***
Середина декабря сопровождалась усилениями минусовой температуры, при этом оставляя населению столицы повод для радости и восхищения. Зима удивила обильными снегопадами, добавившими настроения угрюмым жителям. Белоснежный покров, мерцавший как при свете солнца, так и луны, вдохновлял на мысли о лучшем времяпровождении. Особенно, в рамках приближавшегося праздника. Утром следующего дня в конторе появилось начальство. Расписавшись в журнале на ресепшен, Рогозина спустила сумку с плеча на предплечье и уверенно направилась в свой кабинет. Следом отправился Круглов, обменявшись рукопожатиями со встретившимися коллегами и подчиненными. Мужчина бодро зашел в офис, скинув пальто на стул, и сел на соседний, сложив ладони на столе и задержав взор на Галине. Женщина сложила собственную верхнюю одежду на спинку кресла и ответила мужчине взглядом. — Понимаю, что мы выдернули себя незапланированно, — будто считав мысли майора, ухмыльнулась полковник, удивив его догадливостью. — Но Лисицын тоже человек, у него свои планы. Тем более на носу проверка перед праздниками, надо внимательно изучить документацию. — А… — А ты повторно допроси свидетелей по текущим делам, в том числе по этому странному с наркоманами. До конца недели надо передать его по инстанции в МВД. Пусть их отдел специализированный разбирается. — Ладно, — цокнув, поднялся Николай, взяв пальто в руку. — Пойду уберу в гардероб. День обещает быть долгим. Рогозина прикрыла глаза в знак одобрения и зрительно проводила мужчину, после усевшись в кресло. Но Круглов внезапно вернулся, на что она изогнула бровью. — Давай твое тоже отнесу. — А, да, — кратко посмеялась Галина, передав вещь Николаю, и мотнула головой. — Никогда бы не подумала, что ты такой галантный. Учитываю, нашу самую первую встречу. — Ты бы ещё динозавров вспомнила, Галь. Слегка критически выпалил майор и вызвал улыбку полковника. Которая в шутку строго свела брови и махнула рукой, снова проследив за уходом веселого Круглова. А совсем скоро в кабинет пожаловал другой майор, ехидно осмотревший фигуру начальства за компьютером. Майский предупреждающе постучал по поверхности двери, привлекая внимание женщины, и прошел вглубь офиса с привычной ухмылкой. — Какие люди. Думал, Костя до конца года «париться» будет. — Хорошо, что пришел, — пропустив специфичный лексикон мужчины, собранно произнесла Рогозина и протянула распечатку. — Возьми. Почесав у виска, Сергей выполнил сказанное, всмотревшись в текст документа, и проморгавшись. — Колосов Семен Петрович. И кто это? — Это наши нарыли. Возможно, организатор всех этих наркоманских выпадов. — Оружейник. — Точно. — А я видел Круглова в коридоре… — Нет, это дело начинал ты, — хитро улыбнувшись, Рогозина вернулась в кресло, гордо вскинув бровями. — Вот и продолжай «париться» сам. Ну и Субботина позови, — женщина потянулась за рабочим телефоном, сделав вид, будто не заметила повторной ухмылки майора. — Сергей, займись делом. Или Новый год на дежурстве проведешь. Никакая Леночка, Мариночка или Надюша не дождутся. — Понял-понял, — очистив горло, хмыкнул Майский и, снова изучив данные в документе, кивнул, удалившись из помещения. Рогозина же просмотрела файлы за прошедший месяц и положила ладонь на подбородок, поводив указательным пальцем под нижней губой. Она задумалась и не придала значения, как с трудовых отчетов и ведомостей перенеслась в раздел празднований разных торжеств, запечатленных на фирменный фотоаппарат ФЭС. — А ведь и правда, — пробубнила зачарованная Галина, полистав фотографии в папке. — Нужно хорошо подготовиться к Новому году…***
Далеко от городской суеты, шума двигателей автомобилей и ярких вывесок магазинов обосновалось семейство Шустовых. Второй день подряд они нежились в спокойствии, не думая ни о чем. Особенно наслаждалась умиротворением Власова — женщина редко позволяла себе расслабляться и забывать о работе. Но рядом с Игорем и отрешившись от бешеного ритма столицы, сделала исключение. Поэтому едва приоткрыв глаз, а затем и второй, женщина медленно села на постели и потянулась. Блаженство разлилось по телу, а на губах капитана мелькнула улыбка. За ее ликованием наблюдал Шустов. Мужчина стоял в дверях, сложив руки у груди, и улыбался. А Маргарита, размяв шею и окончательно проснувшись, устремила взгляд на спутника. — Чего это ты так рано не спишь? — чуть пощурившись из-за луча солнца, поинтересовалась она и зевнула. — Рано? Время близится к одиннадцати. Обед уже. — Ого, — хмыкнув, Власова провела по волосам, едва поборов сонливость окончательно и бескомпромиссно продолжила. — Ну тогда — где фуршет? — Госпожа, если Вы имели в виду кушанья, то придется Вам вылезти из теплой постельки и пройти прямо по коридору и направо. Маргарита плавно вскинула бровями под убедительные кивания Игоря и зевнула второй раз, подняв руки в позу «сдаюсь». Женщина покинула уютную постель и пошла точно в теплые объятия мужчины, где теперь всецело расслабилась. Такой же довольный Шустов покрутился с ней на месте, совершенно не нагружая мозг мыслительной деятельностью. Однако внезапно тишину нарушили. В комнату зашел Глеб, и сын Власовой изображал крайнюю степень раздражительности. А в руке парня трезвонил телефон. — Мам, — он хмуро позвал женщину, нехотя оторвавшуюся от Игоря. — Тебя тут какой-то Березин уже раз четвертый пытается услышать. Маргарита произвольно ужаснулась. Коллега и друг, надумавший слишком много лишнего за периоды общих дел и некоторых личных моментов, напряг капитана. Она не спеша потянулась за мобильным, ощутив ярый настрой сына, ретировавшегося сразу же после вручения ей техники. — А побледнела-то чего? — вмешался Шустов, усмехнувшись. Но Власовой было не до смеха. Настойчивый звонок не прекращался. Телефон гудел и требовал ответа. Чего не хотела делать Маргарита — налаживать контакт с Игорем однажды стало настоящим испытанием. Потому Власова резко выключила телефон и стремительно взялась за руку поразившегося спутника. — Так, кое-кто намекал на завтрак. Ещё в силе? — Конечно. — Ну и потопали. Она нажала на ладонь мужчины и побудила веселого Игоря исполнить изначальную задумку.