Удовольствие

      Первое, что слышит Линч, войдя в квартиру, — хныкающие стоны и шлепанье мокрой кожи по другой. Он заходит в гостиную и обнаруживает, что Джон трахает кого-то на диване. Незнакомая девушка сладко кричит, запрокинув голову, руки вяло лежат по бокам, а ноги подпрыгивают у ушей Джона. Кажется, это его новая однодневка.       — О, Линч. — Джон делает паузу, садясь на корточки. Его член наполовину выскальзывает из неряшливой, сжимающейся киски девушки, пока он проверяет свой телефон. — Ты рано.       — Не совсем... — Линч смотрит на часы. — Я как раз вовремя. Правда не в том смысле.       — Черт, я, должно быть, потерял счет времени. Моя вина, — вздыхает Джон. Он выдвигается, стоя, зевая и потягиваясь. — Кстати, это Полина.       Егор кивает, лицо, кажется, начинает немного жечь.       — Рабыня для удовольствий, которую ты недавно купил?       — Да. Давай, вставай. — Обращается он к девушке, — Смотри, Линч, она довольно горячая, не так ли?       Полина поднимается с дивана и поворачивается, показывая Линчу свое тело. У нее бледная кожа, которая восхитительно контрастирует с загорелым тоном кожи Джона и с акварельно-розовым румянцем ее пухлых сосков и киской между ног, сияющей от того, какими она и Полина были тридцать секунд назад. Ее тело совершенно безволосое, голое, как у младенца, если не считать темных прядей на голове. Большие сиськи подпрыгивают при движении, как ее чертова задница.       — Да, конечно, — соглашается Линч.       — Хочешь дать ей шанс?       — П-пожалуй откажусь...       Джон пожимает плечами.       — Как хочешь. Хочешь чего-нибудь выпить?       Они направляются на кухню, где Джон начинает готовить закуски для их дальнейшего времяпрепровождения. Вынимая ингредиенты, Полина становится на колени у его ног и сосет член. Ее руки безвольно лежат на коленях, собственные раздвинуты, и журналист мельком смотрит на сияющую розоватость между ними. Полина вдруг останавливается, так как Линч их прерывает, но он, кажется, не возражает: выражение его лица пустое, а щеки впадают от каждого сосания.       — Так чем ты занимался?       — Ничего особенного, просто работа, сон, дела.       Они болтают о жизни, пока Джон приносит чипсы, газировку и закуски. Каждый раз, когда он поворачивается, Полина поворачивается вместе с ним, покорно обхватывая ртом его член. Каждый раз, когда он передвигается по кухне, девушка при необходимости отрывается и следует за ним, заползая между ног Джона и затягивая орган обратно в горло. Иногда она поочередно делает горловой и проводит языком по кончику члена шатена, обхватывая руками все, что не может засунуть в рот. Большую часть времени она просто стоит на коленях и спокойно сосет длину.       — Ох, бля, — стонет Джон. — Я забыл купить одноразовые стаканчики. Че ты их по дороге домой не купил-то? Посуду потом я мыть не буду.       — Я, по-твоему, телепат? Откуда мне было знать, что ты все использовал за сегодня. Вон, четыре в гостиной рядом с диваном на полу стоят, и ты в них, судя по всему, кончил. Идиот и гребанный изврат.       — Ещё слово и их содержимое окажется у тебя во рту. А это называется разнообразием, неженка. Да, детка? — Джон сдул прядь кучерявых волос, повисших на очках, и с размаху шлепнул девушку. Та активно закивала, не в силах что-то вымолвить.       Линч проигнорировал угрозу. На кухне стоит тишина, если не считать влажных сосущих звуков внизу.       — Ладно, давай сходим за ними.       Джон велит девушке пойти одеться, а сам надевает ананасовую рубашку и джинсы.       Она возвращается в крохотном кружевном белом топе, который едва прикрывает ее грудь, а из развевающегося нижнего края выглядывает полная нижняя часть. Остальная часть наряда состоит из белых носков, лоферов и ничего более, ее голая киска выставлена на всеобщее обозрение. Джон застегивает ошейник на шее Полины, и они втроем выходят.       Никто не обращает на них особого внимания – это не совсем обычное явление, но все же принято, когда люди гуляют со своими секс-рабынями – и вскоре они достигают станции метро.       Джон находит место в поезде, а Линч решает остаться стоять, держась за шест, поскольку там достаточно тесно, и он не против уступить свое место кому-то другому. Писатель расстегивает молнию на джинсах, вытаскивая свой твердый член, и Полина садится на него лицом к Егору. Она тут же начинает подпрыгивать, а ее топ бесполезно развевается в воздухе, обнажая покачивающиеся сиськи.       Тихий поезд наполняется тяжелым дыханием Полины, сопровождаемым влажным хлюпаньем влагалища вокруг члена Джона. Когда ее вздохи переходят в тихие стоны, люди начинают смотреть на них, любопытные и голодные глаза пробегают по гибкому телу девушки. Она откидывается назад, положив руки на колени шатена. С точки зрения журналиста, все, что он может видеть, это ее трясущиеся сиськи, а еще ниже — мокрая киска, обхватывающая толстый член Джона. Ее пизда выглядит такой мягкой и чистой, молодой и нетронутой, но в то же время она так легко поглощает разбухшую длину Джона, как будто она уже давно приняла его форму.       Полина подпрыгивает, как будто она создана для этого. Их положение не дает особых рычагов влияния, но Линч не делает ни малейшего движения, чтобы помочь им, и расслабляется. Наверное, он даже на секунду задумывается о том, каковы были бы ощущения, если бы он был на месте этой девушки.       — Ах, ах, ах!! — кричит Полина, ее подпрыгивания на мгновение набирают скорость, прежде чем тело блокируется. Ее хныканье почти заглушается звуком киски, сглатывающей член Джона. Она сквиртит, брызгая на джинсы Линча, соки разбрызгиваются по внутренней стороне ее собственных бедер и капают на сиденье. Егор уже не сомневается в том, что Джон трахается как порнозвезда и действительно может довести до полуобморочного состояния. Зверь.       Она едва останавливается на секунду, прежде чем быстро вернуться к своим обязанностям, сжав бедра, чтобы она могла прыгать вверх и вниз на коленях Джона, как сексуальный и ненасытный кролик. Ее щеки покраснели, и она стала немного сильнее извиваться, вероятно, из-за сверхчувствительности, но продолжая трахать себя толстым членом.       Как только они добираются до остановки, Полина отрывается от колен писателя с непристойным хлюпаньем. Она, на удивление, может нормально ходить, следуя за Джоном, и Линч наблюдает, как молочно-белый ручеек стекает с ее розовых складок на бедре.       Им не понадобится много времени, чтобы собрать необходимые предметы. Пока они ждут в очереди, девушка расстегивает свой топ и становится на колени у ног очкарика, трахая его член между своими сиськами и деликатно сосет головку.       Линч чувствует искру желания, наблюдая за ними.       Член писателя появляется и исчезает между этими щедрыми грудями, поглаживаемый шелковистой кожей, когда маленькие руки девушка обхватывают свою грудь, умело двигая ими. Джону не нужно много времени, чтобы кончить, большая часть его члена застряла между пухлыми губами Полины, а сперма попала на ресницы. Полина не обращает на это внимания, застегивает блузку и уступает дорогу им, чтобы заплатить кассиру.       Вернувшись в метро, Полина сидит на коленях Джона, согревая его член, когда тот внезапно говорит Линчу:       — Знаешь, ты можешь прикоснуться к нему, если хочешь.       Егор запоздало понимает, что, вероятно, смотрел все время на них.       — А... — Тянет недоумевающе журналист.       — Да, я серьезно. — Джон улыбается и пожимает плечами. — Вставай, Линч.       Он быстро сбрасывает девушку в бок и похлопывает по своим коленям, призывая.       Линч сглатывает.