Читай между строк

- Слушай, - протягиваю я, когда мы останавливаемся у крыльца дома, - Я хотела спросить… Эм… Насчет Глории, - я неуверенно смотрю на Софи, ожидая ее реакции, но она лишь коротко кивает, - Все… хорошо? - Это сложный вопрос, - отвечает Софи, задумчиво поглядывая на окна дома, - Знаешь… нет. Не хорошо, - вдруг твердо произносит она, отрывисто качая головой, словно пытаясь отогнать желание соврать, - Нэнси – наркоманка, - тяжело вздохнув, выдает она, - Это личное. Глории стыдно говорить о таком. Но я не хочу тебе лгать, Ханна. - Боже, -выдыхаю я, - Если не хочешь, мы можем не говорить об этом. Тем более, это ведь не твой секрет. - Нет, все в порядке. Я же тебя знаю, - Софи дарит мне легкую улыбку, - На тебя можно положиться, Ханна Джордан. Я уверена, что ты сохранишь эту тайну и не покажешь Глории, что ты что-то знаешь. - Верно, - уверенным тоном заявляю я, - Но вообще Глория сегодня утром и сама мне рассказала кое-что. Это было что-то вроде крика души. - И что же она тебе рассказала? – Софи с интересом заглядывает в мои глаза. - Ну… Она сказала, что и сама была алкоголичкой, что ее дочь росла без нее, поэтому теперь ненавидит ее, - заключаю я. - Все так, - подтверждает Софи, - Все так и есть. Папа и Глория сошлись… как бы это сказать, на общем горе что ли. Глория понимает его, понимает, через что он проходит, насколько ему тяжело. А он ценит ее за это. Конечно, тут не обошлось без дикой влюбленности и страсти, - она играет бровями, а затем сама же корчится от отвращения, - Фу, боже, ну и зачем я это с собой только что сделала? - Что именно? – подначиваю я ее. - Подумала о том, чем занимается мой отец и Глория по ночам, - ее передергивает, а я заливаюсь смехом. - Ох, персик, не думаю, что в их возрасте может быть что-то дикое, - я притягиваю ее в свои объятья. - Да? – она утыкается подбородком мне в грудь и смотрит на меня, - Тогда чем занят твой отец и мать мистера Хайнца? Вы ведь с ними не живете, и они полностью предоставлены самим себе. - Ох, блять, - я закрываю глаза, стараясь прогнать мерзкие мыслишки, - За что ты так со мной? – я чувствую, как она трясется от беззвучного смеха и утыкается в меня лицом. - Я обожаю тебя, Ханна, - бормочет она, а я ощущаю тепло ее дыхания, которое тут же разливается по всему моему телу, - Идем, - говорит она, отстраняясь и беря меня за руку, - Глория наверняка готовит ужин. Может понадобиться наша помощь, - она кивает в сторону окна, в котором горит теплый свет, и туда-сюда порхает женский силуэт. - Ага, - соглашаюсь я, - Так и все же… - М? – Софи замирает у входной двери, вопросительно глядя на меня. - Ты мастерски сменила тему, - я подмигиваю ей. - Ох, да, - она вздыхает и отпускает ручку двери, затем подходит к перилам и облокачивается на них, глядя куда-то вдаль, - Нэнси, будучи еще подростком, свернула на кривую дорожку. Все началось с травки, а закончилось героином. Точнее, не закончилось вовсе. Она все еще сидит на игле. И… Глория винит в этом себя. Может быть, и так. Ведь тогда она пила до бессознанки, ей было не до воспитания дочери. А с другой стороны, есть ведь и хорошие семьи, в которых дети становятся наркоманами. От этого, пожалуй, никто не застрахован. Глория пыталась поместить ее в реабилитационный центр, но все без толку. Нэнси завязала на два года. Тогда она встретила хорошего парня. Ради него она изменилась. Они поженились. У них родился сын. - Ого, - удивленно выдыхаю я. - Да, - продолжает Софи, - Но, как видишь, что-то пошло не так. Однажды, Джон, муж Нэнси, позвонил Глории и сообщил ей о том, что Нэнси пропала, и что ее нет уже четыре дня. Все тогда жутко переполошились. Дошло до полиции. А Нэнси явилась спустя две недели обдолбанная в хлам и умоляла Джона дать ей денег. Он тоже пытался вытащить ее, но, увы, на этот раз ничего не помогло – ни напоминания об их любви, ни слезы ее полугодовалого сына. Джон развелся с ней, получил полную опеку над малышом и навсегда оборвал все связи с Нэнси. Нэнси же… ей плевать. Просто плевать. Это все стало очередным поводом для жалости к себе, а жалость – лучшее подспорье для зависимостей. Такая вот история. Теперь Нэнси наведывается к Глории и просит денег. Она уже подралась с моим отцом однажды. Он ее не бил, а вот она расцарапала ему лицо. Миленько, - я вижу, как в ее глазах начинают сверкать искры злости. - Прости, что допытывалась. Мне не стоило этого делать. Я просто хотела узнать тебя ближе, а ведь Глория теперь часть твоей семьи. Мне интересно все, что с тобой связано, - я глажу ее по спине. - Ты ведешь себя как настоящая маньячка, ты в курсе, Ханна? – спрашивает она, выгнув спину, и игриво поглядывает на меня. - О, да, еще как в курсе, - моя рука скользит по ее спине все дальше, пока не останавливается на ее ягодицах.             Я внимательно смотрю в ее глаза, запуская вспыхивающее электричество между нами. Улыбка сползает с лица Софи. Она окунается в этот поток искр, созданный мной. Ее дыхание сбивается, когда я сжимаю ее упругую ягодицу, затем убираю руку, но только для того, чтобы хорошенько и звучно шлепнуть ее и снова сжать ее в свой хватке. Мои пальцы едва касаются ее между ног. - М-м-м, - Софи выпрямляется, а я рывком притягиваю ее к себе, - Что… ты делаешь? – шепотом спрашивает она, когда я перемещаю руку на ее живот, а затем бесстыдно опускаю ее под пояс ее джинсов. - Хочу трахнуть тебя прямо здесь, - я закусываю нежную кожу на ее шее, заставляя ее обронить сдавленный стон. - Ханна, нет, - она вцепляется в мою руку, которая уже проникла под ее трусики, - Нас увидят… соседи… и потом… ты это серьезно? – она роняет обрывки фраз, - После такого разговора? - А что? По-моему, нужно разрядить обстановку, нет? – на мои губы, яростно атакующие ее шею, ложится хищная улыбка, когда я чувствую горячую влагу на своих пальцах. - Твои руки… Ох, - Софи хватается за мои плечи, чтобы удержать равновесие, - Ханна… - Мои руки? – спрашиваю я, едва унимая дрожь возбуждения в своем теле, черт возьми, Софи способна заставить меня кончить, даже не касаясь меня, - Я буквально только что обработала их антисептиком. Ты об этом? - Так ты это спланировала? – недовольно бурчит она. - Я просто всегда начеку. Ну, знаешь, ногти подстрижены, антисептик всегда под рукой, - отшучиваюсь я, но все же нервно сглатываю из-за очередного сладкого стона, прозвучавшего прямо около моего уха. - Идиотка, - цедит она сквозь зубы. - Твоя идиотка, - я завладеваю ее губами, не дав сказать больше ни слова.             Я тяну Софи в темный уголок крыльца, скрытый густо растущими кустами и ветвями огромного дуба. Я подхватываю ее и усаживаю на перила. Софи обвивает мою талию ногами, а я проворным движением расстегиваю ее джинсы, чтобы обеспечить себе легкий доступ. Мои пальцы снова погружаются в ее вязкую влагу, скользят по ее клитору, заставляя ее содрогаться от каждого движения. Я слегка напрягаюсь, когда чувствую ее холодные пальцы, проникшие под мою футболку и коснувшиеся моего живота. Она медлит. Она ласкает мою кожу, то подбираясь к поясу моих леггинсов, то отдалясь, и это одновременно и бесит, и заводит меня. Когда ее рука все же пробирается сразу под мое нижнее белье, меня охватывает настоящая эйфория. Она властно проскальзывает между моих ног, сразу набирая темп, и это сводит меня с ума. Мы синхронизируемся. Наши движения, кажется, почти не отличить друг от друга. Я снова чувствую это. Чувствую, как мы становимся одним целым. Наши эмоции сливаются в единый поток, который с минуту на минуту накроет нас обеих с головой. - Бог ты мой, - скулит Софи, насаживаясь на мои пальцы снова и снова, - Ханна, я сейчас…             Свободной рукой я хватаюсь за ее руку, неистово ласкающую меня, и вжимаюсь в нее сильнее. Боже, это безумие. Настоящее безумие. Мне сносит крышу от происходящего, а затем комок напряжения, скопившийся между ног, взрывается, отключая меня от реальности. Я лишь отдаленно слышу ее тяжелое дыхание и тихие стоны.             Софи сползает с перил и буквально падает в мои объятья. Она тянется к моим губам и дарит мне самый сладкий поцелуй на свете. - Ханна, ты такая… - Классная, - заканчиваю я за нее, пока она не сказала какую-нибудь гадость, - Да, я знаю, - говорю я с глупой улыбкой, все еще пытаясь разогнать туман в своей голове, - Знаешь, что? – я усмехаюсь, глядя на тот, как Софи дрожащими пальцами пытается застегнуть ширинку своих джинсов. - Что? – она стреляет в меня наигранно угрюмым взглядом. - Еще никто и никогда так не трахал мои пальцы. - Иди к черту, Джордан! – вскрикивает она, но все же расплывается в улыбке, а затем вдруг опешивает и, кажется, даже бледнеет, - Привет, пап! – ее голос нервно срывается. - Мистер… сэр… добрый… вечер… привет, - моя очередь нервничать, я судорожно поправляю одежду и волосы. - Дамы, - он устало улыбается, - Не думал, что застану вас здесь за… разговором? – он подмигивает.             Мать. Твою. Он все видел? Че-е-е-ерт. Я перевожу обеспокоенный взгляд на Софи, но та надевает непроницаемую маску, спрятавшую все ее эмоции. Вау. Десять баллов, персик. - Ага, болтали, - отвечает она, - Мы только вернулись. Я устроила для Ханны экскурсию по живописнейшим местам города. - Правда? – мистер Майер недоверчиво глядит на дочь, - Тогда и мне потом покажи. А то я ведь и не знал, что у нас такие есть. - Пап, - она бросает на него укоризненный взгляд, - Ты несправедлив по отношению к нашему городку. Тут полно красивых мест. - Ладно, ладно, - соглашается он, - Ну, я пойду. Кажется, Глории не помешает помощь. - Да и мы тоже, - выдаю я, - Тоже идем. И… тоже поможем. - Ну… прекрасно, - мистер Майер улыбается мне, а отвернувшись, еле заметно качает головой. - Ханна, ты тупица, - шипит Софи, - Ты сдала нас с потрохами. - О, да ладно тебе, - восклицаю я, - когда мы заходим в дом, - Он все понял. Сам. Тут сложно было не понять. - Мой отец… дубина, - со всей серьезностью заявляет она, - При всем уважении, конечно. Но это так. Он ничего не поймет, пока ему не дашь повод. И ты ему его дала. - Слушай, - я хватаю ее за рукав и притягиваю к себе, - Ты думаешь, он не понимает, чем может заниматься его двадцатилетняя дочь? Ха! - Может быть, ты и права. Но это не делает ситуацию менее неловкой, - она вырывается из моей хватки и спешит на кухню. - Софи! Да ладно тебе! Ты теперь будешь на меня дуться? - Кстати, - прямо в двух шагах от кухни меня настигает мистер Майер, - Я и вправду ничего не понял, пока она не отчитала тебя только что, - он задумчиво смотрит на хлопочущую на кухне Глорию, - Честное слово. - Серьезно? – я тоже бросаю взгляд на кухню, где Софи уже завязывает за спиной фартук. - Ага, - отзывается он, а затем переводит взгляд на меня.             Мы смотрим друг на друга несколько секунд. Молча. Пока его нижняя губа не начинает подергиваться. И тут нас обоих накрывает диким приступом смеха. - Вы… в порядке? – над нами, сложившимися пополам от боли в животе, возникают две фигуры, в недоумении переглядывающиеся и бросающие тревожные взгляды на нас. - В полном, - все, что мне удается произнести. - Ладно, - жизнерадостным тоном провозглашает Глория, - Идем, милая, тут уже все потеряно. Через пять минут не успокоятся, вызовем скорую.             Меня накрывает новой волной смеха, когда я вижу, как Патрик Майер буквально падает на колени и пытается отдышаться. Я чувствую, как от неловкости не остается и следа. Я и не думала, что будет так легко.

***

            Я падаю на кровать и пытаюсь глубоко вдохнуть, но забитый до отказа желудок просто не позволяет мне нормально дышать. Черт побери, за пару дней здесь я наберу все потерянные за время депрессии килограммы. Я устремляю взгляд в потолок и пытаюсь разложить по полочкам события прошедших двух дней. Скажу без прикрас. Мне нравится семья Софи. Мне нравится ее отец, нравится Глория, нравится созданная ими атмосфера в этом уютном доме, хоть Софи и говорит о том, что раньше такого не было, и в доме царил лишь холод, недопонимание, ненависть и обида. Но я рада, что все это осталось далеко позади, что этим людям удалось по крупинке выстроить новую жизнь. Я невольно задумываюсь о Глории и ее дочери. Черт, как же все это непросто. Жизнь в целом штука сложная, если уж на то пошло.             Тишину, царящую в комнате, нарушает скрип двери. Я приподнимаюсь на локтях и обращаю все свое внимание на только что вышедшую из душа Софи. Пространство наполняется сладкими ароматами шампуня, геля для душа и разных кремов. Влажные волосы небрежно обрамляют ее светлое личико, освободившееся наконец от косметики. - Дуешься? – спрашиваю я, осторожно подсаживаясь на край кровати рядом с ней. - А есть смысл? – она мягко улыбается. - Не-а, - отвечаю я, утыкаясь носом в ее плечо и вдыхая аромат ее нежной кожи, - Прости меня, персик. Ты же знаешь, когда ты рядом, я не могу себя контролировать. - Эх, Ханна, - она подталкивает меня назад, заставляя меня лечь на спину, и укладывается рядом, - Как показала практика, я не могу на тебя злиться. Вообще ни капли. - Ха, - усмехаюсь я, поглаживая ее плечо, - Что бы ты сказала, если бы услышала эти слова где-то полгода назад? - Да уж, - смеется она, - Кто бы мог подумать, - она оставляет пару отрывистых поцелуев на моих губах, а затем вскакивает с кровати, - Так, мне нужно выбрать, что завтра надеть. - Да? – я недоуменно гляжу на нее, - А есть особый повод? - Ты уже забыла?! – Софи сжимает в руках персиковый свитер, - Завтра встреча школьных друзей. Эмбер приглашает нас всех к себе домой. - Что? Черт… Эм… Да, прости, забыла, - я начинаю лихорадочно рыться в закромах памяти, пытаясь выудить обрывки того самого разговора, - Черт возьми, - я встаю с кровати и растерянно смотрю на Софи, которая в свою очередь одаряет меня полным искреннего непонимания взглядом, - Надо подготовиться… ну… морально. - Что? Зачем? Ханна, ты там всех знаешь. Алекс – твой друг. Лили с каких-то пор тоже, - она слегка хмурится, - С Эмбер и Эллой ты уже знакома. - Да, мы познакомились при довольно интересных обстоятельствах, - весьма абстрактно отвечаю я, чтобы не поднимать тему приступа алкоголизма у Софи, - Но я не хочу ударить в грязь лицом сейчас. Эмбер – твоя лучшая подруга, и я хочу произвести хорошее впечатление. - О, да брось, - Софи продолжает рыться в своих вещах в поисках подходящего образа, - Ты ей нравишься. - Правда? – я отнимаю у нее пару футболок и вкрадчиво смотрю ей в глаза, словно заставляя сказать правду. - Ну…, - Софи слегка морщится, словно ей неловко об этом говорить, - Она знает обо всем, что между нами с тобой происходило. Обо всем том дерьме, если быть точнее. И она в определенный момент ненавидела тебя даже больше, чем я. Но это в прошлом. Эмбер всегда принимала любой мой выбор. - Вот видишь! – я почти срываюсь на крик, - Я должна изменить ее мнение о себе. - Ханна, - Софи вырывает из моих рук те самые футболки, которые я все это время нервно комкаю, отбрасывает их в сторону и сжимает мои ладони в своих, - Просто будь собой, и они обязательно увидят все твои прекрасные качества. Если же будешь переигрывать, сделаешь только хуже. Идет? - Да, - твердо отвечаю я, - Ты абсолютно права, детка. Я просто волнуюсь. Я хочу быть частью твоей жизни. Хочу вписаться, понимаешь? - Ты вписываешься, Ханна, - ее нежная улыбка прогоняет остатки моих сомнений, - Мне всегда казалось, что ты самым наглым образом ворвалась в мою жизнь, чтобы стать чернильным пятном на идеально белом листе, на деле же ты стала той, кто собрал все кусочки пазла в идеальную картинку. Ты делаешь меня счастливой. И меня не волнует, что подумают другие. - Знаешь, иногда мне кажется, что ты не настоящая Софи, - я перевожу на нее сосредоточенный взгляд, - Что тебя в какой-то момент просто подменили. - Иди ты, - Софи смеется, - На самом деле все куда проще. Я просто впервые в своей жизни по-настоящему люблю. Люблю тебя.             Она заключает меня в объятья, и я удивляюсь, как этой маленькой хрупкой птичке всегда удается укротить всех моих демонов. Рядом с ней я и вправду ничего не боюсь. Прижимая ее к себе, я чувствую себя самой сильной на свете, способной выдержать любой удар судьбы.