Люблю Песок

Глава 21.🔞Больше, чем тело .

Не имея возможности спать более тридцати часов, Коннор очень хотел спать и устал, но он видел только, как молодой человек перед ним тщательно жует, оголодав. Уголки его рта приподнялись в легкой улыбке, вызванной привязанностью, смешанной с чувством вины, особенно последним. Затем он настойчиво снова и снова,спрашивал юношу хочет ли ты еще риса? Достаточно ли еды? "Я не могу больше есть, я сыт",- робко сказал он, доедая третью миску риса и глядя на несколько пустых тарелок, которые уже заняли две трети стола. Коннор продолжал улыбаться, но с беспокойством: он боялся но не мог настаивать. Благодаря тому, что мы провели вместе больше недели, Коннор мог сказать, что Ком не был большим едоком. Он наелся всего одной миской риса, а это означало, что сейчас он очень проголодался. И тот, кто хотел пойти поесть, был именно он. "Конечно, ты хочешь что-нибудь еще?"- Коннор махнул рукой, чтобы позвать официанта. "Я наелся, очень сыт. Ты съел меньше меня", - Ком сначала опустил его руку, чтобы сказать ему об этом, отчего мужчина почувствовал себя еще более разочарованным, чем раньше. "Я съел много на обед". Чем больше он говорил, тем больше смущался. Теперь Коннор был слишком сонным, чтобы хотеть есть. Поэтому он предложил ему другой вариант. "Тогда закажем что то на завтрак? Здесь много вкусных блюд". Сначала Коннор хотел отвести Кома в круглосуточный ресторан, расположенный в соседнем отеле. Но побоялся, что парень не выдержит голода. Тогда молодой мужчина развернул машину, чтобы поехать в магазин рисовой каши, который закрывался поздней ночью, и доверился вкусу еды в этом месте. По крайней мере, съев три чашки риса, можно было быть уверенным, что это действительно то самое место. "А все, что ты заказал, будет и на завтрак?" спросил Ком, и мальчик опустил голову и быстро сказал: "Прости, я не должен был спрашивать об этом". Черт! Сначала Коннор хотел спать. Теперь вся его усталость полностью исчезла. Он в душе проклинал себя за то, что отказался раскрыть информацию лично, вбив в голову Кома, что тот не должен задавать ему вопросы, а также не должен много разговаривать, так что если и винить кого-то за это, то только себя, поэтому он поспешил ответить. "По утрам я люблю пить кофе и есть тосты с яйцами, больше ничего",- сейчас он решил задать ответный вопрос, чтобы узнать его получше: "А ты?" Когда они были на курорте, что бы Коннор ни заказывал, он всегда это ел, поэтому негромко произнес. "Я могу есть все, что угодно, чем бы ты меня ни кормил, я буду есть". Коннору нравится, когда Ком эмоционален, но сейчас у него было только грустное и подавленное выражение. Молодой южанин вел себя так, словно Коннор приказывал что ему говорить , а также что он должен делать, и Кому оставалось только тяжело вздыхать.Понимая, что человек, который заставил Кома так себя вести, был он сам, и теперь было слишком поздно договариваться, поэтому молодой канадец отнес еду и зашел в магазинчик неподалеку от ресторана рисовой каши. "Хочешь что-нибудь?" "Нет",- Ком огляделся, покачал головой и встал у прилавка. Коннор хоть и ходил сюда раньше , но покупал только большую буханку хлеба, соленое масло и растворимый кофе, чтобы быть бодрым утром. Но сегодня высокая фигура стремительно направилась к холодильному отсеку, осматриваясь и беря различные продукты, чтобы положить их в свою корзину, которая и так уже была полна товаров. После чего он направился на кассу расплачиваться, проведя картой по терминалу на прилавке магазина.Через некоторое время оба вернулись к машине. "Ком" "Да" Сидящий мальчик неловко повернулся, чтобы посмотреть ему в глаза. "Это тебе",- Коннор положил на колени Кома пластиковый пакет. Затем он быстро сказал Кому, открывающему пакет: "Завтра я куплю тебе любые закуски, которые ты захочешь съесть, но пока это все, что я могу достать". В пакете оказались эклеры, пирожные с кремом и шоколадные пирожные. "Я уверен, что ты уже все это ел",- Коннор сказал это с отчаянием, ведь эти виды десертов почти одинаковы во всех супермаркетах. Если Ком - любитель десертов, то он наверняка перепробовал их все. Но ему хотелось увидеть улыбку Кома вместо грустного лица, увидеть, как уголки его рта слегка приподнимаются, а глаза становятся ярче, как раньше. От этого Коннор почувствовал бы еще большее облегчение, и одна из его больших рук легла на голову Кома. Не обращая внимания на сопротивление, он слегка потрепал волосы, а затем убрал при виде напрягшихся плеч парня. "Спасибо". Он часто покупал подарки своим возлюбленным, но это был первый раз, когда он потратил всего десять батов. Он заставил человека улыбнуться, как будто купил что-то очень ценное. Коннор еще раз восхитился невинными глазами, невинной улыбкой и жестами этого человека, который, хотя и казался ему непонятным, тронул его сердце, и он был еще больше рад его видеть. Пойду ли я завтра на работу? Коннор, возможно, и использовал свои выходные дни, но он никогда не пропускал работу без причины, но теперь молодой человек считает, что пропуск работы ради покупки закусок может стать для него причиной отсутствия номер один. Вскоре после этого Ком последовал за Коннором в красивую квартиру, обнимая пакет с десертами. Он все еще был в замешательстве и не понимал, что происходит между ними. Коннор не стал посвящать его в подробности, и Ком был рад этому, так как не был готов услышать, для чего он сюда пришел. Понимая, что это глупо, то что его сердце все равно не переставало биться из-за этого человека снова и снова, Ком не мог остановить этого. Не смея говорить , чтобы спросить,не потому что ему запретили, а просто не мог. Чувствуя себя лучше из-за купленных Коннором сладостей, он лишь покачал головой. Мужчина купил их специально для него, к тому же он обещал купить ему десерты, о которых Ком слышал только от своих друзей по колледжу. Может быть, приезд в Бангкок был не так уж плох... верно? Утешал себя молодой человек, хотя на мгновение замешкался и последовал за Коннором к большому холодильнику. "Можно я положу это в морозилку?"- спросил парень, глядя на пакет с закусками, которые не мог съесть прямо сейчас. "Я же говорил, что ты можешь использовать все, что есть в этой квартире", - устало сказал Коннор. Он говорил с доброй улыбкой, от которой сердце Кома забилось еще сильнее. Ком посмотрел в его мягко светящиеся зеленые глаза и медленно положил десерты в морозилку. Не удержавшись, он улыбнулся. Сейчас он уже не чувствовал себя так неловко, как в первый раз. "О, я хочу вам кое-что передать, подождите минутку",- Коннор задумчиво проговорил это и скрылся в спальне когда Ком закрывал холодильник. Ком тайком вздохнул, смущенно потирая грудь, потому что каждый раз, когда Коннор начинал с ним разговаривать, он боялся ему ответить. Из-за того, что произошло в отеле накануне вечером, и из-за сделки, на которую они согласились в ответ.В тот момент он был так расстроен, что потерял разум. А сейчас... Он не знает, что ему делать. "Даже если я доверчивый, черт возьми, я слишком доверчивый. Так что не будет ничего странного, если он отругает меня за то, что я такой лисенок". Раньше Ком очень грустил и сходил с ума от ссоры с ним, отчаянно желая познакомиться с кем-нибудь, чтобы заняться сексом и забыть о своей боли. Но когда Коннор вернулся в его жизнь, он оградил Кома от стрессовых ситуаций. Например он отправился в десятичасовой путь на автобусе вместо того, чтобы сесть в самолет, только из-за его страха высоты, и купил ему закуски, гарантируя, что его сердце больше не будет страдать, а будет только биться снова. Если он не собирается ругать меня за доверчивость, то почему он будет меня ругать? "Дай руку",-Коннор снова встал перед ним и с привычной игривой улыбкой попросил раскрыть руку, и парень легко раскрыл ее. На кончик ладони положили металлическую штучку, а потом он увидел, что это карта. "Это запасная карта для этой квартиры. Я позволю тебе оставить ее у себя, чтобы ты мог идти куда угодно, не потеряй ее, потому что у меня всего две карты - та, что со мной, и та, которую я даю тебе. И эта карта нужна, чтобы войти в квартиру, просто положите ее на панель управления, а затем сделайте вот так, чтобы отпереть дверь, так что запомни это". На протяжении всего объяснения Коннора Ком моргал, как ребенок, хотя ключ и панель были холодными. Но его сердце было теплым и билось. И все из-за Коннора и карты, которую он ей дал. Так вот почему Ком должен ругать себя за доверчивость! "Спасибо, я оставлю ее себе",- он крепко сжал ключ-карту, и уголки его рта приподнялись. "А потом..." Ком поднял голову от ладони, чтобы встретиться с прекрасными зелеными глазами собеседника, и увидел, что по всему его телу разливается мягкое сияние. Когда Коннор вытащил бумажник из заднего кармана брюк, в горле у него поднялся позыв к рвоте, поскольку Коннор быстро достал и протянул ему большую серебряную карту. "Ты сказал, что хочешь посетить много мест в Бангкоке, я хочу сводить тебя в некоторые, но я работаю на неделе. В некоторые дни до поздна. Если ты будешь ждать меня, то никуда не попадешь". Ком уже не слышал слов Коннора, его уши, взгляд и мозг не обращали на него внимания, и он не видел ничего, кроме серебряной карточки. Он протянул дрожащую руку, чтобы взять ее, и пошел, чтобы положить в рюкзак, который все еще был прислонен к дивану, сжимая кулаки и глубоко дыша, чтобы сдержать все чувства, переполнявшие его грудь. Молчание. "Ком?" Обладатель имени не обратил внимания на удивленный тон. Молодой южанин потянул крупного мужчину за запястье и повел его в сторону хозяйской спальни, а затем отпустил. Что бы... раздеться. "Что ты делаешь?"- озадаченно спросил Коннор, наблюдая за его действиями. Молодой человек встал, а затем лег на спину посреди кровати. Сверху кровать была мягкой и удобной, хотя в этом не было никакого смысла. Затем он раздвинул ноги и положил две руки под колени, на мгновение закрыл глаза и открыл их настолько, насколько мог, чтобы обнажить все части своего тела, чтобы мужчина перед ним мог это увидеть. Ком сглотнул и сдерживая всхлипывания тихим голосом произнес:"Трахни меня". "Ком!"- Коннор выкрикнул его имя, словно рев, заставив черноглазого человека посмотреть на мужчину с шокированным выражением лица. "Трахни меня, трахни меня так сильно, как тебе нравится, достойно тех денег, которые ты за меня заплатил". "Я, я не платил за тебя!"- прорычал Коннор, в его глазах пропала радость и хорошее настроение. Он кипел от злости, словно кто-то выплеснул на него раскаленную лаву, и смотрел на Кома так, что молодой южанин чувствовал себя еще более ущербным. "Ты заплатил, ты только что заплатил", - четко произнес он. "Я не делал этого!" "К черту, сделай для меня, я не хочу получать деньги на халяву, так хоть почувствую... что есть цена". Не успел Коннор договорить, как его прервали, закричав еще громче. И все громче и громче, не желая признаваться и скрывая свои нервы крича, не желая ненавидеть себя за то, что плачет перед ним, ведь он не хотел чувствовать себя неполноценным и именно поэтому решил сделать это. И справился хорошо. Коннор купил его, и он продался, так в чем проблема? Ком, сам решил продаться. Так о чем же ему теперь жалеть? Он ненавидел себя за то, что больше не может выносить этот холодный взгляд его глаз. Ему больше нравилось, что Коннор недавно так нежно смотрел на него, потому что сейчас он выглядел во много раз более разочарованным и холодным. До такой степени, что ему пришлось закрыть глаза, сглотнуть слюну и сказать спокойным голосом, хотя внутри он задыхался. "Трахни меня в качестве оплаты". Ком не услышал ответа и не увидел ничего, кроме пелены перед закрытыми глазами – и зеленых глаз другого человека, которые смотрели на него с презрением. Затем кровать зашевелилась, указывая на то, что мужчина последовал его предложению. "Я сделаю это",- голос Коннора звучал устрашающе и в то же время угрожающе и горячо. "Да",- молодой южанин неохотно кивнул. "Да, я сделаю это, Ком". Не плачь, идиот, не плачь. Пэм! Ком сдержал крик, когда Коннор со всей силы ударил его рукой по бедру, чувствуя онемение и боль. Хотя раньше ему было хорошо, но теперь он не чувствовал ничего, кроме зуда в ноге, и все равно не отпускал рук. Ожидая, что обжигающая часть мужчины может быть вставлена в любой момент. Он прекрасно знал, что его попка все еще опухла от событий предыдущей ночи. Но ведь он был куплен именно для этого, верно? Так что если будет больно снова и снова, нужно просто опустить голову и терпеть. "В таком состоянии я не в настроении для этого". Ком прикусил губу, когда другой человек погладил его ствол, хотя он все еще был слаб, затем Коннор наклонился к его уху. "Давай сделаем его вертикальным... помоги себе сам". Юноша, наконец, открыл глаза и сразу же увидел яркие глаза другого человека. Тот отступил назад, усаживая его на ноги и скрещивая руки на груди. Глаза Кома смотрели вниз, и его нижняя часть тела, казалось, заставляла его действовать быстро, прежде чем ее тугой канал раскрылся, заставив Кома провести дрожащей рукой по теплой плоти. Но он слишком устал, слишком измучен и огорчен: "Я еще не расслабился". "Ты меня достал!" Пальцы Коннора растирали его вялую плоть, а Ком говорил спокойным, но достаточно громким голосом, он закусил губу до крови, потому что подумал, что все равно может заплакать. Когда Коннор просунул палец своей руки в его тугой канал, большим пальцем намеренно потирая его. Смотря на парня своими яркими пугающими глазами: "Мы играем отдельно". Ком прижал ноги к кровати, а Коннор вдавил кончик пальцев в его задний проход, хотя это было больно и жгло, пока его бедра были согнуты. Достоинство в его руке дрожало в ответ на прикосновения другого человека, отчего ему хотелось плакать. "Смотри!" Он ненавидит себя, потому что, когда Коннор приказывает, его тело откликается. Черные глаза блестели от слез, когда он вводил указательный палец в Кома, А молодого человека застаив свой средний палец засунуть в рот, чтобы облизать его, пока тот не покроется слюной, а другой рукой широко раздвигал заднее отверстие Кома. Когда Коннор вытащил палец, он пошлепал по мягким ягодицам, несмотря на нежную кожу, Ком почувствовал себя неловко, пока просто не высунул палец, смоченный слюной, чтобы поласкать свой набухший канал. "Вставь его" "Хорошо", - стонал Ком, когда палец коснулся внутренней поверхности его тела, и прозрачные слезы текли из него, пока он не закатил глаза и не лег на подушку. "Сильнее, я знаю, что ты любишь жестко". Злой демон приказал диким тоном, в то время как слушатель прижимал палец к основанию его выгнутых бедер, которые поднимались, чтобы потереться о твердый кусок плоти мужчины. Пытаясь таким образом найти точку, где он может чувствовать себя хорошо, исчезая все мысли в его голове, то, как он принял деньги Коннора, то, как Коннор видит в нем проститутку, все, что он должен забыть, хотя слезы все еще текли из его глаз. "Мне повторить громче. да?" "Ах!"- Ком заплакал, когда Коннор берет его за запястье и вводит палец в его тугой канал все быстрее и сильнее, трется о его мягкую красную плоть так быстро, одновременно двигает другой рукой. Его тело хотело этого, но в сердце... у него больше не было чувств: "Очень сильно! Нет, что ты делаешь? Ты что, не слышишь?" Глаза Кома расширились, потому что Коннор не только направлял его, но и пытался внезапно затолкать что-то в его тело. Хотя два пальца уже были внутри, его глаза заблестели, и он удивленно посмотрел вниз, чтобы затем увидеть, как Коннор вводит свой палец. В душе он заплакал, потому что не хотел, чтобы он вводил еще, но он знал, что член Коннора намного больше, так что не было причин, по которым он не мог бы принять больше, а смазка, которую использовал Коннор, помогла ему протолкнуть их до конца. Более длинный палец врезался во внутренние чувствительные точки, вызвав стон. "Неправильно, что я тебе говорил". Увидев зеленые глаза, холодные, дикие и жестокие, обладатель этих глаз вынул палец и стал толкать его, пока тот не вошел, сдавливая задний проход, Ком понял, что это не сравнится с размером члена Коннора, но полученное жестокое воздействие заставило его всхлипнуть. Не давая телу Кома отклониться , прижимая к себе, другая рука мужчины дотянулась и выкрутила его сосок, пока Кому не стало больно. Но именно из-за боли его тело кричало от счастья. Не так, не надо, это страшно. Высокий человек сидел напротив парня, хотя раньше Ком находил его привлекательным и сексуальным, то теперь, когда он видел его сейчас таким казалось он никогда не знал его. Ком всхлипнул, он попытался сжать обе ноги, но проникновение Коннора было только глубже. Ком не чувствовала этого раньше, но теперь он точно хочет почувствовать мужчину в себе "Я знаю, что тебе здесь нравится, сучка". "Ах!” Юноша кричал во всю мощь своих легких, когда Коннор нажимал пальцем на его чувствительное место, отчего слезы текли по щекам, а открытые бедра болезненно вздрагивали. Чем агрессивнее был Коннор, тем больше он его боялся, к тому же его зеленые глаза смотрели на него, не проявляя никаких чувств. Хотя его тело хотело этого, но в глубине души Ком понимал, что больше так не может. Ему нравилась дикость Коннора, нравилось, каким упрямым он был, и еще ему нравилось, каким жестоким он был. Пока не начнешь молить его что бы он вошел. Но не тогда, когда Коннор смотрел на него холодными глазами, без нежности, без сладости, у него было только наказание, которое радовало его тело, но в сердце он чувствовал пустоту. "Нет, нет, больше не надо, не надо, не надо". Ком молил, желая, чтобы все закончилось, и этого бы не случилось, если бы Коннор не видел этого. "Нет, нет, ах, ах, нет, нет, нет". Юноша поспешил вырваться из его крепких объятий, убрав руку с ее заднего отверстия. Развернувшись, он отстранился, обеими руками царапая подушку, но Коннор последовал за ним, потому что его тело было возбуждено, даже полностью одетым, ему хотелось прикусить мочки ушей зубами, а длинными пальцами надавить на чувствительные точки, пока он не заставит Кома стонать и всхлипывать. "Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, да? Так вот, Ком, я здесь, чтобы трахнуть тебя", Коннор сильно ударил его, по комнате раздался звук соприкосновения его ладони и ягодиц. "Больше не надо, больше не надо, больше не надо, нет, я боюсь, я не хочу". Ком зарылся лицом в подушки, не находя выхода, чувствуя слабость и злость, ненавидя свои согнутые бедра, стройные ноги и широко раздвинутые ягодицы, потому что Коннор заставлял его желание подниматься очень высоко. "Прости меня еще раз, прости, я больше не хочу". И тут он заплакал вслух. Не смея даже взглянуть на лицо Коннора, потому что он не знал, кто он, и что думает о его теле, те слова, которые Коннор произносит так часто, что он отчетливо помнил их в своем сердце... Трахаться. Даже если в глубине души он этого не хотел, но тело этого говорило ему, что он все равно хочет быть с Коннором. Ком понял, что плачет сильнее. Ему хотелось плакать так сильно, как никогда не плакал раньше, и он надеялся, что сможет выпустить это. Коннор положил руку ему на голову и наклониться, чтобы поцеловать его в ухо. "Хорошо, выпусти это, детка, выпусти". "Нет, нет, нет" "Выпусти, все хорошо",- мягкий голос, шепчущий ему на ухо. Он заставил Кома плотно закрыть глаза, слезы текли потоками, и он двигал рукой, которая держала его собственный член, так же сильно, как ритм большой руки, которая била его по ягодицам, и его непристойный голос звучал в гармонии со звуком рыдающего голоса молодого южанина. И вот Ком выпустил все наружу. Темные простыни были испачканы водой любви, и Ком лежал, обессилев, хотя слезы не переставали литься, а в сердце было пусто.Ком чувствовал себя жалким, к тому же он не смог удовлетворить своего покупателя, и все закончилось из-за него.Чем больше он думал об этом, тем больше чувствовал себя бесполезным человеком. "Я... Я... прости", - дрожащим голосом сказал Ком, не решаясь взглянуть в лицо собеседнику, а только протягивая руку, чтобы открыть доступ к попке, - "Ты… Ты можешь положить... Я в порядке" После этих слов он повернулся и в страхе стал ждать, но не услышал ни дыхания Коннора, ни звуков какого-то движения, была только еще более неуютная, гнетущая, удушающая и тишина. И вдруг Коннор со всей силы вдавил голову собеседника в подушки, молодой южанин в страхе замер, не смея больше смотреть ему в глаза, просто оставаясь в том же положении. "Я буду спать в другой комнате". Пэм! Ком не знал, что чувствует Коннор, произнося эту фразу, хотя и подумал, что, возможно, он будет разочарован и недоволен им, но не успел он придумать ответ, как услышал звук закрывающейся за ним двери, такой громкий, что ему показалось, будто стены задрожали Пока он не понял, что остался в комнате один, и Ком крепко обнял себя, чтобы успокоиться. Цвет лица Кома снова стал прежним, потому что он должен был привыкнуть к этому, ведь он был здесь, потому что его купили, и он мог делать все, что хотел, поэтому он должен оставаться здесь. "Не жди ничего другого, не будь глупцом, Ком, не делай этого". Не ожидая от собеседника ласки и доброты, он даже не ожидал, что тот скажет ему, что будет спать с ним в одной постели. Но как бы он ни старался подавить свои эмоции, слезы так и текли из его глаз, пока подушки не стали мокрыми. Не будь назойливым и не позволяй себе быстро наскучить ему. Не забывайте, что он заплатил покупку у очень дорого. Раньше он не знал, что за человек перед ним, но теперь разум кричал ему, подсказывая, что они заплатили большие деньги за то, чтобы он был всего лишь мужчиной, который должен удовлетворять Коннора в постели. Поэтому он не имеет права требовать, не может просить доброты или понимания у другого человека, он должен действовать только в тот момент, когда этого хочет Коннор. В этой квартире было две спальни, одна - спальня Коннора, а другая, что рядом с гостиной, использовалась для приема родителей или брата, которые приезжали к нему в гости, но сегодня хозяин сидел на кровати в этой комнате, закрыв лицо руками. Закрыв глаза, он думал о том, что произошло несколько минут назад. Он был зол на этого человека, разъярен и полон гнева, но еще больше он ненавидел себя. Ведь то, что сказал Ком в тот момент, думая, что он обиделся на него из-за случившегося, только разозлило его до того, что Ком решил, будто мужчина сделал с ним что-то непростительное. Да, Коннор любит запугивать партнера в постели, он жесток, потому что это усиливает накал его сексуального желания, но его действия и слова были на том уровне, который могла принять другая сторона. Пока он не останавливался, поняв, что его тело больше не может этого выносить, но даже тогда он приказывал ему делать разные безумные вещи только из-за вспышки своего гнева. "Разве не он сказал мне, что бы он его купил? Так почему же он расстроился и делает это?"- раздался голос в его голове: " Я дал ему эти деньги, но не потому, что хотел заполучить тело Кома". Ответ был очевиден: Коннор дал ему их, потому что видел, что теперь Ком окажется посреди большого города, где нужны деньги, чтобы пойти куда либо, а он не знал, есть ли у Кома деньги. Мужчина планировалось сделать для удобства, хотя Ком толковал это так , что Коннор использовал эту сумму денег, чтобы купить его тело, и поэтому злился, и это был разумный гнев. Вначале он думал, что его хотели использовать именно так, а теперь ему кажется, что он не знает, зачем вообще дала ему деньги и для чего. Ком думала только о том, что его купили, а он продал свое тело, и он должен отдаться ему, и должен быть доволен, а не злиться и вести себя так! Коннору нравились слезы Кома, стекавшие по ее румяным щекам, когда он всхлипывала и умолял избавить его от мучений, когда он с тревогой смотрела на него и ждал глубокой и сильной ласки, - вот что он хотел видеть, а не видеть, как он кричит, будто мужчина собирается его убить. Эта фраза эхом отдавалась в его голове, он не хотел больше заставлять этого человека плакать, поэтому ему пришлось встать, чтобы успокоить себя, а потом немного подумать, но теперь он понял, что между ними все разрушено.Коннор долго летел в Сураттани и даже готов был просидеть десять часов в туристическом автобусе, чтобы забрать Кома с собой, чтобы попытаться все исправить самому, но только все испортил. Мужчина ругался , бил кулаком по краю кровати, скрипел зубами, глаза его блестели от ярости, но он был зол на себя, потому что, когда он закрывал глаза, единственное, что он видел, было красное тело юноши. Человека , участвовавшего в сексуальном акте накануне, и выражение боли Кома, пока оно не сменилось милой улыбкой, когда Коннор дал ему закуски за несколько десятков батов. "Если бы я мог вернуться в прошлое, если бы я мог вернуться. Нет, Коннор, о чем, черт возьми, ты думаешь?" Такой человек, как Коннор, никогда не позволит проблемам взять над ним верх. Он знает, что нельзя повернуть время вспять, все, что ему нужно сделать, это исправить все сейчас. Но он, как неудачник, подумал, что если бы он мог повернуть время на час назад, то не отдал бы приготовленную карту Кому, а сейчас ему следовало бы подумать о том, что он будет делать дальше. Не сейчас… Потому что, поскольку он не спал уже более тридцати часов, он устал до потери сознания, а его мозг не функционирует в полную силу. Если он хочет все сделать правильно, ему нужно было поспать, и он должен был уйти, чтобы ночевать в этой комнате, так как боялся снова совершить что-нибудь безумное. Коннор заставил себя встать, раздеться и лечь на кровать, закрыв глаза, чтобы уснуть, но все, что он мог видеть, - это удрученные глаза молодого южанина. Совершив непростительную ошибку, канадец теперь знал, что ему нужно не только тело Кома, но и нечто большее, чем просто обычные отношения.