Читай между строк

      Когда настал день нашей с Софи поездки в ее родной город, я поняла одно. Я жутко, просто нереально волнуюсь. Черт возьми, я даже не припомню момента, когда бы я так сильно мандражировала. Думаю, проблема в том, что я никогда в своей жизни не знакомилась с семьей любимой девушки. Стоп. А ведь начать надо с того, что в моей жизни никогда и не было любимой девушки. Любимой… Это слово и есть причина, по которой я все это делаю, по которой готова на все. Даже на знакомство с семьей.       Я попросила Софи провести инструктаж. Ну… чтобы я была готова ко всему. Но оказалось, что она и сама-то не особо готова. Она лишь рассказала мне о том, кто ее отец, какой он, рассказала о Глории, об их отношениях, вот только о предположительной реакции ее отца на меня она умолчала. Софи и сама толком не знает, как отреагирует ее отец. Она никогда не знакомила своего отца ни с кем. У Софи никогда не было парней. А из девушек… была только Келси, с которой ее отец был знаком только косвенно, но, конечно же, не знал, какие отношения их связывают на самом деле. Оказалось, что Софи даже не потрудилась подготовить почву – хоть как-то намекнуть отцу на то, что она не натуралка. И я ее не виню, честно говоря. Из того, что она мне рассказывала о своем отце, я вынесла для себя один важнейший факт – у них крайне непростые отношения. Были. Сейчас, по ее словам, все совершенно по-другому, вот только она все еще боится говорить о каких-то серьезных вещах прямо, не юля и не ходя вокруг да около.       В любом случае я пообещала Софи, что мы пройдем через это вместе, что я буду рядом и поддержу ее в любой ситуации, а это значит, что мне придется быть сильной, чтобы стать опорой для своей девушки.       Мозг рисует навязчивые картинки, в которых ее отец устраивает лютый скандал и вышвыривает нас с ней из дома, а затем говорит Софи о том, что больше не хочет ни видеть, ни слышать ее. Или еще хуже – ее отец молча выслушивает все это, а затем разражается горькими слезами, крича о том, что не такого он хотел для своей единственной дочери. Я пытаюсь отмахнуться от этих навязчивых сценариев, спокойно и красочно разворачивающихся в моей голове. Нет. Все будет хорошо. Мы с Софи прошли непростой путь. Сможем справиться и с этим.       Я выхожу из здания университета, довольная тем, что меня допускают к новым экзаменам, ведь я успешно закрыла все свои долги. Телефон в кармане начинает вибрировать. Я достаю его и вижу новое сообщение от Софи.       «Я жду тебя. У тебя дома»       Что? Мы договорились, что она соберет оставшиеся вещи, и я заберу ее из их с Алексом дома. Что-то случилось? В душе просыпается тревога, которая, хищно улыбнувшись, начинает разрастаться и затмевать голос здравого рассудка.       «Что-то случилось?» - сдержанно спрашиваю я.       «Ничего серьезного. Просто захотела поскорее увидеть тебя. Не знала, что ты еще не дома»       «Задержалась в университете. Не волнуйся. Я скоро буду. Лечу к тебе, персик» - я добавляю несколько смайликов-сердечек, чтобы скрыть свое волнение.       «Хорошо. Жду» - отвечает Софи, но я понимаю, что что-то все же не так, что-то неправильное, колкое будто сквозит в каждой буковке.  - И он просто следил за ней…, - слышу я обрывки фраз в толпе студентов, сидящих на главной площади кампуса у фонтана. - Жуть какая… - Да… Мы с Микки ходили вместе на математику. Он казался мне милым…       Я понимаю, что речь идет о Микки Аллене, который, по словам самой Одри, преследовал ее, потому что она ему нравилась. Я останавливаюсь и начинаю прислушиваться.  - Но его вызвали на допрос, а затем отпустили. Так говорят. У него вроде как алиби есть. - Откуда ты это знаешь? - Он сам рассказывал своим друзьям. Он предоставил все доказательства своей непричастности. Он не был на той вечеринке. И вообще его не было в городе пару недель. - Да? И почему?       Я вслушиваюсь в разговор девчонок настолько внимательно, что даже затаиваю дыхание. Я ведь сама указала детективу на Микки. Выходит, меня послушали. Его вызвали в участок. Вот только… он оказался непричастен? - Бабушка умерла. И он ездил в Плимут. Провел там две недели. Говорят, он предоставил все возможные доказательства. От слов его родственников, что видели его там все две недели, до своих билетов на поезд. - Но блять… Он следил за ней. Это все равно жутко, - не унимается одна из девушек. - Да. Тут не поспоришь. Это жутко и неправильно. Но он свое получил. Его уже загнобили за сталкерство.       Я внимательно смотрю на худую блондинку с розовыми прядками у лица и пытаюсь переварить все сказанное ими сейчас. Я не могу вспомнить лица Микки. Кажется, я вообще никогда не была с ним знакома. Но почему-то я даже немного рада, что он оказался невиновен. Было бы ужасно, если бы убийца ходил среди нас. С другой стороны, я чувствую разочарование, ведь если бы это все же был Микки, то его бы уже заключили под стражу, и убийства прекратились бы. Но, увы, ужасы продолжаются.       В пестрой творческой толпе студентов, мелькающей позади девчонок, сидящих на краю фонтана и яро обсуждающих Микки, мелькает знакомое лицо. Настолько знакомое и настолько забытое одновременно, что я не понимаю, кто это. Жуткая улыбка пронзает словно стрела. Я вижу ее лишь краем глаза, ведь все мое внимание сосредоточено на девушках. Когда я резко поворачиваюсь в ту сторону, где периферическим зрением разглядела то самое лицо, я уже никого не нахожу. Что за черт? Кто это был?       Да что со мной такое в последнее время? Мне нужно срочно успокоиться. Я уверена, что в толпе никого не было. Это лишь мое разыгравшееся воображение. Я пытаюсь убедить себя в этом, но мозг отчаянно сопротивляется, крича о том, что я не сумасшедшая, я совершенно точно видела отдаленно знакомое лицо. Отдаленно… Я пытаюсь вспомнить. Я напрягаю все свои извилины, но данных, считанных лишь краем глаза, оказывается недостаточно, чтобы установить личность того, кто смотрел на меня из толпы.       Мерзкий осадок оседает на стенках моего сердца. Все самые отвратительные ощущения восстают и сливаются воедино. Кто эта девушка? Откуда я ее знаю? Почему она так смотрела на меня? И… там в торговом центре за мной следила она?       Девушка. Я уверена, что это девушка. Но лишь по двум параметрам. Длинные волосы и низкий рост. Но разве это показатель?       Я спохватываюсь, когда девушки встают с края фонтана и направляются в мою сторону. - Привет, Ханна, - здороваются они и проходят мимо. - Ага, - отвечаю я и срываюсь с места.       Я долетаю до дома за считанные минуты, распахиваю дверь, забегаю внутрь и с громким хлопком закрываю за собой дверь. В холле появляется Дэнни. Он с опаской смотрит на меня, пытаясь поймать мой взгляд. - Что? – спрашиваю я и натягиваю нервную улыбку. - Ничего. Зачем так хлопать дверью? – он указывает на дверь. - Я случайно, - оправдываюсь я и спешу пройти в гостиную, где вижу Софи, сидящую в кресле с чашкой чая.       Все тревоги моментально отходят на второй план, когда я растворяюсь в нежности ее ореховых глаз. Я подхожу к ней, протягиваю ей руку, за которую она тут же хватается, и тяну ее вверх, а затем крепко обнимаю. Софи еле слышно судорожно вздыхает, но все же притягивает меня ближе к себе. Кажется, она не ожидала такого проявления чувств на глазах у моего брата. - Можем ехать, - сообщаю я, чуть отстранившись, - Я только захвачу вещи из комнаты. - Мои вещи остались дома, - отвечает она, - Нужно заехать. - Без проблем. Но… почему? Ты пришла без вещей? Там что-то тяжелое? - Нет, всего лишь рюкзак, - она пожимает плечами, - Я не захватила его…, - она мнется, и теперь я окончательно понимаю, что что-то не так. - Софи… - Поговорим потом, ладно? – она с мольбой смотрит в мои глаза, и я не могу не согласиться. - Ладно. Я сейчас, - я нехотя выпускаю ее из объятий и спешу в свою комнату.       Я быстро докладываю в свою дорожную сумку остатки вещей. В этот момент я жутко напоминаю себе героя из фильма, которой влип в неприятности, и ему нужно срочно свалить из города. Ха.       Когда я оборачиваюсь, я вижу Дэниэла, стоящего в дверях моей комнаты. Он внимательно смотрит на меня, а сам, кажется, погружен в какие-то мысли. - Что такое? – спрашиваю я, подойдя к нему, чтобы вытянуть его из его мира. - А? Что? Нет. Все нормально, - отвечает он, - Так вы вернетесь… - В понедельник вечером, - отвечаю я. - Ага. Понял, - он одобрительно кивает головой, - Хорошей поездки, Ханна. - Спасибо, Дэнни, - отвечаю я, - Ну? Я пойду? - Ханна, - нерешительно начинает он, и я наконец осознаю, что он здесь не просто так стоял все это время, - Вы ведь с Джеки были знакомы раньше, так? И ты, и Софи… - Что? – переспрашиваю я, хоть и слышала каждое его слово. - Сегодня было занятие. Я проводил Джеки, а затем выглянул в окно и увидел, как Софи разговаривает с ней. Ну… как тебе сказать… «разговаривает» - это слишком мягко сказано. Я уверен, они ругались. Было понятно по их лицам. Я вышел к ним, боясь, что это может перерасти в настоящий конфликт. Затем, когда я завел Софи в дом, я аккуратно спросил ее о Джеки. Но она толком ничего не ответила. К тому же… твое поведение в тот день… когда было наше с ней первое занятие… Ты была, так скажем, не очень-то мила с ней. Что происходит, Ханна? - Ха, - я усмехаюсь, - Что происходит? Хочешь знать, Дэниэл? Я тебе скажу, что происходит.          Как только я это произношу, мысли в моей голове замирают и начинают медленно таять. Что я ему скажу? Скажу, что Джеки подрабатывает танцовщицей в клубе? Что именно там я ее и увидела? Что я пыталась ее закадрить? И у меня даже вышло. Что у нас с ней что-то было? Но даже это все не столь важно, сколько важен факт того, что Джеки Синклер больная на голову идиотка, размахивающая битой направо и налево, способная спать с несколькими людьми одновременно, творящая полную хрень. Но как это все может повлиять на их отношения с Дэнни? Для него это все не имеет значения, ведь он просто ее учитель. Его никогда не волновала личная жизнь ученика. Ему был важен талант и способности.       Вот и напрашивается вопрос. Что я должна ему сказать? Я решаю действовать осторожно, попутно оценивая его реакцию на сказанные мной слова. - Скажем так, - начинаю я, - Она не самый приятный человек на свете. Мы знакомы, да. И знакомство наше закончилось не очень хорошо. - Что ты сделала? – вдруг спрашивает Дэнни. - Что Я сделала? – переспрашиваю я, опешив, - Почему я? Это она… Она невменяема. Вот и все. - Могу я узнать подробности? – не отстает брат. - Она очень вспыльчивая и заносчивая. Если что-то идет не так, как ей хочется, она психует. И она… странная. Непредсказуемая. - Я живу с тобой. Я привык к непредсказуемости. Скажи, дорогуша, у вас с ней что-то было, ведь так? Иначе как объяснить реакцию Софи на нее? – спрашивает Дэниэл, и этот вопрос почему-то ставит меня в тупик.       Почему он спрашивает об этом? Я ведь только что отметила про себя тот факт, что его, как правило, не интересуют такие детали. Ученик есть ученик. Я гляжу в глаза брата, чуть прищурившись, но он не выдает ни единой подозрительной эмоции, и это меня успокаивает, ведь Дэниэл не способен ни врать, ни притворяться. Выходит, его вопросы вызваны всего лишь любопытством. - Да, было, - я решаю отплатить ему честностью, - Но, - я наблюдаю за тем, как округляются его глаза от удивления, - Но это ерунда. Мы не встречались. Ничего серьезного. Просто провели какое-то время вместе. Мы даже не спали, если тебе это интересно. А потом… Софи…. Пожалуй, этим все сказано, - я робко улыбаюсь, - Софи не затмит никто. - Вот как, - скорее утвердительно произносит он, слегка задумавшись, - А Софи знает, что ее никто не затмит? Потому что мне казалось, что она была готова накинуться на Джеки. - Знает, - уверенно отвечаю я, - Просто обозначает границы. - А это необходимо? – не успокаивается брат. - Дэнни, - я с укоризной смотрю на него, - Нам пора ехать. Мы можем поговорить позже? Или ты просто не хочешь меня отпускать? - Конечно, не хочу, - на его губах воцаряется лучезарная улыбка, - Как моя малышка-сестра будет там совершенно одна? - Я буду не одна. Я буду с Софи, - отвечаю я и слегка содрогаюсь, когда вспоминаю о том, что нам предстоит серьезный разговор с ее отцом, - Насчет Джеки, - я выхожу в коридор, но вдруг останавливаюсь и снова разворачиваюсь к Дэнни, - Просто предупреждаю… Она может быть жутко обаятельной. Не ведись на это, ладно? Не дай ей затащить тебя в койку. - Ханна! – возмущается братец, который сейчас кажется особенно сильно похожим на ангела, застигнутого врасплох. - Просто предупреждаю, - я выставляю ладошки вперед в безоружном жесте, затем поворачиваюсь и сбегаю вниз по лестнице.       Софи уже ждет меня у входной двери. Она дарит мне нежную улыбку, но я-то вижу, что она слегка наигранная. Надеюсь, она объяснит мне, в чем дело, когда мы останемся вдвоем. - Ну, счастливого пути, - говорит Дэниэл, глядя то на меня, то на Софи. - Спасибо, мистер Хайнц, - отвечает Софи. - Знаешь, Софи, вне университетских стен ты можешь называть меня по имени. Дэниэл, - вдруг сообщает брат. - Ох, - Софи растерянно таращится на него, - Я… Это… как-то… Может быть, вернемся к этой теме после окончания университета? – она виновато улыбается. - Как пожелаешь, - отвечает он, - Но, знай, я в любом случае не против. Ты ведь девушка моей любимой сестренки. - Так. Все. Хватит. Обменялись любезностями? Пошли, - я решаю прервать этот неловкий разговор и тяну Софи на улицу, - Пока, Дэнни.       Мы идем к моей машине. Я закидываю сумку в багажник, последний раз машу брату на прощание и сажусь за руль. Софи уже ждет меня в салоне. - Я все слышала, Ханна, - вдруг начинает она, прежде чем я открываю рот, - Ваш разговор с Хайнцем. Вы говорили о Джеки. Поверь, я не хотела подслушивать. Так получилось. Вы… обсуждали это слишком громко. И я не знала, куда себя деть. Остаться или выйти на улицу. В итоге пришлось слушать. Он прав. Я действительно столкнулась с ней на улице, когда она выходила из вашего дома, и я действительно угрожала ей. Я себя не контролировала. Я увидела ее, такую красивую, такую уверенную в себе сучку, и мне снесло башню. Я не такая красотка как она, но я хотела дать ей понять, что я умею бороться за свое. - Эй, эй, - я протягиваю руку и нежно касаюсь ладонью ее вспыхнувшей щеки, - Ты самая красивая. Для меня ты самая красивая. Никто с тобой не сравнится. Поверь мне. И я не злюсь. Хотя… наверное, должна бы. Не знаю. Я просто не злюсь. Я знаю, каково тебе. Я испытывала все то же самое, когда видела Келси. Я знаю, что тебе хочется порвать Джеки на кусочки. Но ты должна знать кое-что. Мне никто не нужен кроме тебя, персик, - я тянусь к ней и нежно касаюсь ее губ, - Ты самая лучшая. Самая красивая. Самая талантливая. Не самая умная, конечно… - Эй! – она бьет меня по плечу, но тут же расплывается в улыбке, - Да, не самая умная. Но и не самая глупая. - Это точно, - соглашаюсь я, ощущая на своих губах вкус персикового бальзама для губ, - М-м-м. Персик. - Поехали уже, - она закатывает глаза.       Мы добираемся до ее дома. Я остаюсь в машине и жду, пока Софи вернется ко мне с вещами. Мой взгляд падает на то самое место, где я недавно застала того сотрудника. Ночные смены… Да уж. А в его обязанности входит наблюдение за студентами? Я вновь чувствую негодование. Я не успеваю погрузиться в свои злобные размышления, как дверь распахивается, и я вижу Софи. - Все. Поехали, - она усаживается, закидывает рюкзак на заднее сидение и пристегивается. - Угу, - про себя я отмечаю, что Софи взяла с собой гораздо меньше вещей, чем я, наверное, это связано с тем, что там ее дом, а значит, у нее там есть все необходимое. - Алекс и Лили тоже едут, - сообщает она, когда мы отъезжаем от дома. - Да? - Ага. Тоже проведут там выходные. Помнишь же, там живут и родители Алекса. Он берет с собой Лили, чтобы познакомить ее с родителями. До свадьбы ведь остается всего пару месяцев, а они еще не знакомы с родителями, - щебечет Софи, - Так что, если тебе станет совсем не по себе, у тебя там будет друг, который прибежит к тебе на помощь и сделает так, чтобы неловкость испытывали из-за него, а не из-за чего-то еще. Элла уже написала мне. Она планирует устроить грандиозную встречу. Они с Эмбер, мы с тобой и Алекс с Лили. Тройное свидание. Представляешь? - Ух ты, - отвечаю я, устремив взгляд на дорогу, - Будет круто. - Ханна, - Софи кладет руку на мое колено, - Не переживай, все будет хорошо. Слышишь? Я не дам тебя в обиду. Даже если папа устроит скандал. Я обещаю тебе, я буду защищать тебя всеми силами. Окей? - Я просто волнуюсь. Это… впервые в моей жизни, - я позволяю себе уязвимость, - И я… я боюсь не понравиться твоему отцу. Я хочу, чтобы у нас с тобой все было хорошо. - Но это же у нас с тобой, Ханна, - она поглаживает мою ногу, - Даже если ты кому-то не понравишься, это неважно, я ведь тебя люблю. Несмотря ни на что. - Ладно, - я выдыхаю, - Тогда я имею право тебе отомстить, так? - Как же? – она слегка напрягается. - Познакомлю тебя со своими родителями. С папой и мачехой, - говорю я, хитро улыбаясь. - Я не боюсь. Я уверена, что у тебя потрясающий отец. Да и женщина, родившая и воспитавшая Дэниэла Хайнца, не может быть не замечательной. - Ах ты… хитрюга, - я посмеиваюсь, а затем вдруг понимаю, что ей мастерски удалось запудрить мне мозги и заставить меня забыть о том, что она все же почему-то сбежала из дома и прибежала ко мне без вещей, а затем смотрела на меня так, словно у нее случилось что-то поганое, - Софи. - Да, детка? - Что-то не так? - О чем ты? – она переводит на меня искрящийся радостью взгляд, и я понимаю, что она, возможно, и сама уже забыла обо всем, - О, я поняла, - в ее глазах промелькивает осознание, - Я примчалась к тебе домой, хотя пообещала ждать тебя у себя, - я коротко киваю, - Я просто… Я хотела видеть тебя. Очень хотела. Келси… она позвонила мне. И я не знаю, зачем, но я ответила ей. Я пожалела об этом почти сразу. - Что она сказала? – я сжимаю руль. - Она несла бред. Полный бред, Ханна. Я даже не знаю, как мне говорить о таком. Она говорила о погибших девушках, о тебе и Джеки, о том, что она следит за мной… Я не знаю, верить ли ей. Потому что она всегда так поступает. Она лжет, не стесняясь, лжет, лишь бы запугать, лишь бы загнать в угол и потом уже спокойно управлять мной. Я не знаю, почему мне стало так страшно, ведь потом, позже, когда я оказалась у тебя дома, я поняла, что это просто чепуха, что девяносто процентов ее слов ложь. И успокоилась. Но я… Ты же знаешь, Ханна, как я отношусь ко всему, что сейчас происходит в кампусе. Это не предмет шуток или чего-то там еще. - Я знаю, да, - соглашаюсь я, чувствуя, как начинают болеть мои пальцы, впившиеся в обивку руля, - Софи, если ты хочешь, мы сделаем что-нибудь. Мы что-то придумаем. Чтобы она больше к тебе не приближалась. Если она действительно следит за тобой, мы можем заявить на нее, потому что сейчас это действительно не шутки. Ты… ты… считаешь, что она как-то причастна к… - Нет, я так не думаю, - отрезает она, - Просто пыталась меня запугать. Я просто хочу, чтобы она как можно скорее осталась уже в прошлом. Вот и все. - Я понимаю, милая, - я стараюсь внедрить в свой голос нежность, чтобы не выдать свою злость, - Я все понимаю. И она останется в прошлом. Вот увидишь. Пройдет время, и она забудет о тебе. И мы с тобой будем счастливы, слышишь? - Да, да. Я знаю, - отвечает Софи, теребя край своего полосатого свитера, - Давай просто оставим эту тему. На этих выходных я не хочу о ней думать. Ладно? - Ладно, - переборов себя, соглашаюсь я, - Хорошо, милая.       Блядская Келси Харпер. А она ведь даже не представляет себе, с кем связывается. Она даже не знает, что будет, если перейти мне дорогу, если обидеть кого-то, кто мне дорог, если серьезно меня разозлить. Она даже не знает. Что ж. Если она мнит себя великим манипулятором, у меня для нее плохие новости. Есть кое-кто похуже. И я сейчас даже не о Софи Майер. А скорее о той, что сейчас сжимает ее ладонь. Игры окончены, Келси.