Люблю Песок

Глава 20.Новый дом.

Двухэтажный туристический автобус с кондиционером проехал через Чумпхон в Прачуап-Кхири-Кхан десять минут назад, но Коннор Уоррингтон так и не смог заснуть ни на секунду. Высокая фигура лишь поворачивала голову слева направо, а затем широко раскрывала зеленые глаза, вглядываясь в темноту, в которой виднелся лишь свет от передней части ехавшего автобуса. В автобусе стояла полная тишина, не было слышно ни звука, потому что все пассажиры рядом спали, чтобы скоротать долгие часы скуки в пути, пока автобус не прибыл в Бангкок. Коннор тайком вздохнул, а затем оглянулся на человека, который спал на сиденье рядом с ним, вспоминая, о чем они говорили днем. "Я не хочу лететь на самолете". "Но самолет летит всего час". " Туристический автобус тоже туда ходит". "Самолет летит час, а автобус - девять или десять?" "Я... Я никогда раньше не летал на самолете". Члены семьи Уоррингтон - очень упрямые люди. Либо отец, либо один из двух детей. Его мать Кива может это подтвердить. Хотя на этот раз старший сын переспросил, утверждая, что это неправда.Но он прекрасно знал, что полет на самолете значительно сократит время в пути и будет более комфортным. Вернувшись в Бангкок, они успели бы вместе поужинать и поговорить о случившемся, но Коннор лишь смотрел на него. Эти угольные глаза, наполненные слезами. Насколько ему страшно садиться в большой стальной самолет, не зная, что это безопаснее, чем ехать на автобусе. Не задумываясь даже на секунду Коннор оказался на туристическом автобусном терминале и согласился просидеть в машине еще более десяти часов, благодаря другому человеку. Коннор пытался убедить себя, что хотя бы на этот раз он должен согласиться и двигаться вперед, но единственным недостатком было то, что Ком отказывался открыть рот, чтобы поговорить с ним. Когда они вернулись в полдень, выйдя из отеля, Ком отказался что-либо рассказывать, а если он спрашивал его о чем-либо, отвечал только "да" или "нет". Когда Коннор сказал ему, что нужно собрать чемодан, он просто сложил все в большой рюкзак, даже не поинтересовавшись, что нужно взять, и просто пошел за ним к машине. Но когда увидел, что местом назначения был аэропорт, тогда молодой южанин схватил его за руку и сказал, что не хочет садиться в самолет. Чем больше Коннор думал об этом, тем больше убеждался, было что-то, что смягчало его сердце. Хотя он должен был бы злиться и расстраиваться, вспоминая о том, что произошло вчера, и ему явно было неприятно, что он встречается с другими мужчинами. По правде говоря, когда тот игнорировал его, он хотел, чтобы он разговаривал с ним. И хотя, Коннор не знал, как это объяснить, ему просто казалось, что с этим ребенком его сердце смягчилось больше, чем с кем-либо другим. И этого достаточно, чтобы терпеть, сидя на сиденье туристического автобуса, подобного этому. Он даже не чувствовал своих ног. Коннор в отчаянии снова посмотрел на свои длинные ноги и пошевелил ими, как делал это полчаса назад. Переведя взгляд на часы, стрелки которых сияли, словно улыбаясь ему, говоря о том, что впереди еще как минимум шесть часов пути. А это значит, что в пункт назначения они прибудут в пять часов утра. Повторяя про себя, он отметил, что будет пять утра понедельника, и ему нужно идти на работу. По крайней мере, времени должно хватить, если автобус не попадет в пробку. «Когда мы выйдем из автобуса, я вызову такси, чтобы оно высадило нас у кондоминиума на Сукхумвите, и у нас будет немного времени, чтобы он мог осмотреть комнаты и позавтракать вместе. Потом быстро принять душ и отправиться на работу",- Коннор составил в уме план. Он даже обдумал подарки, которые отправит младшему брату, все дела, которые он сделает в своем графике до пятницы, встречу в середине недели и другие вещи. Но сколько бы он ни думал, время все равно шло так медленно. Вскоре у него закончились все дела, которые планировались на неделю. Больше всего ему хотелось потратить время на человека, который сидел с закрытыми глазами рядом с ним. "Ком, ты спишь?" Ответом ему было молчание, и человек даже не пошевелился. Поэтому мужчина просто вздохнул, позволяя Кому продолжать спать, хотя его смущала поза, в которой тот спал. Ком прислонился головой к окну туристического автобуса, его руки были крепко скрещены, а волосы растрепаны. В середине поездки он казался крепко спящим, что ему не хотелось его будить. Но каждый раз, когда автобус проезжал по ухабистой или неровной дороге, Ком ударялся о стекло, и, видя, как его голова в очередной раз врезается в ледяное стекло, Коннор по-рыцарски осторожно просунул руку под его голову, отгораживая стекло. Другой рукой он приподнял подлокотник, отделявший их друг от друга. Он пожал плечами, внимательно осмотрел усталое лицо собеседника и пришел к выводу, что тот слишком устал, чтобы проснуться. "Иди сюда, малыш",- прошептал Коннор и подвинул маленькое тельце к себе, притянув его голову так, чтобы она покоилась на его плече. Пусть это и не так удобно, как спать на мягкой подушке, но все же лучше, чем ничего. Все это время Коннор еле дышал, он боялся, что обладатель угольных глаз откроет веки и неодобрительно посмотрит на него. Но когда маленькое тело прильнуло к нему, кожа к коже, ее большие руки и грудь обхватили его маленькую талию, и он почувствовал теплое дыхание на своей шее, Коннор испустил вздох облегчения. Другой рукой он нежно погладил руку Кома, замерзшую от кондиционера. Затем переместил ее и отвел с лица беспорядочные пряди волос. Ком выглядит усталым Было уже совсем темно, но фары проезжающих мимо машин мерцали достаточно, чтобы Коннор смог разглядеть симпатичное лицо собеседника. Человек выглядел не только усталым, но и худым, поскольку вчера Коннор был так зол, что мало что заметил, но теперь, когда у него появилось свободное время, просто увидев, как он обхватывает себя за талию, он понял, что юноша сильно похудел. И от этого его сердце смягчилось еще больше, он крепче обнял его, а затем нетерпеливо наклонился, чтобы поцеловать в волосы. "Ты сводишь меня с ума". Неожиданно оказалось, что ехать в туристическом автобусе еще шесть часов - вполне терпимая ситуация, и Коннор подумал, что держать этого малыша в объятиях. Даже если он огрызался , ноги от сидения сводило судорогами и болела спина, рядом с этим человеком он чувствовал себя не так уж плохо. До возвращения домой оставалось всего несколько часов. И самое главное - Ком вернулся вместе с ним, прекрасным иностранцем с минимальным количеством морщин. Сейчас, устав от долгого путешествия, он не заметил, что человек в его объятиях несколько раз открывал глаза, веки его подрагивали, но Ком запретил себе открывать глаза. Не желая видеть эти прекрасные глаза, опасаясь, что из уст Коннора что-нибудь вырвется. Вчерашний поединок был слишком неудачным, чтобы Ком мог его выдержать. Хотя он и не хотел видеть взгляд этих глаз, и вообще этого человека. И сейчас хотелось ответить ему той же молитвой. Именно Коннор сводит с ума такого человека, как Ком. Почему он собрал вещи и последовал за этим человеком, он до сих пор не знает, но, вероятно, потому, что хотел убежать от всего, что его преследовало. Но сердце кричало ему, что это потому, что этот человек был другим. Задумчивый юноша спрятал лицо в его теплой груди и подсознательно почувствовал знакомый запах. Пусть он и боялся того, что произойдет дальше, но это объятие было таким теплым, что он не хотел, чтобы они дошли до конечного пункта назначения. "Проклятье!"- сердито выругался Коннор. Потому что все пошло не так. Согласно расписанию туристического автобуса, они должны были прибыть в Бангкок в пять утра, но по дороге, не доезжая до города, они попали в пробку из-за аварии с грузовиком, движение остановилось, и они потеряли больше часа. А поскольку сегодня утро понедельника, он не знал , что будет большая пробка, пока они будут искать машину, чтобы добраться до кондоминиума, и Коннор несколько раз кричал от досады. Когда мужчина открыл дверь, чтобы они могли войти в квартиру, было уже за восемь утра. И теперь Коннор готов был ругаться на всех известных ему языках. "Ты можешь пользоваться этой квартирой как угодно. Только дай мне сначала принять душ, и я вернусь", - сказал высокий человек мальчику, который стоял и не знал, куда сесть, в то время как другой побежал в спальню, чтобы взять рубашку и штаны, чтобы донести их в руках до ванной. Когда Коннор жил дома, ему достаточно было переодеться чтобы идти на работу, но сейчас, после того как он всю ночь ехал на автобусе, его тело было липким и потным, поэтому Коннор предпочитал опоздать на несколько минут. Мужчина поспешил принять душ, поправил волосы в непринужденной манере, захватил рабочую сумку и ключи от машины, чтобы выйти на улицу и застать Кома все еще стоящим перед дверью, как и прежде. "Я не хочу оставлять тебя одного, но мне нужно идти на работу",-Коннор сделал шаг вперед. Хотя Кому хотелось бы, чтобы он подробнее объяснил причину своего ухода и оставил такого человека, как он, который никогда не был в столице. И интересно, почему он так спешил? Неужели у него даже нет времени показать мне другие комнаты? Неужели у него действительно не было времени? " Я пойду..." "Ты работаешь в Бангкоке, верно?" Высокий человек вздрогнул и опустил голову, чтобы не встретиться с растерянными угольными глазами собеседника. К этому моменту он понял, что так и не рассказал Кому о себе. Да, он сознательно общается с людьми, с которыми только занимается сексом, или даже с теми, кому собирается заплатить, чтобы переспать с ними, но свою личную информацию не считает нужным рассказывать, потому что не хочет, чтобы они вмешивались в его личную жизнь. Но когда он услышал этот вопрос от Кома, его грудь сжалась от чувства вины, ударившего его глубоко внутри, и Коннору захотелось извиниться. "Прости. Я не должен был спрашивать тебя об этом",- Ком склонил голову и нарочито низким голосом произнес это. "Сначала выслушай меня..." Трррррррррррррр "Черт!"- выругался Коннор, желая ударить звонившего и прервать его. Но когда он увидел, что это его личный секретарь, то только глубоко вздохнул. "Подождите меня, я сейчас вернусь, и мы сможем поговорить". Он быстро подошел к парню и поцеловал его в щеку, стараясь не делать этого слишком сильно. Хотя в душе ему отчаянно не хотелось работать и оставаться с Комом. Но он вспомнил, что сегодня у него встреча с североамериканской стороной. И ему нужно было срочно быть в офисе. Пока дверь не закрылась. Последнее что увидел Коннор, - это Ком, стоящий один посреди незнакомой обстановки. Ком не был уверен, как долго Коннор будет отсутствовать. Но несмотря на это, он продолжал неподвижно сидеть на диване посреди красивой комнаты, как человек, который не знает, что ему делать. Ведь он даже не знал, о чем думал, когда решил последовать за Коннором сюда. Поэтому он может сказать, что это было лишь спонтанное решение. После того как его напугали звонками родители, а также стук в дверь, он боялся, что кто-то его раскритикует, как тот ублюдок, что сделал это с ним. Ком просто хотел убежать подальше. Когда Коннор предложил, Ком без колебаний собрал свою одежду и сложил ее в чемодан. И вот теперь он прибыл в столицу, которую всегда хотел посетить, приехал как человек, который продался. Юноша поднял обе руки и погладил свое белое лицо, и кожа стала еще бледнее. В раздумьях прошло достаточно времени, пока он не осознал, что сделал, не подумав, в отчаянии. Отец всегда говорил ему, что бегство от проблем - не лучшее решение, проблемы никогда не исчезнут, если продолжать убегать. Но парень продолжал мысленно спорить с этими словами... Хотя проблема в том, что он боится, что родители разозлятся и возненавидят его. Побег мог помочь ему почувствовать себя в безопасности, хотя он и не знал, когда сможет вернуться к родителям. Сейчас ему казалось, что он убегает от тигра и двух крокодилов. Ком оглядел комнату и плотно сжал губы: "Что я здесь делаю?" Южанин встал и подошел к большому окну, и увидел, что этаж находится на таком уровне, что он чувствует страх в нижней части живота. Комната Коннора располагалась на тридцатом этаже, из окна открывался прекрасный вид на Бангкок с высокими зданиями мегаполиса, такими как "Маханакон", он даже мог видеть проезжающие мимо электропоезда. Улицы казались немного меньше, а люди - еще меньше. Эти виды так взволновали деревенского ребенка, , он содрогнулся, потому что увидел то, что никогда не смог бы увидеть на Кох Пхангане. Но... "Я боюсь". Он сделал резкий шаг назад, затем повернулся и оглядел комнату. Это была большая гостиная. Где перед телевизором с плоским экраном, в три раза большим, чем у него дома, расположился набор L-образных диванов, интерьер выполнен в черно-белых тонах. Единственными цветными вещами были картина с изображением моря на полке и телевизор. Комната также соединялись со столовой с шестиногим черным столом. Рядом находилась открытая кухня, которая играла с черно-белыми тонами, придавая ей элегантный вид. Затем Ком обнаружил три двери. Поколебавшись мгновение, он решил открыть ближайшую- ванная. Даже она была красиво оформлена, словно сошедшая со страниц журнала. Открыв другую дверь, Ком обнаружил, что это обычная спальня. Только одна большая кровать, застеленная темными простынями и пушистым одеялом. Кому показалось, что, если он ляжет, тот его засосет и утопит, поэтому он отступил назад, чтобы закрыть дверь, и остановился перед дверью в комнату, в которую ранее вошел Коннор. Юноша протянул руку и нерешительно отстранился, но в конце концов толкнул дверь. Эта комната - главная спальня, и она так же велика, как и ее название. С одной стороны стоит письменный стол, на котором лежит MacBook и множество документов, а с другой - несколько книг, сложенных стопкой, и книжная полка, заставленная учебниками по иностранным языкам. Книги с английскими трудночитаемыми названиями. Далее он увидел шестифутовую кровать, застеленную темно-синим пуховым одеялом. С другой стороны находилась гардеробная, а рядом – санузел с ванной на двух человек. Еще раз осмотрев все, что видел, Ком решил вернуться и снова сел на черный диван. Он подумал, что это слишком красивое место для такого человека, как он, чтобы жить здесь. Комфортабельное жилье, обучение в очень дорогом университете и деньги, которые можно потратить, - вот что предлагал ему Коннор. Но вместо того чтобы радоваться, Ком чувствовал себя так, словно на него оказывают странное давление. Комната была просторной и одновременно очень удушающей для него, и чем больше он пытался понять, почему он здесь стоит, тем сильнее дрожало тело Кома. "За кого ты меня принимаешь? Даже если ты все это время был в Таиланде, я все еще не знаю его". Ком больше не хотел его ждать. Пока ему не пришлось вспомнить, что поцелуй в автобусе, поцелуй перед уходом на работу или любой другой знак не имеет никакого значения. Потому что даже самые незначительные вещи о нем не хотел говорить даже сам Коннор, а если быть честным, то кроме его настоящего имени и того, что он родом из Канады, Ком больше ничего не знал о человеке, который его купил. От таких мыслей хочется просто закрыть глаза, несмотря на то что очень жарко, но одиночество цепляется за сердце, и в конце концов молодой человек ложится на большой диван, чтобы попытаться закрыть глаза и уснуть. Ведь это не только Коннор не мог продолжать спать в туристическом автобусе, но и он сам едва мог заснуть. Ведь во сне он видел сердитое выражение лица Коннора, когда тот сказал: "Ладно, я тебя куплю". Ком не хотел больше думать о том, что он сейчас здесь делает. ............................ Весь остаток дня Коннор то и дело поглядывал на часы, говоря про себя: "Когда же закончится этот день?" Молился, чтобы не возникло никаких срочных дел, и просил Бога повлиять на людей в североамериканском филиале, чтобы они прекратили конференц-связь. Даже если внешне он казался нормальным. Коннор втайне несколько раз тряс ногами переживая, пока не стукнул по столу. Звук был таким громким , что даже другие люди в той же комнате для совещаний занервничали, и его личному секретарю пришлось вмешаться, много раз предупредительно подталкивая его. Но он все никак не мог успокоиться. Именно сегодня Коннор понял, что его номер телефона заблокирован, и когда он звонил с телефона компании, то знал, что ему так и не ответят, отчего в глубине души ему хотелось уйти домой с первого часа работы. Он даже подумал о том, чтобы попросить Рак помочь ему, но тут же покачал головой, вспомнив личный опыт. Рак может испортить отношения всего несколькими словами , поэтому он смотрел на часы, ожидая, когда они сдвинутся с мертвой точки, и он сможет убежать отсюда. "Я возвращаюсь. Если случится что-то срочное, отправь это на мою электронную почту". После окончания рабочей встречи Коннор, собрав все вещи, длинным шагом вышел из офиса и сказал секретарше, не услышав ни секунду ее протестующего голоса. Быстро садясь в свою машину, возвращаясь прямо в квартиру. "Сейчас 20:30, а значит, у меня есть время хотя бы поужинать с ним вместе... Если Ком все еще ждет меня",- эта мысль впервые за этот день вызвала у Коннора улыбку, которая исчезла, как только он открыл дверь квартиры. "Ком",- внутри комнаты было темно, сердце упало в пятки, и он с криком бросился на поиски выключателя. Коннор подумал, что Ком сбежал и вернулся в свою деревню. Он почти вышел из квартиры, чтобы спуститься вниз и спросить у работников дома или соседей . Не видели ли они спускающегося человека. Он также подумал, что Ком мог уйти, а потом не вернуться, потому что он только что понял, что не дал ему запасной ключ. Но в этот момент его внимание переключилось на шум, доносящийся с дивана, что заставило его перестать блуждать и направиться к источнику звука. Маленький мальчик спит на диване. Как только он увидел его, сердце мужчины начало учащенно биться, словно он прокатился на американских горках, поэтому он успокоился, и высокая фигура присела на ковер рядом с диваном. Он протянул руку, чтобы дотронуться до него, но потом остановился и потер свое лицо. Что это за чувство облегчения? В тот момент, когда ему казалось, что он спокоен, на самом деле он испугался, а через несколько секунд все еще смотрел на Кома. Его сердце крутилось в груди. Проклятье! Проклятье! Коннор проклял свое трепещущее сердце. Он прислонился лбом к дивану и испустил долгий вздох. "Ты... ты уже вернулся?" Молодой канадец посмотрел туда, где крепко спал Ком, в то время как он был неспокоен. Коннор почувствовал себя неловко, услышав дрожащий, измученный звук его молодого голоса. Кроме того, у него был изможденный вид, как у человека, который не выспался, и он только что заметил, что Ком все еще в той же одежде, что и утром. "Почему ты спишь здесь?" Ком потрясенно посмотрел на Коннора, который продолжил говорить. "Почему ты не пошел спать в свою комнату?" На что Коннор сел, обнял его за колени и пробормотал. "Я не знаю, где спать. Ты сказал, что мы не будем жить вместе. Так что, скорее всего, меня здесь не будет". Хотя Коннору нравился его невинный взгляд и безобидное выражение лица Кома. Но в этот раз он возненавидел себя. Он ненавидел себя за то, что, как идиот, заявил, что найдет для Кома новое место жительства. И еще он тот человек, который заставил этого симпатичного юношу встать на колени, его выражение лица было ужасным, словно он боялся, что его вышвырнут из комнаты. Коннор протянул руку и коснулся руки юноши. Почувствовав некоторое сопротивление, Ком на мгновение смирился с тем, что ее руки тянут его к себе, чтобы свести их пальцы вместе. Муааа! Высокой фигуре было наплевать на скованную позу Кома. Он прижался губами к тыльной стороне ее руки и слегка сжал ее. "Ты будешь жить здесь. Ком, ты останешься здесь". Ему хотелось попросить собеседника забыть обо всем, что он сказал ему на острове перед тем, как они расстались. Но, пожалуй, это было слишком, чтобы просить его об этом. "Но это и твоя квартира. Ты можешь делать здесь все, что угодно..." -Коннор сказал это низким и спокойным голосом. Потому что он только что кое-что понял. Поэтому он крепче сжал руки Кома. "Ты уже ел что-нибудь?" "Пожалуйста, пожалуйста, боже, я не могу чувствовать себя более виноватым". В ответ человек качает головой. Коннор перестал на это надеяться. "С утра?" - неохотно спросил Коннор. На этот раз ответом был кивок. "Боже",- но бог не мог помочь ему сейчас. Комок в груди словно разрезали, а потом намазали морской солью. Он чувствовал себя и обиженным, поверженным, и измученным, пока не сжал руки Кома еще крепче, чем прежде. Потому что видел в себе негодяя, который хотел только одного - держать его взаперти в этой комнате. "Ком, послушай меня". "Отныне ты будешь спать в одной комнате со мной. В одной постели со мной ты можешь пользоваться всем, что есть в этой квартире: зубной щеткой, мылом, шампунем, полотенцами, даже моей одеждой. Ты можешь в любое время открыть мой холодильник. Если хочешь что-то съесть - ешь. Не будьте тактичным. Считай эту квартиру своим домом..." "Не совсем так",- другой человек внезапно вмешался, заставив Коннора замереть. "Это не мой дом. Здесь нет ничего лучше дома, совсем ничего", - дрожащим голосом сказала парень. Он посмотрел на большое стеклянное окно, из которого открывался вид на высокие здания и горящие огни домов, украшающих большой город. Ничем не отличающийся от того, что он видел в Дао Таме Дине, чтобы затем закрыть глаза и посмотреть на свои руки, которые все еще держит мужчина. "Моего дома здесь нет". В глубине души Коннор не принял этот ответ, он знал, что Ком сильно смущен. Поэтому он подвинулся, чтобы сесть рядом, зная, что тот отодвинется. Но Ком позволил себя обхватить за плечи. "Забудь, давай поговорим об этом позже. Прежде всего, тебе лучше принять душ и переодеться, а потом пойти и найти что-нибудь поесть. Хорошо?" Хоть Ком и не согласился, но Коннор заставил его согласиться, энергично встав и сильно потянув его за собой, чтобы поднять и отвести в главную спальню и воспользоваться там ванной. "Твоя новая зубная щетка за витриной. Полотенце здесь". Да, он баловал его, и на этот раз Коннор не поддался на упрямство Кома. После этого молодой канадец позволил Кому принять душ и вымыть волосы, желая даже самому вымыть их. Если бы не страх, что он не выдержит желания съесть Кома, прежде чем найдет , чем бы набить желудок. Вскоре Ком вышел из спальни освежившись, словно новый человек, и с ароматом, пропитавшим всю комнату. "Хахаха, она слишком большая". Коннор рассмеялся, увидев свою рубашку, которая была Кому длина и доходила до середины бедра. Кроме того, на нем не было боксеров. Так что не будет ничего удивительного, если он превратится в тигра и сожрет его. Когда тайский парень произносит какие-то слова, это чертовски мило. "Большая",- Ком в отчаянии посмотрел на себя, оценив размер одежды. В то время как мужчина выглядел еще более счастливым и улыбался, когда увидел его. "Мило". "Я почти голый" . "Поверь мне, я тебе не вру". Ком, наверное, не знал, что, когда его щеки краснеют, он становится еще привлекательнее. Коннор обнаружил, что ему нравится проводить время с Комом. Еще несколько недель назад ему хотелось спросить себя, о чем он думал, когда хотел поселить его в другое место. Ведь тогда наверняка захотелось бы найти его, представив, что кто-то видит, какой он симпатичный. Помня каким он может быть. Зная о чем он думал, он наверняка пнул бы этого мужчину, чтобы сломать ему несколько ребер. "Ладно, что ты хочешь съесть?"- Коннор улыбнулся и спросил мягким голосом, пряча свое выражение лица,. Хотя в голове у него вертелась мысль о том, что в этом районе есть ресторан, который открыт двадцать четыре часа в сутки, а также несколько ресторанов, которые доставляют еду, и он даже может заказать лосося, чтобы поесть в полночь. Но все же стоило найти что-нибудь для Кома. Пусть и трудновато найти что-то съестное ночью, но... "У папы Бороды, да?" Должен ли я обидеться? Потому что с тех пор, как он приехал, Ком стал широко улыбаться. Когда я упоминаю... подождите, что это было? "Что ты сказал?"- Коннор нахмурился и спросил. "Борода папы, разве ты не так произнес?"- улыбка его возлюбленного продолжала сползать вниз, а щеки стали еще краснее. "Нет... Я просто не уверен, что это такое". "Папина борода? Это усы твоего отца? Тесто чукс?" " О, хорошо? Это пирожное с кремом. Мой друг, который обычно их ест, сказал, что они очень вкусные, с хрустящей корочкой снаружи и большим количеством начинки внутри. После одного укуса начинка тает во рту, так он мне сказал, когда приезжал в Бангкок в прошлый раз, его друзья взяли его поесть. Так что я хотел попробовать немного". Ком попытался объяснить все как можно лучше. Но Коннор достал телефон и открыл его, чтобы посмотреть, что это такое. Как только он увидел изображение, то воскликнул. Дело в том, что он не любитель сладкого. Более того, он... "Я действительно хочу это съесть". Некогда мрачные глаза вспыхнули любопытством. "Да, мило, чертовски мило. Но... уже половина девятого". Впервые Коннор начал нервничать, ему хотелось заставить Кома снова улыбнуться, но когда он услышал, что тот хочет получить взамен, то подумал, что сошел с ума. "Как мило. Так что теперь ты должен сначала поесть настоящей еды",- высокая фигура отвлеклась от темы. "Я могу съесть бутерброды вместо риса", - с энтузиазмом сказал он и смущенно потер щеки. "А ты хочешь что-нибудь еще?" - Коннор был в тупике . "Печенье Бена - это я знаю, но где я его теперь возьму? Мой друг сказал, что нужно положить тридцать штук в микроволновку. И шоколад внутри вытечет". Он говорил, как маленький мальчик, уговаривающий родителей купить ему закуски. И он протянул обе руки, чтобы взять Коннора за руку и показать ему свои сияющие глаза. Коннор знает, что Ком взволнован, ведь он никогда не был в Бангкоке. И все, что ему рассказывали, казалось ему вкусным, так что он хотел попробовать все это. И мужчина не хотел разрушать его мечты, говоря ему, что уже слишком поздно. Поэтому он продолжил спрашивать, понизив голос. "Интересно. А есть что-нибудь еще?" "Пабло" " Кто он, черт побери!?" Должно быть, лицо Коннора стало немного жестче, потому что он ничего не знал о Пабло. Поэтому Ком поспешил объяснить. "Это чизкейк. Мой друг сказал, что он из Японии". "Я жду, когда увижу лицо того "друга", который тебе это сказал, черт возьми". Эта просьба, несмотря на то, что он был добрым и игривым юношей, умеющим уговорить Коннора, не могла не вызвать улыбку. Чем больше он смотрел в его прекрасные глаза, тем больше вспоминал его прежнее печальное выражение. И он не хотел бы видеть его снова, если он разобьет его надежды. Так и Ком, который хотел попробовать эти десерты, не мог не мечтать о них. Коннор не хотел, чтобы Ком отпустил его руку, не хотел, чтобы он расстроился, не хотел, чтобы его щеки побледнели, а главное - хотел, чтобы он улыбнулся. "Подожди..." - сказал он голосом, словно захлебываясь воздухом. "Подожди?" - Ком повторил его слова. Коннор глубоко вздохнул и заговорил необычно низким тоном. "Я куплю их для тебя завтра". "Нет, сегодня". Кхом опустил голову, заставив крупного мужчину заколебаться и произнести: "Завтра, обещаю". Завтра, после работы, он отправится в Сиам Парагон и, возлагая надежды на Бога, будет надеяться, что там найдется, где купить все необходимое. Но сейчас он может только надеяться, что больше никогда не увидит угрюмого выражения лица Кома. Как только он снова поднялголову, Коннор был взволнован до смерти. "Спасибо, это может быть завтра или в любой другой день, просто попробую как-нибудь, это сделает меня счастливым". Мальчик задумчиво улыбнулся и отпустил руку, державшую его за плечо. Коннор улыбнулся в ответ и потянулся, чтобы ласково погладить его по голове. Ком замер, его щеки стали еще краснее, как будто он только что осознал, что натворил, и наконец заговорил. "Я собираюсь переодеться. Так что мы можем пойти поесть"- когда Ком развернулся и исчез в главной спальне. Коннор Уоррингтон смотрел ему вслед, пока тот не скрылся из виду, а потом сделал знак креста, коснувшись лба, груди и плеч. Слава Богу, если не веришь, то придется поверить, потому что он боится своей печали больше, чем исполнителей. Возможно, он даже будет ползать у его ног как собака. Глубокие черные глаза смотрели прямо на него, в них были страх, растерянность и печаль, пока Коннору не стало еще больнее.