Bear and tiger, double pleasure

      Они красивы, как модели с глянцевых журналов, они прекрасны в своей ипостаси, они самые популярные парни в университете, они — это братья Ким. По ним вздыхает добрая половина университета, не только омеги, но и альфы тоже. Красивы, богаты, умны, всем этим и не только можно описать братьев Ким.       Ким Тэхёна и Ким Вихёна Чонгук встретил возле ворот университета в первый день учёбы. Он замер, в прямом смысле открыв рот от изумления, когда одинаковые альфы вдвоём вышли из дорогой машины. Таких прекрасных, опасно-красивых Гук встретил впервые. Один — высокий, изящный блондин, другой — чуть более накачанный, чем брат, брюнет. Один всегда носил чёрную одежду, джинсы с футболками и надетую поверх косуху, другой же предпочитал гламур: всё с иголочки, разноцветные пиджаки, леопардовые рубашки, кожаные брюки. Одно лицо на двоих, но характер и стиль разные. Один из братьев, Тэхён, — гибрид бурого медведя с коричневыми, торчавшими сквозь чёрные, как смоль, волосы ушками, второй же, Вихён, — гибрид тигра, от которого у альфы не только уши, но и длинный полосатый хвост.       Сам же Гук — омега девятнадцати лет, второкурсник, гибрид белого кролика. Год отучился в своем родном городе, Пусане, теперь же, когда родители переехали в столицу, он перевёлся в Сеульский Национальный Университет. У него длинные белые уши, под стать цвету волос омеги, а ещё очень чувствительный маленький хвостик, что прятался под свободными свитерами или брюками, и любопытный до невозможности носик.

🐻🐰🐯

      Это был обычный учебный день, когда Чонгук впервые столкнулся лицом к лицу с ними. Перед заходом в главную дверь университета его кто-то толкнул, и омега выронил все книги, которые медленно начал собирать, пока на помощь не пришли они. Тэхён, усевшись на корточки перед Гуком, начал помогать. Вихен же подал руку омеге, вот тут и произошла та самая искра, когда сердце начинает стучаться быстро-быстро, ладони потеют, а щёки краснеют. Длинный хвост Вихёна обвил его бёдра, на что у Гука вырвался истерический писк.       Хоть они и полукровки, но более разумные существа, всё-таки людского в них больше, и хищники не так опасны, как во время гона, но Чонгук всё равно опасался. Как-никак, он гибрид кролика, и инстинкт самосохранения у него имелся, но Вихён не казался таким опасным, каким виделся его брат-близнец Тэхён. Один только взгляд этого альфа-самца чего стоил. Так, издалека, Чонгук любовался ими почти два месяца. В разгар течки представляя то одного, то другого, то разом обоих, прости господи, и краснел щёчками, когда сталкивался с ними на перерывах или во время обеда.       В университете Чонгук познакомился с омегой, Чон Хосоком, который был одним из первых поздоровавшихся с ним однокурсников. Они быстро нашли общий язык и стали лучшими друзьями с первых дней учёбы. Как ответственный хён, он поддерживал и помогал осваиваться Гуку в новом месте, Чонгук же выручал горе-студента с высшей математикой. Хосок — гибрид лисы, имел не только ушки красивого оранжевого цвета, но и пушистый хвост. До встречи с этим омегой Чонгук думал, что он самый любопытный, но Хосок доказал обратное. Он, как новостное радио, не останавливался ни на минуту, когда начинал рассказывать те или иные события, произошедшие в университете. Так от омеги Чонгук узнал о близнецах многое.       Братья Ким — наследники большой корпорации, сыновья узнаваемых в городе людей, выпускной курс. Члены баскетбольной команды, один из братьев, как раз таки Тэхён, — её капитан. Они с первых дней учёбы были всегда на виду, устраивая незабываемые вечеринки, на одной из которых посчастливилось поучаствовать и Хосоку, когда того пригласил его же альфа. Чонгук был прав, когда омега подтвердил его догадки, что Вихён хоть и гибрид тигра, но по характеру как домашний кот, а Тэхён же более суров, не такой общительный, как его брат-близнец, и более доминантный. От Хосока не скрылось и отношение Чонгука к братьям, когда тот с покрасневшим лицом сидел и рассказывал всё другу, на что омега громко смеялся. Но он понимал Гука и немножечко сочувствовал, ведь в близнецов Ким невозможно было не влюбиться.

🐻🐰🐯

      Всё-таки вторая сущность иногда давала о себе знать, так как Чонгук — гибрид кролика, то от этих прекрасных созданий ему досталось огромное либидо. А с появлением близнецов в его жизни оно вообще усилилось раза в два. Хоть Гук — самый что ни на есть девственник, но с самой первой течки, эдак лет с шестнадцати, имел немалую коллекцию игрушек взрослого характера. Ну а что, течки невыносимые, нужно иногда сбросить напряжение. Так в арсенале появилось ещё несколько штук с появлением братьев Ким.       — Что ты сделал? — закричал во весь голос Хосок, привлекая внимание других студентов. У них сейчас обеденный перерыв, и все в столовой невольно стали свидетелями их разговора, а всё из-за одного несносного омеги.       — Да тише ты! — шикнул на друга Чонгук. После очередной болезненной течки, которая у него случилась как раз недавно, омега все ещё не пришёл в себя. Три дня ада наконец позади, но осадок до сих пор остался, и если один несносный омега сейчас не замолчит, то Гук за себя не ручается.       — Прости, просто мой шок сейчас в шоке, услышать от тебя такое, — удивился друг, глядя на омегу в упор.       — А что тут такого? — быстро ответил Чонгук. — Всё-таки я кролик по меньшей мере, и либидо у меня огромное, и у меня была течка, — оправдывался этим омега. Не стоило ему рассказывать Хосоку про то, как он трахал себя аж двумя силиконовыми членами, но любопытный нос друга не оставлял его в покое на протяжении всего обеда, после того как Гук резко присел на стул и начал шипеть от боли. Всё-таки не до конца он рассчитал свои силы.       — Вау, я аж завидую! — с восхищением произнёс омега. — Два ведь всегда лучше одного.       Два всегда лучше одного. До одного определённого момента, ведь это Чонгук почувствовал в буквальном смысле на себе.       Он понятия не имел, как так получилось, что его мечта и страстные ночные желания осуществились в реальности. Два его прекрасных демона сейчас возвышались над ним: один ухмылялся, другой же рассматривал с ног до головы.       — А мы следили за тобой, Гук~и, — раздался хриплый голос прямо над ухом. Вихён языком прошёлся по ушной раковине, и по всему телу омеги табуном пронеслись крупные мурашки, а член заинтересованно дёрнулся и начал стремительно твердеть. Боже! — Читали насквозь твои грязные мыслишки, плохой крольчонок. — Покрасневших от стыда и возбуждения скул коснулись пухлые губы альфы и невесомо поцеловали.       Час назад Чонгук и представить не мог, чем же закончится сегодняшний день. Братья Ким устроили вечеринку, пригласив и в этот раз всех кому не лень. Омега основательно подготовился, чтобы заинтересовать одних особенных персон, надел всё самое лучшее в своём гардеробе: блядские узкие кожаные штаны, к счастью, купленные для вот такого случая, и кроп-топ, открывавший прекрасный вид на подтянутый живот омеги с проколотым пупком. Несколько украшений на запястья, броский макияж, розовый тинт на пухлые губки и волосы, волнами падающие на лоб, дополняли образ красивые белые висящие ушки.       Ничего не предвещало, вечеринка как вечеринка, кроме большого двухэтажного загородного дома, который полон роскоши и богатства, с большим открытым бассейном. Молодёжь танцевала, разливались литрами дорогостоящие спиртные напитки, кто-то уже начинал кадрить омег. Чонгук и Хосок стояли возле бассейна, пили коктейли, принесённые альфой друга. Пританцовывая, Гук заметил его: Тэхён стоял напротив них всего в нескольких шагах. Влажные волосы были небрежно зачесаны назад, на альфе лишь косуха, не скрывавшая голый торс с шестью кубиками пресса, от вида которого Гук с трудом сглотнул скопившуюся слюну, и чёрные джинсы, плотно облегающие крепкие накачанные бедра. Альфа танцевал, при этом не спуская глаз с Чонгука. А все омеги вокруг не спускали глаз с виновника торжества, пока тот неотрывно смотрел на него одного, отчего-то это льстило, даже очень. Пока один из братьев смотрел, другой принёс коктейли и вовлёк омег в разговор, начав откровенно флиртовать с Гуком. Хосок со своим альфой позже ушли в одну из комнат, тогда Вихён пригласил Чонгука к себе, и вот начался полнейший треш, конечно же в хорошем смысле.       — Смотри, брат, как его кроет, — возбуждённым голосом прошептал Вихён, снимая с Гука одежду, одну вещь за другой, пока Тэхён, сидя на кресле напротив них, смотрел на эту картину и курил. Охуенно длинными пальцами держал сигару и выдыхал дым, откидывая голову назад.       После того как с одеждой было покончено, Вихён сразу поставил омегу в колено-локтевую, самую откровенную позу, но Чонгук был уверен в своей привлекательности, не зря ходил три раза в неделю в зал. Молочного цвета кожа, плавные изгибы, родинки, звёздами усыпавшие прекрасное тело, белоснежные волосы чуть спутались, но всё равно выглядели красиво, торчащие ушки, спадавшие с двух сторон, и маленький пушистый хвостик, дрожавший в предвкушении. Молчаливый Тэхён пожирал глазами юное тело, когда Вихён, не переставая, одаривал омегу комплиментами.       — Не смей отводить взгляд с брата, пока я буду тебя вылизывать, а не то я остановлюсь, — прошептал требовательно Вихён. Чонгук же заворожённо смотрел в глаза напротив все ещё курящего альфы, невольно издавая стоны в предвкушении предстоящего удовольствия. — Да, вот так, умничка, — похвалил близнец, слыша в ответ ещё один, более громкий, стон, а у кого-то кинк на похвалу.       Пальцы Вихёна заскользили по шее, следом вдоль и поперёк талии Гука, дошли до пушистого короткого хвостика и крепко обхватили его у основания. Чонгук резко вскрикнул, дёргаясь и рефлекторно пытаясь подняться на коленях, но тяжёлая ладонь на талии опустила его обратно, удерживая. Сильные руки ласкали, поглаживали нежную кожу и самое чувствительное место. Гук закатил глаза от удовольствия, невольно закрыв их, но, быстро опомнившись, распахнул веки, видя перед собой ухмыляющегося Тэхёна.       Ладони спускались всё ниже и ниже, натыкаясь на прекрасные ягодицы, горячие губы оставили несколько поцелуев на одной. Вихён оглаживал их и разводил в стороны. Прозрачная густая смазка сочилась из трепещущей дырочки, оставляя дорожки на бёдрах, стекая вниз. Альфа языком собрал капельки смазки, затем сплюнул на сфинктер и начал ласкать дырочку, кружа по краям юрким язычком и толкаясь кончиком вовнутрь. Чонгук стонал, выгибался навстречу, из последних сил старался не закрывать глаза от удовольствия, смотрел, как Тэхён облизывал губы, всё ещё затягиваясь никотином.       Вихён надавил языком сильнее на трепещущее отверстие, проникая языком всё глубже, отчего Гук заскулил и задёргался от бурного удовольствия. Омега, не сдерживая себя, начал падать, но альфа не дал ему, громко шлёпнув ладонью, оставив красный след на белоснежной ягодице, тем самым отрезвив омегу. Он продолжал вылизывать его зад, в буквальном смысле поедал Чонгука. Стоны становились всё громче, руки дрожали, Гук выпячивал задницу, подставляясь под не прекращавшиеся ласки. Вихён то целовал отверстие, то сплёвывал в дырку, наблюдая, как слюна вперемешку со смазкой омеги стекала вниз по шовчику, вбирал в рот яички, языком кружил, вскоре к языку добавился первый палец, без сопротивления вошедший в подготовленное нутро.       — О, да, боже мой! — не сдерживая себя, простонал Чонгук. Вихён с силой втянул в себя кожицу, и пошлые хлюпающие звуки от слюны, смазки и мокрых губ заполнили собой всю комнату. Он вылизывал омегу, не останавливаясь ни на минуту, густая смазка продолжала сочиться из ануса. Альфа проглотил всё, облизываясь, и выпрямился, когда Гук упал на кровать, обильно кончая, даже не прикоснувшись к себе.       Вихён довольно ухмыльнулся, глядя на омегу, растраханного его же языком, тяжело дышащего после оглушающего оргазма. Он тыльной стороной руки вытер губы и подбородок от сладкой смазки и посмотрел на брата. Тэхён, снимая с себя косуху, медленно начал приближаться к ним. Альфа рукой сжал волосы Гука, прихватив ушки, и притянул его голову к своей ширинке. Намёк был понят, немногословному близнецу даже не пришлось озвучивать свои мысли. Кое-как приподнявшись, Чонгук потёрся щекой сквозь ткань о пах Тэхёна. Он любил подолгу сосать свои игрушки, но горячий, толстый, обрезанный ствол, увитый венами, с красной головкой, реальный член — другое. Омегу потряхивало от одной только мысли, что скоро он почувствует эту тяжесть в своей глотке, от этой фантазии его опавший от недавнего оргазма член опять начал твердеть.       — Давай, кроля, — прозвучал более низкий, чем у Вихёна, голос над ухом, — постарайся для меня, — произнёс альфа и, расстегнув ширинку и достав возбуждённый член, провёл им по чужим губам.       Чонгук посмотрел вверх, хлопая невинными глазками. Ушки подрагивали в крепкой хватке Тэхёна, немного больно, но омеге нравится удовольствие с примесью толики боли. Он высунул свой язык, слизнул кончиком капельку предэякулята с головки, глядя при этом альфе прямо в глаза. Тэхён порычал, словно не медведь, а настоящий лев, обозначая, кто тут хищник. В глазах альфы плескалось безграничное удовольствие, похоть пылала, когда он пожирал взглядом такого доверчивого, такого открытого ему и Вихёну крольчонка. Больше не медля, Чонгук приоткрыл рот, захватил головку, принявшись посасасывать её, и вскрикнул, когда Вихён ударил ладонью по одной из ягодиц.       — Крольчонок, бери глубже, — послышалось сзади. И Гук стал брать глубже, втягивая щеки, сосать энергичнее, утыкаясь носом в лобок Тэхёна с короткими волосками, и перебирая пальчиками одной руки крупные яйца, слыша сверху довольный рокот.       Вихён не остался в стороне, руками развёл ягодицы омеги, разглядывая слегка растянутый проход, которым же сам занимался, и, увидев, как вязкая ароматная смазка стекала вниз, не прекращая, приставил два пальца, на что Гук замычал глухо — рот был заткнут чужим возбуждением. Альфа облизал правую ягодицу, слегка покусывая и оставляя след от своих клыков. Чонгук вскрикнул, выпустив член изо рта, дёрнулся всем телом, и Тэхён перевернул омегу на спину, чуть спустив его голову с кровати. Альфа провёл большим пальцем по алым, таким манившим губам Чонгука, наклонился и жадно припал к ним, сразу проникнув языком. Целовал страстно, хватая и удерживая за подбородок. А Вихён в это время выцеловывал шею, поцелуями-бабочками спускаясь по груди, доведя дорожку до пупка, лизнул впадинку и наконец обхватил своими губами член омеги, начав посасывать, кружа языком вокруг головки.       Тэхён, отстранившись, снова навис над Гуком, упираясь стояком в губы крольчонка, откинул голову назад, прикрыв глаза, когда омега продолжил ласкать его. Чонгук застонал, посылая вибрации горлом, когда уже его член глубоко взял Вихён. Омега руками зарылся в волосы близнеца, поглаживая уши, от чего альфа замурчал и захлопал длинным хвостом по кровати, насаживаясь до упора и не забывая про яички тоже, перекатывая те в руках, иногда спускаясь и облизывая, посасывая их, одновременно проталкивая в анус омеги по одному пальцу.       Чонгука накрыло от удовольствия с двух сторон: его в буквальном смысле трахал в рот один близнец, когда же он сам трахал рот другого. Надо быть осторожными с желаниями и хотелками, у вселенной отличное чувство юмора, но Гук в полной мере доволен обстоятельствами. Омеге льстило, что оба брата обратили на него внимание, и он свою судьбу не отпустит. Вгрызётся своими милыми, но острыми зубками в своё счастье.       — Я буду первым, — предупредил Тэхён, вытащив свой член изо рта омеги. — Это ведь твой первый раз, крольчонок? — наклонившись, прошептал, взглянув на Гука, а ответ получив кивок от него. — Мой брат не умеет быть сдержанным, — он посмотрел на близнеца, что отстранился от омеги и ухмыльнулся.       — Да, твоей сдержанности можно позавидовать, — не остался в долгу Вихён. — Я хорошо его растянул, он даже может принять нас двоих, — добавив четвёртый палец, что довольно легко входил в уже подготовленное нутро, проговорил альфа.       — Нет! — Тэхён резок, на что Гук вздрогнул от столь властного тона. — Не в его первый раз.       — Брось, Тэ, — не унимался Вихён.       — Я сказал — нет! — давя своим феромоном.       — Но я хочу, — вдруг тихо послышалось снизу. — Я… я… баловался таким… с игрушками, — признался омега.       — Блядь! — в унисон с обеих сторон.       Больше не медля, Тэхён коснулся губами его налитых сосков, иногда царапая кончиками своих ногтей, руками лаская плоский живот, тонкие бока и крепкие бёдра Чонгука. Вихён же, раздвинув ещё шире стройные ноги Гука, опустился на живот, рьяно продолжил ласкать текущую дырочку, языком начисто вылизывая лоно крольчонка, а пальцами мелко надрачивая ему. Остановившись, Тэхён занял место брата, когда Вихён встал и отправился перекурить, он не будет мешать, если бы Гук не был девственником, они бы уже давно вместе трахали этого кроля до сорванного голоса, но сейчас он обуздал свою тигриную сущность в угоду понравившемуся омеге.       Тэхён шире расставил ноги Чонгука, глядя тому в глаза и придвигаясь ближе. Текущей смазкой обвёл свой член, не забыв надеть презерватив, у него намерения не только на эту ночь, но и на все остальные, он даже согласен разделить с братом омегу. Не зря они с первых дней заметили этого стеснительного, но с похотливыми мыслишками крольчонка. Ловили его взгляды, от смущения красные щёчки, читали как открытую книгу.       Чонгук не первый омега, которого братья разделяют на двоих. Но первый, который им понравился с первого взгляда. Первый, который так запал в душу, прямиком в сердце. Тэхён продолжил нежно сминать губы Гука в поцелуе, приставил головку к подготовленному заранее его же братцем нутру и медленно проник в него. Гук замычал ему в губы от новых ощущений, от распирающего чувства внизу. Он ногами обхватил поясницу Тэхёна, ногтями царапая спину. Дыхание стало рваным, через нос, а он целовал, целовал и снова целовал. Медленные толчки постепенно становились всё резче, всё быстрее. Стоны всё громче, омега выгибался в спине от удовольствия, от чувства заполненности, пятками упираясь в матрас.       Больше не в силах сдерживаться, Вихён подошёл к ним. Тэхён обхватил Гука за талию и потянул на себя, не вынимая член. Он присел, устроив при этом омегу на себе, а близнец приблизился со спины и начал целовать, иногда слизывая капельки пота. Пальцами пропорхнул вниз, в то место, куда без остановки долбился его братец. Вихён аккуратно протолкнул один, на что Гук застонал ещё громче, за шею крепко обнимая Тэхёна. Вихён повернул лицо кроля к себе и впился с его губы настойчивым поцелуем.       — Тэ, закончим одновременно, давай, теперь моя очередь, — Тэхён сделал особенно сильный толчок и с рыком вышел из Чонгука, на что тот запротестовал от возникшей пустоты.       Вихён поставил омегу в коленно-локтевую и, не медля, быстро вошёл. Новая поза, новый угол проникновения, новые ощущения, новое удовольствие. У Чонгука глаза закатывались, он дрожал в чужих руках, лицом уткнувшись в подушку, пальцами сминая постельное белье.       — Крольчонок, я хочу тебя слышать, — Вихён ухватился цепкой хваткой за уши и волосы Гука и потянул его на себя. Чонгук охнул, спиной прижался к крепкой груди альфы и застонал.       Рядом пристроился Тэхён, рукой обхватил плоть омеги и начал дрочить, оставляя засосы на шее и ключицах. Добавлял по фаланге, сделав несколько осторожных фрикций, двигал ими, ещё и ещё растягивая омегу.       — Сумеешь принять нас двоих, крольчонок? — хрипло произнёс над ухом Тэхён.       — Дааа… — застонал Гук, крепко ухватившись за шею альфы. Вихён замедлился, давая время брату. Тэхён ухватился за ноги омеги и приподнял, открывая себе доступ. Головку колом стоящего ствола с новым презервативом альфа направил в растянутую дырку и, надавливая, медленно начал входить. Внутри у Чонгука тесно, жарко, влажно, а от члена брата ещё туже.       — Если будет больно или тебе не понравится, сразу скажи, мы остановимся, — забеспокоился Тэхён, получая в ответ лишь кивок.       Подбрасывая Чонгука, братья начали трахать его сразу двумя крепкими, увитыми синими венами стволами. Вихён вгрызался в его шею сзади, выцеловывал плечо, Тэхён же целовал спереди, оттягивая то нижнюю, то верхнюю губы. Члены у братьев разные, у Вихёна тоньше, но более длинный, в то время у Тэхёна толще. Оба достигали заветного бугорка, доставляя омеге непередаваемый кайф.       Гук будто утопал в экстазе, его трахали на весу, в колено-локтевой, сзади и спереди. По одному члену и вместе. Пока Тэхён вбивался сзади, Вихён дрочил и вбирал в рот его член. Пока Вихён лизал растраханную дырочку, Гук делал горловой Тэхёну. К концу ночи его выжали как лимон, без сил после четвёртого за ночь оргазма он упал на кровать. Братья аккуратно вытерли с Чонгука капли спермы и смазки и поменяли постельное бельё. Быстро приняв душ, близнецы устроились по обе стороны от любимого омеги, досыта удовлетворённые и довольные. Вихён ещё и хвостом обвил его талию.       Уже под утро, с первыми лучами солнца, Чонгук открыв глаза, увидел перед собой Тэхёна, тихо рычащего во сне, а спиной чувствовалось дыхание Вихёна, периодически мурлыкавшего, точно домашний кот. Омега улыбнулся от своих мыслей, положив голову на плечо Тэхёна. Альфа незамедлительно обхватил руками его талию, притянув к себе, в то время Вихён сзади начал придвигаться ещё теснее.       Когда часа через два Чонгук проснётся, то увидит, как, матерясь, Вихён готовит блины, в то время как Тэхён с силой выжимает морковный сок. А на телефоне придёт сообщение от Хосока:       «Два всегда лучше одного».