Тени прошлого

      Радио-демон, подлечив раны, отправился на прогулку по мрачным улицам Пентаграмм сити, где тени длинных странных существ плясали на стенах. Зловещие грешники с оплавленными лицами и искажёнными чертами шептались на перекрестках. А над ними во мраке сверкали темные облака, испуская неведомый алый свет, который словно поглощал все вокруг.       Перед Аластором возвышались громадные черные постройки, обросшие темным мхом и покрытые пылью безвременья. Они испускали пронзительный запах гнили, напоминая о забытых кошмарах и грехах, затаенных на каждом углу.       Атмосфера была тяжелой, пронизанной шепотом душ, заблудших в этом миру тьмы. Вдалеке раздавался звук медленных шагов, отражающихся от ушедших во тьму фигур. Аластор продолжал свой путь, встречая взгляды подозрительных существ, в глазах которых больше не читалось былого страха, лишь неуверенность. Он ощущал, что потерял свой авторитет после проигрыша Адаму, но сквозь его оскал сложно было различить, насколько он на самом деле страдает от этой утраты.

***

      Полумрак окутал комнату, создавая таинственное атмосферное свечение, словно призывное зелье, и, Валентино, все еще баюкаясь от недавнего дурмана, тяжело дышал. Его глаза волнующе блестели в полумраке, как застывшие огоньки в бурной ночной гуще. Вокс, его любимый Вокс, все еще восхитительно пах джином и сигаретами, создавая ауру загадочности и жестокости вокруг себя.       – Это было подло, ублюдок, – проговорил Валентино, издав еще один тяжелый вздох. Его голос звучал, как гремучий гром в пустоте, наполненной отголосками недавнего похотливого наслаждения. – Сколько часов я пробыл противной жабой?       – Пять. Зато сейчас мы точно знаем, как эта голубая жижа работает, – сказал Вокс со зловещей усмешкой. – Теперь зеркало отразит все заклинания этого прогнившего радиоприемника.       – Я, конечно, блещу умом не так, как денежным состоянием, – задумался Валентино, скорчив рожу быстро думающего шахматиста на пороге великого решения, – но разве отражение – не основное свойство всех зеркал?       – Естественно, – фыркнул Вокс. – Но с помощью этой жидкости влияние отраженного заклинания будет увеличиваться вдвое.       – Давай скорее действовать, чтобы ты, наконец, успокоился, – нетерпеливо заявил Валентино, его голос звучал, как звук пробуждающегося грозного гектара. – Только... ты сам хочешь на него напасть? Аластор же не будет на ровном месте колдовать.       – Ты еблан? Конечно нет, по старинке взгляну на все со стороны, – телевещатель оглядел свою огромную плазму. – Отправим кого-то из задолжавших тебе хлюпиков.       – Как скажешь, – согласился Валентино, потянувшись за мобильником. – Надеюсь, он не опозорится, как Пентиус.       – Ви будут править Адом, – зловеще расхохотался Вокс. Его смех пронзал воздух, как безжалостный клинок, разрезающий ночь.

***

      В бессмысленном взрыве силы и мрака зародилась битва, словно волшебная симфония, где каждая нота была источником хаоса и разрушения.       Трэвис, обволочённый вихрями серых перьев, бросился в атаку на Аластора. Его облик излучал волну ужаса, смешанную с отчаянной решимостью. Острые когти угрожающе сверкали в темноте, а серая маска на его лице будто открывала врата кошмара.       Аластор, высочайшая фигура в истории магии и мрака, возвышался над Трэвисом, сочась превосходством и гордостью. Он издевался, насмехался, разжигая страх в сердце своего противника. Радио-демон уже был готов с минуты на минуту сожрать эту посредственную душонку. Тени, вызванные Аластором, окружали Трэвиса со всех сторон, повинуясь воле хозяина. Несчастный грешник, осознавая свои слабости, неуклюже пытался отпарировать удары, храбро упоминая команду Ви.       Аластор, осознав неуязвимость в этой битве, понял, что способен вновь унизить своего давнего врага. Смело шагнув вперёд, он гордо выпалил:       – Ты и твои Ви – не более чем глупые дети на моём фоне! - прозвучал хохот Радио-демона, прежде чем он испустил зелёный магический луч, жуткое проявление Вуду-мощи, в своего нелепого противника.       Однако магическое зеркало Вокса повлияло на ход событий, и, Трэвис, использовав силу удвоенного отражения, вернул луч обратно противнику.       Вокс, затаив дыхание от счастливого потрясения, уронил ложку с демонической кашей прямо на паркет. Аластор, затронутый внезапной метаморфозой, превратился в уменьшенную копию себя – в ребенка, оклёванного магическим дымом.