ни о чем. Даже поступок Софи теперь выглядит в моей голове иначе. Как бы тупо это ни звучало, но благодаря разладу в наших отношениях, мы обе многое осознали. Интересно, есть ли хоть что-то в этом мире, что могло бы заставить меня разлюбить ее? Это громкие слова, я знаю. Но сейчас это именно то, что я ощущаю. Долгожданная весна пришла и в мое сердце.       Я залетаю в раздевалку, обвожу недоверчивым взглядом все еще сырые стены и пол, быстро переодеваюсь и прохожу в зал, где принимаюсь ждать Софи. Так странно. В прошлый раз, когда мы с ней сошлись в этом зале лицом к лицу, между нами грозовой тучей нависло недопонимание. А теперь?       Софи появляется в зале как всегда вовремя. Ни минутой позже, ни минутой раньше. Пунктуальна, как всегда. По ее лицу я сразу считываю ее настрой. Она светится самым искренним счастьем и беззаботностью. На один короткий миг я удивляюсь тому, насколько сильно эта Софи отличается от той, что я видела перед собой все прошедшие недели.       Я не успеваю сказать и слова, как она бросается мне на шею и смело завладевает моими губами. Я сжимаю ее тонкую талию в объятьях и растворяюсь в этом бурном поцелуе. Он кажется таким необузданным и жадным. Словно мы с ней не виделись несколько месяцев. В голове пролетает мысль о том, что именно такого поцелуя я ждала от нее там, на автобусной остановке. Я ждала поцелуя, в котором вереницей пронеслись бы переплетенные между собой чувства – тоска, радость и страх потерять друг друга снова. Сейчас я это отчетливо ощущаю. - Мы так далеко не продвинемся, - шепчу я, оторвавшись от ее губ. - А надо? – игриво мурлычет она. - Да, я ведь должна еще раз десять уложить тебя на лопатки, - подшучиваю я над ней. - Я не против, - соглашается она, отходит от меня и пробирается на ринг, - Если только ты уложишь меня на лопатки в свою постель. Как тебе такое? - Вы только поглядите, - наигранно изумленно говорю я, следуя за ней на ринг, - Что это тут у нас за кошечка? Эй, персик, я должна научить тебя быть грозой этого города. - А я кто? – она стреляет в меня вопросительным взглядом, - Город просто еще не знает, что я опасная штучка. Я предпочитаю скрывать своего внутреннего злодея. - Разомнемся? – предлагаю я, взяв ее за руку. - Давай, - Софи одаривает меня хитрым взглядом, который лишает меня дара речи.       Только к середине плановой разминки я понимаю, что значила эта дьявольская хитринка в ее янтарных глазах. Софи безукоризненно выполняет все упражнения. Но есть одно «но». Она делает это медленно, растягивая каждое движение, дополняя все это пылкими взглядами и вздохами. Особой пыткой стали наклоны, во время которых она повернулась ко мне спиной и намеренно и абсолютно бесстыдно демонстрировала мне свою пятую точку, обтянутую тканью леггинсов, во всей красе. Надо ли говорить, что тканью были обтянуты не только ягодицы, но и кое-что еще. - Я все правильно делаю, тренер? – сладким голосом интересуется она, взмахнув волосами. - Да, все верно, - я едва сдерживаю улыбку, - Мисс Майер… - Я бы предпочла миссис Джордан, - перебивает она меня. - Конечно, - соглашаюсь я, прикусив губу, чтобы не рассмеяться, - Могу я задать Вам вопрос? - Не стесняйтесь, тренер. М-м-м, - Софи снова делает глубокий наклон, а затем выпрямляется и потирает шею. - Я вижу, Вы совсем не стесняетесь, - я во все глаза гляжу на нее. - Так что у Вас за вопрос? – она подходит максимально близко и заглядывает в мои глаза. - Вы меня соблазнить пытаетесь? - Конечно, нет! Что за чушь! – возмущается она, хватает бутылку с водой и якобы случайно проливает воду на свою шею и грудь, - Ох, какая я неуклюжая. - Софи, я клянусь… - Что? – она вплотную подходит ко мне, - Что такое? - Ничего. Идем, - я обнимаю ее за талию и веду к рингу, - Пора поработать по-настоящему. Готова? - Всегда.       Я думала, что Софи и здесь будет дурачиться, но она вдруг принимает серьезный вид и ловит каждое мое слово, каждую рекомендацию. Через полчаса у нее начинает получаться, и она искренне этому радуется. Ей богу, я вижу, что она вот-вот начнет прыгать и хлопать в ладоши.       До конца занятия остается каких-то десять минут, и тут Софи снова обретает игривый настрой. Она тесно прижимается ко мне при каждом захвате, мимолетно касается меня, когда я этого совсем не ожидаю. Ну, что за непослушный котенок? - Мы закончили? – спрашивает она, опираясь спиной на столбик в углу ринга. - Да, можно сказать и так. Софи, ты молодец. Ты отлично справилась сегодня, - хвалю я ее, - Еще пару занятий, и ты сможешь меня разгромить. - Неправда, - она опускает глаза в пол, - Думаю, чтобы тебя разгромить, мне потребуется пятнадцать лет тяжелых непрерывных тренировок. - Ох, да ладно тебе, - я подхожу к ней и опираюсь руками о канаты по обе стороны от нее, - Я не шучу. Ты правда молодец. - Ханна, - тихо произносит она и нежно касается кончиками пальцев моего лица, - Спасибо. - За что? – я прижимаюсь щекой к ее ладони. - За все. За тебя. За второй шанс, - она тянется ко мне, - Я была такой дурой, когда пыталась отталкивать тебя. Знаешь, ведь есть люди, которым не выпадает шанс искренне и безумно влюбиться. А мне выпал. Но я чуть все не разрушила. Ты бесподобна. Ты сводишь меня с ума. С самого первого дня я замираю в восхищении, глядя на тебя… даже в те моменты, когда пытаюсь скрыть это либо раздражением, либо безразличием. Я люблю тебя, Ханна Джордан. - А я люблю тебя, Софи Майер, - успеваю ответить я, прежде чем наши губы сливаются в нежном поцелуе.       Судорожный вздох дрожью проносится по моим губам, когда я сжимаю горячую кожу ее талии. Софи прижимается ко мне, и я чувствую все отчаяние, сквозящее в каждом движении ее губ, ее кротость, ее нежность, ее нетерпеливость. Она словно хочет и продлить момент, и распалиться до предела одновременно. Ее руки порхают по моей спине, а затем опускаются ниже и ложатся на мои ягодицы. Через пару мгновений она решается сжать их и еще ближе притянуть меня к себе. Она наслаждается мной, моим телом – я понимаю это, я буквально ощущаю ее восторг от каждого прикосновения к моим мышцам. Это окончательно сводит меня с ума, и я теряю голову. Я забываю обо всем, что происходит, или могло бы происходить вокруг. К счастью, мы с ней одни в зале. Хотя, скорее всего, и это меня бы не смутило. Я хочу коснуться ее. Я хочу ощутить ее обнаженное тело под своими руками. И эта мысль доводит меня до исступления. Моя рука уверенно ложится на ее лобок и проскальзывает на зону между ее ног. Софи слегка вздрагивает, а ее губы еле заметно подрагивают, все еще пытаясь поспеть за темпом моего поцелуя. - Ханна, - лепечет она, - Ханна… - Да? – легонько покусывая ее губу, отзываюсь я. - Камеры… Здесь же камеры, - с легкой тревогой в голосе говорит она. - Камеры? Тебя это так пугает? – посмеиваюсь я, медленно водя рукой там внизу, нащупывая сквозь тонкую ткань ее леггинсов заветную зону. - Но… Черт… О, боже, - тихий стон срывается с ее губ. - Пусть это будет первым порно с твоим участием, - бормочу я с наслаждением глядя на ее трепещущие губы. - Черт… нет… так… нельзя, - она пытается сопротивляться, но мои уверенные движения заставляют ее замереть на месте. - Нельзя. Конечно, нельзя. Хорошо, что камеры все еще не работают после потопа, - произношу я и наблюдаю за тем, как ее замешательство сменяется сначала осознанием, потом облегчением, а затем на ее губы пробирается нервная улыбка, - Жаль, ты не в юбке. Иначе я бы давно уже неистово трахала тебя пальцами прямо здесь. - Ханна, - возмущается она, но не отталкивает меня даже тогда, когда моя рука проникает под ткань ее леггинсов, а затем и трусиков.       Это крайне неудобно из-за тугой ткани, но это так будоражит, учитывая, что в зал действительно в любой момент может кто-нибудь зайти. Софи пытается контролировать ситуацию, оглядываясь на дверь, но мои пальцы, скользящие по ее намокшим и набухшим складкам, лишают ее возможности мыслить здраво. Я подаюсь вперед и колено Софи оказывается между моих ног – оно упирается в заветную точку. По моему телу проносится ураган, заставляющий меня вспыхнуть, словно факел. Я чувствую, как моя рука начинает неметь от неудобного положения, но мне плевать, я продолжаю ласкать ее, то и дело ускоряя темп, наслаждаясь ее податливостью. Софи закусывает мое плечо, чтобы подавить стоны, и эта легкая боль лишь подталкивает меня к пику. Я слышу громкие уверенные шаги, стремительно приближающиеся к нашему залу. Черт. Только не это. Софи тоже это слышит. Она с мольбой глядит в мои глаза, но я не останавливаюсь. Я сильнее прижимаюсь к ее колену и напористее скольжу по ее клитору.       Шаги затихают прямо у двери. Я чувствую, как Софи напрягается всем телом, шумно выдыхает и расслабляется. От одного осознания этого факта я и сама захожусь дрожью от накрывшего моего тела оргазма, еще сильнее вжавшись в ее колено.       Дверь распахивается, а я, ведомая желанием лишний раз поиздеваться над Софи, непозволительно медленно вытаскиваю руку и, глядя ей прямо в глаза, отступаю на шаг вперед. - О, вы еще не закончили? – в зале появляется Эд. - Нет, мы уже… закончили, - отвечаю я, хитро поглядывая на Софи. - Конечно, хотелось бы продолжить, - вдруг отзывается Софи, и я обращаю на нее удивленный взгляд, - Это было… так… неплохо. - Неплохо?! – изумленно выкрикиваю я, не обращая внимания на растерянно глядящего то на меня, то на Софи Эда. - Да, очень даже неплохо, - пылающий взгляд Софи буквально прожигает во мне дыру, - Надеюсь, мы продолжим в том же духе. - О, еще как, - отвечаю я, выпрыгнув с ринга, и подаю Софи руку, которую она тут же принимает. - Ладно…, - бормочет Эд, смущенно потирая шею. - Пока, Эд. Еще увидимся, - бросаю я через плечо и, не выпуская руки Софи, веду ее к раздевалкам. - Буду ждать тебя в душевой? – Софи игриво подмигивает мне и скрывается за рядом шкафчиков.       Я пытаюсь быстро стянуть с себя одежду, и в момент, когда хватаюсь за шорты, слышу громкую вибрацию своего телефона, лежащего в металлическом шкафчике. Черт. Я вздрагиваю от неожиданности и беру телефон в руки. Папа звонил уже шесть раз и звонит в седьмой. - Да? – отвечаю я. - Ханна, ты занята? – я отчетливо слышу тревогу в его голосе. - Да, была, - туманно отвечаю я, всеми силами стараясь прогнать навязчивые воспоминания о том, чем закончился наш с Софи урок. - Прости. Я должен был тебе кое-что сообщить, - продолжает он, - Нас вызывают в суд на повторное слушание дела.       Черт. Я знала, что это случится, но почему-то всем сердцем надеялась на то, что какие-то высшие силы изменят ход событий. Вайнона, конечно же, пошла до конца. У нее просто нет выбора. Она каким-то диким образом добилась освобождения брата, учитывая, что он в любом случае должен гнить в тюрьме за растление малолетних, а теперь намерена лгать до последнего, поливая грязью и меня, и моего отца. В душе вырастает кривое, колючее деревце страха. Я искренне боюсь того, что в итоге посадят меня. За убийство Вайноны и Брэдли Финна. Я пытаюсь найти в себе силы, но никак не могу отделаться от мыслей о том, что они оба должны сдохнуть за все, что они сделали. - Ты приедешь? – отец прерывает мои размышления. - Что? Конечно, я приеду, отец. У меня разве есть выбор? – негодую я, - Я буду до последнего отстаивать свою правду. Я знаю, как все было. И я сделаю все, но не позволю какой-то мелкой твари унизить меня. - Только… держи себя в руках, ладно? – неуверенно произносит отец. - Да… я… Хорошо, я постараюсь, - невнятно отвечаю я. - Ханна, - строго произносит он, - Это очень тонкий вопрос. Ты должна будешь показать себя в лучшем свете. Послушай, я назначу встречу с адвокатом. Он поможет. Ты должна быть готова к тому, что тебе придется увидеть Брэдли снова. - Я знаю. Честно, я не готова увидеть его, - сознаюсь я, - Но выбора нет. - На следующей неделе, Ханна. Я назначу встречу на следующую неделю, - говорит отец. - Ладно. Я поняла. Пап, мне пора, - говорю я, - Поговорим позже. Я приеду на днях. - Хорошо, детка, - неожиданно мягко произносит отец, - До встречи.       Я кладу трубку и убираю телефон. Руки предательски дрожат, а я даже не замечала этого, пока говорила с папой. Я ненавижу себя за эту слабость. Одни разговоры о том, что случилось тогда, о Брэдли Финне, о суде заставляют меня достигнуть предела нервного состояния. - Ханна? – Софи неожиданно оказывается рядом.       Она уже приняла душ и переоделась. Ее обеспокоенный взгляд проникает вглубь моего сознания, рассеивая мрак и поселяя во мне искорку спасительного света и спокойствия. Я молча заключаю ее в объятья. - Что…, - она пытается задать вопрос, но затем замолкает и прижимает меня к себе, пока я пытаюсь раствориться в ней и в сладости ее аромата.       Я чувствую, как она волнуется. Я знаю, что у нее масса вопросов. Но она молчит. Она легонько поглаживает меня по спине. Она такая нежная, такая хрупкая сейчас, и все же она пытается быть сильной, пытается взять на себя роль защитной крепости. Я хотела бы, чтобы так было всегда. Я ловлю себя на этой мысли и не могу избавиться от нее. Я хочу, чтобы Софи всегда была рядом.       Когда я достаточно успокаиваюсь, я нехотя разрываю объятья и, чмокнув Софи в щеку, иду в душ. Я быстро переодеваюсь, и мы с Софи выходим на улицу. Я крепко держу ее за руку, наслаждаясь этим моментом, как чем-то заветным, как самой великой наградой. - Я отвезу тебя, - говорю я, открывая перед ней дверь своей машины. - Ханна, - произносит Софи, когда я сажусь за руль. - Да? – я перевожу на нее внимательный взгляд. - Останься сегодня у меня, - она робко улыбается. - Остаться? – переспрашиваю я, будто не уловив смысл ее слов. - Да. Я не хочу с тобой расставаться, - она тянется ко мне, чтобы захватить мои губы в нежный плен, - И потом, - шепчет она, - Мне кажется, там, на ринге, мы только размялись. Мы могли бы продолжить в моей постели. - Ха, черт, - посмеиваюсь я, - Ладно. Как скажешь.       Я выезжаю с парковки и понимаю, что я в восторге от мысли о том, что я останусь с Софи. Я знаю, что я в любом случае была бы не одна, ведь дома со мной был бы Дэнни. Вот только Софи будет в моих объятьях всю ночь, и это заставит меня, хоть и ненадолго, но забыть о плохом.